<<
>>

§2.3начение необязывающих инвестиционных принципов АТЭС для осуществления политики инвестиционного регулирования

Выше было показано, что АТЭС объединяет страны с разными уровнями культурного, политического, экономического и правового развития, внешнеполитической ориентации, внешнеполитического устройства (т.е.

промышленно-развитые, развивающиеся, новые индустриальные страны, а также страны с переходной экономикой). Основной задачей такого объединения, согласно Богорской, Осакской и Манильской декларациям, является создание к 2010/2020гг, зоны свободной открытой торговли и инвестиций в Азиатско-тихоокеанском регионе. С точки зрения теоретической базы региональной интеграционной политики, использованной в Западной Европе, азиатское объединение подобного рода вызовет противоречивость интеграционного процесса или сможет затормозить согласование общей платформы в рамках этой организации. Более того, на саммите в Сиэтле (1993г.) было высказано мнение о том, что АТЭС никогда не станет ни таможенным союзом по аналогии с ЕС, ни зоной свободной торговли по аналогии с НАФТА. Если АТЭС станет зоной свободной торговли, то он будет новой формой зоны свободной торговли.

Относительно будущего вопроса об обязательных решениях, в частности о документах, принципах и прочих актах, принимаемых в рамках АТЭС, высказаны различные точки зрения. Во-первых, АТЭС должен развиваться в сторону приобретения черт, характеризующих международную региональную организацию закрытого типа с

Богуславский М.М. Международное экономическое право. М.: Международные отношения, 1986. С.59.

2 See Sedfrey М. Candelaria. The Legal Characterization of the Asia-Pacific Economic Cooperation (APEC) and the Individual Action Plans in International Law. PASCN Discussion Paper No.2000-06. Ateneo de Manila University. July 2000. P.10.

обязательным характером ее решений; во-вторых, АТЭС должен оставаться конференцией, решения которой не носят принудительного характера. Такой же точки зрения придерживается большинство стран-участников АТЭС.

Это так называемый «.азиатский подход», который предполагает существования «мягкой субстанции» консультативного характера, допускающей относительную свободу трактовки этих решений (документов, принципов), добровольность выполнения и широкую свободу усмотрения в применении этих решений1. Другая, противоположная группа стран- участниц, в частности США, считает, что АТЭС должен стать жесткой структурой блокового типа с четкими институционными характеристиками, требующей неукоснительного выполнения принятых решений (документов, принципов)[308] [309].

Примирение этих противоположных подходов выразилось в принятии, в качестве основного единого и практического документа по регулированию прямых иностранных капиталовложений в рамках АТЭС в 1994г. так называемых «необязывающих инвестиционных принципов АТЭС (The APEC Non-Binding Investment Principles)».

Следует учитывать при их характеристике, что одной из причин создания АТЭС стало то, что в ряде стран Восточной и Юго-Восточной Азии были установлены жесткие протекционные меры и были приняты антидемпинговые соглашения и другие[310]. Следовательно, принятые решения/принципы в раках АТЭС, такие как «необязывающие инвестиционные принципы АТЭС», обладают преимуществом на стороне так называемого «азиатского подхода». Относящиеся к регулированию прямых иностранных капиталовложений, они действительно носят «необязательный характер». Общими способами следования указанным принципам являются индивидуальные и коллективные планы действий по либерализации торговли и инвестиционного режима.

Необязывающие инвестиционные принципы включают в себя следующие: 1) транспарентность - «каждая из стран-участниц обязана делать открытыми, доступными, прозрачными все законы, правила, административные распоряжения и политики, касающиеся инвестиций в своей стране»; 2) недискриминационный подход к странам- донорам - «каждая из стран-участниц обязана предоставлять инвесторам любой страны- участницы АТЭС относительно учреждения, расширения и управления их инвестиций режим не менее благоприятный, чем тот, который предоставляется инвесторам любого другого члена АТЭС в аналогичных обстоятельствах без ущерба для соответствующих международных обязательств и принципов»; 3) национальный режим - «за исключениями,

предусмотренными во внутренних законах, административных актах и ведомственных инструкциях каждая из стран-участниц АТЭС обязуется представлять иностранным инвесторам относительно учреждения, расширения, управления и защиты их инвестиций режим не менее благоприятный, чем тот режим, который предоставляется в аналогичных обстоятельствах своим собственным инвесторам»; 4) поощрение капиталовложений - «каждая страна-участница АТЭС обязана сочетать инвестиционные стимулы с обеспечением требований о здравоохранении, безопасности и правилах об охране окружающей среды»; 5) минимизация ограничений - «обязательство каждой из стран- участниц АТЭС минимизировать регулирующие инвестиции требования, ограничивающие рост / расширение торговли и капиталовложений»; 6) экспроприация и компенсация - «обязательство каждой из стран-участниц АТЭС не экспроприировать иностранные инвестиции или не принимать иные меры, имеющие аналогичные последствия, за исключением случаев, когда такие меры принимаются в общественных интересах, в установленном законодательством порядке каждой страны-участницы и в установленном принципами международного права порядке, не являются дискриминационным и сопровождаются выплатой быстрой, адекватной и эффективной компенсации»; 7) репатриация и конвертируемость - «Каждая из стран-участниц АТЭС обязана обеспечивать свободный и беспрепятственный перевод в любой свободно конвертируемой валюте денежных средств (фондов), относящихся к иностранным инвестициям, в частности прибылей, дивидендов, роялти, сумм, выплачиваемых в погашение займов, сумм, причитающихся инвестору в связи с ликвидацией (полной или частичной) или продажей капиталовложений»; 8) разрешение споров - «каждая из стран- участниц АТЭС признает, что споры, возникающие в связи с иностранными инвестициями, будут должны быть разрешены быстро путем консультаций и переговоров между сторонами по спору или, если таким образом споры не будут урегулированы, то они могут быть разрешены путем арбитражных процедур в соответствии с международными обязательствами каждой страны-участницы или путем других арбитражных процедур, приемлемых для обеих сторон»; 9) обеспечение выезда и временного пребывания иностранному персоналу - «каждая из стран-участниц АТЭС в соответствии со своими законами и административными актами и ведомственными инструкциями, касающимися въезда и пребывания лиц, не являющихся ее гражданами, обязана разрешать нанятому инвестором другой страны-участницы АТЭС техническому и административному персоналу въезжать и оставаться на ее территории с целью осуществления деятельности, связанной с капиталовложениями»; 10) избежание двойного налогообложения - «Каждая из стран-участниц АТЭС обязуется прилагать усилия, чтобы избегать двойного налогообложения, связанного с иностранными инвестициями»; 11)

соблюдение инвестором норм и правил страны пребывания или поведение инвестора

(Investor Behaviour) - «считается, что иностранные инвестиции полезны и способствуют

национальной экономике страны-реципиента, когда иностранные инвесторы соблюдают

наравне с собственным национальным законодательством законы, административные

правила и положения страны-реципиента»; 12) устранение барьеров при вывозе капитала

- «обязательство каждой из стран-участниц АТЭС устранять или минимизировать

административные правила и положения, требования и ограничения, препятствующие

потоку капиталовложения и осуществлению инвестиционной деятельности иностранных і

инвесторов» .

Учитывая характер указанных принципов, можно было бы сказать, что они не имеют обязательной юридической силы вследствие особых причин их принятия.

Во-первых, они были приняты в качестве рекомендательных принципов в дополнение к тем действующим в странах-членах инвестиционным принципам или моделирования «деминора (demeanor)» для национальных законодателей стран-членов АТЭС по либерализации инвестиционных режимов или устранению тех ограничений в инвестиционном законодательстве каждого члена, несоответствующих общим принципам и целям организации АТЭС по созданию к 2010/2020гг. зоны свободной открытой торговли и инвестиций в Азиатско-тихоокеанском регионе. Например, согласно указанным принципам, Китай снизил с 23 до 15% уровень импортных тарифов, проводит реформы в таких сферах услуг, как банковское дело, страхование, розничная торговля транспорт, энергетика, телекоммуникации и туризм, откроет больше секторов экономики для прямых иностранных инвестиций (введение национального режима в отношении иностранных инвесторов в большем количестве секторов, разрешение на сделки в иностранной валюте для иностранных предприятий, устранение ограничений на использование иностранных валют по текущим счетам), принимает законы, улучшающие законодательную систему Китая в вопросах права на интеллектуальную собственность, добился общего понимания населением политики правительства в вопросах привлечения иностранных инвестиций, принимает меры для того, чтобы облегчить передвижение иностранных бизнесменов по территории страны[311] [312]; в России в индивидуальном плане действий на среднесрочную и долгосрочную перспективу (2001/2003-2010гг.) определены следующие задачи в инвестиционной сфере: 1) дальнейшая либерализация правового режима допуска и функционирования иностранных инвестиций с учетом инвестиционных принципов АТЭС и международного опыта; 2) создание механизма привлечения капиталовложений в частный сектор российской экономики и содействие его

эффективному функционированию; 3) формирование цивилизованного рынка ценных бумаг и его интеграция в мировой финансовой рынок и прочие[313].

