<<
>>

§ 2. Договор купли-продажи

Общие положения. Понятие договора купли-продажи сформировались в римском частном праве. Древнеримские юристы в известной формуле «do ut des do ut dao» («я даю тебе, и за это ты даешь мне») выразили квинтэссенцию обмена и его правовой формы: двусторонней (или взаимной) сделки.

Из этой формулы постепенно вырос договор мены, от которого с появлением денег стал обособляться договор (контракт) купли-продажи. О. С. Иоффе подчеркивает, что римские юристы предпринимали попытки объединить договор мены с договором купли-продажи. Но «этому препятствовал реальный характер мены, которая признавалась заключенной лишь с момента передачи хотя бы одного из обмениваемых предметов. К тому же и ряд конкретных правил, рассчитанных на куплю-продажу, не мог быть применен к договору мены... в свою очередь многие правила, введенные для мены, не относились к купле-продаже». Договор купли-продажи сложился не сразу, а развивался вместе с другими институтами римского частного права на протяжении более тысячи лет, занимая определенное место в системе вербальных и литеральных контрактов. «Контракт emptio-venditio в окончательном его виде, — пишут известные специалисты по римскому частному праву И. Б. Новицкий и И. С. Перетерский, — можно определить так: купля-продажа есть договор, посредством которого одна сторона — продавец (venditor) обязуется предоставить другой стороне — покупателю (emptor) вещь, товар (тегх), а другая сторона — покупатель обязуется уплатить продавцу за проданную вещь определенную денежную сумму, pretium».

На протяжении всей многовековой истории частного права договор купли-продажи по своей сущности, экономическому и правовому содержанию, в своих главных конструктивных элементах (субъекты, предмет, основные права и обязанности сторон) остается таким же, каким он был изначально сформулирован в юриспруденции Древнего Рима. Договор купли-продажи останется таковым и дальше; он будет существовать как в ближайшей обозримой перспективе, так и в отдаленные грядущие эпохи, ибо купля-продажа — неотъемлемый элемент гражданского оборота, а гражданский оборот будет существовать, пока существуют разделение труда, товар и его стоимость, обмен, рынок, деньги.

Как показывает исторический опыт, удовлетворение потребностей людей посредством совершения возмездных сделок в силу объективной предопределенности товарного обмена в человеческом обществе не может быть заменено принудительным распределением необходимых для жизни товаров или какими-либо иными экономико-правовыми институтами, способными заменить возмездные сделки.

Неизменность экономической сущности и правовой конструкции купли-продажи не исключает исторического развития купли-продажи как правового института и появления определенных нюансов в понимании содержания купли-продажи. Как и другие гражданско-правовые институты, договор купли-продажи прошел длительную историческую эволюцию. Перечислим основные проявления эволюции договора купли-продажи в различных правовых системах и законодательстве государств мира.

1. Договор купли-продажи получил абсолютно четкое отграничение от других возмездных сделок, опосредующих гражданский оборот: найма (аренды), подряда, перевозки, договоров о возмездном оказании услуг, займа и др. В системе договорных обязательств он занимает центральное ведущее место как наиболее типичный и распространенный договор всех исторических эпох, начиная с возникновения государства и права.

2. В развитии законодательства нового и новейшего времени преобладает тенденция дифференциации правового регулирования купли-продажи в зависимости от предмета сделок: продажа недвижимости, предприятия как имущественного комплекса, ценных бумаг, драгоценных металлов и камней, валютных ценностей, электрической и тепловой энергии, иных специальных объектов. В форме договора купли-продажи совершаются сделки с активами коммерческих организаций: приобретение, отчуждение различных объектов, входящих в состав имущества юридических лиц.

3. Также куплей-продажей признается возмездное отчуждение таких специфических объектов гражданского оборота, как имущественные права (в том числе права на объекты интеллектуальной и промышленной собственности) и иные имущественные права, которые могут быть подвергнуты денежной оценке.

4. Специальное регулирование вырабатывается относительно порядка заключения договоров на торгах, проводимых организаторами торговли: на товарных, фондовых, валютных биржах, а также на внебиржевых публичных торгах, проводимых в форме аукциона и конкурса.

5. Регулирование купли-продажи дифференцируется также с учетом целей приобретения и характера использования приобретаемых объектов: приобретение товаров для собственных нужд покупателей опосредуется правовыми нормами, ориентированными на повышенную защиту интересов потребителей; приобретение товаров в коммерческих целях опосредуется нормами, опирающимися на принцип равного положения сторон и предоставления равной во всем защиты интересов продавца и покупателя.

6. Формирование в гражданском обороте потребительского оборота (розничной торговли) и коммерческого оборота (оптовой торговли) явилось изначальной причиной появления внутри единого института договора купли-продажи особых его разновидностей (субинститутов): розничной купли-продажи и оптовой купли-продажи или поставки. В некоторых странах дифференциация регулирования розничного и оптового рынка привела к законодательному дуализму — отпочкованию торгового законодательства от гражданского и даже к принятию консолидированных законов, посвященных оптовой торговле, — торговых кодексов и торговых уложений.

7. Развитие торговых операций между лицами, являющимися резидентами разных государств, вызвало появление норм, регулирующих международные торговые отношения. Международное торговое, или коммерческое, право формировалось под влиянием национальных правовых систем, но в свою очередь международное торговое право оказало и продолжает оказывать позитивное влияние на развитие внутригосударственного законодательства, регулирующего отношения по купле-продаже.

8. Законодательству различных зарубежных стран о купле-продаже присущи в целом упорядоченность и стабильность, что обеспечивает высокий уровень правоприменительной практики. В Западной Европе, США, Японии и в других странах практика заключения договоров купли-продажи в сфере коммерческого оборота использует тщательно разработанные и проверенные многолетним опытом применения различные стандартизированные варианты (проформы) договора купли-продажи.

В содержании заключаемых договоров предусматриваются не только основные вопросы (условия), но также детали и мельчайшие нюансы обязательства; предельно четко конкретизируются предмет и цена договора, сроки и порядок исполнения взаимных обязанностей сторон. Подобная тщательность, проявляемая при заключении договора купли-продажи, сама по себе не предотвращает возможности споров, которых из договоров купли-продажи возникает немало, но во многом способствует их успешному разрешению и внесудебному урегулированию разногласий.

Правовое регулирование купли-продажи в большинстве современных государств строится на основе сочетания общих норм о купле-продаже и специальных норм о разновидностях договора купли-продажи. Общие нормы о купле-продаже, как правило, содержатся в кодифицированных актах гражданского законодательства (гражданских кодексах); специальные нормы — как в самих кодексах, так и в иных законах и подзаконных нормативных правовых актах. В странах с дуалистической системой гражданского и коммерческого (торгового) права нормы, отражающие особенности купли-продажи в оптовой торговле, содержатся в торговых кодексах. Структура законодательства отражает господствующие в каждой стране юридические воззрения и позицию законодателя относительно сферы действия института купли-продажи и соотношения договора купли-продажи с другими видами договорных обязательств в системе гражданско-правовых договоров.

