Правоприменительная практика и экологические риски

Не секрет, что надлежащая, то есть законная и справедливая, правоприменительная практика, в том числе судебная, являются важным источником для процесс определения и оценки экологических рисков.

В частности, на практике нередки случаи, когда природопользователи привлекаются к ответственности за нарушение нормативов эмиссий, определённых проектами нормативов эмиссий, хотя ими не было допущено нарушения лимитов эмиссий, установленных в юридически значимом документе - Экологическом разрешении. Как известно, документом, удостоверяющим право природопользователя на осуществление эмиссий и устанавливающим разрешённые объёмы эмиссий, является Экологическое разрешение, но никак не проекты нормативов эмиссий.^[240]

Не урегулированы эмиссии нормального производственного риска. Так, например, в законодательстве отсутствует правовая основа для получения Экологического разрешений по эмиссиям, возникшим в результате нештатных ситуаций, технических сбоев (отклонений) в рамках нормального производственного риска при отсутствии вины природопользователя, в результате чего предприятия становятся невольными регулярными нарушителями экологического законодательства, хотя такие случай возникают в условиях крайней необходимости. Между тем действующее законодательство относит все указанные случаи к экологическим правонарушениям с привлечением природопользователей к ответственности.

Существует неоправданно высокая ответственность природопользователей за загрязнение в результате осуществления сверхлимитных и самовольных эмиссий в рамках административного, налогового и экологического законодательства. За осуществление сверхлимитных и самовольных эмиссий природопользователи фактически привлекаются к ответственности трижды, а именно в рамках: налогового законодательства (10-кратные ставки платы за эмиссии); законодательства об административных правонарушениях (1000% ставки платы за эмиссии); экологического законодательства (возмещение ущерба с применением, как правило, косвенного метода с повышающим коэффициентом 10).

Привлечение к ответственности за причинение ущерба окружающей среде в силу факта неправомерного загрязнения, без доказывания наличия такого ущерба, нарушает гражданско-правовые принципы привлечения лица к ответственности за причинение вреда. Хотя согласно положению, содержащемуся в ЭК РК, ущерб определяется как «загрязнение окружающей среды или изъятие природных ресурсов свыше установленных нормативов, вызвавшее или вызывающее деградацию и истощение природных ресурсов или гибель живых организмов».^[241] Из приведенного законодательного установления видно, что при определении размера ущерба окружающей среде необходимо исходить из материального, но не формального состава, т.е. для привлечения к ответственности за причинение такого ущерба надо доказать не только факт противоправного деяния (эмиссии в окружающую среду, вызвавшие загрязнение), но и факт наступления вредных последствий (в виде деградации и истощения природных ресурсов или гибели живых организмов).

Однако судебная практика, основанная на административной практике уполномоченных органов по вопросам охраны окружающей среды, свидетельствует о том, что в настоящее время эти требования не соблюдаются, и с природопользователей судами взыскивается так называемый «ущерб окружающей среде» в многомиллионных суммах без доказательств наступления такого ущерба, основываясь лишь на доказательствах наличия противоправного деяния.

Следует отметить и недостаточно эффективную и гибкую систему выдачи Экологических разрешений. Действующие правила администрирования этого процесса не позволяет природопользователям оперативно развивать производственные мощности и внедрять новые технологии. Совокупные сроки разработки проектов нормативов эмиссий, прохождения государственной экологической экспертизы, общественных слушаний (в отдельных случаях) и собственно стадии получения Экологического разрешения порой доходят до 12-16 месяцев. Очевидно, что такие длительные сроки ставят предприятия в сложные условия.

Практика применения экологического законодательства не ограничивается перечисленными проблемными вопросами, существуют и другие, например, спорные вопросы определения периода, за который взыскивается ущерб окружающей среде, спорные вопросы режима отходов, предназначенных для последующей переработки и использования в производственной или коммерческой деятельности природопользователя и др.