§2. Второе направление в теории кредита вообще и банкового в частности: Джон Ло, Цешковский, Коклен. — Кредитная теория Маклеода.— Три идеи Маклеода относительно кредита: а) кредит есть капитал, б) кредит создает капитал, в) банк создает кредит. — Отражение взглядов Маклеода в новой литературе: Уитерс, Шумпетер.
§ 2. Однако, на-ряду с этой концепцией мы на протяжении последних I37/2—2 веков имеем в экономической литературе другое направление во взглядах на кредит, и,главное, во взглядах на роль банков.
Это направление, которое ведет свое начало от Джона Ло, и с которым Рикардо, Сэ и другие экономисты всегда резко полемизировали, как с направлением ошибочным, считает, что кредит, и в особенности банковый кредит, отнюдь не сводится лишь к переносу существующих капиталов, но что он в той или иной степени способен создавать новый капитал ’). Такой взгляд на кредит мы после Ло встречаем в 30-х—40-х годах прошлого столетия у французских экономистов Цешковского (в книге „Du credit et de la circulation*), Коплена (в книге: „Le credit et les Banques11). Однако, наиболее яркое выражение эти идеи нашли в работах английского экономиста Маклеода (Н. D. Mac Leod), на взглядах которого мы остановимся несколько подробнее.Я считаю, что у Маклеода имеются три основные идеи относительно кредита. Первая идея заключается в утверждении, что кредит есть капитал. Вторая идея, которая в сущности до некоторой степени противоречит первой или во всяком случае с ней не согласуется, заключается в утверждении, что кредит создает капитал. Наконец, третья идея заключается в утверждении, что банк создает кредит,
Х9Д рассуждений Маклеода, при помощи которого он старается обосновать первое из вышеуказанных утверждений, следующий. Если торговец взял у кого-нибудь деньги взаймы и дал взамен этого свой вексель, то этот вексель, находящийся в рука* кредитора, есть реальный капитал этого кредитора, деныя же, которые кредитор дал заемщику, есть тоже капитал в руках этого заемщика. Таким образом, при кредите появляются новые ценности (векселя и пр.). Эти ценности обращаются и фигурируют в хозяйстве, как реальный капитал.
Приведем относящиеся сюда рассуждения Маклеода.
„Кредит есть капитал", заявляет он в своей книге „Theory and Practice of banking" (стр. 128). „Кредит во всех его формах и видах есть прибавка к массе другого обмениваемого имущества" !). „Кредит — это название известной формы невещественного имущества (incorporeal property), называемой также долгом (a debt). Это—право требовать известную сумму денег от известного лица в известное время" 38). „В Англии имущества, заключающиеся в векселях, банковых билетах и банковых кредитах, составляют свыше 600 миллионов фунтов стерлингов, и вопрос заключается в том: составляет ли эта сумма действительную самостоятельную ценность, или же является ценностью мифической. Все экономисты со времен Тюрго утверждают, что это ничто... Мы, напротив, вопреки всему сонму писателей Англии и Франции, начиная с Тюрго и кончая Миллем, доказываем, что это есть действительная ценность, ценность самостоятельная и независящая ни от денег, ни от товаров, и мы твердо убеждены, что правда на нашей стороне" 39).
Иными словами, по мнению Маклеода, каждое лицо обладает не только капиталом в форме реальных благ, но и кредитом. Получая в банке деньги, заемщик продает банку часть этого своего имущества: продает ему долг.
В этом заключается смысл утверждения Маклеода о том, что кредит есть капитал.
Ошибочность этого взгляда Маклеода была в достаточной мере доказана старыми экономистами (Книс), писавшими об этом вопросе. Ошибка Маклеода в данном вопросе, — как это можно считать установленным,—заключается в том, что он смешал кредитный документ с тем реальным капиталом, который этот кредитный документ представляет. Документ на капитал не является сам по себе капиталом и отдельно от вещного капитала этот документ в качестве капитала не существует.
Мы не будем останавливаться на рассмотрении второй из упомянутых идей, которые Маклеод выдвинул в области кредита, а именно на его утверждении, что кредит создает капитал. В этой части его рассуждения также неубедительны !).
Для анализа теории банкового кредита, которая нас здесь интересует, наиболее интересно третье из положений Маклеода, а именно, его утверждение, что банк создает кредит. На этой мысли интересно остановиться по двум причинам: во-первых, потому, чтоона встретила меньше всего возражений, как со стороны Криса, так и со стороны других авторов того времени, ибо они, повидимому, не совсем поняли эту мысль Маклеода, а во-вторых, потому, что эта идея очень распространена в современной английской и немецкой литературе о кредите.
Приведем раньше всего те мысли, которые высказывал по этому поводу Маклеод. Каким образом Маклеод приходил к выводу, что банк создает кредит? На этом необходимо остановиться потому, что некоторые новейшие писатели, о которых мы будем говорить в дальнейшем, мало Убедительную критику этих утверждений Маклеода дает Комо- жинский. См. Die Nationaloek. Lehre v. Kredit. 2-te Aufl. Innsbruck, 1909,
стр. 364 и сл.
ссылаются на Маклеода, между тем как они в сущности лишь повторяют то, что говорил Маклеод 50—60 лет тому назад. Для характеристики относящихся сюда взглядов Маклеода приведем несколько выдержек из его сочинений. „Банк,—говорит Маклеод,—не есть учреждение для „займа" и „ссуды" денег, это есть фабрика кредита" \'). „Примерно, до 1772 года",—говорит он в книге „Theory and Practice oi banking", — банкиры придерживались первоначального способа выпуска банковых билетов, оплачиваемых предъявителю по его требованию. Но около этого времени они изменили форму покупки векселей. Когда клиенты приносили им векселя для учета, то они, вместо того, чтобы давать им свои банкноты, оплачиваемые предъявителю по требованию, стали записывать стоимость векселя в кредит счета своих клиентов в своих книгах. Затем они давали клиентам книжки, которые содержали некоторое количество листов определенной формы. Эти формы стали называться чеками. Чеки эти представляют собой не что иное, как векселя на банкира, оплачиваемые предъявителю по требованию ...
Отсюда следует, что чеки есть не что иное, как замена банкноты. Таким образом, мы видим, что хотя сначала „банковое дело" состояло в том, чтобы выпускать банковые билеты, оплачиваемые по предъявлению, банкиры, однако, придумали способ делать ту же самую вещь в других формах. До того периода, когда были введены чеки, лондонские банки производили очень большой выпуск банковых билетов, но... с того времени лондонские банкиры совсем прекратили выпуск банковых билетов и стали применять чеки, хотя им никогда не запрещали выпускать банкноты до банкового акта 1844 г.... Таким образом, современная система ведения банкового дела при помощи чеков, в принципе, в точности та же самая, что и прежняя система выпуска банковых билетов и лишь несколько отличается по форме. В том и в другом случае банковое дело (banking) состоит в созда-!) См. A. Hahn указ. еоч. Tiib. 1920. Эпиграф, а также стр. 52, примеч. 61.
нии обязательств. При первом способе... всем ясно, что банкир создал обязательства против себя учетом векселей. При современной форме все эти обязательства записываются в его книгах, как кредит на такую-то сумму и называются депозитами; эти депозиты образуются путем кредита, который был создан взамен наличных денег, как и взамен векселей; так что кажется и почти всеми признается, что то, что идет под рубрикой депозитов в публикуемых банковских балансах, есть будто бы вклады, которые внесены в банк наличными деньгами; между тем, они представляют собой не что иное, как создание кредита. Само название „депозит" — источник многих недоразумений. Обычно предполагают, что „депозит" в банке представляет собою вещь, которая туда положена. Но это совершеннейшая ошибка. Депозит — есть кредит, созданный взамен той вещи, которая туда положена, и когда банкир учитывает вексель, создавая кредит в своих книгах, то этот кредит является таким же „депозитом", каким является тот кредит, который банк создает взамен наличных денег. Поэтому надо всегда помнить, что, говоря на банковском языке, депозит это есть кредит, созданный в книгах банкира; вещь, которая депонирована, представляет собою актив или обеспечение" \').
Приведя слова Мак-Келлоха, который утверждает, что „под депозитными банками надо понимать банки для хранения и применения денег у них депонированных или им доверенных их клиентами или публикой, между тем, как под эмиссионными банками понимают те банки, которые кроме употребления или выпуска денег доверенных им другими, выпускают собственные деньги или банкноты, оплачиваемые по предъявлению"..., Маклеод говорит: „Этот
взгляд явно ошибочен. Депозитный банк есть банк, который на подобие Венецианскому, Амстердамскому и Гамбургскому банкам служит только для той цели, чтобы хранить у себя деньги, и у которого созданный кредит совершенно совпадает с суммой депонированных у него наличных денег...
