Язык международных договоров
Важнейший элемент формы международного договора, посредством которого воля его субъектов получает ясное проявление вовне, — это язык. Именно в языке договора, его словесных формулировках в тексте выражается реальность воли и согласования государственных воль в международном договоре.
Отрывать, а тем более противопоставлять договор как соглашение и договор как текст, что характерно для многих современных буржуазных юристов, глубоко ошибочно. Международный договор — и в этом одно из его важных отличий от международного обычая — существует лишь как соглашение, воплощенное в тексте. Момент согласования воль здесь четко фиксируется словесно. Сам текст международного договора, воплощающий соглашение субъектов международного права, есть главный непосредственный итог успешно завершившихся переговоров. В этом смысле можно сказать, что международный договор есть словесное соглашение сторон. Молчаливых и подразумеваемых договоров, на наш взгляд, нет1. Если признать существование молчаливых или подразумеваемых договоров, то исчезает разница между договором и обычаем. Это может привести к принижению роли международного договора как главного источника международного права.Какого-либо одного общеобязательного языка международных договоров не существует. Двусторонние договоры обычно составляются на языках обоих договаривающихся государств[242] [243]. В этом случае договор составляется в двух экземплярах, каждый из которых содержит два соответствующих языковых текста. Тексты на языках обеих сторон имеют одинаковую юридическую силу, или, как говорят, аутентичны, что часто указывается в договоре. Это имеет важное значение при толковании и применении международного договора, в случае расхождения между разноязычными текстами, если иное не оговорено в самом договоре. Если же никаких указаний на этот счет в договоре нет, то, исходя из принципа равенства языков как конкретного проявления принципа суверенного равенства государств, следует считать, что оба языковых варианта являются одинаково аутентичными, хотя в процессе осуществления договора каждая сторона чаще всего руководствуется текстом на своем языке. В настоящее время, когда в сношения друг с другом вступают нации, которые прежде не имели ни экономических, ни культурных, в том числе языковых, связей и даже не знали о существовании друг друга, двусторонние договоры иногда составляются не в двух, а в трех языковых вариантах. При этом указывается, что аутентичным является текст на третьем языке в случае возникновения противоречия, когда язык одного государства непонятен для другого. Примером может служить договор 1957 года о дружбе между Японией и Эфиопией, составленный на японском, амхарском и французском языках, в котором говорилось, что в случае расхождения в понимании аутентичным будет французский текст1. Договор 1969 года о правовой помощи между ГДР и МНР составлен на трех языках: немецком, монгольском и русском[244] [245]. Однако, в отличие от предыдущего договора, здесь все три языковых варианта имеют одинаковую силу, что полностью соответствует новому типу отношений между социалистическими государствами. Наиболее важные многосторонние договоры составляются на распространенных языках мира: русском (например, Устав Совета Экономической Взаимопомощи 1959 г.), английском, французском и испанском. Договоры, заключаемые в рамках ООН, обычно составляются на шести официальных языках этой организации: русском, английском, арабском, испанском, китайском и французском, чаще всего в одном экземпляре, но иногда в трех (Московский договор 1963 г. о запрещении испытаний ядерного оружия, Договор 1968 г. о нераспространении ядерного оружия и др.). Иногда в договорах содержится специальное положение, что лишь определенные языковые тексты должны считаться аутентичными. Это может быть признаком неравноправного положения одного из участников договора, чей язык не рассматривается как равный, или же быть своего рода санкцией в отношении государства, нарушившего международное право. В последнем случае указанное ограничение будет правомерным. Так, в мирных договорах 1947 года с бывшими государствами-агрессорами только русский, английский и французский тексты являются аутентичными, в то время как, например, итальянский или финский таковыми не являются. Несколько особый случай представляют Сен-Жерменский, Нейиский и Трианонский мирные договоры 1919—1920 годов, составленные на английском, французском и итальянском языках, в которых предусматривалось, что в случае расхождения французский текст имеет преимущественную силу, за исключением разд. I и XII, содержавших соответственно Устав Лиги Наций и статьи о Международной организации труда. Многосторонние договоры по специальным вопросам могут составляться на языках лишь некоторых сторон с согласия других договаривающихся государств. Так, уставы специализированных учреждений ООН (ЮНЕСКО, ВОЗ и др.) составлены на английском и французском языках. Иногда на одном из этих языков, как мы видели, составляются и двусторонние договоры. 15.