Маменькин сынок

... В судьбе Карнеги есть два темных пятка - классовая борьба и личная жизнь. Последняя вращалась вокруг матери Карнеги - Маргарет, на редкость властной и ревнивой особы. В Нью-Йорке она жила с Эндрю в одном номере отеля «Виндзор» и старалась не отпускать сына от себя надолго. На деловые встречи Карнеги частенько являлся в сопровождении матушки. Эндрю ее обожал, боялся и называл не иначе как «моя королева» и «моя святая». Как-то, уже будучи богачом, Карне- ги привез Маргарет на родину - в Данфермлин и устроил триумфальную акцию - катал ее по улицам в карете.

Маргарет придерживалась весьма радикальных взглядов не только в политике (она была убежденной чартисткой). «Нет такой женщины, которая была бы достойна стать женой моего Энди», - говорила она. Неудивительно, что Эндрю осмелился жениться только после ее смерти, хотя его роман с будущей женой, 30-летней Луизой Уитфилд, начался за семь лет до этого. Карнеги в то время был на 15 лет ее старше - ему уже исполнилось 45 лет. После кончины матери он долго опасался, что сообщение о помолвке нарушит траур и покажется дурным тоном.

Капнеги не хотел заводить детей. Возможная причина - чтобы потом не заботиться о наследниках. Только благодаря докторам, которые в качестве средства от депрессии посоветовали Луизе родить, у них появилась дочь. Проблемы выбора имени для Эндрю Карнеги не существовало - девочка стала Маргарет Карнеги - младшей.

«Пролетарское» происхождение и решительные публичные выступления в поддержку профсоюзов создали Карнеги репутацию социалиста. Однако, когда дело касалось тех, кто работал на его предприятиях, ни о каких правах не могло быть и речи. Рабочие трудились по 12 часов шесть дней в неделю, получали гроши и поэтому роптали. Во время депрессии 1892 года Карнеги резко сократил зарплаты и ужесточил условия труда. Когда стало ясно, что вот-вот разразится массовая забастовка, он просто улизнул в свой шотландский замок Скибо. Наивные рабочие надеялись, что стоит «маленькому боссу» узнать об их бедственном положении, как все сразу наладится. А тот тем временем слал своему управляющему Генри Фрику телеграммы, требуя сломить сопротивление при помощи вооруженных полицейских и штрейкбрехеров. Фрик послушался: заводской профсоюз разогнали, а в стычках рабочих с полицейскими погибли 12 человек. Когда все было кончено, Карнеги как ни в чем не бывало вернулся из Европы и коварно заявил, что во всем виноват Фрик, а сам он ни причем. В итоге управляющий Фрик был уволен, несмотря на его неоднократные протесты и обращения в суд.

Человеческих привязанностей вне семьи Эндрю Карнеги, похоже не имел. История с Фриком - не единственный пример. В какой-то момент начальник Западного отделения Пенсильванской железной дороги Томас Скотт, который фактически вывел Карнеги в люди, оказавшись на мели, попросил его о помощи. И получил вежливый, но твердый отказ.