Страны латиноамериканского региона

В рамках латиноамериканского региона также происходил процесс коллизионной унификации в сфере международных коммерческих контрактов.

По мнению Н. Г. Вилковой, унификация коллизионных норм в странах Латинской Америки характеризуется следующими чертами:

1) несмотря на то, что страны Латинской Америки стали первыми в деле унификации права, при наличии многочисленных конвенций, не вступивших в полном объеме в силу, вряд ли можно говорить о всеобъемлющем характере унификации коллизионных норм на данном континенте;

2) идея разработки унифицированных кодексов материального права не нашла поддержки, и до настоящего времени на континенте осуществляется унификация именно коллизионных норм;

3) унификационная деятельность происходит исключительно на субрегиональном уровне.

Самыми известными коллизионными конвенциями, действующими в сфере международных коммерческих контрактов в данном регионе, являются Кодекс международного частного права (Кодекс Бустаманте), а также Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам (Мехико, 1994 г.).

Кодекс Бустаманте был разработан в Гаване 20 февраля 1928 г. в рамках VI конференции американских государств. Настоящий акт состоит из четырех книг. Первая книга называется «Международное гражданское право» и включает четыре главы: о физических и юридических лицах, об имуществе, обязательства и договоры. Вторая книга именуется «Международное торговое право» и включает следующие разделы: коммерсанты, о торговых договорах, о морской торговле и воздушном сообщении, о давности. Третья книга касается международного уголовного права, четвертая книга — международного процесса.

Несмотря на то, что этот договор ратифицировали только 15 государств, он «остается первым в мире успешным опытом унификации широкой сферы коллизионного права, продолжает действовать между указанными пятнадцатью государствами и сохраняет свое значение для Латинской Америки как наиболее всеобъемлющий источник международного частного права».

Особое значение Кодекса Бустаманте заключается в том, что он ввел в свой состав очень важный принцип при выборе применимого к международному коммерческому контракту права, а именно принцип автономии воли. Позже этот принцип будет усовершенствован и найдет отражение в других конвенциях, содержащих коллизионные нормы.

В 1994 г. 17 латиноамериканскими странами на Пятой межамериканской конференции по частному праву была принята Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам (далее — Межамериканская конвенция или Конвенция Мехико). Эта Конвенция вступила в силу 5 декабря 1996 г.

Конвенция также провозглашала принцип автономии воли сторон. Если сторонами не определено применимое право или если такой выбор оказался не имеющим силы, контракт регулируется правом государства, с которым он имеет наиболее тесную связь (ст. 9). Далее в той же статье указывается, что «судом могут быть приняты во внимание любые объективные и субъективные элементы контракта при определении права того государства, с которым он имеет наиболее тесную связь. Также учитываются общие принципы международного коммерческого права, признанные международными организациями». В ст. 10 указывается, что «руководства, обычаи и принципы международного коммерческого права, общепринятые торговые обыкновения и практика также применимы для обеспечения в конкретном случае правосудия и справедливости».

Аналогичное регулирование содержится в Законе Венесуэлы о международном частном праве 1998 г., поскольку Венесуэла является одной из участниц

Межамериканской конвенции.

Ряд авторов полагают, что Межамериканская конвенция опосредованно предоставляет возможность контрагентам выбрать в качестве подлежащего применению права нормы негосударственного регулирования: «Хотя Конвенция Мехико прямо не говорит о том, что стороны договора могут выбрать вненациональные регуляторы, нормы ее статей 7, 9 и 10 являются косвенным подтверждением возможности контрагентов выбрать в качестве подлежащего применению права нормы негосударственного регулирования, причем, как представляется, согласно рассматриваемой Конвенции этот выбор должен учитываться государственными судами».

Другие же ученые не согласны с данной точкой зрения. Так, Я. Долингер обращает внимание на то, что текст Конвенции Мехико не говорит о допустимости разрешения спора исключительно на основании положений вненациональных источников: вместо этого подобного рода регуляторы суду предлагается учитывать при нахождении права, имеющего наиболее тесную связь с контрактом.

Некоторые авторы считают, что в Конвенции Мехико вопрос о правовом значении ссылки сторон на применение вненациональных источников не получил четкого разрешения. В частности, такого мнения придерживается А. В. Асосков.

Таким образом, страны Латинской Америки имеют большой и интересный опыт унификации в сфере трансграничных коммерческих контрактов, который до сих пор нуждается в дальнейшем осмыслении и анализе.