Во-вторых, они были приняты с учетом особенностей практики инвестиционного регулирования в АТЭС. Например, как уже выше сказано, АТЭС представляет собой промышленно-развитые страны, развивающиеся (в том числе новые индустриальные страны) и страны с переходной экономикой, которые решают вопросы привлечения иностранных инвестиций в своем национальном законодательстве по-разному. В большинстве промышленно-развитых стран (стран с развитой экономикой), как правило, нет специальных законодательных актов об иностранных инвестициях. Правовое регулирование иностранных процессов в странах этой группы обеспечивается не специальными законами, а законодательством общего характера, регламентирующим товарно-денежные отношения в условиях развитой рыночной экономики. Тем не менее, как и другие развивающиеся и страны-участницы АТЭС с переходной экономикой, государства этих стран, используя самые разнообразные средства, стремится, с одной стороны, привлекать капиталы извне, следя, однако, за тем, чтобы они направились по возможности в те отрасли экономики и районы, развитие которых представляется целесообразным, а с другой - стимулировать и дать возможность иностранным физическим и юридическим лицам осуществлять свою инвестиционную деятельность в стране наравне с национальными физическими и юридическими лицами. В США предварительного разрешения на инвестирование капитала не требуется. Комитет по иностранным инвестициям в США (Committee on Foreign Investment in United States) имеет право рассматривать те иностранные капиталовложения, которые играют значительную роль для национальных интересов США. На уровне штатов предоставляются такие инвестиционные льготы, как понижение ставки налогообложения, бесплатное сооружение необходимой инфраструктуры и другие. В ряде штатов есть агентства по развитию, которые предоставляют иностранным инвесторам информацию по отдельным штатам. Благодаря своей либеральной инвестиционной политике США являются крупнейшей принимающей страной, опережая Китай, второй крупнейший получатель инвестиций.

Около 40% инвестиций, вывозимых из США, направляются в Европейский союз и приблизительно треть - в развивающиеся страны. В Канаде в отдельных провинциях (в частности, в Альберте, Онтарио, Квебеке и др.) действуют законодательные акты, затрагивающие право и интересы иностранных инвестиций. По

оценке Всемирной Торговой Организации (ВТО)1 Канада имеет на сегодняшний день один из самых либеральных и прозрачных торгово-политических и инвестиционных режимов в мире: 90% всего объема импорта ввозится в страну беспошлинно; средневзвешенная ставка таможенного тарифа по всей номенклатуре товаров составляет всего 0,9%. По данным сравнительных исследований международных консультативных компаний, условия инвестирования в канадских городах по совокупности выгоднее, чем во многих американских[314] [315]. В 1998г. из общей суммы накопленных прямых иностранных инвестиций в 216 млрд.кан.долл. около 153 млрд, поступили из США (70%), 18,6 млрд. (8,5%) из Великобритании, 25,6 млрд.- из остальных стран Европейского Союза (11,7%), и менее 8,8 млрд. (4%)- из Японии[316]. В Австралии в каждом штате есть бюро по привлечению прямых иностранных инвестиций, имеющие право предоставлять иностранным инвесторам льготы, включая скидки по покупке и аренде земельных участков, при платежах за электроэнергию и воду, а также предоставлять льготные займы и субсидии. В отличие от развивающихся (новых индустриальных) и стран с переходной экономикой, страны с развитой экономикой, в принципе, менее склоны к установлению запретов и ограничений на прямые иностранные инвестиции, но в их законодательстве можно обнаружить подобные лимиты в основном в добывающей промышленности.

В развивающихся, в том числе новых индустриальных странах и странах с переходной экономикой, для создания рынка инвестиций принимают законы, закрепляющие виды и формы собственности, которые лежат в основе экономических, в том числе и инвестиционных, отношений. К числу таких законов относятся, прежде всего, конституции, специальные инвестиционные кодексы и законы, нормативные акты, регулирующие налоговые, валютные, таможенные отношения.

