Заключение

Считается, что одним из путей преодоления социальной дезадаптации являются раннее выявление и диагностика девиантного поведения. Осуществлять раннее выявление и диагностику девиантного подростка, еще не попавшего в сферу уголовного правосудия, в нашей стране пока очень проблематично, поскольку система социально-психологических служб еще не сложилась.

Девиантное (отклоняющееся от норм) поведение может иметь для общества и его развития как негативное, так и позитивное значение. В случае, когда отдельный человек или группа людей не соглашаются с принятыми в обществе стандартами поведения, выдвигают новые идеи, борются за них и побеждают, девиантное поведение является двигателем общественного развития. Отклонения служат всеобщим стимулом развития и совершенствования живой природы.

Благодаря им осуществляется естественный отбор, то есть выживание наиболее приспособленных к условиям внешней среды видов путем передачи оптимальных качеств следующим поколениям по наследству, а в человеческом обществе – путем социальных преобразований реформистского или революционного характера.

Но отклонения могут иметь и негативное значение, если они ведут к дегенерации (вырождению) или препятствуют общественному развитию (например, преступность).

Замечено, что диссидентами становятся, как правило, талантливые ученые, писатели – словом, действительно творческие, одаренные личности. Серые, заурядные люди редко восстают против сложившегося порядка вещей. Творческих людей часто боятся.

«Одной очень крупной фирме требовались творческие молодые люди. При этом фирма бралась в короткий срок дать им профессиональное образование, как угодно их обеспечить, лишь бы они обладали подлинными творческими возможностями. Но где искать таких молодых людей? Спрос на творческую молодежь в США так велик, что ни приток «мозгов» из других стран, ни поиск их среди университетских студентов его удовлетворить не могут. Обратились к психологам. И те предложили следующее.

Надо поискать творчески одаренных людей среди не нашедшей себе места в обществе молодежи – среди тех, кто торгует сигаретами вразнос, чистит обувь, всех тех, кто по-настоящему не приспособился к социуму. При отборе молодежи из этого контингента, конечно, особое внимание обращали на тех, у кого, во-первых, не отмечалось преступных наклонностей, и во-вторых, у кого уровень умственного развития был несколько выше среднего (учеными установлено, что для развития творческих возможностей необходимы достаточно высокие умственные способности).

Результаты превзошли все ожидания. Оказалось, что среди этих молодых людей, не сумевших (а может, не желавших) приспособиться к обществу, было творческих людей во много раз больше, чем в обычной молодежной группе»¹⁹⁴. Вот и ответ на вопрос, почему творческих детей, как правило, не любят в школе.

С точки зрения психологов, дело здесь не столько в смелости, сколько в «особом устройстве» творческой личности. У нее не только незаурядное мышление, большие возможности нешаблонного видения мира.

Поэтому с ними так трудно окружающим, в том числе и в школе. Почему-то одаренность часто хочется видеть не в ершистом и вечно перечащем пареньке, а в подтянутом, всегда знающем правильный ответ, побеждающем на олимпиадах, блестящем отличнике.

Именно поэтому, если интеллектуальную одаренность очень многие определяют как способность к адаптации и приспособлению, то творческая одаренность, наоборот, и состоит в том, что обычные нормы, обычные законы приспособления для нее не годятся.

И не потому, что она отвергает их по своим нравственным нормам (хотя и это тоже есть), а потому, что это для нее, если хотите, физиологически невозможно. Есть много примеров, когда творческий человек, желая наконец стать «как все», «наступал на горло» себе, пытаясь приспособиться.

Дело кончалось не только полной невозможностью творить, но и депрессией, иногда самоубийством. Есть мнение, что и смерть Маяковского из этого ряда¹⁹⁶.

Очень многие исследователи в разных странах, в том числе и в России, проводили исследование творческих людей, и каждый раз обнаруживалась их неконформность, трудность приспособления. Такому человеку сложно жить в любом обществе, и тяжелее всего ему приходится в школе.

Только 3–5 % особо одаренных детей могут реализовать свои способности. В общеобразовательных школах нет системы работы с одаренными детьми. Даже явную одаренность ребенка учителя могут превратить в странность. Очень часто таких детей заставляют выступать на олимпиадах, защищая, как принято говорить, «честь школы». При этом не учитываются желания самого ребенка. Создаются специальные школы для одаренных детей, «заповедники», в которых часто развивают только способности ребенка и забывают о том, что он – личность.

Однако, несмотря на одаренность, у таких детей часто больше проблем, чем у обычных. У них могут быть не развиты коммуникативные способности или завышена самооценка, у большинства одаренных детей ярко выражен синдром неудачника.

Таланту нужна постоянная забота всего общества. Самое страшное для его развития и проявления – равнодушие.

Испытания для творческой личности начинаются очень рано. Вот например, надо ли наказывать ребенка за сломанную игрушку? Чаще всего ребенок ломает игрушку именно из исследовательской потребности, желая узнать, что у нее внутри, как она действует и может ли быть использована как-нибудь по-другому. Редко дети ломают игрушку из разрушительных тенденций, из чувства протеста. С наказания ребенка за сломанную игрушку, ругани его за это и начинаются испытания для творческой личности. Приведем пример.

Двум мальчикам четырех–пяти лет подарили механических собачек, которые, если их завести, могли плавать, перебирая лапами по-собачьи.

«Первый мальчишка громко смеялся, увидев, как собачка, отчаянно взмахивая лапами, плавает в тазу с водой. Он заводил эту собачку десятки раз, приглашая полюбоваться то родителей, то кого-нибудь из наиболее понравившихся ему гостей.

Реакция второго мальчишки была такой же бурной, но принципиально другой. Попробовав пару раз, как игрушка плавает по-собачьи, он тотчас решил переставить ей лапки так, чтобы она плавала уже по-другому. Сначала что-то получалось, но потом игрушка сломалась. Когда мальчишка прибежал к взрослым со сломанной игрушкой, то кто-то из гостей (гостий) начал было выговаривать ребенку. Но реакция отца была другая: «Сломалась? Ну что ж, ничего страшного, давай попробуем починить». Починить удалось, хотя не без труда. Надо сказать, что интерес ребенка к ремонту игрушки был ничуть не меньшим, чем тогда, когда она так забавно плавала»¹⁹⁷.

Кстати, сломанная игрушка – укор не ребенку, а промышленности, не умеющей выпускать неломающиеся игрушки, и родителям, не умеющим выбрать нужную игрушку. Во многих странах давно поняли эту нехитрую педагогическую истину и не только никогда не наказывают детей за сломанную игрушку (на этот счет существует очень жесткое табу в США, Японии, скандинавских странах), но и выпускают такие игрушки, которые, предоставляя ребенку максимум возможностей для творческого исследования, не ломаются в принципе, как, например, кубики «Лего» для детей от 5 до 16 лет.

Бесхозяйственность по отношению к природе (воде, земле, природным ископаемым) мы часто называем преступной. Но еще большее преступление – наше безответственное отношение к одаренным детям. Одаренные дети – не только духовное богатство страны, это и экономическое, и политическое богатство. Невосполнимы потери не только природных, но и прежде всего духовных ресурсов. Ведь каждый человек – это маленькая Вселенная.