Заключение международных договоров как королевская прерогатива

Отличительной особенностью данной группы государств яв­ляется то, что полномочия по заключению международных до­говоров, формально принадлежащие короне, на практике осу­ществляются правительством, действующим от имени короны.

В Великобритании, как и во многих других парламентарных монархиях (Австралия, Канада, Дания, Норвегия), заключение международных договоров рассматривается как часть прерога­тивы короны, т.е. ее неотъемлемых исключительных прав, не производных от решений парламента. На практике, однако, ко­рона следует совету своих министров. Все акты главы государ­ства подлежат контрасигнатуре премьер-министра и соответ­ствующих министров, которые и несут за них ответственность. Полномочия по заключению международных договоров принад­лежат короне и осуществляются на практике министрами пра­вительства, действующими от имени короны^[59]. Решение о том, заключать или нет тот или иной международный договор, зави­сит исключительно от правительства и основано на его оценке содержания договора.

Органом, компетентным осуществлять ратификацию между­народных договоров, является корона, действующая по совету своих министров и через министра иностранных дел и по делам Содружества^[60]. Непосредственно главой государства ратифици­руются наиболее важные межгосударственные договоры. Соот­ветствующий акт подготавливается и контрасигнуется прави­тельством. Как отмечалось еще в курсе международного права Л. Оппенгейма, «выражение „парламент ратифицировал“ оп­ределенный договор хотя иногда и употребляется, но является неправильным, если оно применяется к британскому договору. Парламент может уполномочить правительство ратифицировать договор, если оно просит об этом.

Что касается межправительственных соглашений, то соответ­ствующие решения о заключении таких соглашений принима­ются правительством.

В Канаде заключение международных договоров, являясь частью прерогативы короны, рассматривается как исполнитель­ный акт и формально осуществляется генерал-губернатором в совете, т.е. генерал-губернатором Канады, действующим по со­вету членов тайного совета, которые являются министрами пра­вительства. На практике полномочия по заключению междуна­родных договоров осуществляются министрами правительства, действующими от имени короны. Для принятия Канадой между­народных договорных обязательств, включая любой способ выражения согласия на обязательность договора, необходимы как политическая санкция правительства или министров, ком­петенция которых непосредственно затрагивается предметом договора, в том числе министра иностранных дел, так и испол­нительное полномочие генерал-губернатора в совете в форме приказа в совете. Приказ в совете уполномочивает назначенное лицо на подписание договора от имени правительства и (или) уполномочивает министра иностранных дел оформить ратифи­кационную грамоту, документ о принятии, утверждении или присоединении от имени правительства^[62].

Компетенция выражать в международном плане согласие на обязательность для Канады международных договоров реализу­ется правительством как в отношении договоров, вступающих в силу с даты подписания, так и в отношении договоров, подпи­санных под условием ратификации (выполнения необходимых внутригосударственных процедур).

В Австралии заключение международных договоров рас­сматривается как часть прерогативы короны и формально осу­ществляется генерал-губернатором в совете, т.е. генерал-губер­натором Австралии, действующим по совету членов федераль­ного исполнительного совета, который состоит из министров правительства.

Согласно Конституции заключение международных догово­ров - это функция исполнительной власти. Решения о согласии на обязательность для Австралии международных договоров принимаются правительством. Решение кабинета министров необходимо, если вопросы, регулируемые международным до­говором, выходят за рамки утвержденного политического курса или в особых обстоятельствах, требующих рассмотрения пре­мьер-министром и кабинетом. Если же рассмотрение кабинетом министров не требуется, то соответствующее решение принима­ется на министерском уровне.

На практике компетенция выражать в международном пла­не согласие на обязательность для Австралии международных договоров, включая их ратификацию, реализуется правитель­ством. Ратификационная грамота подписывается министром иностранных дел на основании соответствующего решения пра­вительства. При этом санкция федерального исполнительного совета является обязательной.

Хотя в Израиле и не существует королевской прерогативы, а полномочиями выражать в международном плане согласие на обязательность международных договоров формально наделяет­ся президент, на практике именно правительство принимает все решения, связанные с заключением как договоров, вступающих в силу с даты подписания, так и договоров, подписанных под ус­ловием ратификации (выполнения необходимых внутригосудар­ственных процедур)^[64].

Заключение международных договоров в Дании рассматри­вается как часть королевской прерогативы. Согласно разд. 19 (1) Конституции король выступает от имени государства в между­народных делах. Однако обладая верховной властью, король осуществляет ее через министров (разд. 12).

Ведущая роль во внутригосударственных процедурах, необхо­димых для выражения согласия на обязательность международ­ных договоров, принадлежит министру иностранных дел. Роль короны в заключении международных договоров сводится к ак­там представительского характера, связанным с полномочиями на ведение переговоров и подписание наиболее важных догово­ров, а также с подписанием ратификационных грамот. Эти акты не вступают в силу без подписи министра иностранных дел или другого соответствующего министра. Международные договоры между главами государств подлежат ратификации королем. Со­ответствующее решение в форме королевской резолюции прини­мается по предложению правительства. Ратификационный акт контрасигнуется министром иностранных дел или иным соот­ветствующим министром. Ратификация других международных договоров может производиться на основании соответствую­щего правительственного решения министром иностранных дел или, в виде исключения, иным министром, в специальную ком­петенцию которого входят вопросы, регулируемые договором^[65].

Заключение международных договоров в Норвегии по тра­диции рассматривается как часть королевской прерогативы. Согласно § 26 (1) Конституции король обладает общими полно­мочиями по заключению международных договоров от имени Норвегии, однако, на практике функции по заключению между­народных договоров осуществляются правительством^[66]. Участие короля ограничивается подписанием подготовленных и конт- расигнованных правительством актов. Ратификация междуна­родных договоров осуществляется королем. Соответствующий королевский декрет подготавливается и контрасигнуется пра­вительством. Решения о заключении международных догово­ров, не нуждающихся в одобрении парламента, принимаются в форме королевского декрета, если договор касается важных воп­росов, поскольку, согласно § 28, решения по важным вопросам принимаются королем в государственном совете и не могут быть делегированы. Министр иностранных дел может принимать (в рамках своих полномочий или по согласованию с другими ми­нистрами) решение о подписании международного договора, не нуждающегося в одобрении парламента, если такое решение не может быть сочтено важным вопросом, требующим принятия в форме королевского декрета.

6.