Э Н. D. Macleod. Theory and Practice of Banking. Vol. L Sec. Ed. L, 1S66, стр. 120—122.
Но теперь все банки в Англии, независимо оттого, выпускают они банкноты или нет, делают прибавку к сумме денежного обращения при помощи создания кредита, поэтому все эти банки должны рассматриваться в научном смысле слова, как эмиссионные банки”1). Маклеод заявляет, иными словами, что не существует разницы между банком эмиссионным и банком депозитным. Эмиссионный банк выпускает банковые билеты, а депозитный банк делает то же самое при помощи чековой системы.
Таким образом, с точки зрения Маклеода банковые учреждения не являются посредниками по кредиту, не представляют собою учреждений, которые должны ожидать, чтобы к ним сначала принесли деньги, для того, чтобы они затем могли давать эти деньги в ссуду. Напротив, дело начинается с другого конца. Банк—есть фабрика кредита, банк создает кредит и, создавая кредит, он этим самым создает депозит.
Итак, мы видим, что в лице Ло, Цешковского, Коклена и Маклеода в экономической науке представлено второе направление во взгляде на кредит, отличное от направления, представленного классиками. Это второе направление, повторяем, считает, что кредит не есть перенос капитала из предприятия в предприятие, что кредит способен создавать капитал.
Что же касается банковского кредита, то оно считает, что банки не занимаются посредничеством в кредите, а представляют собой учреждения, создающие кредит. Отсюда вытекает то, что это направление, главным образом в лице Маклеода, считало, что суть банкового дела заключается не в его пассивах, а в его активах) по крайней мере в том смысле, что начало банкового дела лежит в активных операциях. Банк дает кредит, и уже в результате кредита получается депозит. В виду такого характера современных депозитных банков, согласно этой теории, нет принципиальной разницы между этими банками и банками эмиссионными, оперирующимиПри ПОМОЩИ ВЫПУГ\' ; ;тыХ ИМИ баНКНОТ.
Там же, стр.
Взгляд Маклеода на банк, как на „фабрику кредита", нашел свое отражение в работах ряда последующих экономистов. Так, мы встречаем ту же точку зрения у Уитерса. В своей книге: „The meaning of money" он пишет: „Большая часть тех денег, которые сосредоточены публикой в банках, состоит из бухгалтерских кредитов, которые предоставлены ей ее банкирами. Обыкновенно предполагают, что банкиры берут деньги от одной группы клиентов и дают эти деньги в качестве ссуды другим клиентам, но в большинстве случаев деньги, полученные одним банком, даны были в ссуду другим"40). „Таким образом", читаем мы дальше, „мы приходим к заключению, что банковские депозиты лишь в небольших размерах возникают в результате взноса наличных денег в кассы банков, в большем, но все же сравнительно малом размере — в результате покупки банками ценных бумаг, которые создают кредит в книгах, и, главным образом — в результате ссуд, полученных от банков, которые так же создают бухгалтерский кредит" 41).
Далее Уитерс ставит пред собой вопрос, который отчасти поставил и Маклеод, а именно, вопрос о том, д о каких же пределов банк может создавать деньги, до каких пределов можно выдавать ссуды в уверенности, что всякая новая ссуда останется в качестве депозита на вкладах в банке. В старой книге Уитерса: "The meaning of money" мы находим по этому вопросу следующий ответ: „Эту систему можно продолжать до бесконечности... единственная задержка в увеличении банковых денег заключается в недостатке свободного от залога обеспечения"42).
В том же смысле высказался по рассматриваемому вопросу немецкий экономист Шумпетер. В книге „Theorie der wirtschaftlichen Entwicklung", вышедшей в 1912 г., он пишет: „Кто станет отрицать тот факт, что в наиболее развитых в хозяйственном отношении странах три четверти банковских депозитов просто основаны на кредитовой записи,
и что коммерсант должен, как общее правило, сначала сделаться заемщиком у банка, для того, чтобы потом стать его кредитором, что он должен сначала „взять в ссуду" в банке то, что он uno acto депонирует 1).