Предписания, непосредственно касающиеся режима иностранных инвестиций, содержатся также в гражданских и торговых кодексах, законодательстве о компаниях и т.п. Некоторые аспекты инвестиционного режима определяются не в источниках внутреннего права, а в многосторонних или двусторонних договорах, соглашениях и конвенциях. Главная цель названных договоров, соглашений и конвенций состоит в том, чтобы с помощью правовых средств обеспечить в условиях социально-экономического и политического кризиса относительную стабильность воспроизводства и свободу движения капиталов и особенно обеспечить приток иностранного частного капитала в страны, предоставив ему юридические гарантии от так называемых политических и некоммерческих рисков.

Правовое положение иностранных инвестиций этой категории государств-членов

АТЭС также отличается большим разнообразием, что предопределяется существенными

различиями в политике этих государств по отношению к иностранному капиталу. В одних

странах иностранный капитал ограничивается, подвергается государственному контролю,

а в ряде случаев национализирован, а в других - поощряется путем предоставления

определенных льгот и гарантий, в частности, когда иностранные инвестиции

вкладываются в наиболее важные сферы экономики принимающей инвестиции страны.1

Для политики этой категории государств-участников АТЭС по отношению к

иностранному капиталу часто характерны колебания и изменения. Это объясняется в

значительной степени тем, что в указанных государствах, экономика которых

характеризуется переходом к рыночным началам ее организации, и, прежде всего,

страдает от несовершенной производственной структуры, инвестиции, преимущественно

иностранные, выступают одним из важнейших условий преодоления экономической

отсталости. Создание новых и модернизация старых предприятий и отраслей, развитие

инфраструктуры требуют значительных ресурсов, которые трудно, а подчас и невозможно

накопить в приемлемые сроки за счет собственных средств. Необходимые ресурсы можно

получить практически только за счет импорта капитала извне, т.е. иностранных „ 2

инвестиции.

Что касается порядка допуска иностранного капитала в страны, то в каждой из них действует определенный порядок допуска. В одних странах действует разрешительная (или лицензионная) система, т.е. инвестору выдается предварительное разрешение (лицензия) на осуществление инвестиционной деятельности. В других странах установлен в принципе свободный доступ капитала. Тем не менее, при любой системе государство- реципиент инвестиций может устанавливать запреты и ограничения для осуществления иностранными инвесторами определенных видов деятельности или для осуществления такой деятельности на определенных территориях.

В отношении режимов для иностранных инвестиций, то инвестиционные законодательства стран-участниц АТЭС в этой категории предусматривают обычно несколько режимов, причем особо привилегированный режим устанавливается для предприятий, требующих крупных капиталовложений и создаваемых в тех отраслях экономики, в которых наиболее заинтересована сама развивающаяся страна. Основные льготы, предоставляемые привилегированным режимом, обычно следующие: освобождение от таможенных пошлин при ввозе оборудования и сырья, необходимого для [317] [318]

строительства и деятельности предприятия; полное или частичное освобождение в течение определенного срока от налога на прибыли корпораций; беспошлинный вывоз готовой продукции; право нанимать на работу квалифицированных персоналов по своему усмотрению; право полного или частичного перевода прибылей за границу; предоставление гарантий на случай национализации и т.п. Так, в 1996г. развивающиеся страны получили прямые иностранные инвестиции на сумму в 129 млрд. долл, и вложили за границей 51 млрд. долл. Удельный вес этой группы стран в общемировом импорте инвестиций повысился до 37% в 1996г.(30% - в 1995г.), а их доля в экспорте инвестиций составила 15%. Крупнейшим получателем инвестиций в развивающихся странах является Китай - 42 млрд. долл. Успех Китая объясняется, главным образом, его огромным и расширяющимся внутренним рынком, «мягкой эволюцией», проведением оптимальных макроэкономических реформ и принятием мер по поощрению инвестиций практически во всех провинциях. После Китая вторым крупнейшим получателем иностранных инвестиций является Сингапур, куда было ввезено инвестиций на сумму в 9 млрд. долл. Приток иностранных инвестиций в Гонконг составил в 1996г. 2,5 млрд. долл. В 1996г. в Индонезию, Малайзию, Таиланд и Филиппины, вместе взятые, поступили инвестиции на сумму около 17 млрд, долл., на 43% больше, чем в 1995г. Вместе с тем совокупная доля стран-членов АСЕАН в общем объеме инвестиций, ввозимых в данный регион, снизилась с 61% в 1990-1991гг. до уровня 30% в 1994-1996гг., что объясняется ограниченными возможностями внутренней базы, инфраструктурными проблемами и, в частности жесткой конкуренцией со стороны других стран1. Что касается России, то она в 1991- 2000гг. получила 58,1 млрд. долл, иностранных инвестиций от международных финансовых организаций и стран-доноров. В общем объеме иностранных инвестиций в Россию за указанный период прямые инвестиции составили 24,96 млрд.долл., или 42,7% общего объема, остальная часть приходится на портфельные и прочие инвестиции. Объем инвестиций, поступивших от иностранных инвесторов в экономику России в 2000г., составил 10,96 млрд.долл., что выше уровня 1999г. (9,56). Объем прямых иностранных инвестиций в России в 2000г. составил 4,429 млрд.долл., или 40,4% всего объема инвестиций[319] [320], что объясняется либеральным инвестиционным режимом и предоставляемыми иностранным инвестициям надежными правовыми гарантиями, предусматриваемыми в новом федеральном законе об иностранных инвестициях в Российской Федерации.