Характерным примером в этом аспекте является гражданское законодательство Франции. Осуществление Великой французской революции XVIII в. и переход от феодализма к буржуазному гражданскому обществу потребовали упорядочения законодательства о гражданских отношениях, гражданских правах и гражданском обороте. Кодификация гражданского законодательства и кодификация законодательства о торговле представлялись тогда самыми оптимальными правовыми формами обеспечения нового (по сравнению с феодальным) буржуазного (капиталистического) порядка частноправовых отношений. Во Франции принимаются почти одновременно два кодекса: Гражданский кодекс 1804 г.

и Торговый кодекс 1807 г. Гражданский кодекс (или, как его еще называют, — «Кодекс Наполеона») с внесенными в него изменениями и дополнениями действует и в настоящее время. Торговый кодекс 1807 г. действовал до 2000 г., когда уступил место новому Торговому кодексу, принятому в 1999 г. Наличие Гражданского и Торгового кодексов сыграло большую роль в истории Франции: оно способствовало реализации идей буржуазной революции, становлению институтов гражданского общества и воспитанию правовой культуры и правосознания.

Опыт французского законотворчества был воспринят в ряде других государств, в которых буржуазная революция и переход к капиталистическому хозяйству были осуществлены позднее. Речь идет, прежде всего, о Германии.

В конце XIX в. в Германии также были приняты два кодифицированных закона: Германское гражданское уложение (ГГУ) и Германское торговое уложение (ГТУ), вступившие в силу с 1 января 1900 г. и с внесенными в них изменениями и дополнениями продолжающие действовать в настоящее время; этот факт свидетельствует о большом значении указанных законов для развития капиталистических отношений в Германии.

Принятие во Франции и Германии торговых кодексов позволило сосредоточить в гражданских кодексах лишь основные положения о купле-продаже, а специальные нормы о торговле, торговых сделках и их участниках перенести в торговые кодексы. Но даже при наличии торговых кодексов и специальных нормативных правовых актов отношения купли-продажи регламентируются нормами гражданских кодексов Франции и Германии достаточно подробно и обстоятельно.

В ФГК купле-продаже посвящен разд. VI («О купле-продаже») кн. 3 («О различных способах, которыми приобретается собственность. Общие положения»). Этот раздел включает в себя 120 статей (ст. 1582-1701), разбитых на восемь глав, в частности: о природе и о форме купли-продажи; о лицах, которые могут покупать или продавать; о вещах, которые могут быть проданы; об обязанностях продавца; об обязанностях покупателя и т. д.

Соотношение норм ФГК со специальными нормами о торговых сделках, а также соотношение общего договора купли-продажи с различными его разновидностями (подвидами) в разд.

VI «О купле-продаже» не отражены. Специальные нормы посвящены: 1) продаже с публичных торгов недвижимости, принадлежащей нескольким лицам, при невозможности раздела общей собственности (ст. 1686-1688 гл. VII); 2) переходу прав требований и других бестелесных прав (ст. 1689-1701 гл. VIII).

В ФГК проведено отграничение мены от купли-продажи. Мене посвящен разд. VII Кодекса, состоящий всего из нескольких статей (ст. 1702-1707). Формальная самостоятельность института договора мены предопределена лишь одним обстоятельством: за передаваемую другой стороне вещь лицо получает оплату не в денежной, а в натуральной форме (в виде другой вещи). Отличие мены от купли-продажи связано только с этим; во всем остальном экономическая сущность и юридическое содержание мены и купли-продажи совпадают. Согласно ст. 1703 ФГК «мена является совершенной лишь в силу согласия, таким же способом, как купля-продажа». Поэтому за исключением норм, предусматривающих порядок уплаты покупной цены покупателем в договоре купли-продажи, «все прочие правила, предписанные для договора купли-продажи, применяются и к мене» (ст. 1707).

Критерии применения специальных норм содержатся в ФТК, использующем собирательное понятие торговой сделки как сделки, совершаемой в коммерческом обороте в предпринимательских целях. К торговым сделкам относятся посреднические операции, валютные и банковские операции, а также купля-продажа имущества для переработки или перепродажи. Договоры купли-продажи, заключаемые в таких — коммерческих — целях, подпадают под действие специальных норм ФТК.

Согласно § 343 ГТУ «торговыми сделками являются все сделки коммерсанта, относящиеся к ведению его торгового промысла». Следовательно, если купля-продажа совершается в рамках торгового промысла коммерсанта (предпринимателя), она подпадает под действие ГТУ. Нормы о купле-продаже (§ 373-382) содержатся в разд. II («Купля-продажа») кн. IV ГТУ («Торговые сделки»). Они посвящены урегулированию отдельных вопросов, типичных именно для коммерческих (торговых) операций, например вопросов приемки товара, затаривания, хранения. Понятие договора купли-продажи в ГТУ не дается и положения ГГУ о купле-продаже не дублируются. Поэтому в той части, в которой отдельные вопросы взаимоотношений сторон по купле-продаже не урегулированы в ГТУ, подлежат применению нормы ГГУ о купле-продаже.

В ГГУ отношения купли-продажи урегулированы достаточно подробно. Первая глава разд. VII («Отдельные обязательства») кн. II («Обязательственное право») озаглавлена «Купля. Мена» и включает в себя 82 параграфа (§ 433-515), причем к мене применяются правила о купле-продаже (§ 515).

В некоторых случаях в ГТУ содержатся прямые отсылки к положениям ГГУ. Например, из § 374, посвященного просрочке приемки товара, следует, что в случае просрочки приемки товара покупателем продавец может осуществить правомочия, предусмотренные не только в ГТУ (§ 373), но и в ГГУ. Таким образом, ГГУ и ГТУ достаточно жестко связаны между собой. Немецкий юрист Пауль Шустер пишет, что ГТУ, как правило, «не применяется самостоятельно, он всего лишь модифицирует или дополняет общее гражданское право».

В § 433 ГГУ договор купли-продажи определяется как соглашение, по которому продавец обязуется передать вещь покупателю и предоставить ему право собственности на нее, а покупатель обязуется уплатить продавцу обговоренную покупную цену. Эта легальная формулировка дает основание некоторым интерпретаторам ГГУ видеть в купле-продаже не один, а сразу три договора. Так, проф. Ян Шапп из университета г. Гисен (ФРГ) считает, что «договор купли-продажи как обязательственный договор не может быть понят без вещных договоров, посредством которых передается собственность на купленную вещь и на деньги». По его мнению, в правовом аспекте «весь процесс купли-продажи распадается на три договора: договор купли-продажи, порождающий лишь обязательственно-правовые притязания, и два договора, направленные на реализацию этих притязаний (один — с целью передачи права собственности на купленную вещь, другой — с целью передачи право собственности на денежные знаки). С переходом права собственности на купленную вещь и на денежные знаки... покупатель и продавец утрачивают свои притязания из договора купли-продажи, но становятся собственниками купленной вещи и денежных знаков». Однако такая конструкция только осложняет правовой механизм купли-продажи: отдельные взаимные обязанности сторон правоотношения в рамках заключенного договора не образуют нового обязательства и тем более не преобразуются в новые договоры, иначе пришлось бы признать, что для исполнения уже возникшего договорного обязательства купли-продажи его сторонам необходимо заключать новые и новые договоры. Позиция проф. Яна Шаппа ведет к принижению роли и значения гражданско-правового договора вообще, в том числе договора купли-продажи, который сам по себе создает эффективный правовой механизм отчуждения вещи и переноса права собственности на нее.

На рубеже XIX-XX вв. была осуществлена кодификация гражданского законодательства Японии, в которой происходил переход от феодальной системы хозяйства к капиталистической: было принято два кодифицированных закона — Гражданский кодекс, вступивший в силу в 1898 г., и Торговый кодекс, вступивший в силу в 1899 г. Японские ученые-цивилисты Сакаэ Вагацума и Тору Ариидзуми подчеркивают, что Торговый кодекс, регулирующий «торговые отношения в сфере частных правоотношений», представляет собой наиболее важную после гражданского права отрасль частного права. В процессе кодификации японского гражданского законодательства был использован опыт Германии, и, как отмечается в научной литературе, оба японских кодекса базируются на германских кодексах, а «Торговый кодекс Японии 1899 г. — это несколько модернизированный вариант Германского торгового уложения, построенный практически по той же системе и включающий те же книги, что и ГТУ».

Нормы о купле-продаже включены в гл. II («Купля-продажа») кн. III («Торговые сделки») Торгового кодекса Японии. В ТКЯ не содержится легального определения понятия договора купли-продажи. Поэтому определение договора купли-продажи как обещания одной стороны (продавца) передать контрагенту имущественное право и обещания контрагента (покупателя) уплатить за это определенную денежную сумму (ст. 555 ГК Японии) является общим как для общегражданских, так и для коммерческих (торговых) сделок. Нормы ТКЯ (ст. 524-528) посвящены отдельным вопросам, характерным для торговых операций, осуществляемых в виде промысла: право на продажу вещи на аукционе (ст. 524); договор, заключаемый на срок (ст. 525); обязанность покупателя проверить купленную вещь (ст. 526); обязанность хранения и депонирования проданной вещи (ст. 527) и др. По вопросам, не урегулированным ТКЯ, применяются нормы ГК Японии.

Торговый кодекс Японии 1899 г. продолжает действовать в настоящее время (с изменениями и дополнениями). В период с 3 мая 1911 г. по 12 декабря 2001 г. было принято 45 законов, которыми вносились изменения и дополнения в Торговый кодекс Японии.

В США, правовая система которых относится в целом к системе общего права, также по существу имеет место дуализм в регулировании отношений купли-продажи, отличающийся, однако, от дуалистического построения гражданского и торгового законодательства Франции, Германии, Японии и ряда других стран. Дело в том, что в силу федеративного государственного устройства США регулирование гражданских и торговых отношений относится не к ведению федеральных органов государственной власти, а к компетенции субъектов федерации — штатов. В штатах принимаются различные нормативные акты, в том числе и такие, которые называются гражданскими кодексами (Калифорния, Северная и Южная Дакота, Джорджия, Монтана), хотя они отличаются значительным своеобразием по сравнению с типичными гражданскими кодексами европейских стран. В целях обеспечения единообразия в регулировании отношений коммерческого оборота и унификации гражданского и торгового законодательства к 1952 г. был подготовлен Единообразный торговый кодекс США (The Uniform Commercial Code — UCO), который с различными изменениями и дополнениями постепенно был принят во всех штатах, за исключением штата Луизиана, в котором продолжает действовать Гражданский кодекс, разработанный на основе ФГК 1804 г.; но и в Луизиане введены в действие отдельные разделы ЕТК.

С принятием ЕТК существовавшая в США традиция общего права, которая, как пишет Е. А. Фарнсворт, «состояла в формулировании договорных норм, общих как для предпринимателей, так и для других лиц», была нарушена.

В ЕТК США более подробно по сравнению с торговыми кодексами других стран регламентируются отношения купли-продажи; нормы о купле-продаже сосредоточены в разд. 2 «Продажа», самом большом по объему из всех разделов ЕТК: он состоит из семи частей, в которые включены 104 статьи. Столь подробная регламентация объясняется отсутствием федерального закона (типа федерального гражданского кодекса), в котором содержались бы общие положения о договорных обязательствах и основные нормы о договоре купли-продажи. Поэтому в ЕТК содержится много норм общего характера, в том числе и таких, в которых раскрывается значение употребляемых в ЕТК терминов и понятий.

Примерно с середины 1980-х гг. в США начали развертываться работы по обновлению ЕТК, внесению в него положений, отражающих современные технологии коммерческих операций, в том числе положений о купле-продаже товаров через Интернет, о сделках по поводу продуктов программного обеспечения, информационных ресурсов, сделках по оказанию сервисных услуг и т. д. Ревизией ЕТК занимаются также, опережая федеральный уровень, законодатели некоторых штатов.

Торговые кодексы приняты и действуют также во многих других странах различных регионов мира, в основном в странах, воспринявших каноны романо-германской правовой семьи (например, в Латинской Америке торговые кодексы приняты в Бразилии, Мексике, Сальвадоре).

Представляется, что нет оснований для противопоставления двух моделей развития гражданского и коммерческого законодательства в зарубежных странах: монистической и дуалистической. Обе модели в различных правовых системах подтвердили свою жизнеспособность, они отражают сложившиеся в разных странах исторические правовые традиции. Пример принятия во Франции в 1999 г. нового Торгового кодекса показывает, что дуалистическая модель продолжает успешно действовать и в современных условиях.

В тех государствах, в которых не осуществлена раздельная кодификация гражданского и торгового законодательства, законодатель стремится в большей степени охватить отношения купли-продажи нормами гражданского кодекса. Показательна в этом аспекте история кодификации гражданского законодательства канадской провинции

Квебек. В середине ХГХ в. был разработан Гражданский кодекс Нижней Канады (так раньше называлась провинция Квебек), прототипом которого служил ФГК 1804 г.; этот Кодекс вступил в силу с 1 августа 1866 г. и действовал до 1 января 1994 г. «Наиболее характерной отличительной чертой данного Кодекса, — пишет канадский профессор Джон Е. К. Брайерли, — являлось то, что он представлял собой одну из первых попыток интегрировать "коммерческое" право в "частное" право с помощью четвертой книги (первые три книги посвящались лицам, имуществу и способам приобретения имущества), а не путем изложения этой отрасли права в виде отдельного кодекса, как это было сделано во Франции». В кн. IV были собраны институты коммерческого права: переводные векселя, простые векселя и чеки, торговое мореплавание, договоры фрахтования, страхования, — «причудливое сочетание несочетаемых институтов», как выразился об этом упомянутый выше проф. Джон Е. К. Брайерли. Предпринятый через сто лет системный пересмотр гражданского законодательства Квебека завершился принятием в 1991 г. нового Гражданского кодекса Квебека, введенного в действие с 1 января 1994 г.

Гражданский кодекс Квебека 1991 г. примечателен своими масштабами: он состоит из десяти книг и насчитывает 3186 статей, что отражает стремление законодателя провинции достаточно подробно урегулировать отношения купли-продажи. В кн. V «Об обязательствах», в титуле втором «О поименованных договорах» гл. I названа «О продаже» (ст. 1708-1805); она состоит из трех отделов:

I. Общие положения о продаже;

И. О специальных правилах, касающихся продажи недвижимости, используемой для проживания;

III. О различных договорах, сходных с договором продажи.

В первом отделе помимо общих положений содержатся нормы, регулирующие разновидности продажи (купли-продажи): продажу с испытательным сроком, продажу в рассрочку, продажу с правом выкупа, продажу с аукциона, продажу предприятия, продажу «некоторых бестелесных имуществ», в том числе наследственных прав и спорных прав. Правила о продаже применяются к договору мены (ст. 1798) и договору о замене исполнения, по которому кредитор соглашается принять какие-либо вещи взамен «причитающегося ему платежа денежной суммы или предоставления ему иного имущества» (ст. 1799). К договору об отчуждении за ренту, «по которому наймо-датель передает право собственности на недвижимость нанимателю в обмен на земельную ренту, которую последний обязуется уплачивать» (абз. 1 ст. 1802), применяются правила, регулирующие договоры продажи и ренты (ст. 1805), т. е. этот договор можно отнести к договорам смешанного типа.

Среди государств, в которых приняты и действуют кодифицированные акты гражданского законодательства (гражданские кодексы), можно выделить государства, образовавшиеся в начале 1990-х гг. на базе бывших советских республик вследствие распада Союза ССР. В ряде государств — участников СНГ гражданские кодексы разрабатывались на основе так называемого Модельного Гражданского кодекса, подготовленного Межпарламентской Ассамблеей стран — членов СНГ. Отсюда наличие многих общих положений в содержании гражданских кодексов таких государств — участников СНГ, полное или частичное совпадение их структуры, общность юридической терминологии, использование одних и тех же приемов юридической техники.

Например, в Гражданском кодексе Республики Беларусь выделены те же разновидности договора купли-продажи, что и в ГК Российской Федерации: розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия. В Гражданском кодексе Республики Казахстан называются те же разновидности купли-продажи, за исключением поставки товаров для государственных нужд и продажи недвижимости.

Некоторые государства— участники СНГ в процессе кодификации гражданского законодательства опирались не только на Модельный Гражданский кодекс, но учитывали также свои правовые традиции и достижения западноевропейской цивилистической мысли. Например, в Гражданском кодексе Грузии договоры купли-продажи и мены объединены в одной главе — главе первой части второй договорного права (особенная часть, разд. I кн. III «Обязательственное право»). В ГК Грузии выделены: купля-продажа с рассрочкой оплаты (ст. 505-508), выкуп (ст. 509-515) и мена (ст. 521-523); иные разновидности купли-продажи в ГК Грузии не названы.

В странах, придерживающихся системы так называемого общего права, кодифицированные акты гражданского законодательства типа гражданского кодекса до сих пор не приняты. К таким странам относится Великобритания (точнее ее составные части — Англия и Уэльс), а также Северная Ирландия, право которых, несмотря на наличие большого числа принятых в разные исторические периоды нормативных правовых актов, опирается на судебный прецедент, признаваемый в этой правовой семье источником права. В отсутствие гражданского кодекса регулирование купли-продажи, как и других видов договорных обязательств, осуществляется посредством принятия отдельных законов, которые, как правило, посвящены не основным понятиям и общим вопросам, относящимся к предмету регулирования, а тем или иным аспектам гражданского и коммерческого оборота. Среди законов о торговле, действующих в Англии, могут быть названы: Закон о характеристиках предмета торговли 1968 г. {Trade Description Act), Закон о добросовестной торговле 1973 г. {Fair Trading Act), Закон о ценах при перепродаже 1976 г., Закон о недобросовестных договорных условиях 1977 г., Закон о поставке товаров и предоставлении услуг 1982 г. {Supply of Goods and Services Act) и др.

В принятых во второй половине XX в. в Англии законах учитываются цели участия субъектов в торговых операциях. Крупнейший английский специалист по договорному праву проф. В. Ансон пишет, что, в частности, в Законе о недобросовестных договорных условиях 1977 г. «проводится разграничение между случаями, в которых сторона договора, а именно сторона, против которой выдвигается условие об освобождении от ответственности, заключает сделку с другой стороной как потребитель, и случаями, в которых она выступает в каком-либо ином качестве. Важность этого разграничения состоит в том, что, по общему правилу, большая защита предоставляется законом лицу, которое вступает в сделку как потребитель, нежели лицу, действующему в ином качестве». Таким образом, лица, вступающие в договорные отношения в предпринимательских целях, несут повышенную ответственность по сравнению со своими контрагентами, вступающими в договорные отношения в потребительских целях.

Тем не менее наличие специальных законов не восполняет пробелов в законодательном регулировании гражданского оборота, поэтому роль судебного прецедента в странах общего права по-прежнему весьма велика.

Влияние английского общего права наблюдается в системе гражданского права и законодательства ряда государств, которые исторически находились в политической зависимости от Великобритании. В качестве примера таких стран можно привести США (несмотря на действие ЕТК), Канаду (за исключением провинции Квебек), Ирландию, Австралию, Новую Зеландию и некоторые государства Азии и Африки.

К таким государствам относится и государство Израиль, гражданское законодательство которого не кодифицировано. Отношениям по купле-продаже товаров посвящен Закон о купле-продаже 1968 г., носящий характер базового для регулирования отдельных разновидностей купли-продажи. Согласно п. «б» ст. 4 этого Закона его нормы «применимы в тех случаях, когда иным законом не установлены специальные нормы в отношении купли-продажи определенного вида имущества, или если иное не вытекает из соглашения сторон». С учетом специальных положений нормы Закона применяются к договору мены (ст. 3); как следует из содержания ст. 2 Закона, он не применяется к договорам изготовления вещей из давальческого сырья заказчика.

В государстве Израиль помимо государственного законодательства существует и так называемое еврейское право, которое представляет собой положения, отражающие особенности религиозного учения иудаизма и особенности исторического развития еврейских

общин. Как пишет исследователь еврейского права Менахем Элон, «дух еврейского права и его благородные принципы пронизывают всю судебную практику государства Израиль». Но постулаты национально-религиозного права не касаются правовых институтов коммерческого оборота.

Одним из направлений развития законодательства о купле-продаже в зарубежных государствах является усиление защиты прав и интересов покупателей (граждан) в их взаимоотношениях с профессиональными участниками торгового оборота (коммерческими фирмами и индивидуальными коммерсантами). Начиная с 1960-70-х гг. во многих странах принимаются нормативные правовые акты в целях предоставления дополнительных гарантий потребителям. Например, во Франции в 1978 г. был принят Закон «О защите и информации потребителей продуктов и услуг». По этому Закону на продавца возлагается обязанность информировать покупателя об особых условиях продажи и о возможных ограничениях договорной ответственности продавца, а также оказать покупателю необходимую помощь в отношении технически сложных объектов. Невыполнение этих обязанностей дает покупателю право расторгнуть договор и требовать возмещения всех причиненных ему убытков.

Аналогичный по своему назначению нормативный акт был принят в ФРГ— Закон от 9 декабря 1976 г. «Об общих условиях сделок», согласно которому признаются недействительными условия договоров, если они противоречат добрым нравам и являются обременительными для потребителя.

В Великобритании Закон о справедливой торговле 1973 г. {Fair Trading Act) предусматривает правовой механизм пресечения коммерческой деятельности, наносящей ущерб как экономическим интересам, так и здоровью и безопасности потребителей.

Согласно принятому в США в 1975 г. Закону «О гарантиях при продаже товаров широкого потребления» в договоры с участием потребителей не могут вноситься оговорки, ухудшающие положение покупателей; товары широкого потребления должны продаваться с гарантией, прямо выраженной или подразумеваемой, в силу которой продавец обязан возместить убытки, исправить, заменить товар или выполнить иные требования покупателя, если товар не отвечает условиям, содержащимся в гарантийном обязательстве.

Такого рода специальные законодательные акты, принятые во многих зарубежных странах, свидетельствуют, как пишет М. И. Кулагин, об отказе «от либеральной концепции договора, основанной на абстрактном равенстве сторон», о кризисе фикции равенства сторон в договоре. Согласно новому подходу, на котором основывается законодательство о купле-продаже, защита интересов потребителя «должна осуществляться, в первую очередь, в рамках договора».

Договоры купли-продажи в сфере торгового оборота. Понятие договора купли-продажи является общим родовым понятием для большой группы договоров, опосредующих продажу вещей и иных объектов гражданских прав одними лицами другим. В этой группе в одних случаях выделяются договоры в зависимости от специфики их предмета (продажа недвижимости, предприятия, энергоресурсов); в других — учитывается не только специфика предмета, но и сфера совершения операций (розничная купля-продажа, продажа сельскохозяйственной продукции); в третьих — принимается во внимание специфика основания купли-продажи (продажа товаров по государственному заказу для государственных нужд). Но какой бы спецификой ни обладали договоры по реализации товаров за деньги, все они рассматриваются как разновидности единого родового понятия договора купли-продажи. Такая доктрина господствует в мировой цивилистике, и ей неукоснительно следует законодательство многих стран, о чем свидетельствуют указанные выше и другие источники гражданского и коммерческого права зарубежных стран.

Коммерческий оборот в капиталистической экономике обусловил появление ряда существенных особенностей в договорах купли-

продажи, заключаемых в сфере коммерческого оборота. Включение в гражданские кодексы специальных норм о торговых сделках, объединяемых часто в отдельные разделы, и тем более принятие в некоторых странах отдельных кодифицированных законов — торговых кодексов, призванных регулировать отношения в сфере коммерческого оборота, является объективным отражением специфики юридического содержания совершаемых в сфере коммерческого оборота операций.

В законодательстве и юридической практике многих стран используется термин «торговая сделка» (или «торговые сделки»), который является условным обобщающим понятием, охватывающим не только куплю-продажу, но и другие коммерческие операции: комиссию, агентирование, передачу в доверительное управление, лизинг, франчайзинг, разнообразные виды услуг и т. д. Понятия «торговая сделка» и «договор купли-продажи» не являются синонимами, они лежат в разных смысловых плоскостях. Договор купли-продажи, заключаемый в сфере коммерческого оборота, относится по терминологии законодательства Франции, Германии, США, Японии и ряда других государств к торговым сделкам; в то же время он является разновидностью (подвидом) общего договора купли-продажи.

В законодательстве различных государств договор купли-продажи, заключаемый в сфере коммерческого оборота, называется по-разному: договор купли-продажи, договор поставки, договор продажи. Несмотря на различия в названии этого договора в источниках права и специальной литературе, ему присущи некоторые общие характерные признаки, позволяющие отграничить его от других разновидностей родового понятия договора купли-продажи. В качестве таких признаков можно назвать следующие:

— заключение договоров в сфере коммерческого оборота; для сделок по реализации товара эта сфера может быть названа сферой оптовой торговли;

— участие в торговых операциях в сфере коммерческого оборота субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, — индивидуальных предпринимателей, коммерческих организаций, а также некоммерческих организаций, которые вправе заниматься предпринимательской деятельностью; именно эти субъекты заключают в сфере коммерческого оборота договоры купли-продажи товаров; — предметом договоров купли-продажи в сфере коммерческого оборота являются материальные ценности: готовые изделия, сырье, полуфабрикаты, комплектующие изделия и детали; сырье и полуфабрикаты закупаются для последующей перепродажи, комплектации или переработки; готовые изделия приобретаются для последующей перепродажи или для использования в эксплуатационных (хозяйственных) целях покупателем, но не для личного, семейного или домашнего потребления;

— договоры купли-продажи в сфере коммерческого оборота заключаются в целях получения дохода (прибыли); только тогда, когда предприниматель (индивидуальный коммерсант или коммерческая организация) получает деньги за проданный товар, достигается цель, ради которой они занимаются предпринимательской деятельностью и вступают в коммерческие операции; договор купли-продажи в сфере коммерческого оборота — это договор, заключаемый в целях получения прибыли и служащий правовым механизмом ее получения.

Перечисленные выше признаки дают основания использовать условный собирательный термин «коммерческий договор купли-продажи» (или «коммерческая купля-продажа») для отграничения договоров купли-продажи, заключаемых в сфере коммерческого оборота, от общего (общегражданского) договора купли-продажи и от других разновидностей договора купли-продажи (например, договора розничной купли-продажи).

Законодательные акты различных государств так или иначе отражают названные особенности коммерческого договора купли-продажи. Так, в Германии в ГТУ раздел «Купля-продажа» начинается сразу с норм, предусматривающих последствия просрочки покупателя при приемке товара (§ 373). Но ГТУ построено таким образом, что все разновидности торговых сделок подпадают под общее понятие торговой сделки, закрепленное в разд. I кн. IV «Торговые сделки». Из систематического толкования общих и специальных норм ГТУ вытекает, что коммерческий договор купли-продажи по германскому праву — это договор купли-продажи, заключаемый коммерсантом как правовое средство его промысла, т. е. его предпринимательской деятельности (§ 343). При этом установлено, что заключаемые коммерсантом договоры в случае сомнения считаются относящимися к ведению его торгового промысла (§ 344); эта презумпция распространяется

I

и на договоры купли-продажи. Если коммерсант совершает куплю-продажу не в коммерческих, а в потребительских целях, приобретая вещи для личного или семейного пользования или отчуждая принадлежащие ему вещи, он должен в случае спора доказать, что совершенная им сделка не опосредует его предпринимательскую деятельность, и тогда эта операция подпадает под действие не ГТУ, а ГГУ

Из положений Торгового кодекса Японии, посвященных торговым сделкам, вытекает, что договоры купли-продажи, совершаемые коммерсантом в ходе его предпринимательской деятельности, являются торговыми сделками и подпадают под действие ТКЯ. В ТКЯ закреплена презумпция, согласно которой «действия коммерсанта считаются действиями, осуществляемыми для цели предпринимательской деятельности» (п. 2 ст. 503). Хотя в п. 2 ст. 503 ТКЯ не содержится оговорки, ясно, что эта презумпция опровержима и договоры купли-продажи, совершаемые коммерсантами в потребительских целях, не подпадают под действие ТКЯ.

Менее четко, но все же достаточно определенно называются критерии выделения коммерческих договоров в ЕТК США. Как вытекает из ст. 2-102 ЕТК, продажа товаров потребителям, фермерам или другим особым категориям покупателей регулируется не ЕТК США, а иными нормативными правовыми актами. Следовательно, нормы ЕТК США распространяются только на коммерческие договоры купли-продажи.

Практика правового регулирования отношений по коммерческим договорам купли-продажи во Франции, Германии, Японии и США оказала влияние на правовое регулирование международного коммерческого оборота. Принятые во второй половине XX в. источники международного коммерческого (торгового) права ориентированы в целом на коммерческие операции, в том числе на оптовую торговлю. Так, Венская конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. не применяется к отношениям по купле-продаже товаров, приобретаемых для личного, семейного или домашнего использования. Аналогичным образом определяется сфера действия Принципов международных коммерческих договоров, разработанных Международным институтом унификации частного права в Риме (УНИДРУА), и Принципов европейского контрактного права. Только на внешнеторговые экспортно-импортные коммерческие контракты купли-продажи рассчитаны Международные правила толкования торговых терминов (ИНКОТЕРМС—INCOTERMS {International Commercial Terms)), издаваемые Международной Торговой Палатой в Париже с 1936 г.; последняя редакция ИНКОТЕРМС действует с 1 января 2000 г.

Все названные документы основываются на концепции отграничения коммерческих договоров купли-продажи от тех сделок купли-продажи, которые совершаются в целях приобретения товаров для потребительского использования. Как уже отмечалось выше, происходит взаимное влияние международного коммерческого (торгового) и внутригосударственного гражданского и коммерческого права. Несомненно, что международные документы, посвященные контрактному праву, оказали воздействие на правотворчество многих стран, что благотворно сказалось на содержании законодательных актов, принятых в последнее время. Об этом можно судить по гражданским кодексам стран — участниц СНГ: и Модельный ГК, и гражданские кодексы отдельных стран — членов СНГ в регулировании коммерческого оборота восприняли в основном концепцию, лежащую в основе Венской конвенции 1980 г. и других международных документов.

В гражданских кодексах большинства стран — участниц СНГ в главах о купле-продаже выделены подразделения, содержащие специальные нормы, посвященные купле-продаже товаров, предназначенных для использования в коммерческих целях. Купля-продажа товаров, закупаемых для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием, во многих источниках именуется поставкой, а договор, опосредующий поставку, — договором поставки. Понятия договора коммерческой купли-продажи и договора поставки являются синонимами.

Договор поставки конструируется как разновидность общего договора купли-продажи, что дает возможность не повторять нормы общего (общегражданского) договора купли-продажи в подразделении гражданского кодекса, отведенном поставке. Если какой-либо вопрос поставки не урегулирован специальными нормами о договоре поставки, содержащимися в таком подразделении, применяются общие

положения о договоре купли-продажи. В свою очередь договор поставки рассматривается как базовый для договоров, которые соотносятся с договором поставки как его разновидности (имеются в виду договор контрактации сельскохозяйственной продукции и договор поставки товаров для государственных нужд). Нормы о договоре поставки могут применяться к отношениям, возникающим из договора контрактации сельскохозяйственной продукции и договора поставки товаров для государственных нужд.

Так, согласно п. 2 ст. 478 ГК Казахстана к отношениям по договору контрактации, не урегулированным специальными нормами, «применяются правила о договоре поставки». Согласно ч. 1 п. 2 ст. 495 ГК Республики Беларусь к отношениям по поставке товаров для государственных нужд применяются правила о договоре поставки, если иное не предусмотрено самим Кодексом и иными актами законодательства.

Таким образом, в тех государствах, гражданские кодексы которых основываются на Модельном Гражданском кодексе для стран СНГ, законодательство о купле-продаже предусматривает субсидиарное применение норм о поставке к договорам, являющимся разновидностями (подвидами) договора поставки (поставка товаров для государственных нужд, контрактация сельскохозяйственной продукции, снабжение энергетическими ресурсами через присоединенную сеть), и договорам, близким к договору поставки по юридическому содержанию (договор мены).

Своеобразием отличается регулирование отношений купли-продажи в законодательстве Украины. В гл. 54 «Купля-продажа» ГК Украины 2003 г., вступившего в силу с 1 января 2004 г., выделены «Общие положения о купле-продаже» (§ 1, ст. 655-697), «Розничная купля-продажа» (§ 2, ст. 698-711), «Поставка» (§ 3, ст. 712), «Контрактация сельскохозяйственной продукции» (§ 4, ст. 713), «Снабжение энергетическими и другими ресурсами через присоединенную сеть» (§ 5, ст. 714), «Мена» (§ 6, ст. 715-716). В параграфах, посвященных поставке, контрактации сельскохозяйственной продукции, снабжению энергетическими ресурсами через присоединенную сеть и мене, содержатся лишь дефиниции названных договоров и отсылочные нормы, определяющие применение законодательства к этим договорам. Регулятивных норм в указанных параграфах, за исключением четырех правил о договоре мены (п. 2-5 ст. 715 ГК Украины), не содержится.

Такое построение ГК Украины в части, относящейся к коммерческим разновидностям купли-продажи, объясняется тем, что помимо ГК правовые нормы, регулирующие поставку, контрактацию, энергоснабжение и мену, содержатся в Хозяйственном кодексе Украины, принятом одновременно с Гражданским кодексом (16 января 2003 г.) и вступившим в силу также с 1 января 2004 г.

Договоры поставки, контрактации сельскохозяйственной продукции, энергоснабжения, купли-продажи, аренды, мены (бартера), лизинга и некоторые другие объединены в Хозяйственном кодексе Украины в группу хозяйственных договоров (п. 4 ст. 263 «Хозяйственно-торговая деятельность»). По каждому виду хозяйственного договора в Хозяйственном кодексе Украины даются легальные дефиниции, которые в основных чертах совпадают с дефинициями, содержащимися в ГК Украины. Такого совпадения не может не быть, так как сущность договора определенного вида остается неизменной, в каком бы нормативном правовом акте ни находились нормы об этом договоре.

Неизменная сущность договора как договора о возмездной реализации какого-либо объекта является основанием для применения к любому договорному подвиду договорных обязательств, направленных на возмездное отчуждение объектов, общих положений о купле-продаже, если иное не предусмотрено законодательством, самим договором или не вытекает из характера отношений сторон. Соответствующие оговорки содержатся в п. 2 ст. 712, п. 2 ст. 713 и п. 2 ст. 714 ГК Украины.

В Хозяйственном кодексе тоже есть нормы, обеспечивающие его привязку к Гражданскому кодексу. Так, согласно п. 6 ст. 265 ХК («Договор поставки») «к отношениям поставки, не урегулированным настоящим Кодексом, применяются соответствующие положения Гражданского кодекса Украины о договоре купли-продажи». Применительно к контрактации, энергоснабжению и мене таких

прямых бланкетных ссылок на ГК нет. Но это вовсе не препятствует применению положений ГК Украины к названным видам отношений. Включение в ГК Украины легальных дефиниций договоров поставки, контрактации, энергоснабжения и мены обеспечивает распространение на отношения, вытекающие из этих договоров, общих положений об обязательствах и договорах, а также иных общих положений украинского гражданского права, включая предусмотренные в ст. 3 ГК Украины общие начала гражданского законодательства.

Регулирование обязательств, вытекающих из договоров, относящихся к группе договоров купли-продажи, не исчерпывается положениями Гражданского и Хозяйственного кодексов, а также иных законов Украины. В Хозяйственном кодексе предусмотрено принятие подзаконных нормативных правовых актов, в том числе Типового договора контрактации сельскохозяйственной продукции (п. 3 ст. 272 ХК), Правил пользования энергией соответствующего вида и Типовых договоров поставки отдельных видов энергии (п. 1-2 ст. 277 ХК). Очевидно, в целях более детального регулирования отношений по поставке предусмотрено принятие Положения о поставках продукции производственно-технического назначения и о поставках изделий народного потребления, а также Особых условий поставки товаров отдельных видов (ст. 271 ХК). В свое время в Советском Союзе отношения по поставкам детально регламентировались Положениями о поставках продукции и товаров, а также многочисленными Особыми условиями поставки продукции и товаров отдельных видов. После принятия и введения в действие части второй ГК РФ названные документы не применяются в России как нормативные правовые акты, но стороны вправе использовать эти документы при заключении договоров. Такой подход российского законодателя основывается на принципе свободы договора и концепции диспозитивности гражданско-правового регулирования, из которых вытекает презумпция достаточности в целом положений, содержащихся в Гражданском кодексе РФ, для регулирования отношений, возникающих из гражданско-правовых договоров, в том числе договоров коммерческого типа.

Хотя украинский законодатель точно так же, как и российский, опирается на принцип свободы договора и концепцию диспозитивно-сти гражданско-правового регулирования, он считает необходимым более детально регламентировать отношения по поставкам (в этом отличие подхода украинского законодательства от подхода российского законодательства относительно однотипного предмета регулирования — отношений по поставкам).

Еще одной примечательной новеллой Хозяйственного кодекса Украины применительно к поставке является положение п. 4 ст. 265 («Договор поставки») о том, что «условия договоров поставки должны излагаться сторонами в соответствии с требованиями Международных правил по толкованию терминов "Инкотермс"». Эта норма требует пояснений. Во-первых, ИНКОТЕРМС не являются нормативным правовым актом; они носят рекомендательный характер и могут применяться участниками коммерческих операций по своему усмотрению. Во-вторых, ИНКОТЕРМС ориентированы на внешнеэкономические торговые операции; взаимные права и обязанности сторон договора купли-продажи (поставки) определяются ИНКОТЕРМС с учетом перемещения товара из страны, в которой находится продавец (предприятие продавца), в страну, в которой находится покупатель (предприятие покупателя). Отсюда большое внимание в ИНКОТЕРМС уделяется распределению между сторонами договора обязанностей и расходов по таможенному оформлению товаров, оформлению сопроводительных документов, переходу рисков и т. п. Целесообразно ли привязывать к ИНКОТЕРМС внутренние договоры поставки? Если во внутренних договорах поставки стороны будут обязаны делать ссылки на ИНКОТЕРМС и формулировать условия о транспортировке товара, обязанности по погрузке и разгрузке, хранению, страхованию товара точно так, как эти условия определены в применяемом варианте ИНКОТЕРМС, это может осложнить процедуру заключения договора и вызвать у субъектов коммерческого оборота искусственно создаваемые трудности.

Представляется, что правило, содержащееся в п. 4 ст. 265 Хозяйственного кодекса Украины, можно было бы сформулировать не

в виде императивной нормы, а в виде нормы диспозитивного или даже рекомендательного характера. Тогда положение о том, что стороны договора поставки могут применять ИНКОТЕРМС, лишь ориентировало бы участников коммерческого оборота на применение в своей договорной практике обычаев делового оборота, сложившихся в международной коммерческой практике.

Отметим некоторые другие особенности регулирования коммерческой купли-продажи по законодательству Украины:

— срок действия договора поставки не отнесен к существенным условиям, но если в договоре срок его действия не предусмотрен, договор считается заключенным на один год (п. 1 ст. 267 ХК);

— в нормах, посвященных договору контрактации сельскохозяйственной продукции, предусмотрены формы имущественной ответственности сторон за нарушение условий договорного обязательства (ст. 274 ХК), но не предусмотрены основания ответственности; с учетом того, что по общему правилу участник хозяйственных отношений несет ответственность по принципу риска независимо от вины (п. 2 ст. 218 ХК), может быть сделан вывод о том, что производитель при нарушении сроков сдачи сельскохозяйственной продукции обязан уплачивать контрактанту (заготовителю) неустойку также независимо от вины (!); вряд ли такой жесткий подход оправдан, — ввиду специфики сельскохозяйственного производства гражданско-правовая ответственность производителя сельскохозяйственной продукции традиционно строится по принципу виновной ответственности;

— в п. 5 ст. 277 ХК Украины указывается, что «ответственность за нарушение правил пользования энергией устанавливается законом»; в Хозяйственном кодексе Украины нет нормы, предусматривающей последствия нарушения абонентом обязательств по оплате энергии; поскольку прекращение или ограничение подачи энергии может повлечь за собой серьезные последствия для абонента, было бы целесообразно включить правила об основаниях и порядке прекращения или ограничения подачи энергии непосредственно в ХК Украины; — в бланкетных нормах ГК и ХК Украины о договоре мены (бартера) указывается, что к договору мены (бартера) могут применяться правила, регулирующие договоры купли-продажи, поставки, контрактации или другие договоры, элементы которых содержатся в договоре мены (бартера), если это не противоречит законодательству и существу обязательства (ст. 716 ГК, п. 5 ст. 293 ХК Украины); такая конкретизация субсидиарного применения норм о различных договорах группы купли-продажи к договору мены может быть оценена весьма положительно, поскольку она способствует правильному применению специальных норм к обязательствам из договора мены (бартера) с учетом специфики различных вариантов мены.

Договор поставки выделяется в законодательстве некоторых других государств, гражданские кодексы или законы которых не базируются на Модельном Гражданском кодексе стран — участниц СНГ. Так, в Латвии в 1992 г. было восстановлено действие Гражданского Закона Латвийской Республики 1937 г. В литературе отмечается, что «по своей структуре и месту, занимаемому им в регулировании гражданского оборота, Гражданский Закон Латвии (ГЗ), несмотря на буквальный перевод названия этого акта как "закона", по сути является кодексом». В ГЗ Латвии договор поставки рассматривается как одна из разновидностей договора об отчуждении, к которому также относятся договоры купли, мены и содержания. Поставка — это такой договор, по которому «одна сторона (поставщик) принимает на себя обязательство поставить другой (заказчику) определенную вещь за известную цену» (ст. 2107). Из легального определения вытекает, что в отличие от продавца по общему договору купли-продажи поставщик обязан именно доставить вещь заказчику (покупателю).

Своеобразием договора поставки по ГЗ Латвии является то, что если поставщику не предоставлено право отказаться от принятого на себя обязательства, хотя бы поставка и была затруднена наступившими впоследствии обстоятельствами, то заказчик может отказаться от договора вследствие изменившихся обстоятельств при условии

возмещения поставщику всех убытков (ст. 2108). В тех случаях, когда предметом договора являются вещи, к отношениям по поставке применяются правила о договоре купли-продажи (ст. 2109).

Тенденция гармонизации правового регулирования торгового оборота в зарубежном законодательстве. Анализ законодательства зарубежных стран о договоре купли-продажи позволяет констатировать совпадение основных характеристик института договора купли-продажи в законодательстве различных стран. Это совпадение базируется на экономической сущности купли-продажи, которая предопределяет конструктивные элементы данного договорного обязательства:

— субъектный состав (продавец (поставщик) и покупатель (заказчик));

— предмет договора, в качестве которого выступают прежде всего материальные ценности, но могут выступать и иные объекты гражданских прав;

— условия договора, определяющие взаимные права и обязанности сторон по передаче предмета сделки и перенесению права собственности на этот предмет от отчуждателя к приобретателю.

Совпадение основных характеристик договора купли-продажи в законодательстве различных стран не исключает различий в подходах к регулированию отношений по купле-продаже. Эти различия, как было показано выше, достаточно многочисленны и в отдельных аспектах достаточно существенны. Они касаются структуры законодательства и выражаются, в частности, в обособлении и кодификации правовых норм о коммерческой купле-продаже, осуществленных в ряде стран. По-разному определяются разновидности договора купли-продажи и их соотношение, не говоря уже о многих отдельных частных вопросах, которые в законодательстве разных стран урегулированы по-разному.

Таким образом, можно говорить о том, что в различных странах имеет место дифференциация законодательства о купле-продаже, объективно обусловленная спецификой правовых систем и правовых моделей, которых придерживается законодательство тех или иных стран. Но в современный исторический период дифференциация гражданского и коммерческого законодательства в различных странах не является общей тенденцией: она скорее действует как проявление особых исторических обстоятельств. Например, у ряда республик, обретших государственную независимость вследствие распада Союза ССР, которые не пошли по пути использования Модельного Гражданского кодекса, регулирование купли-продажи отличается значительным своеобразием (Грузия, Латвия, другие прибалтийские государства — по сравнению с гражданским законодательством России, Украины, Белоруссии и Казахстана).

Но это отдельные случаи. В гораздо большей степени в настоящее время проявляется тенденция гармонизации гражданского законодательства различных стран. Эта тенденция вызвана развертыванием международного сотрудничества, углублением кооперации между предпринимателями разных стран, интернационализацией и глобализацией мировой экономики. Существенное значение для развития законодательства имеют объединительные тенденции, действующие как на региональном уровне, так и во всемирном масштабе.

Опыт регулирования международного торгового оборота оказывает все более заметное влияние на правовые системы отдельных государств. Происходит гармонизация законодательства на региональном уровне. «Гармонизация законов, — пишет нидерландский ученый Гарет Дейвис, — это устранение проблематичных несоответствий между национальными законами».

Гармонизация гражданского и коммерческого (торгового) законодательства происходит, в основном, двумя путями.

Первый — это трансформация («имплементация», «implementation») положений международных актов во внутреннее законодательство. На общем уровне международные правовые акты включаются во внутригосударственную правовую систему. Так, согласно п. 8 ст. 3 Гражданского кодекса Республики Казахстан, международные договоры с участием Республики Казахстан «к гражданским отношениям применяются непосредственно, кроме случаев, когда из международного договора следует, что для его применения требуется издание внутриреспубликанского акта». Причем международно-правовым

актам отдается приоритет в соотношении с актами внутреннего национального законодательства: «Если международным договором, участником которого является Республика Казахстан, установлены иные правила, чем те, которые содержатся в гражданском законодательстве Республики Казахстан, применяются правила указанного договора». Аналогичные положения содержатся в гражданских кодексах многих других государств (например, ст. 12 ГК Республики Беларусь, ст. 10 ГК Украины).

На более конкретном уровне имплементация осуществляется через издание внутригосударственных актов, регулирующих те же однородные отношения, что и международно-правовые акты, и придающих этим нормам действие и гарантии исполнения в соответствии с нормами внутригосударственного права.

Второй путь — это выработка общих правовых положений, которые могли быть взяты различными странами за основу при обновлении и упорядочении законодательства, регулирующего соответствующие отношения. Так, на коммерческое законодательство европейских стран — членов Европейского Союза оказывают влияние Принципы европейского контрактного права, подготовленные и одобренные Комиссией по европейскому контрактному праву Европейского парламента. Так же как Принципы УНИДРУА (Принципы международных коммерческих договоров) и ИНКОТЕРМС, Принципы европейского контрактного права применяются по усмотрению сторон путем их инкорпорации в содержание контракта.

В условиях, когда отношения между странами — членами ЕС основываются на таможенном союзе, предусматривающем запрещение таможенных пошлин на экспорт и импорт товаров, внешнеторговые и внутренние договоры коммерческой купли-продажи (поставки) все более сближаются по порядку заключения и своему содержанию. Правовое регулирование купли-продажи опирается на общие основные положения, что и является отличительной чертой гармонизации законодательства в отличие от унификации, которая выражается в полном или частичном совпадении законодательства разных стран.

<< | >>
Источник: А. Ю. Бушев, О. А. Макарова, В. Ф. Попондопуло. Коммерческое право зарубежных стран /А. Ю. Бушев, О. А. Макарова, В. Ф. Попондопуло; Под общ. ред. В. Ф. Попондопуло. -СПб.,2003. -288 с.. 2003

Еще по теме § 2. Договор купли-продажи:

  1. 1.4 Структура, исполнение и условия действия договора купли-продажи
  2. Договор купли-продажи
  3. § 1. Понятие договора купли-продажи и его условия
  4. 33. Договор купли-продажи (общие положения).
  5. 35. Понятие и содержание договора купли-продажи недвижимого имущества.
  6. 36. Договор купли-продажи предприятий. Особенности правового режима предприятий.
  7. § 2. Договор купли-продажи
  8. 10.1. Понятие договора купли-продажи и источники его регулирования
  9. Договор купли-продажи
  10. 54. Договор купли-продажи.
  11. 42. Договор купли-продажи в римском праве: понятие, предмет, цена, обязанности сторон, ответственность.
  12. 42 Договор купли-продажи
  13. § 94. Общія понятія. Заключеніе договора купли-продажи [423]).
  14. Изменение структуры акционерного капитала с применением договора купли-продажи
  15. Договор купли-продажи
  16. Изменение структуры акционерного капитала с применением договора купли-продажи
  17. 1.2. Правовая защита при нарушении договора купли-продажи в праве международной торговли
  18. 1.3. Правовое регулирование защиты при нарушении договора купли- продажи в Российской Федерации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -