Заключение
Завершая исследование институтов европейского ордера на арест и европейского ордера на производство следственных действий, еще раз подчеркнем, что настоящая работа охватывала лишь те вопросы, разрешение которых, с нашей точки зрения, должно было продемонстрировать сущностные аспекты проведенных реформ.
В результате они наглядно показали некоторый диссонанс целей, которые преследуют наднациональные власти Европейского Союза, создавая новые механизмы сотрудничества государств-членов в области борьбы с преступностью. С одной стороны, безусловно позитивное стремление закрепить в правовой системе ЕС институты, способные эффективно отвечать новым вызовам международной преступности. Таким образом, были существенно изменены концептуальные положения, характерные для традиционных способов взаимодействия стран-участниц ЕС в сфере уголовного судопроизводства, что значительно упростило и ускорило процедуру осуществления сотрудничества. С другой - желание ограничить суверенитет государств-членов и усилить влияние наднационального права в области уголовной юстиции. Следствием противоречивого характера проведенных преобразований является наличие широкого спектра проблем, которые мы проанализировали относительно европейского ордера на арест и которые могут возникнуть в связи с принятием европейского ордера на производство следственных действий.Существенно повышает градус дискуссии и характер процессуальных особенностей, которые необходимо закрепить государствам-членам в своих правовых системах, исполняя обязательства по имплементации новых правовых конструкций. Некоторые из них (как в случае с ордером на арест) прямо противоречат национальным Конституциям, иные создают серьезную неопределенность в процессе реализации институтов. Достаточно вспомнить проблему выбора процессуального права применительно к особенностям исполнения ордера на производство следственных действий.
Особо остро стоит вопрос надлежащего соблюдения прав и свобод человека в рамках осуществления новых механизмов сотрудничества. Безусловно, его появление стало следствием отмеченного стремления расширить интеграцию в уголовно-правовой сфере ЕС. Однако именно возникновение проблемы соблюдения индивидуальных прав заставило взглянуть на анализируемые институты не только как на совокупность процессуальных норм, изменяющих процедуру сотрудничества, но и как на один из способов ограничения суверенных прав государств-челнов в области уголовной юстиции. В результате дальнейшие перспективы развития европейского ордера на арест и ордера на производство следственных действий напрямую связаны с тем, удастся ли преодолеть обозначенное затруднение.
Вместе с тем нельзя не отметить и факт того, что вызванная указанными обстоятельствами ситуация не осталась проигнорирована: на уровне ЕС предпринимаются попытки разрешить сложившиеся противоречия, как путем реформы (уже назревшей) европейского ордера на арест, так и посредством широкого обсуждения нового порядка получения доказательств в рамках Союза. Смеем надеяться, что они увенчаются успехом и рассмотренные институты действительно станут эффективными средствами взаимодействия государств в целях борьбы с преступностью. Предпосылки для такого вывода также существуют, например, в практике применения европейского ордера на арест был устранен один из главных недостатков процедуры экстрадиции - ее длительность. Таким образом, срок передачи лиц между государствами-членами значительно сократился.
Эффективность рассмотренных механизмов также напрямую связана и с доктринальными разработками. Первоначально исследования
сосредоточивались лишь на процессуальных аспектах новых механизмов (что объяснимо, учитывая кардинальный характер преобразований), в дальнейшем все чаще стало звучать обсуждение сущностного характера. В результате, несмотря на конъюнктурные особенности, в академических кругах появилась серьезная критика как европейского ордера на арест, так и ордера на производство следственных действий. Именно она стала одним из определяющих факторов, в связи с которым на наднациональном уровне постепенно начала складываться тенденция к пересмотру некоторых особенностей институтов.
В такой ситуации дальнейшие исследования рассмотренных механизмов видятся более чем перспективным. Учитывая, что принцип взаимного признания приговоров и судебных решений стал неотъемлемой частью правовой системы Европейского Союза, именно научные разработки должны выявлять все негативные аспекты правовых конструкций, в основе которых он заложен. Создавать прочную научно-обоснованную базу, дабы учитывать опыт ЕС (в том числе положительный или неудачный) при анализе любых инициатив интеграционного характера в сфере уголовной юстиции, как касающихся реального или гипотетического взаимодействия со странами ЕС, так и в рамках иных межгосударственных образований.