В-третьих, они были приняты с учетом особенностей правосознания и правовой культуры, сложившихся в азиатских странах-участницах, представлений о праве как

вместилище норм, исполнение предписаний которых не следует обеспечивать принуждением. В этом регионе исторически нормы морали преобладали над нормами права в регулировании любых вопросов общественной жизни1. Например, для правосознания и правовой культуры Китая характерно традиционное преобладание норм морали над нормами права в регулировании любых вопросов общественной жизни, включая самые важные. Такое отношение к праву вытекает из конфуцианского учения, составляющего основу государственной идеологии при Китайской империи и в настоящее время. Согласно идеям конфуцианства на переднем плане должны находиться воспитание и убеждение, а не власть и принуждение. Вследствие таких взглядов китайцы отрицательно относятся к европейской идее права с его строгостью и абстрактностью. Человек не должен настаивать на своих правах, поскольку долг каждого - стремиться к согласию и забывать о себе в интересах всех. В любом случае конкретное решение должно отвечать справедливым и гуманным чувством, а не быть втиснутым в рамки юридической схемы. Возмещение вреда не должно ложиться неправомерным грузом на плечи должника и вести его семью к разорению.

По этническому учению конфуцианства гражданин, считающий, что кто-то по

отношению к нему пренебрег правилами «ли» (т.е. правилами гармоничного,

«правильного» поведения), должен стремиться к беспристрастному разрешению

конфликта посредством спокойного обсуждения (примирения/консультации), нежели 2

подчеркивать возникшие разногласия, настаивая на своих правах или апеллируя к судье .

Что касается Вьетнама, то, изучая его правовую систему в доколониальный период, обнаружилось, что правовая культура Вьетнама была во многом близкой китайской. В этой системе законодательство отступало на второй план, отводя основную роль морально-этническим нормам. Право применялось субсидиарно и исключительно для решения вопросов государственного значения. Взаимосвязи между индивидами законодатель оставлял на усмотрение семьи или общины, наделяя их правом применять уголовные санкции. Считалось также, что основной источник права содержится не только в законе, сколько в сердце человека. И поэтому «управление с помощью людей должно иметь приоритет над управлением с помощью законов».

Не смотря на то, что в настоящее время во Вьетнаме правовая система модернизирована, но, скажем, принципы, положенные в основу регулирования гражданско-правовых отношений в СРВ, отличает попытка сочетать традиционные моральные ценности с постулатами, характерными для классического гражданского [321] [322]

права. Так, в ГК закрепляются принципы гражданской ответственности, уважения к закону, свободы договоров и частного предпринимательства, равенства сторон в гражданско-правовых отношениях, уважения и защиты права собственности и личных прав граждан, нарушение которых влечет за собой гражданско-правовую ответственность, и.т.д. В то же время подчеркивается, что установление и реализация «гражданских прав и обязанностей должны сохранить национальные особенности и уважать и развивать нормы доброй морали и нравственности, обычаи и традиции, равно как и солидарность, взаимную любовь, дух единения каждой личности с общиной и общины с каждой личностью, а также моральные ценности других наций, населяющих Вьетнам» (ст.4 ГК).

Подобно Китаю и Вьетнаму, помимо современной правовой системы, во многих

странах, находящихся в Восточной и Юго-Восточной Азии, используются и иные нормы

других этнических групп. Например, Малайзия представляет собой яркий пример

смешанной правовой системы. В своей основе она как бывшая британская колония и член

Содружества опирается на английское общее право и нормы права справедливости, а

также статусы общего применения. Однако наряду с этим используются и иные правовые

системы при регулировании личного статуса отдельных групп населения - малайцев,

индусов, китайцев (соответственно мусульманское, индусское право, традиционное

конфуцианские нормы). В современной Малайзии обычное право (адат) означает: 1)

манеры, этикет; 2) критерий правильности; 3) естественный порядок; 4) право (в смысле

норм права); 5) право (в смысле концепции права). В таком понимании права, на первом

месте, как видно, всегда стоят нормы морали - манеры, этикет, критерий правильности, с і

которыми столкнулся человек с момента своего рождения .

Так, в Восточной и Юго-Восточной Азии возможность безгосударственного действия права на ранних стадиях его становления признается рядом многих ученых. При этом одни из них допускают ее в качестве общетеоретической гипотезы, другие рассматривают как факт при анализе традиционного права. В предисловии к работе Н.А. Крашенинниковой профессор О.А. Жидков отмечает, что «идеологические и социально- психологические факты в обществе усиливали эффективность действия правовых норм

столь значительно, что в ряде случаев почти сводили на нет необходимость 2

государственного принуждения» .

Таким образом, совокупность норм, используемых в рамках АТЭС для закрепления и осуществления инвестиционной политики, создается в результате особой нормотворческой политики, неизвестной в иных региональных интеграционных экономических объединениях. Особенность такой политики раскрывается стремлением избегнуть императивного единообразия в инвестиционном нормотворчестве. Добиваться такого единообразия в условиях имеющихся различий, подчас весьма контрастных в плане уровня социально-экономического развития стран-участниц было бы и невозможно, и нецелесообразно. Однако строить инвестиционное регулирование без опоры на некоторые общие принципы тоже не возможно, и если бы эти принципы были императивными по своему значению, то создание общего регионального инвестиционного климата пришлось бы отложить на неопределенный срок. Парадокс ситуации, другими словами, заключается в том, что постановленная цель регулирования часто не согласуется с экономическими возможностями стран-участниц. Планирование достижения названных целей лишь в условиях выравнивания социально-экономического развития также пришлось бы отложить на неопределенное время, а стало быть, отложить и саму идею интеграционного сближения стран региона.

Однако безвыходность описанных положений кажется мнимой, кажущейся. Выход удалось найти на пути весьма нетривиального подхода, который позволил согласовать считавшиеся несогласуемыми различия, примирить считавшиеся непримиримыми противоречия. Этот, поистине, яркий и оригинальный подход проявился в утверждении так называемых «необязывающих инвестиционных принципов» регулирования.

Содержание и значение этих принципов уже прокомментированы в настоящей работе. Гораздо более важно объяснить условия и причины избрания их в качестве метода разрешения названных противоречий.

На наш взгляд, следует вести речь о стратагемном подходе, или, точнее, стратагемности инвестиционного регулирования, вытекающей из правовых документов АТЭС. Хотя термин «стратагема» имеет европейское происхождение (древнейшие греки обозначали словом «стратагема» прием военного искусства, позволяющего неочевидным для противника способом достигать собственных целей), однако его вполне уместно использовать для обозначения стратегии и тактики решения проблем инвестиционного регулирования в АТЭС. Строго говоря, теория стратагемности известна с древних времен и на Востоке, если судить по трактату величайшего мыслителя Древнего Китая Сунь-Цзы, предлагавшего полководцам облекать предварительные расчеты и планы в форму

стратагем^ Этой давней идее «облекать предварительные расчеты в форму стратагем» придерживаются и выдающиеся ученые современности, в частности профессор Р. Пенроуз. Применительно к решению математических задач он описал ее так: «математика- это предмет, где точность всегда ставится превыше всего. В самом деле, в письменных отчетах большое внимание уделяется точной формулировке и завершенности всех утверждений. Однако, чтобы передать математическую идею (обычно посредством словесного описания), такая точность и формальность иной раз являются помехой, так что вначале могут потребоваться менее четкая и официальная описательная форма. А как только будет понята самая суть идеи - тогда уже можно переходить к деталям»[323] [324]. Именно стратагемность мышления, позволяющего составить долгосрочные и эффективные планы, создавать вместо совокупности жестко спланированных мероприятий и правил систему алгоритмов для достижения поставленной цели, лежит в основе «необязывающих принципов» инвестиционного регулирования.

Итак, инвестиционные стратагемы в рамках АТЭС, на наш взгляд, представляют собой нацеленные на решение крупных поставленных задач по регулированию иностранных инвестиций планы, рассчитанные на длительный период и отвечающие интересам всех государств в Азиатско-тихоокеанском регионе. В инвестиционном регулировании стратагемность раскрывается как сумма целенаправленных инвестиционных мероприятий, рассчитанных на реализацию долговременного стратегического плана, обеспечивающего решение кардинальных проблем привлечения иностранных инвестиций в АТЭС в формате относительной необязательности принципов инвестиционного регулирования. Будучи нацеленными на реализацию стратагемы, страны-участницы черпают средства и методы не в императивных нормах, таких, например, как те, что закреплены международной конвенцией о защите и поощрении прямых иностранных инвестиций, а в необязывающих инвестиционных принципах, носящих рекомендательно-стимулятивный характер, что позволяет участникам применять их по своему усмотрению, с учетом особенностей своего экономического положения, исторической, социальной и культурной основы каждой страны. Тем не менее, эти необязывающие положения все же остаются для них принципами, поскольку срок их воплощения не должен выходить за установленные пределы (2010/2020гг.).

Стратагема подобна системе алгоритмов. Она организует последовательность действий. Известно, что «политика является искусством возможного». Это выражение при банальном его толковании сводится к тому, что политик ограничен в своих возможностях

и должен, будучи реалистом, максимально учитывать конкретную ситуацию, следовательно, он не может сделать более того, что ему позволяют обстоятельства. Однако на самом деле «искусство возможного» - это способность предвидеть последствия политических шагов, их возможные результаты. И именно подобным образом призваны обеспечивать решение инвестиционных проблем необязывающие инвестиционные принципы АТЭС.

Предположим, что инвестиционные принципы АТЭС по регулированию прямых иностранных инвестиций наделены строгой юридической силой и подлежат неукоснительному соблюдению. Это будет означать, что все страны-участницы АТЭС, несмотря на различия темпов экономического развития, а также исторических, социальных и культурных основ и традиций, должны будут превратить АТЭС в закрытую организацию. Однако именно это и противоречит заявленным принципам АТЭС (открытый регионализм). Следовательно, обязательное применение таких принципов окажется способным вызвать разногласия среди стран-участниц и многие из них, наверняка, будут вынуждены заявить о своем выходе, поскольку экономическое положение и другие условия не позволят им немедленно после вступления обеспечить их соблюдение.

Однако, искусство достижения возможного, проявляемое «необязывающими принципами», позволяет, на наш взгляд, разработчикам принципов предвидеть последствия их принудительного применения и предпочесть им возможные результаты их добровольной реализации, предопределяя соотношение между установленной целью и пределами применения принципов в каждой стране-участнице.

В этом плане стратагемность, формируя способность просчитать ходы при осуществлении экономической и правовой политики, а порой не просто просчитать, но и создать программу постепенного осуществления принципов, указывающую более на курс движения, а не на его темп и средства, то есть программу, учитывающую особенности социального, культурного, политического, экономического и правового развития каждой страны, позволяет достигать необходимой юридической дальновидности инвестиционного регулирования в рамках экономической интеграционной организации, объединяющей государства с разным уровнем экономического развития.

Таким образом, «необязывающие инвестиционные принципы АТЭС», с точки зрения стратагемной теории, не просто предлагают странам-участницам АТЭС рецепты определения индивидуальной поведенческой стратегии привлечения ресурсов в национальную экономику, но и нацеливают на комплексный учет интересов каждого члена АТЭС, определяя нормы, руководствуясь или пренебрегая которыми участники АТЭС продвигаются к достижению общей цели.

Это цель, обязывающая всех, - создание в Азиатско-Тихоокеанском регионе свободной зоны торговли и инвестиций к 2010/2020гг.

<< | >>
Источник: Чхорн Пролынг. Правовое регулирование иностранных инвестиций в странах-участницах АТЭС. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва - 2006. 2006

Скачать оригинал источника

Еще по теме §2.3начение необязывающих инвестиционных принципов АТЭС для осуществления политики инвестиционного регулирования:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -