Анализъ суверенитета, понимаемаго, какъ повелѣвающая власть государства.
Опредѣленія, даваемыя суверенитету, весьма многочисленны У каждаго пи сатоля ссть свое собственное опредѣленіе Мы не станемъ давать новаго наша цѣль заключается въ анализѣ внутренней природы суверенитета, наблюдаемаго въ своихъ различныхъ проявленіяхъ Такимъ образомъ, быть - можетъ, памъ удастся опредѣлить его истинную природу
Ботъ, вь качествѣ указанія, опредѣленіе, даваемое Эсме- номъ «Государство есть субъектьиопора публичнойвласти [69]
Эта власть, естественно не признающая надъ собой высшей или конкурирующей власти въ отношеніяхъ, которыми она управляетъ, называется суверенитетомъ.
Она обладаетъ 1).Принимая суверенитетъ въ смыслѣ повелѣвающей власти государства, какъ фактъ, и наблюдая его проявленія во внѣ. мы видимъ, что онъ слагается изъ трехъ слѣдующихъ элементовъ. Суверенитетъ есть
1) власть хотѣть, 2) власть повелѣвать, 3) независимая власть повелѣвать.
1. Суверенитетъ естъ власть іотѣть —Быть-мо- жетъ, было бы точнѣе сказать, что суверенитетъ оно вступаетъ тогда на путъ договора и этоть договоръ обязы ваетъ его потому, что иначе было бы сдѣлано посягательство на нрава индивида, которыя государство должно уважатъ Это разсужденіе является безспорно правильнымъ, по крайней мѣрѣ, если допускать индивидуалистическое воззрѣ Hie Одннко, даже разсуждая съ такими предположеніями> намъ кажеіся.оотавляютт* не выясненнымъ, какимъ образомъ госуДарство можетъ переставать вь извѣстные моменты бьт властью повелѣвающею Индивидуалистическая доктрина по зволяетъ установить ограниченіе государственнаго суверени тета, но она совершенно не объясняетъ, какимъ образочь государство, которое по природѣ И ПО опредѣленію своему является властью можеть переставать бьпь ею вь опредѣ^ ЛС1ТПМЙ момеитъ
3 Cyeepewmienu есть пезавиаічая власть поьс иь- ватъ —Съ самаго начала слѣдуеть избѣжать одного смѣшенія понятій Нѣкоторые авторы полагаютъ что суверенитетъ естъ право, принадлежащее государству, — и только ему одному.
— формулировать общш или индивидуальный приказъ, бѳзъ всякихъ ограниченій и какихъ либо границъ, и что всякое иовелѣніе, исходящее отъ государства, обладаетъ юридическимъ значеніемъ, какова бы ни была область, которой оно касается, и каково бы ни было его еодер ясаше ВъГерманш Зейдель1^ неоднократно писалъ,чго не существуетъ права, стоящаго выше или на ряд)2) Se^del, Griund*uye, 1873, именно стр 14
съ сувереномъ; право существуетъ только благодаря суверену { Rerrsrhery Для политической власти, говорили, существуютъ границы фактическія, политическія. моральныя, но нѣтъ вовсе границъ юридическихъ, и это именно обстоятельство дѣлаетъ государственную власть суверенной L).
Ha эти разсужденія было сдѣлано очень справедливое замѣчаніе о смѣшеніи суверенитета съ произволомъ. Эсмѳкъ совершенно справедливо говоритъ въ своемъ опредѣленіи суверенитета: «фта вдасть, которая не признаетъ надъ собой высшей или конкурирующей власти въ отношеніяхъ, которыя опа раулируетьк. Да, существуютъотношетя,которыя свободны отъ власти государства, существуетъ область, на которую власть государства не можетъ юридически простираться; и существованіе этой области вовсе не приводитъ къ тому, чтобы власть государства перестала быть властью суверенной. Какимъ образомъ опредѣляется эта область? He въ этомъ заключается теперь вопросъ. Безразлично, допускать ли, что эту область образуютъ естественныя, индивидуальныя права, которыхъ государство не можетъ нарушить, а лишь можетъ ограничить въ извѣстной мѣрѣ; или допустить, подобію намъ, что та область, которая избѣгаетъ дѣйствія государства, опредѣ-
и<
ляетоя принципомъ общественной солидарности; или полагать вмѣстѣ съ Іерипгомъ и Еллинекомъ, что та область, куда не можетъ вступать государство, опредѣляется самимъ государствомъ въ силу его еамотрттченін. Ваншо хорошо усвоить, что существуетъ область, которая всегда свободна отъ дѣй- [73]
ствія государства; что назвать- суверенитетъ незави- cuMOii властью хотѣть еще не значитъ сказать, что онъ есть неоіратіченпая власть хотѣть.
Суверенитетъ государства есть право, и, какъ всякое право, онъ можетъ осуществляться только въ извѣстныхъ юридическихъ границахъ. Нужно, слѣдовательно, сначала нредположить, что мы находимсявъ области дѣйствія государства, а потомъ, предположивши это, опредѣлить, въ чемъ состоитъ та независимость, которая дѣлаетъ принадлежащую государству власть повелѣвать властью суверенной.Самое собою разумѣется, что воля государства есть воля, которая повелѣваетъ и которая обязательна для индивидуальныхъ и коллективныхъ воль, находящихся на національной территоріи, потому что она является волею высшею по сравненію съ ними. Ho установивши это, можно представить: 1) что воля, которая повелѣваетъ и которая обязательна, какъ таковая, отдаетъ свои ириказы только потому, что она сама получаетъ соотвѣтствующій приказъ; 2\') что, говоря вообще, область, въ которой можетъ дѣйствительнымъ образомъ обнаруживаться повелѣвающая воля, можетъ быть расширена или сужена другой волей; что повелѣвающая воля не обладаетъ, пользуясь нѣмецкимъ выраженіемъ, компетенціей компетенціи. Однимъ словомъ, можно представить, что коллективная воля является волей повелѣвающей, но что другая воля, ломимимо нея, опредѣляетъ по- велѣнія, отдаваемыя ею. Такая воля, хотя и является по природѣ своей стоящей надъ другими волями, и хотя въ силу этого превосходства и обладаетъ властью повелѣвать, тѣмъ не менѣе, не есть воля суве ренная и по этому самому не есть водя государственная
Примѣръ французскойобщины прекрасно пояснитъ смыслъ этого положенія. Французская община есть коллективное лицо съ принадлежащей ему собственной территоріей, она обладаетъ органами, меромъ и муниципальнымъ совѣтомъ, обязанными представлять ее и выражать ея волю. Эта воля стоитъ надъиндивидуаль- ньши и коллективными волями, находящимися на коммунальной территоріи; въ силу этого превосходства община обладаетъправами публичной власти, именно, она является носительницей права коммунальной полиціи.
TH настоящее время почти единогласно признается, что меръ при осуществленіи своихъ полицейскихъ функцій является агентомъ общины г). Общщіа можетъ устанавливать извѣстные налоги по рѣшенію муниципальнаго совѣта, подлежащему исполненію безъ всякаго контроля 2). И тѣмъ не менѣе французская община не является суверенной коллективностью. ІІредотавивъ эти права публичной власти общины еще болѣе широкими, нельзя было бы признать eo суверенной коллективностью. Причина этого заключается въ томъ, что община не сама опредѣляетъ область, въ которой можетъ осуществляться ея повелѣвающая дѣятельность, что эта область опредѣляется волею,стоящею надъней. волѳюгосударотвенной коллективности, составную часть которой образуетъ коммунальная коллективность. Сверхъ того, воля государства можетъ, конечно, обязывать общину принимать извѣстныя рѣшенія, относящіяся къ осуществленію правъ публичной коммунальной власти. напримѣръ, къ осуществленію ттрайъ полиціи. Такимъ образомъ,*) Зак. D апр. 1884 r.,CT.91; ср.Соич. d’Ktat, 1 іюня 1902r., S , 1902, III, 81.
2) Зак. 5 апр. 1884 r., ст. 139.
предписать меру общины принять извѣстныя полицейскія мѣры, въ противномъ же случаѣ префектъ принимаетъ ихъ самъ. Повинуясь полицейскому приказу, отданному при такихъ условіяхъ, я повинуюсь приказу коммунальной коллективности; осуществленіе коммунальной полиціи остается всегда осуществленіемъ права публичной власти, принадлежащаго общинѣ; но община, формулируя этотъ полицейскій приказъ, дѣйствуетъ не по своей собственной волѣ, а лишь сообразуется съ приказомъ высшей воли; и потому она не является суверенной.
Такимъ образомъ коллективность, которая хотя и безспорно обладаетъ властью повелѣвать и даже на дѣлѣ располагаетъ силою, чтобы требовать пови-
ч
новенія своимъ приказамъ, но, формулируя свои приказы, не руководится всегда своей собственной волей, — такая коллективность не является суверенной коллективностью, государствомъ.
Коллективность бываетъ суверенной только въ томъ случаѣ, когда она всегда руководится своей собственной волей, т.-е. когда она сама устанавливаетъ границы области, въ которой она можетъ повелѣвать, и когда отдаваемый ею приказъ никогда не вызывается волею, стоящею надъ ней, но отдается исключительно потому, что она хочетъ его отдать. Эту именно идею и хотятъ выразить писатели, которые опредѣляютъ суверенную волю, какъ волю, опредѣляющуюся исключительно сама собой. Это также хотятъ выразить, когда говорятъ, что суве-ГкОитлтгйтгг n^TTQ яоптч n тгттптїглп^лтіггл ттАнлптттйНТ.тп:тмт:
рактеръ суверенитетъ есть воля, которая, какъ таковая, обладаетъ\' властью повелѣвать. Отрицательный характеръ: суверенитетъ есть воля, которой никогда нѳ повелѣваетъ другая воля.
Итакъ, суверенитетъ есть воля государства-лица, которое обладаетъ самостоятельною властью повелѣвать независимо отъ всякой другоа воли.
30.