<<
>>

Отличие нормы права от смежных явлений.

Отличить норму права от иных социальных норм не представляет трудности. В отличие от последних любая норма права устанавливается или санкционируется компетентными органами или лицами, оконча­тельно признается только государством, обеспечена его защитой

и носит четко определенный, документально закрепленный и обя­зательный характер.

Хотя нормы права всегда излагаются в законах и подзаконных правовых актах, тем не менее словесное содержание последних не всегда состоит только из норм права. В этих актах нередко быва­ют преамбулы и индивидуальные решения, которые хотя и имеют важное значение, однако чаще всего не являются нормативными. Норма права образуется не из любых положений правотворческо­го органа, а только из тех, которые обладают строго определен­ными свойствами.

Та часть нормативного правового акта, где излагаются нормы права, обычно делится на разделы, главы, параграфы, статьи, пун­кты и т.д. Но здесь тоже надо учесть, по крайней мере, два обсто­ятельства. Во-первых, в этой части нередко помещаются и инди­видуальные правовые предписания разового характера, как, ска­жем, поручение Правительству в месячный срок утвердить персо­нальный состав членов Федеральной комиссии по ценным бума­гам и фондовому рынку, содержащееся в Указе Президента РФ от 4 ноября 1994 г. «О мерах по государственному регулированию рынка ценных бумаг в Российской Федерации» (п. 11). Во-вто­рых, даже тогда, когда содержащиеся в законодательных актах положения носят, несомненно, нормативный характер, зачастую нормы права и отдельные пункты статьи или параграфа таких ак­тов не совпадают по объему и структуре: либо одна норма излага­ется частями в нескольких местах законодательного акта, либо объединяются вместе некоторые структурные части двух и более норм, как это, к примеру, сделано в ч. 4 ст. 3 Конституции РФ 1993 г., где предусмотрено: «Захват власти или присвоение власт­ных полномочий преследуются по федеральному закону».

Отмеченное выше обстоятельство, объясняемое прежде всего требованиями юридической техники правотворчества, еще раз подтверждает тезис о том, что нормативно-правовой массив не состоит из совершенно однородных по структуре предписаний и нельзя искать в каждом из таких предписаний целостную, струк­турированную норму права, своеобразное «право» в миниатюре. Оно, однако, никоим образом не говорит о том, что в современ­ных условиях, когда усиливается специализация нормативно-пра­вовых предписаний, общая конструкция правовой нормы теряет свои реальные очертания, превращается все больше в сугубо ло­гическую категорию.

Та специализация среди элементов правовой материи, о кото­рой часто говорится в последние годы, касается не самих право­вых норм непосредственно, а правовых предписаний.

В связи с усложнением предмета и пределов общего правового регулирования, обогащением опыта регулятивного воздействия на общественные отношения и совершенствованием метода и техни-

ки такого воздействия происходит всевозрастающее разделение труда между различными подразделениями нормативных право­вых актов и содержащимися в них предписаниями, процессы их дифференциации, конкретизации и интеграции. Но от этого фак­тически не меняется ни организационная структура правовой нор­мы, ни суть и назначение ее отдельных элементов. Правовая нор­ма применительно к тем отдельным жизненным отношениям, которые ею регулируются, продолжает выполнять свою прежнюю служебную роль в целостном виде.

Отличая целостную норму права от правовых предписаний, сле­дует согласиться с тем, что последние представляют собой эле­ментарно завершенные веления, сформулированные в тексте нор­мативного акта, единство государственно-властного веления и его внешнего словесно-документального выражения в таком тексте. Эти предписания могут быть как индивидуальными, разрешаю­щими конкретный юридический вопрос применительно к опре­деленным лицам, так и нормативными, выражающими общеобя­зательные правила и веления.

Нормативно-правовые предписания находятся в одной с пра­вовой нормой сфере юридической реальности, ибо ими обознача­ется логически завершенное нормативное положение, прямо сфор­мулированное в какой-то части (статье, параграфе и т.п.) норма­тивно-правового акта.

Тем не менее нельзя отождествлять их с нормами права. Прежде всего потому, что в отличие от норм, составляющих содержание права, нормативно-правовые предпи­сания олицетворяют одновременно и содержание, и форму права. Кроме того, нормативно-правовые предписания могут быть ком­позиционными (типичными, стандартными) и некомпозиционными (нетипичными, нестандартными). Если первые из них содержат в себе все необходимые элементы соответствующей нормы права, то для вторых это вовсе не характерно.

Сказанное относится, пожалуй, и к нормативным предписани­ям, закрепляющим принципы действующего права.

Оставаясь исходными нормативно-руководящими началами (правилами), эти предписания при всей своей важности и специ­фичности регулируют те же определенные общественные отно­шения. Но это такие базовые отношения, которые в рамках дан­ной социально-экономической формации существуют постоян­но, функционируют непрерывно, аккумулируют наиболее харак­терные стороны жизнедеятельности общества в целом. Отсюда особенности как их внутреннего строения, так и регулирующих их нормативно-правовых предписаний. Однако это — особенно­сти иного порядка, они не исключают возможности признания таких предписаний своеобразными правовыми нормами.

Нормативно-правовые предписания не заменяют и не вытесня­ют целостной структурированной нормы права. Являясь пер- 54

вичным элементом одновременно и содержания, и формы на­шего права, они играют настолько специфическую роль, что нельзя их отождествлять с нормами права даже в тех случаях, ког­да в них содержатся все структурные элементы соответствующих норм права.

В последние десятилетия в инструментарий юридической на­уки введено понятие «правоположение», соприкасающееся с пра­вовыми нормами. Содержание данного понятия еще не выкрис­таллизовалось. Имеются в виду попытки охватить им опытные положения, вырабатываемые в ходе правоприменительной прак­тики. Эти положения, бесспорно, существуют, представляют со­бой относительно самостоятельные явления правореализацион­ной практики, и тщательный их анализ полезен для юридической науки и практики.

Представляется, что речь идет строго об опытных положениях, вырабатываемых в ходе судебной, следовательской, арбитражной или иной правоприменительной практики. Эти положения не могут рассматриваться как какое-то новое официальное веление общего и обязательного порядка, которое бы развивало или даже в известной степени дополняло возведенную в закон государствен­ную волю. Они конкретизируют только то, что уже выражено в законах или других нормативных правовых актах.

Ценность рассматриваемых положений состоит именно в том, что они аккумулируют, в концентрированном виде отражают вы­работанную на протяжении многих лет и оправдавшую себя прак­тику реализации правовых норм. Оставаясь непременно в рамках нормативно-правовых предписаний, содержащихся в действую­щем законодательстве, они высвечивают способы развертывания этих предписаний в процессе их реализации и с данной точки зрения служат их практическими приложениями. Соответствен­но, обязательность таких опытных положений вытекает непо­средственно из свойств применяемых норм права.

Существенное значение имеет и то, что в них содержатся ука­зания на апробированный, «истинный» путь реализации право­вых норм, которые они обслуживают. Подобно тому, как никому не дозволено не считаться с логическими правилами мышления, выработанными на протяжении всей истории человечества, как любой специалист в своей деятельности тысячами зримых и не­зримых нитей связан с многочисленными опытными положениями, нашедшими подтверждение в соответствующей сфере человече­ской жизнедеятельности, правоприменитель не может относиться неуважительно к опытным положениям, существующим в сфере его функций.

Чтобы четче отразить существо того, что фактически подразу­мевается под указанным понятием, в литературе предложено име­новать его несколько иначе — не правоположениями, а право-

применителъными положениями[XIX]. Уже само такое название ори­ентирует на то, чтобы специфические свойства, черты и служеб­ное назначение данного явления правовой реальности отыскива­лись в сфере правореализации.

Становится более очевидным и другое — отличие правоприме­нительных положений от норм права не просто по объему, а по всем основным параметрам.

Правоприменительные положения вырабатываются как при разрешении конкретных дел, так и при изучении, анализе, обоб­щении и осмыслении практики по тем или иным категориям дел. Они объективируются в различных официальных докумен­тах, в том числе в решениях, определениях и постановлениях Конституционного Суда, Верховного Суда и Высшего Арбитраж­ного Суда России, в приказах, инструкциях и письмах мини­стерств, ведомств и иных структур исполнительной власти. В не­которых случаях в самом законе указывается на наличие подоб­ных полномочий «разъяснения по вопросам судебной практи­ки», как это сделано, например, применительно к Высшему Арби­тражному Суду в ст. 9 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Россий­ской Федерации».

Существенно отлична роль решений Конституционного Суда РФ о признании того или иного международного договора, внут­реннего нормативного акта или их отдельных частей неконститу­ционными. С момента вступления в силу такого постановления Конституционного Суда соответствующий международный дого­вор (его часть) не может быть ратифицирован, а равно договор или нормативный правовой акт не может быть официально опуб­ликован и введен в действие, а, будучи ратифицированным и вве­денным в действие, считается недействующим (Федеральный кон­ституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конститу­ционном Суде Российской Федерации», ст. 87). Следовательно, эти решения Конституционного Суда РФ приравниваются к пра­вотворческим документам, отменяющим или изменяющим пол­ностью либо частично международный договор или внутренний нормативный правовой акт.

Контрольные вопросы и задания

1. Что являет собой правовая норма?

2. Какова структура нормы права?

3. Каковы отличительные черты нормы права от смежных явлений?

4. Назовите основные элементы структуры нормы права.

<< | >>
Источник: Казанцев С. Я.. Основы права; учебник для студ. учреждений сред. проф. образования / [С.Я.Казанцев, Б.И.Кофман, П.Н.Мазурен- ко, С. Н. Миронов, Ф. Ф. Фаткуллин) ; под ред. С. Я. Казан­цева. — 5-е изд., стер. — М. : Издательский центр «Акаде­мия»,2013. — 256 с.. 2013

Еще по теме Отличие нормы права от смежных явлений.:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -