<<
>>

Право ребенка на личную безопасность как основа конституционно-правового статуса несовершеннолетних

Конституционно-правовой статус несовершеннолетнего лица непосредственно не выделяется в Конституции России. Статья 64 Конституция гласит, что положения главы II составляют основы правового статуса личности.

Употребление в тексте Основного закона понятия «личность» можно смело отнести к ребенку. «Личность - это сущность каждого человека.... Важнейшая отличительная особенность понятия личности в юридической науке состоит в том, что она рассматривается в качестве носителя прав и обязанностей, состоящего в определенных взаимоотношениях с государством[108]».

Как отмечает А.А. Чепурнов, употребление Конституцией формулировки «правовой статус личности» в юридической науке обосновывается тем, что «с точки зрения правового положения личность - это любой человек. Отсутствие у возможных участников правового общения таких качеств, как «сознание» и «воля» вследствие возрастных (выделено мной - М.В.) особенностей или психических заболеваний, не дает основания отрицать за ними личные (в правовом смысле слова) свойства вообще, поскольку они не утрачивают правосубъектности ни при каких обстоятельствах»[109]. Таким образом, личность в рамках права - это каждое лицо независимо от его физического и психического развития, это человек как член социума, обладающий таким качеством как правоспособность, что позволяет рассматривать конституционно-правовой статус ребенка как производный из конституционно-правового статуса личности (человека и гражданина), определяемого положениями главы II Конституции и без каких-либо исключений в полном объеме применяемого к ребенку.

При этом отличие от конституционного статуса личности конституционноправовой статус несовершеннолетнего лица сконструирован таким образом, что ребенку предоставляется помимо общепризнанных прав и свобод человека, еще и специфические права, характерные для данной группы лиц.

«Поскольку существуют определенные изъятия из общего статуса человека, определенные преимущества, льготы и ограничения, связанные с особым положением этой категории лиц в российском обществе»[110]. «Существуя на основе общего правового статуса личности, специальные правовые статусы - это нормативно закрепленные статусы, на основе которых у личности как субъекта права появляются такие специфические права, свободы, обязанности и законные интересы, которые конкретизируют и дополняют или ограничивают ее общий правовой статус»[111] [112]. Как справедливо указывает Л.Ф. Нудненко, «конституционные права и свободы человека и гражданина имеют универсальный характер, являются вневременными ценностями, без которых невозможно нормальное развитие человеческого

общества» .

«Конституционный статус личности составляет социально-правовую основу для всех отраслевых статусов личности в том смысле, что отраслевые правовые статусы в определенной своей части являются конкретизацией конституционного статуса личности, а в остальной - должны соответствовать конституционному статусу личности»[113]. Таким образом, конституционное

закрепление прав и свобод формирует основу правового бытия человека, как субъекта правоотношений, наделенного правами и обязанностями. Особенностью конституционных прав и свобод человека является то, что «конституционные (основные) права и свободы человека и гражданина - это его неотъемлемые права и свободы, принадлежащие ему от рождения, защищаемые государством и составляющие ядро его правового статуса личности»[114].

«Конституционные права граждан выступают как основа всех иных отраслевых прав. Обусловлено это тем, что конституционные права закрепляют наиболее важные, жизненно необходимые для граждан блага. Отличаясь широкой обобщенностью, указанные права в большей части реализуются путем конкретизации в отраслевом законодательстве. При этом ни один из актов текущего законодательства не должен противоречить Конституции.

В этих актах должны лишь развиваться и дополняться конституционные права»[115].

Например, нормы Семейного кодекса на основе конституционных норм и принципов более детально описывают права и свободы ребенка в области его взаимодействия с родителями и обеспечения его личной безопасности. Так, согласно положениям Семейного кодекса РФ, предусмотренными главой 11, ребенок обладает такими правами, как: право жить и воспитываться в семье; право на общение с родителями и другими родственниками; право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на защиту от злоупотребления со стороны родителей (лиц их заменяющих); право выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства; право на имя, отчество и фамилию. В свою очередь, у родителей (лиц их заменяющих) возникают встречные правам ребенка обязанности в отношении своих детей: родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей; защита прав и интересов детей возлагается на их родителей; обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Как уже отмечалось, на сегодняшний день правовой статус ребенка формируется не только из прав и свобод, закрепленных во внутригосударственном законодательстве, но и из прав и свобод, закрепленных в

международных правовых актах. В качестве одной из фундаментальных основ конституционного строя выступает положение части 4 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрены национальным законом, то применяются правила международного договора». Таким образом, справедливым будет включение ряда прав, содержащихся в ратифицированном Россией международном законодательстве, в механизм обеспечения личной безопасности ребенка.

«Современный мир характеризуется тем, что расширение прав человека и гражданина происходит в результате норм как национального, так и международного права. Будучи двусторонним, оно помогает взаимному обогащению законодательств и позволяет поднять планку прав человека на новый уровень»[116]. Именно международное закрепление широкого комплекса прав за ребенком позволяет говорить о формировании высоких стандартов правового обеспечения личной безопасности ребенка в РФ.

В современной юриспруденции выделяется в основном три подхода к исследованию и анализу правового феномена права личной безопасности. Согласно первому подходу право на личную безопасность позиционируется как самостоятельное субъективное право, которое должно быть обозначено в конституции государства наравне с такими фундаментальными правами, как право на жизнь, право на свободу и личную неприкосновенность, право на неприкосновенность частной жизни. Второй подход предполагает понимание права на личную безопасность в более узком смысле: здесь оно интерпретируется как одно из правомочий, вытекающих из более широких по смыслу конституционных прав (например, права на жизнь, здоровье и т.п.) и свобод. Наконец же, третий подход предполагает системное и комплексное понимание и

изучение права на личную безопасность, в результате чего оно увязывается не с одним, а с несколькими корреспондирующими конституционными правами и свободами[117].

На наш взгляд, заслуживает поддержки именно третий подход. Следует согласиться с А.Е. Епифановым, по мнению которого «право на личную безопасность гражданина выступает необходимым условием или специальной гарантией реализации всех других прав и свобод граждан. Право личной безопасности является «сквозным» правом-гарантом, поскольку защищает безопасность человека и гражданина и тем самым создает условия для того, чтобы использовать все иные права»[118] [119].

Рассмотрим конституционное содержание права на личную безопасность в широком понимании данной конституционно-правовой категории.

В правовой литературе нормы, регулирующие правовое положение несовершеннолетних, принято подразделять на несколько групп: 1) нормы, устанавливающие правовой статус детей; 2) нормы, гарантирующие соблюдение особенностей уголовной ответственности несовершеннолетних, гуманное отношение к несовершеннолетним подозреваемым и преступникам; 3) нормы,

создающие условия для безопасного развития детей . Что касается последней группы, то к правам и свободам, составляющим содержание и смысл права личной безопасности, без которых личная безопасность для несовершеннолетнего гражданина не имеет смысла, на наш взгляд, относятся:

1. Право на жизнь;

2. Право на здоровье;

3. Право на свободу и личную неприкосновенность;

4. Право на свободный труд, в условиях отвечающих безопасности и гигиены (запрет принудительного труда, а также опасного труда).

Основным элементом, образующим содержание права на личную безопасность, является право на жизнь, закрепленное, в частности, в ст. 3 Декларации прав человека, ст. 6 Пакта о гражданских и политических правах, ч. 1 ст. 6 Конвенции о правах ребенка 1989 г., ст. 20 Конституции РФ. Конституционно-правовое измерение категории жизнь сводится к тому, что «понятие жизни как фундаментального личного неимущественного, нематериального, естественного блага высшего уровня, охраняемого позитивным законом с момента зачатия и до момента необратимой гибели головного мозга, контролирующего происходящие в организме человека процессы, естественно поддерживающие физиологические функции и обеспечивающие его

жизнедеятельность»[120].

«Ст. 20 Конституции РФ закрепляет право каждого на жизнь и предусматривает обязанность государства прилагать максимум усилий, направленных на предотвращение условий, которые могут привести к утрате жизни, на пресечение преступных посягательств на жизнь и наказание за действие, влекущие за собой смерть людей»[121] [122]. Более того, такое закрепление обязывает государство формировать безопасные условия для жизни каждого человека с момента рождения, что предполагает не только проводимую государством антикриминальную политику, но и социальные, экологические и экономические меры.

«Специфическим признаком конституционных прав и свобод является охрана их соответствующими нормами всех отраслей права»3. Таким образом, конституционная норма ч. 1 ст. 20 свое развитие и законодательное обеспечение получила в отечественном отраслевом законодательстве. Наиболее ярко это видно в нормах УК РФ, где посягательство на жизнь (ч. 1 ст. 105 УК РФ) относится к особо тяжким преступлениям. Убийство малолетних (несовершеннолетних) влечет более суровую ответственность для правонарушителя, чем взрослого лица (п. «в» ч. 2 ст. 105). Также в качестве отягчающего обстоятельства п. «п» ч. 1 ст. 63 УК РФ рассматривает совершение преступления в отношении несовершеннолетних родителями или лицом, на которого была возложена обязанность по воспитанию несовершеннолетнего, а равно педагогическим работником или другим работником образовательной организации, медицинской организации, организации, оказывающей социальные услуги, либо иной организации, обязанной осуществлять надзор за несовершеннолетним (несовершеннолетней). Таким образом, совершение преступления против несовершеннолетнего является основанием выделения и конструирования квалифицированных составов преступлений.

Право на жизнь признается традиционно как естественное и неотъемлемое право каждого человека с момента рождения. Г осударство обязано охранять это право силой закона, т.е. нормами Конституции, уголовным законодательством и т.п. В целях обеспечения права на жизнь государство должно создавать необходимые условия обеспечения личной безопасности граждан: поддерживать социальный мир в стране, избегать каких-либо силовых способов разрешения споров и конфликтов как внутри страны, так и на международной арене. В целях охраны жизни человека государство в лице своих государственных органов, прежде всего правоохранительных, ведет целенаправленную борьбу с преступностью в обществе. В целях охраны жизни человека государство обеспечивает право каждого на бесплатное медицинское обслуживание. Непременным условием обеспечения права на жизнь и личную безопасность является охрана среды обитания человека. Право на жизнь обеспечено также запретом пыток, насилия и добровольным согласием на проведение медицинских, научных и иных опытов; правом собираться мирно, без оружия; социальным обеспечением по возрасту, болезни, инвалидности.

Определение момента начала жизни до сих пор является дискуссионным вопросом. Ряд авторов утверждают, что субъектом права стоит признавать человеческий эмбрион с момента зачатия[123]. Такой подход ведет напрямую к запрету абортов и охране жизни человеческого эмбриона наравне с живым человеком. Тем не менее, в условиях сегодняшнего общества и уровня развития человечества полный запрет абортов и приравнивание аборта к убийству приведет к росту криминальных абортов, ухудшению общей демографии, снижению общего уровня здоровья населения, росту социального сиротства. По причине этого соотнести правовую регламентацию абортов с правом на жизнь невозможно на данном этапе, ровно, как и признание за эмбрионом права на жизнь, наделение его самостоятельной правосубъектностью[124] [125].

Существует точка зрения, согласно которой моментом признания за эмбрионом прав является момент удостоверения состояния беременности, осуществленное уполномоченными на то медицинскими учреждениями. Данной позиции придерживается В.Я. Неказаков, полагая, что именно в соответствии с медицинским заключением о беременности женщина приобретает соответствующие права . Однако, на наш взгляд, такая трактовка весьма условна, так как, во-первых, охраняются жизнь и здоровье матери, которые являются приоритетным, а плод лишь сохраняется. Безусловно, сохранение и наблюдение развития эмбриона способствует рождению здорового человека, но здесь можно лишь говорить о предварительной охране и защите человеческой жизни. Эмбрион неразрывно связан с его носителем (организмом женщины). Во-вторых, именно женщина выступает как обладатель определенного правового статуса (обладает правосубъектностью), а соответственно обладает определенными правами на оказание ей медицинской помощи для сохранения ее беременности, являясь наиболее заинтересованным в этом субъектом. На наш взгляд, охрана и защита человеческого эмбриона является подготовительной (предварительной) стадией для рождения здорового ребенка. Самостоятельным субъектом права является рожденный жизнеспособный ребенок, а не эмбрион. Конституционно закреплено, что человек обладает правом на жизнь (ч. 1 ст. 20) с момента рождения (ч. 2 ст. 17), таким образом, как такового право на жизнь у не рожденного эмбриона нет. Однако государство сохраняет жизнь эмбриона по достижению им определенного уровня развития путем запрета прерывания беременности при достижении им двенадцати недель (ст. 56 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (в ред. от 29.07.2017) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Исключения допускаются только по социальным и медицинским показателям. Тем не менее, такая охрана направлена на обеспечение безопасности не ребенка, а беременной женщины в силу того, что прерывание беременности на больших сроках чревато необратимыми осложнениями для женщины. Стоит помнить, что сохраняется жизнь не ребенка, а эмбриона человека, что выступает стадией лишь предварительной охраны потенциальной возможности рождения человека. Для более четкого разграничения понятий «ребенок» и «человеческий эмбрион» следует внести изменения в ст. 1 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» и изменить формулировку «ребенок - лицо до достижения им возраста 18 лет (совершеннолетия)» на формулировку следующего содержания «ребенок - лицо с момента рождения до достижения им возраста 18 лет». Такое законодательное закрепление позволит разграничить вышеупомянутые юридические категории (эмбрионом человека является человеческий зародыш с момента зачатия до появления на свет посредством родов).

На сегодняшний день критерии, определяющие жизнеспособность рожденного ребенка, утверждены Приказом Минздравсоцразвития России от 27.12.2011 № 1687н (в ред. от 02.09.2013) «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке его выдачи». Приказом утверждено, что моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов, а медицинскими критериями рождения выступают: «1) срок беременности 22 недели и более; 2) масса тела ребенка должна быть 500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах); 3) длина тела ребенка при рождении 25 см и более (в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна); 4) срок беременности менее 22 недель или масса тела ребенка при рождении менее 500 грамм, или в случае, если масса тела при рождении неизвестна, длина тела ребенка менее 25 см, - при продолжительности жизни более 168 часов после рождения (7 суток)»[126] [127].

Однако человеческая жизнь имеет не только начало, но и конец. Момент смерти определяется согласно положениям Постановления Правительства РФ от 20.09.2012 № 950 «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека». Постановлением определено, что «моментом смерти человека является момент смерти его мозга или его биологической смерти (необратимой гибели человека). Биологическая смерть устанавливается на

Л

основании наличия ранних и (или) поздних трупных изменений» . Солидарно Закон РФ от 22.12.1992 № 4180-1 (в ред. от 23.05.2016) «О трансплантации органов и (или) тканей человек» в ст. 9 определил, что заключение о смерти дается на основе констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерть

мозга) . Исходя из этого, с юридической точки зрения жизнь можно охарактеризовать как высшее благо, возникающее с момента отделения жизнеспособного ребенка от организма матери и продолжающееся в течение функционирования всего головного мозга[128].

В тесном родстве с конституционным правом на жизнь в содержании права на личную безопасность находится право на здоровье. Право на здоровье означает, что органы государственной власти должны создавать необходимые условия, в которых каждый человек обладает как можно лучшим уровнем здоровья. Такие условия включают обеспечение наличия медицинских услуг, здоровых и безопасных условий труда, надлежащего жилья и пищи, социальных благ, благоприятной окружающей среды и т.п. При этом отметим, что право на здоровье не означает право быть здоровым.

Право на здоровье, в том числе охрану здоровья ребенка с точки зрения его личной безопасности, регламентируется как в международных актах, так и во внутригосударственном отечественном нормативно-правовом массиве.

Устав Всемирной организации здравоохранения в преамбуле закрепил, что «обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья является одним из основных прав всякого человека».

Конвенция о правах ребенка 1989 г. в ч. 2 ст. 6 закрепляет право ребенка на здоровое развитие. В ст. 24 за ребенком признается право на пользование наиболее совершенными услугами системы здравоохранения, средствами лечения болезней и восстановления здоровья.

Конституция РФ в ч. 2 ст. 7 в качестве одной из основ конституционного строя страны выделяет охрану здоровья людей. В ч. 1 ст. 41 каждому гарантируется право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Ст. 10 Федерального закона от 24.07.1998 № 124-ФЗ (в ред. от 28.12.2016) «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» гарантирует детям право на охрану здоровья.

Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (в ред. от 29.07.2017) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в качестве одного из принципов охраны здоровья выделяет приоритет охраны здоровья детей. Так, в ч 1 ст. 7 устанавливается, что государством охрана здоровья детей признается как одно из важнейших и необходимых условий физического и психического развития детей. В ст. 18 каждому гарантируется право на охрану здоровья. В ч. 2 ст. 18 раскрывается право на охрану здоровья следующим образом: право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ (в ред. от 29.07.2017) «Об образовании в Российской Федерации» в ст. 3 в качестве одного из принципов проводимой государственной политики в сфере образования выделяет приоритет жизни и здоровья человека. Статья 41 раскрывает охрану здоровья обучающихся и предусматривает широкий комплекс мер, включающий в себя: оказание первичной медико-санитарной помощи; организацию питания; организацию и создание условий для профилактики заболеваний; организацию безопасности обучающихся во время пребывания в организации, осуществляющей образовательную деятельность; и т.д.

Право на медицинскую помощь должно, на наш взгляд, отвечать требованиям своевременности и профессионализма предоставляемой медицинской помощи и услуг медицинского характера. Медицинская помощь должна быть квалифицированной и качественной, что, к сожалению, не закреплено в ст. 41 Конституции РФ[129]. Это предполагает оказание медицинских услуг сугубо медицинскими учреждениями и персоналом, компетентным в данной области. Признак своевременности предполагает оказание медицинской помощи в необходимый момент без промедления, исключая возможность отказа в оказании медицинской помощи.

В качестве одного из национальных интересов Указ Президента РФ от 31.12.2015 № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» в ст. 30 выделил укрепление здоровья населения, а ст. 31 было определено развитие здравоохранение в качестве национального приоритета.

В целом конституционное право на охрану здоровья и медицинскую помощь можно определить как «ценностно значимые и формально закрепленные гарантированные возможности каждого по укреплению и сохранению здоровья, его восстановлению, гарантированные правовыми, финансовыми, организационными ресурсами государства и общества»[130].

Право на здоровье раскрывается через следующее содержание:

• восстановление ухудшенного здоровья;

• обладание наивысшим достижимым уровнем здоровья (физического и психического);

• сохранение, укрепление и улучшения общего (исходного) уровня здоровья;

• право на получение своевременной квалифицированной медицинской помощи;

• охрана здоровья, окружающей среды, обучение и проживание в среде обитания в соответствии с требованием норм безопасности и гигиены;

• запрет на законодательном уровне причинения вреда для здоровья ребенка как физического, так и психологического;

• предоставление медицинской помощи и ухода за матерями до родов и новорожденному ребенку после родов. В качестве предварительной охраны здоровья новорожденного ребенка рассматривается предоставление такой медицинской помощи и ухода в отношении матерей до и после родов, которые позволяют предупредить развитие болезней у ребенка. Высокая послеродовая смертность среди новорожденных требует пристального внимания к оказанию медицинской помощи на стадии до родов и сразу после появления ребенка на свет.

Тесным образом с правом на здоровье граничит право на свободный труд, а именно труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37 Конституции РФ). Частью 2 ст. 37 Конституции принудительный труд запрещен. Ч. 1 ст. 31 Конвенции о правах ребенка устанавливает право ребенка на защиту от экономической эксплуатации и от выполнения любой работы, которая может представлять опасность для его здоровья или служить препятствием в получении им образования, либо наносить ущерб его здоровью и физическому, умственному, духовному, моральному и социальному развитию. «Под эксплуатацией понимается деятельность по принуждению ребенка к незаконным действиям (работе или отдельным трудовым функциям), посредством обмана, насилия или принуждения, выгоду от которого получает лицо, осуществляющее эти незаконные действия»[131]. Ранее, в советский период, детский труд был запрещен на конституционном уровне. Однако в современных условиях полный конституционный запрет детского труда, с одной стороны, представляется экономически не обоснованным, а с другой стороны, приводит к ограничению прав ребенка на свободный труд. На наш взгляд, применительно к обеспечению личной безопасности ребенка следует говорить о безопасных условиях труда и о запрете любых форм эксплуатации в отношении несовершеннолетних.

Конституция РФ установила запрет на принудительное без согласия человека проведение над ним опытов (ч. 2 ст. 21). Проблемой является то, что дети не могут самостоятельно выразить согласие или несогласие на проведение подобных манипуляций, за них это делают их законные представители (родители, опекуны и т.д.). Стоит учитывать и тот факт, что любые опыты могут нести в себе потенциальную угрозу для здоровья ребенка, а в ряде случаев для жизни ребенка.

На наш взгляд, следует запретить на законодательном уровне в отношении несовершеннолетних проводить любые опыты, сопряженные с введением в организм несовершеннолетних каких-либо тестовых препаратов. В связи с чем, предлагается дополнить ст. 43 Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ (в ред. от 28.12.2017) «Об обращении лекарственных средств» пунктом 5 следующего положения: «Проведение медицинских, научных или иных опытов, сопряженных с введением в организм ребенка тестовых препаратов, запрещено. Проведение медицинских, научных и иных опытов, сопряженных с риском причинения вреда здоровью в отношении несовершеннолетних лиц, запрещены».

Существенным элементом, образующим право на личную безопасность, является право на свободу и неприкосновенность личности. Право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 3 Декларации прав человека, ст. 9 Пакта о гражданских и политических правах, ст. 22 Конституции РФ) принадлежит к числу важнейших естественных и неотъемлемых прав человека. Пакт в п. 1 ст. 9 определяет, что «каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность».

Право на свободу - это одно из основополагающих прав человека, поскольку состоит из комплекса конкретных правомочий, реализуемых в сфере личной жизни. Данное право означает, что человек может действовать в соответствии со своей волей без каких-либо ограничений. Личность имеет право выбора, который не должен нарушать и ущемлять права и свободы иных лиц. В основу неприкосновенности личности положена возможность индивидуума беспрепятственно действовать в соответствии со своими личными желаниями и при условии соблюдения установленных правил поведения, а также возможность осуществлять свою деятельность, будучи уверенным в том, что никто не посягнет на его жизнь, достоинство и имущество.

Право на свободу предполагает и свободное ничем не стесненное развитие личности, творческое проявление заложенного природой потенциала, направленного в созидательное русло, что играет немаловажную роль для растущего и развивающегося как личность ребенка.

Несмотря на то, что конституционная категория личной неприкосновенности раскрывается, прежде всего, через физическую неприкосновенность (в которую входит недопустимость оказания физического воздействия на личность в виде пыток, насилия, посягательство на сексуальную неприкосновенность ребенка и т.п.), личная безопасность включает в себя и психическую неприкосновенность ребенка, в том числе[132]. Стоит отметить, что два компонента - психический и физический - тесно взаимосвязаны. Причинение психического насилия часто плачевным образом сказывается на здоровье и общем самочувствии ребенка. В свою очередь, причинение физического вреда ребенку способно вызвать устойчивую глубокую психологическую травму. Единство физического и психического рождает личность. Психологическая

неприкосновенность предполагает недопустимость воздействия на ребенка посредством вербального и невербальных способов принуждения, применения суггестивных методов, использования препаратов, воздействующих на нейромозговую активность ребенка, сопряженных с потерей контроля действия, угроз, запугивания и иных средств и методов, наносящих психологическую травму.

Итак, право на личную безопасность несовершеннолетнего получает свое воплощение через закрепление основных конституционных прав и свобод, а именно: права на жизнь, права на здоровье, право на свободу и личную неприкосновенность. Право на личную безопасность, в том числе, а может быть и прежде всего ребенка, подлежит, на наш взгляд, самостоятельному

законодательному закреплению, что обусловлено пониманием существа и содержания всех основных прав и свобод человека и гражданина, образующих его содержание, уяснением значения и объема каждого конституционного права, необходимостью совершенствования практики реализации и защиты всех основных прав и свобод человека и гражданина как элементов более широкой конституционно-правовой категории - права на личную безопасность.

Надо сказать, что в отличие от российской конституции в ряде зарубежных стран право на безопасность получило конституционное закрепление. Например, п. 1 ст. 17 Конституции Испании содержит положение, согласно которому каждый имеет право на свободу и безопасность.[133] Конституция Португалии тоже прямо гарантирует в главе «Личные права, свободы и гарантии» (ст.ст. 24-47), что «все имеют право на свободу и безопасность»[134] [135]. Конституция Бразилии содержит положение о том, что «без каких-либо различий все равны перед законом, когда это касается гарантий для бразильцев и иностранцев, проживающих в стране, неприкосновенности права на жизнь, на безопасность и на собственность», - это указывается в статье 5 Конституции 1988 г., содержащей 77 пунктов, в которых расшифровываются личные и коллективные права и свободы, входящие в

институт личной безопасности . Аналогичные положения содержатся в конституциях Финляндии[136] и Франции[137]. Конституция Азербайджанской

Республики гарантирует право на безопасное проживание[138]. Тем самым, «личная безопасность» признаётся личным, естественным правом, утверждается ее значение в качестве самостоятельной конституционной ценности и закладываются основы для формирования конституционно-правового института.

Несмотря на то, что право на безопасность не получило прямого закрепления в тексте Конституции РФ, как это сделано в ряде вышеупомянутых конституций стран Европы, тем не менее, это право есть и у российских граждан независимо от возраста, т.е. в полном объеме и у детей. К такому выводу можно прийти на основе анализа ч. 1 ст. 55 Конституции РФ, гласящей, что: «перечисление в Конституции Российской Федерации основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина».

И здесь следует согласиться с Е.С. Калиной в том, что: «необходимым условием реализации, как прав человека, так и прав гражданина является безопасное состояние общества и государства, безопасность личности. Иными словами, если не реализовано право на безопасность, то становится вопрос по реализации всех основных прав человека, независимо от их природы и содержания... Право на безопасность оказывается лежащим в основании, в фундаменте всей системы личных прав, являясь краеугольным камнем этой системы. В этой связи представляется парадоксальным тот факт, что в своем теоретическом осознании и законодательном закреплении право на безопасность отстает от всех остальных прав»[139]. «Право личности на безопасность следует рассматривать как основное фундаментальное право человека и гражданина. Оно выполняет в ряду конституционных прав роль «сквозного» права-гарантии, поскольку «пронизывает» все основные (конституционные) права и защищает безопасность человека и гражданина и, тем самым, создаёт необходимые условия для реализации всех основных прав»[140] [141]. Стоит согласиться с Н.В. Тюменевой, что на сегодняшний день «даже право на жизнь оказывается во все большей

зависимости от состояния обеспеченности безопасности» .

Подводя итог проведенному исследованию права ребенка на личную безопасность, можно выделить его следующие основные черты:

- является конституционной ценностью и существует наравне с основными правами и свободами несовершеннолетних;

- относится к категории конституционных прав и свобод и имеет признаки субъективного неотчуждаемого права. Право на личную безопасность должно быть закреплено на уровне федерального законодательства наравне с такими фундаментальными правами, как право на жизнь, право на здоровье, право на свободу и личную неприкосновенность;

- включение права на личную безопасность в систему конституционных прав является необходимой данью современного гуманитарного развития идеи конституционализма;

- основные принципы международного права в области прав ребенка и конституционные ценности играют решающую роль в характеристике содержания права на личную безопасность, поскольку общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правой системы;

- право на личную безопасность является «сквозным», комплексным правом, поскольку обеспечивает и защищает целый комплекс таких личных и социальных прав личности, как право на жизнь, здоровье, свободу и личную неприкосновенность, в которых раскрывается биосоциальная природа человека, и тем самым создает условия для их полноценной реализации.

Наличие в конституционном статусе ребенка прав и свобод, в том числе и права на личную безопасность, «не самоцель, их смысл заключается в том, чтобы перевоплотиться из состояния возможного и должного в действительность»[142]. Конституционно-правовому механизму обеспечения права несовершеннолетних на личную безопасность будет посвящена следующая глава диссертационного исследования.

<< | >>
Источник: Воронцова Мадлена Алекзандровна. КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ЛИЧНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Санкт-Петербург - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме Право ребенка на личную безопасность как основа конституционно-правового статуса несовершеннолетних:

  1. Лекция 24. Континентальная правовая семья.
  2. § 2. Правовой статус ребенка
  3. 3. Конституционные права ребёнка. Система конституционных гарантий прав и свобод ребёнка
  4. 3. Правовое положение несовершеннолетних в сфере трудовых отношений в Российской Федерации
  5. Угрозы и вызовы личной безопасности ребенка в современной России: конституционно-правовой анализ
  6. Личная безопасность несовершеннолетних как конституционная ценность и конституционно-правовой институт
  7. Право ребенка на личную безопасность как основа конституционно-правового статуса несовершеннолетних
  8. Понятие, структура и принципы конституционно-правового механизма обеспечения личной безопасности ребенка
  9. Международно-правовой механизм обеспечения личной безопасности несовершеннолетних лиц
  10. 2.1. Роль административных процедур в реализации административно-правового статуса граждан и их организаций во взаимоотношениях с органами исполнительной власти.
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -