<<
>>

Предмет и пределы последующего судебного контроля при разрешении жалоб на действия и решения органов досудебного производства и апелляционного рассмотрения жалоб и протестов на постановления следственного судьи

Конституционный принцип судебной защиты прав и свобод человека и гражданина (ст. 13 Конституции РК), текстуально воспроизведенный в ч. 1 ст. 12 УПК РК о праве на обжалование процессуальных действий и решений, как со стороны органов досудебного расследования, так и со стороны иных лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве - выступают одной из важнейших гарантий защиты гражданами своих прав и свобод от возможного их нарушения при производстве по уголовным делам.

Значимость конституционных положений о судебной защите прав и свобод человека и гражданина позволили А.П. Гуськовой и Н.Г. Муратовой придти к заключению о том, что деятельность суда по рассмотрению жалоб участников на неправомерные действия и решения органов является важной составляющей функции правосудия.[138] [139] Аналогичное мнение высказано В.А. Ржевским и Н.М. Чепурновой, которые охарактеризовали предмет судебного обжалования как «подсудность всех дел, т.е. способность суда защищать гражданина в любом

139

случае, если государство посягнуло на его права» .

Как показывает мировой исторический опыт, судебный контроль в форме рассмотрения жалоб на действия и решения исполнительных органов, всегда выступал как надежный гарант обеспечения защиты прав и свобод граждан. Обусловлено это двумя качественными параметрами судебного контроля: независимость суда и особая процедура его деятельности, построенной на отсутствии ведомственной заинтересованности, гласности производства, устность и непосредственность при исследовании существа рассматриваемого дела. Обозначая безусловные достоинства судебной процедуры, В.М. Савицкий акцентировал внимание на состязательность судебного рассмотрения при равных возможностях сторон доказывать свою правоту или опровергать доводы противоположной стороны. Поэтому он считал, что только судебный контроль сможет стать серьезнейшим заслоном от бюрократических извращений, задевающих права и законные интересы личности[140].

Следует отметить, что подобный вывод о возможности ограничения от злоупотребления исполнительной и законодательной власти путем судебного обжалования их действий и решений содержится в одном из важнейших исторических памятников - Великой хартии вольностей 1215 года. Суть этого исторического документа в том, что в нем было прописано положение о том, что правосудие должно быть доступно для всех, и что ни один свободный человек без судебного решения не должен быть подвернут за свои действия аресту, объявлен вне закона или наказан иным образом.

По мере становления государственности, указанные процедуры судебной деятельности были дополнены обязательностью уведомления заинтересованных участников о принимаемых решениях и возможностью быть выслушанным судом при изложении своих доводов, которые обеспечивали беспристрастность при вынесении судебного акта[141].

В результате была сформирована процедура, последовательное исполнение которой позволяет суду выступать своеобразным барьером, препятствующим нарушению закона при производстве досудебного расследования, поскольку в этом случае сразу же возникают основания для судебного вмешательства следственного судьи. Тем самым судебный контроль обретает нормативноправовой характер, опосредованно влияя на законность и качество проводимых действий и принимаемых решений в досудебных стадиях уголовного процесса.

Вместе с тем сам по себе судебный контроль не может рассматриваться в качестве достаточного средства защиты нарушенных прав и свобод личности без активности других участников расследования. Выступая лишь в качестве субъективного повода к началу соответствующей деятельности, судебный контроль лишь создает надлежашие условия сторонам для реализации своих процессуальных полномочий по разрешению возникшего спора. Поэтому помимо объема прав участников, обжалывающих действия и решения органов досудебного расследования, закон предусматривает и процессуальную форму процедуры обжалования. В этой связи реализация субъектами уголовного процесса своих прав на судебное обжалование действий и решений органов досудебного производства зависит от их усмотрения или обусловлена волей тех, чьи интересы они представляют.

Различают два вида жалоб: устные и письменные (ч. 3 ст. 100 УПК РК). Устные жалобы оформляются протоколом, а письменные принимаются непосредственно. Подача жалобы или протеста при отсутствии нарушения установленного законом порядка, является безусловным основанием для их судебного рассмотрения. При этом закон предусматривает и право жалобщика на ее отзыв, если причины, послужившие основанием для ее подачи отпали. Однако отзыв жалобы не препятствует ее повторной подаче до истечения предусмотренных законом сроков.

В науке уголовного процесса порядок рассмотрения жалоб относится к числу судебных процедур, обладающих такими отличительными признаками как специфический круг участвующих лиц и предмет судебного контроля[142].

Как справедливо отмечает А.В. Руновский, в данной форме судебного контроля ведущим формообразующим фактором выступает жалоба[143]. Определяя предмет обжалования, законодатель в ч. 1 ст. 100 УПК РК устанавливает круг субъектов, правомочных подать жалобу при условии, что действия и решения органов уголовного преследования затрагивают их интересы. В то же время законодатель не уточняет, в чем заключается нарушенный «интерес». Указанная неопределенность позволяет произвольно толковать указанную норму, порождая различные подходы как в науке, так и в практической деятельности. В частности, возникает вопрос, обладают ли правом обжалования незаинтересованные участники процесса, отнесенные к категории «иные лица, участвующие в уголовном процессе» - секретарь судебного заседания, переводчик, свидетель, свидетель, имеющий право на защиту, понятой, эксперт, специалист, судебный пристав, медиатор (п. 24 ст. 7 УПК РК). Полагаем, что при определении круга субъектов, следует исходить не из их процессуального статуса, а из реальности причинения ущерба конституционным правам и свободам любым участникам проводимого расследования[144]. Тем самым во главу угла ставится не только круг лиц, обладающих правом инициировать судебное обжалование, но, в большей степени, сам предмет судебного контроля.

В результате рассмотрения жалобы или протеста на действия (бездействие) и решения органов досудебного расследования следственный судья выносит постановление, носящее обязательный характер для исполнителя в целях восстановления либо компенсации нарушенных правоотношений. Основные выводы следственного судьи подразумевают либо полное либо частичное ее удовлетворение, за исключением случаев, когда разрешение жалобы может повлечь ухудшение положения лица, подавшего жалобу, или лица, в интересах которого она была подана. Если же в удовлетворении жалобы было отказано, то он должен быть мотивирован с изложением причин принимаемого решения (ч. 3, 4 ст. 105 УПК РК).

Закон устанавливает перечень действий и решений органов уголовного преследования, подлежащих рассмотрению в обязательном порядке следственным судьей. В жалобе должно быть указано, в чем гражданин видит неправомерность направленных против него решений или действий и какие решения, по его мнению, должны быть приняты по их устранению в целях восстановления нарушенных прав и свобод. При этом действует законодательный императив о запрете поручения рассмотрения жалобы тому дознавателю, следователю, прокурору или судье, действия которых обжалуются, а равно должностному лицу, утвердившему обжалуемое решение.

В казахстанском судопроизводстве предусмотрен двухступенчатый порядок рассмотрения жалоб:

- общий порядок обжалования прокурору, а в случае несогласия с его решением - вышестоящему прокурору;

- судебный порядок рассмотрения жалоб, если решения органов прокуратуры не удовлетворяет инициаторов жалобы.

Исходя из этого, законодатель предусмотрел единый для прокурора и суда порядок рассмотрения жалоб (ст. 104 УПК РК и ч. 2 ст. 5 Закона РК «Об оперативно-розыскной деятельности»). Прокурор или следственный судья, рассматривающие жалобу, исходя из своих дискреционных полномочий, обязаны незамедлительно принять меры к разрешению предмета жалобы и восстановлению нарушенных интересов сторон в сроки, достаточные для его разрешения (ч.

2 ст. 105 УПК РК). Однако принесение жалобы не является основанием для приостановления производства обжалуемого действия и исполнения обжалуемого решения. Процедура рассмотрения жалобы носит единоличный характер, но если возникает необходимость в исследовании обстоятельств, имеющих значение для принятия законного и обоснованного решения, следственный судья вправе назначить коллегиальное рассмотрение в закрытом судебном заседании с привлечением всех заинтересованных участников. Неявка последних не препятствует рассмотрению жалобы. По распоряжению следственного судьи судебное заседание может быть проведено в режиме видеосвязи.

Перечень обжалуемых на этапе предупредительного судебного контроля действий и решений органа уголовного преследования регламентирован ч. 1 ст. 106 УПК РК и не носит исчерпывающий характер. Поэтому судебный контроль не ограничивается жалобами на действия и решения, посягающие на конституционные права граждан и их право на защиту, но и распространяется на любые другие действия и решения, которые, по мнению жалобщика, ущемляют его правовой статус. Отсутствие в законе исчерпывающего перечня предмета обжалования при осуществлении предупредительного судебного контроля создает условия для самостоятельного регулирования следственным судьей, в соответствии с его внутренним убеждением, вопроса об обоснованности или необоснованности предъявляемых претензий. В этой связи следственный судья наделен не только правом проверки изложенных в жалобе доводов, но и правом, если в этом возникнет необходимость - истребовать дополнительные материалы, а так же получать от лиц, чьи действия обжалуются, письменные пояснения относительно предмета жалобы. Обусловлено это тем, что такие решения (например, отказ в приеме заявления) могут существенно ограничить права и законные интересы участников уголовного судопроизводства препятствуя их доступу к правосудию до их отмены прокурором в ходе текущего процессуального контроля.

Если при этом выявлены типичные нарушения, следственный судья в пределах дискреционных полномочий суда вправе внести частное постановление об ответственности лиц, допустивших нарушения закона (ч.

6 ст. 56 УПК РК).

Практика вынесения частных постановлений за 2015 - 2017 годы судами города Астаны показывает, что в основном предметом указанных решений являются:

- несоблюдение в досудебном расследовании принципа всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела (ст.24 УПК РК), выражающееся в игнорировании требований закона об обязательности выяснения обстоятельств не только уличающих, но и оправдывающих подозреваемого, а также смягчающих его ответственность и наказание - 17;

- грубые нарушения срока доставления подозреваемого свыше 3 часов ст. 129 УПК - 23;.

- грубые нарушения уголовно-процессуального закона при применении оснований задержания подозреваемого, предусмотренные ч. 2 ст. 128 УПК РК - 11;

- грубые нарушения уголовно-процессуального закона о сроках направлении в суд материала о санкционировании содержания под стражей - 7;

- грубые нарушения уголовно-процессуального закона при проведении несанкционированного обыска - 5.

Если в результате проверки будет установлено наличие какого-либо предусмотренного законом вреда, возникшего в результате обжалуемых действий или решений, - следственный судья обязан разъяснить заявителю порядок его возмещения или устранения.

С другой стороны, пределы судебной проверки ограничены выяснением только предмета поданной жалобы. В этой связи предусмотрен законодательный императив о запрете давать оценку имеющимся в деле доказательствам при проверке предмета жалобы. Следственный судья должен только выяснить, проверены и учтены ли дознавателем, следователем, прокурором все обстоятельства, на которые указывает заявитель. При коллегиальном рассмотрении жалобы процедура аналогична процедурам судебного следствия: следственный судья объявляет о сути рассматриваемой жалобы, после этого заслушивает доводы заявителя и мнения других участников. Доказывание правомерности произведенных действий, обоснованность которых обжалуется заявителем - обязанность лица, их проводившего. Во время судебного рассмотрения жалобы ведется протокол. По результатам рассмотрения, следственный судья либо удовлетворяет обоснованные требования заявителя и выносит постановление об отмене признанного незаконным процессуального решения или констатирует незаконность или необоснованность притязаний заявителя и оставляет жалобу без удовлетворения. Одновременно он обязывает прокурора и лиц, допустивших нарушение законности принять все возможные меры по их устранению и восстановлению нарушенных прав заявителя (ст. 106 УПК РК).

Проведенный нами анализ полномочий следственного судьи в рассматриваемой сфере показал, что установленная законом процедура судебного рассмотрения жалоб на действия и решения органов досудебного производства не в полной мере обеспечивает состязательность его участников путем предоставления им равных возможностей. В частности, нами отмечено, что ознакомление с материалами, представленными суду сторонами, фактически происходит в ходе судебного рассмотрения, т.к. в законе прямо не предусмотрено право сторон на ознакомление со всеми материалами, представленными следственному судье до начала судебного рассмотрения. Отсутствует и право на принесение возражений либо представления дополнительных материалов до назначения судебного рассмотрения жалобы, в то время как следственный судья может ознакамливаться с представленными материалами от трех до пятнадцати суток. Безусловно, представлять защите все материалы уголовного дела до его окончания вряд ли целесообразно, однако, если в предмет жалобы входят решения, препятствующие дальнейшему движению уголовного дела, то отсутствие права сторон на ознакомление с ними до назначения судебного рассмотрения жалобы является не вполне оправданным.

С обретением законной силы УПК РК 2014 года, институт судебного обжалования, стал не только составной частью сферы судебного контроля, но и основным критерием оценки эффективности работы следствия и дознания. Так только за 2016 год в судебную коллегию по уголовным делам суда города Астаны поступило 56 материалов по жалобам на постановления этих органов, из которых оставлено без изменения - 48, отменено - 3, изменено - 1, и 4 возвращено из-за пропуска сроков обжалования.

Между тем, последующий судебный контроль состоит не только из разрешения жалоб на проведенные несанкционированные действия и решения, но и обжалования, опротестования постановлений самого следственного судьи по правилам, предусмотренным ст. 107 УПК РК. Указанным правом наделены не только заинтересованные в этом участники, но и прокурор, как процессуальный руководитель проводимого расследования. Жалоба или протест подаются в течение трех суток с момента оглашения постановления следственного судьи в областной и приравненный к нему суд через суд, следственный судья которого вынес постановление.

Предмет обжалования устанавливается ч. 1 ст. 107 УПК РК и включает в себя перечень, относящийся только к вопросам, связанным с незаконным или необоснованным санкционированием мер пресечения или применения иных мер процессуального принуждения; санкционированием и производством следственных и иных процессуальных действий; результатами разрешения различного рода ходатайств, заявленных в ходе досудебного производства. Однако следует отметить, что в отличие от рассмотрения жалоб следственным судьей, пределы последующего судебного контроля устанавливаются лишь возможностью обжалования тех действий и решений должностных лиц, которые связаны с реализацией функции уголовного преследования в досудебном производстве. Учитывая значимость решений следственного судьи, а так же возможность намеренного противодействия их исполнению, закон предусматривает гарантии, посредством которых даже наличие жалобы или протеста, до признания их обоснованности, не приостанавливает исполнение принятого следственным судьей решения. К таким решениям закон относит постановления следственного судьи о наложении ареста на имущество, о переводе лица, содержащегося под стражей в специальную медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь и приспособленную для содержания больных в условиях строгой изоляции; о санкционировании меры пресечения в виде содержания подозреваемого под стражей, об экстрадиционном аресте, домашнем аресте, залоге или продлении срока содержания под стражей, домашнего ареста либо об отказе в даче санкции на указанные действия и решения либо отказе в принятии залога.

Рассмотрение жалобы, протеста происходит в областном или приравненном к нему суде через суд, следственный судья которого вынес постановление в закрытом судебном заседании с участием прокурора и защитника подозреваемого. Правом участия в рассмотрении так же наделены подозреваемый, его законный представитель, потерпевший, его законный представитель и представитель и другие лица, чьи права и интересы затрагиваются обжалуемым решением. Неявка указанных лиц, при условии своевременного извещения о времени рассмотрения жалобы, протеста не препятствует судебному рассмотрению (ч. 2, 3, 6 ст. 107 УПК РК).

В результате рассмотрения жалобы, протеста, суд апелляционной инстанции выносит одно из следующих решений: об оставлении решения следственного судьи без изменения либо об его изменении, либо об отмене постановления следственного судьи и вынесении нового постановления. Указанное решение вышестоящего суда вступает в законную силу с момента его оглашения и является окончательным. О принятом решении уведомляются заинтересованные лица и оно подлежит немедленному исполнению (ч. 7, 8 ст. 107 УПК РК).

В то же время, несмотря на исчерпывающий перечень решений следственного судьи, в практической деятельности все же наблюдаются случаи неверного их применения или толкования.

Характерным является следующий пример по уголовному делу № 150000031000372. 18 февраля 2016 года в районный суд № 2 Сарыаркинского района г.Астаны в порядке статьи 106 УПК РК поступила жалоба защитника Н.А. Суттубаева о признании незаконным бездействия следователя Управления внутренних дел района Сарыарка «А». В результате следственный судья единолично принял решение, указав в постановлении: оставить жалобу без рассмотрения. Помимо этого, следственный судья, выйдя за пределы жалобы, неправильно оценив приведенные заявителем доводы, дал правовую оценку полномочиям следователя по изменению меры пресечения, хотя данный вопрос автором жалобы не ставился и не оспаривался.

Защитник обжаловал указанное постановление в вышестоящий суд. Апелляционная инстанция, не соглашаясь с мнением следственного судьи, изменяя вышеназванное постановление, указала, что принятое решение об оставлении жалобы без рассмотрения не предусмотрено законом.

В соответствии с частью 8 статьи 106 УПК, по результатам рассмотрения жалобы суд принимает одно из следующих решений: об отмене признанного незаконным процессуального решения; о признании действий (бездействия) соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и его обязанности устранить допущенное нарушение; о возложении на прокурора обязанности устранить допущенное нарушение прав и законных интересов гражданина или организации; об оставлении жалобы без удовлетворения. Так же судом было указано о недопустимости рассмотрения следственным судьей вопросов, не являющихся предметом жалобы.

Указанный пример наглядно демонстрирует пределы полномочий следственного судьи при разрешении поступившей жалобы, протеста, которые определяются самим предметом жалобы, протеста, выход за границы которого, является недопустимым. Аналогично устанавливаются и пределы апелляционного рассмотрения жалоб, протестов на постановления, вынесенные следственным судьей.

В ходе последующего судебного контроля на постановления следственного судьи проводится проверка его решений о законности проведения следственных действий (осмотра, обыска, выемки, личного обыска), если они в силу исключительности обстоятельств произведены без судебного санкционирования. Необходимо отметить, что предмет последующего судебного контроля в рассматриваемом случае достаточно четко регламентирован законодателем и по своему объему значительно уже, нежели предмет предупредительного контроля за производством следственных действий. В этой связи при применении процедуры последующего судебного контроля, в связи с характером деятельности следственного судьи и пределами реализации им соответствующих полномочий складывается несколько иная ситуация. Например, обыск и выемка должны производятся по мотивированному постановлению, санкционированному следственным судьей (ч. 1 ст. 254 УПК РК). И только в исключительных случаях возможно их несанкционированное проведение (ч. 3 ст. 254 УПК РК) по правилам, предусмотренным для аналогичных ситуаций несанкционированного осмотра жилого помещения.

В этих случаях после их фактического проведения все материалы в суточный срок направляются прокурору, который незамедлительно рассмотрев представленные материалы, направляет их следственному судье для проверки законности. В случае, если прокурор установит, что указанные следственные действия произведены с нарушениями закона, он вправе самостоятельно принять решение об их незаконности без направления следственному судье. Если решение о незаконности проведения обыска, выемки принято следственным судьей, то полученные результаты не могут быть допущены в качестве доказательств по делу.

Тем самым, процедура последующего судебного контроля предусматривает не только проверку законности решения следственного судьи о производстве следственных действий, но и сам процесс осуществления такой проверки. Указанные полномочия, на наш взгляд, полностью соответствуют сущности последующего судебного контроля за несанкционированным производством следственных действий. В этой связи судья проверочной инстанции обязан оценить не только законность решения следственного судьи, но и обоснованность предшествующих этому решению обстоятельств, указывающих на исключительность ситуации, повлекшей немедленное их производство, а также сам ход и результаты его проведения.

В таких случаях было бы неправильным рассчитывать на то, что суд вышестоящей инстанции не будет анализировать достаточность оснований, для производства следственного действия только исходя из достижения

положительного результата проведенного с нарушениями следственного действия[145].

Поэтому в теории уголовного процесса неоднократно поднимался вопрос о характере предоставляемых следственному судье (суду) материалов, подтверждающих обоснованность и неотложность проведенного следственного действия: существовавшие на момент принятия решения о его производстве или полученные в результате его производства? На эту проблему обращал внимание В. Кальницкий, который писал о том, что если оценка обоснованности ограничения конституционных прав граждан будет производится по принципу «цель оправдывает средства», то очень скоро сложится порочная практика, которая станет считать «исключительными» все новые случаи производства следственных действий, появится возможность ограничивать право, например, на неприкосновенность жилища и при отсутствии проверяемых оснований[146].

Поэтому определяя пределы полномочий следственного судьи в границах осуществления последующего судебного контроля, необходимо также учитывать и процессуальные последствия принятого следственным судьей решения. Нормы, посвященные регламентации проведения судебной проверки обоснованности несанкционированных следственных действий предусматривают только два решения: о законности или незаконности. В последнем случае все доказательства, полученные в ходе такого следственного действия, признаются недопустимыми. В то же время, в соответствии с положениями ст. 112 УПК РК, среди фактических данных, признаваемых не допустимыми в качестве доказательств, признание следственным судьей проведенного следственного действия незаконным не содержится. Обусловлено это тем, что недопустимость доказательств определяется самим органом уголовного преследования или по ходатайству заинтересованной стороны исходя из общего для них оценочного критерия: повлияли или могли ли они повлиять на достоверность полученных фактических данных. При этом они могут быть использованы в качестве доказательств факта соответствующих нарушений и виновности лиц, их допустивших. Иными словами, критерием допустимости при нарушении предусмотренных законом процедур может выступать их существенность либо несущественность.

Например, в ходе предварительного слушания установлено, что протокол допроса свидетеля, содержащий смягчающие вину обстоятельства не включен в опись материалов уголовного дела или то, что в протоколе этого допроса отсутствует подпись должностного лица, производившего допрос. Либо следственное действие произведено должностным лицом, не управомоченным его производить ввиду отсутствия поручения со стороны следователя, в чьем производстве находится уголовное дело или оно произведено без вынесения обязательного для его проведения постановления. Аналогичная ситуация может сложиться и при проведении следственного действия лицом, подлежащим отводу. Формально имеются все основания для признания полученных в ходе проведения таких действий доказательств недопустимыми, поскольку имеется существенное нарушение порядка производства процессуального действия (п. 5 ч. 1 ст. 112,

ч. 1 ст. 436 УПК РК). С другой стороны, если сторона в ходе предварительного слушания, предшествующего назначению главного судебного разбирательства, заявит ходатайство о том, что признанное прокурором или органом досудебного расследования доказательство может быть использовано в дальнейшем расследовании исходя из того, что оно способствует всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела, то при отсутствии возражений другой стороны, оно может быть признано несущественным и допустимым. Например, полученные доказательства оправдывают или смягчают вину подозреваемого, обвиняемого. Либо они могут быть устранены без каких-либо препятствий в дальнейшем. Либо формальное нарушение закона не влияет на объективность полученных доказательств. Однако если одна из сторон против этого, то такое ходатайство удовлетворению не подлежит, хотя это и не препятствует повторному обращению с данным ходатайством (ст. 99 УПК РК). В подобных ситуациях, по мнению О.В. Химичевой, признание доказательства недопустимым в рамках досудебного производства не только создает дополнительные гарантии прав и законных интересов граждан, но и обеспечивает законность и обоснованность уголовно-процессуальной деятельности стороны

обвинения, поскольку предоставляет должностному лицу, ведущему производство по уголовному делу, возможность устранить в ходе других следственных действий образовавшийся пробел в доказательственном материале[147].

Совсем другая ситуация складывается при последующем судебном контроле. Если при судебном рассмотрении правомерности проведенного несанкционированного осмотра, обыска, выемки или личного обыска следственным судьей указанные действия признаны незаконными, то это решение является окончательным и, в отличие от недопустимых доказательств, влечет за собой невосполнимую утрату полученных результатов. Изложенное позволяет придти к выводу о том, что признание проведенного следственного действия незаконным в ходе последующего судебного контроля является более радикальным, чем аналогичное решение о недопустимости доказательств. Поэтому пределы судебного решения следственного судьи четко обозначены законом, не подлежат расширительному толкованию и в случаях, предусмотренных законом, их обжалование не приостанавливает их действия.

В то же время, теоретическая неразработанность проблемы порождает неопределенность в целевой направленности судебной проверки и недопонимание в определении ее пределов, а так же является причиной для многочисленных характерных нарушений, допускаемых следственными судьями при осуществлении функции последующего судебного контроля.

Так, постановлением следственного судьи районного суда № 2 Есильского района города Астаны о проверке законности произведенного несанкционированного личного обыска АД. Збдіраш по материалам досудебного расследования было принято решение об оставлении без рассмотрения. Апелляционная инстанция, отменила данное постановление, так как вопрос о проверке законности несанкционированного личного обыска АД Збдіраш прокурором надлежащим образом не оформлен. Просьба о проверке законности несанкционированного личного обыска выражена не в предусмотренной уголовно-процессуальным законом форме, а сопроводительном письме от 17 января 2016 года к материалу о санкционировании меры пресечения в виде содержания под стражей АД. Збдіраш.

В постановлении апелляционной инстанции было указано: исходя из смысла пункта 16 статьи 55 УПК ПК, санкционирование личного обыска подозреваемого, как и проверка законности указанного несанкционированного действия, являются самостоятельными процессуальными действиями следственного судьи, требующим от органа досудебного расследования и прокурора надлежащего самостоятельного оформления. Поэтому следственный судья не должен был принимать к производству рассмотрение указанного вопроса. Кроме того, незаконно приняв к производству рассмотрение вопроса законности несанкционированного личного обыска, следственный судья принял решение, не предусмотренное пунктом 14 статьи 220 УПК РК, то есть оставил без рассмотрения.

Как нами уже отмечалось ранее, выходом из сложившейся ситуации может быть разъяснение порядка судебной проверки в официальном научном комментарии к УПК РК, либо в приказе Генерального Прокурора РК, либо в соответствующем Нормативном Постановлении Верховного Суда РК.

Выводы.

1. Судебная защита является наиболее эффективным механизмом правовой защиты личности из всех выработанных в мировой общественной практике. Эта эффективность обусловлена независимостью суда от прокурора, следователя, дознавателя и наличием у суда особой процедуры деятельности по осуществлению судебного контроля.

2. Судебный контроль опосредует себя в процессуальных правомочиях его субъектов по возможному обжалованию тех или иных действий и решений государственных органов и должностных лиц, ведущих уголовный процесс. В итоге подобный контроль объективно приобретает нормативные свойства и уже реализует себя как нормативно-процессуальный контроль. Вызывая определенные правовые последствия требуя соответствующей рекции со стороны процессуальных органов, данный контроль существенно влияет на результаты и ход судопроизводства, влечет за собой обязательной процедуры либо вынесение итогового процессуального решения.

3. Реализация субъектами уголовного процесса своих прав на судебное обжалование действий и решений органов досудебного производства (расследования) зависит от их усмотрения или обусловлена волей тех, чьи интересы они представляют (участниками процесса: физические и юридические лица, если проводимые процессуальные действия затрагивают их интересы).

4. Судебный контроль распространяется только на действия (бездействие) и решения органов досудебного производства, которые либо нарушают конституционные права граждан, либо не позволяют должным образом обеспечивать функцию расследования при предварительном следствии и дознании.

5. Процедура последующего судебного контроля предусматривает не только проверку законности решения следственного судьи о производстве следственных действий, но и сам процесс осуществления такой проверки. В этой связи судья областного или приравненного к нему суда обязан оценить не только законность решения следственного судьи, но и обоснованность предшествующих этому решению обстоятельств, указывающих на исключительность ситуации, повлекшей немедленное их производство, а также сам ход и результаты его проведения.

6. Если при судебном рассмотрении правомерности проведенного несанкционированного осмотра, обыска, выемки или личного обыска следственным судьей указанные действия признаны незаконными, то это решение является окончательным и, в отличие от недопустимых доказательств, влечет за собой невосполнимую утрату полученных результатов. Изложенное позволяет придти к выводу о том, что признание проведенного следственного действия незаконным в ходе последующего судебного контроля является более радикальным, чем аналогичное решение о недопустимости доказательств. Поэтому пределы судебного решения следственного судьи четко обозначены законом, не подлежат расширительному толкованию и в случаях, предусмотренных законом, их обжалование не приостанавливает их действия.

<< | >>
Источник: Адилов Санжар Аскенович. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СЛЕДСТВЕННОГО СУДЬИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме Предмет и пределы последующего судебного контроля при разрешении жалоб на действия и решения органов досудебного производства и апелляционного рассмотрения жалоб и протестов на постановления следственного судьи:

  1. ОГЛАВЛЕНИЕ
  2. Введение
  3. Опыт стран-участников Содружество Независимых Государств, пошедших по пути введения специальных следственных судей и возможность рецепции некоторых процессуальных механизмов судебного контроля в уголовное судопроизводство Республики Казахстан
  4. Особенности процессуального статуса следственного судьи: понятие, значение и сущность его полномочий в досудебном расследовании
  5. 2.2. Особенности полномочий следственного судьи, связанных с применением альтернативных содержанию под стражей мер пресечения и с возможностью вторжения в сферу доказывания по уголовным делам
  6. Предмет и пределы последующего судебного контроля при разрешении жалоб на действия и решения органов досудебного производства и апелляционного рассмотрения жалоб и протестов на постановления следственного судьи
  7. §3. Элементы и источники антисистемы, их классификация
  8. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -