Тактика обыска

Фактически ч. 1 ст. 183 сформулирована так, что в некоторых случаях следователь могут лишиться возможности произвести обыск. Допустим, следователь получил судебное разрешение на производство обыска в квартире гражданина Н. Приехал произвести обыск, но гражданина Н. в квартире нет, места его нахождения не известно, да и встречаться с правоохранительными органами гражданин Н. не желает. Семьи у гражданина Н. нет, местонахождение иных родственников не предоставляется возможным. Начав производство обыска, нарушит ли следователь требование о том, что при производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи. Исходя из анализа уголовно-процессуального законодательства, мы считаем, что да. Это в свою очередь приведет к тому, что объекты, изъятые при производстве обыска, не будут иметь доказательственного значения. Если следователь отложит производства обыска до обнаружения гражданина Н., это может привести к еще более негативным последствиям (например, в помещении находится оружие, взрывные устройства и.т.д.)¹. В УПК РСФСР в ч. 2 ст. 169 указывалось: «При обыске и выемке должно быть обеспечено присутствие лица, у которого производится обыск или выемка, либо совершеннолетних членов его семьи. В случае невозможности их присутствия приглашаются представители жилищно-эксплуатационной организации, исполнительного комитета поселкового либо сельского Совета народных депутатов». Да жилище неприкосновенно, права и интересы подозреваемого и обвиняемого должны быть защищены, но бездействие следователя не должно быть причиной нарушения не только их прав, но и не создавать угрозу безопасности других граждан. Поэтому формулировка ч. 1 ст. 182 УПК РФ должна быть представлена в следующем виде: «При производстве обыска участвует лицо, в помещении которого производится обыск, либо совершеннолетние члены его семьи. В случае невозможности следователем обеспечить их присутствие, приглашаются представители жилищноэксплуатационной организации или местного органа самоуправления»^{[204] [205].}

Некоторые следователи ошибочно полагают, что подготовка к обыску сводится к решению вопроса о необходимости его производства и вынесению постановления. Составлением постановления подготовка к обыску только начинается.

Подготовка к обыску состоит в получении максимума информации из процессуальных и непроцессуальных источников. Успех обыска в значительной степени определяется качеством его подготовки и планирования. Эта работа включает в себя¹:

- принятие решения о производстве обыска;

- определение времени обыска;

- подбор участников обыска и порядок прибытия группы к месту обыска;

- вызов, инструктаж участников обыска;

- подготовка технических средств.

Данные о личности обыскиваемого, сведения об образе жизни, связях, функционально-профессиональных качествах дают основания следователю предполагать с той или иной степенью вероятности, где могут храниться искомые объекты.

Сведения о личности субъекта, у которого решено произвести обыск собираются путем изучения материалов расследуемого дела, изучение оперативной информации^{[206] [207]. Особенно важны сведения о лице, которое предстоит обыскивать: профессия; образ жизни; обычный распорядок дня; привычки; связи[208].}

В зависимости от образа жизни обыскиваемого и его распорядка дня выбирается время для производства обыска. Весьма большое значение имеет вопрос о связях лица, которое решено обыскать. Этот вопрос становиться центральным, если намечено обыскивать не одно лицо, а несколько лиц. При подготовке к такому групповому обыску собираются сведения о каждом намеченном к обыску лице в отдельности, о взаимоотношениях их между собой, о способах их общения. Собирание данных о связях лица, которое решено обыскать, важно для определения, у кого из родственников или знакомых могут быть спрятаны вещи или кому преступник мог передать их на хранение предметы или ценности, интересующее следствие.

Одним из условий обеспечивающих результативность производства обыска является внезапность его проведения. Соблюдение этого условия позволяет предотвратить уничтожение вещественных доказательств, предупреждает возможность их более тщательного сокрытия, препятствует возможности лица скрыться от следствия и суда. Поэтому при подготовке к обыску, при выдвижении к месту производства обыска, при проникновении в обыскиваемое помещение следует соблюдать максимальную предусмотрительность, с целью не допустить утечку информации. При производстве обыска вправе присутствовать, защитник, а также адвокат того лица, в помещении которого производится обыск (ч. 11 ст. 182 УПК РФ). Указанное право не зависит от волеизъявления следователя¹. Этим положением законодатель подкрепил соблюдение прав обыскиваемого, в процессе осуществления обыска. Адвокат имеет право присутствовать, если обыск проводиться у свидетеля, потерпевшего и других лиц^{[209] [210]. Процедура обеспечения следователем защитника и адвоката в производстве обыска не урегулирован уголовнопроцессуальным законом, что создает определенные трудности реализации их полномочий.}

В соответствии с ч. 1 ст. 11 УПК РФ: «Суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснить подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав». Поэтому по прибытии на место производства обыска, при ознакомлении обыскиваемого с постановлением о производстве обыска, следователь обязан сообщить, что при производстве обыска имеет право присутствовать его защитник или адвокат. В случае наличия на данном этапе расследования защитника, следователь обязан сообщить ему, что у его подзащитного проводится обыск и что он имеет право в нем участвовать. Если обыск проводиться у потерпевшего, свидетеля, подозреваемого у которого на этот момент защитника еще нет, следователь разъяснеет, что их адвокат, если такой имеется, имеет право присутствовать при производстве обыска. Если таковых у них нет, но указанные лица изъявляют желание о реализации своих прав. Следователь обязан обеспечить им реализацию этого права. Сколько это займет времени? Следователь сообщает защитнику по телефону, что у его подзащитного будет производиться обыск. Но защитник может в это время участвовать в судебном разбирательстве, может находиться в другом населенном пункте и т.д. Кроме того, следователь просто может не иметь возможности сообщить защитнику и адвокату о производстве обыска по объективным причинам: местонахождение его неизвестно, сотовый телефон отключен и т.д. Как в таком случае действовать следователю, исходя и требований ч. 11 ст. 183 УПК РФ и ч. 1 ст. 11 УПК РФ:

1) сообщить защитнику и адвокату заблаговременно, что будет произведен обыск?

2) отложить производство обыска до прибытия защитника или адвокат?

3) произвести обыск без участия защитника и адвоката?

Информирование защитника и адвоката о том, что такого-то числа, такого-то месяца у такого-то лица будет произведен обыск, выглядит абсурдно не только с точки зрения криминалистической тактики, но и с позиции здравого смысла. В данном случае утечка информации не просто возможна, а просто неизбежна. Причем это не обязательно умышленные противоправные действия защитника, что тоже не исключается. Это могут быть фразы коллегам по работе: «Завтра с утра меня не будет, я буду на обыске у Петрова», разговор с супругой в общественном месте: «К ужину меня не жди в девятнадцать часов мне надо быть на обыске на улице Широкой» и т. д.

Отложив производство обыска на значительное время, дожидаясь прибытия защитника и адвоката, следователь рискует, что искомые объекты могут быть уничтожены, перепрятаны, об обыске станет известно другим

соучастникам обыскиваемого, которые предпримут срочные действия по сокрытию и уничтожению следов преступления. При этом некоторые авторы делают оговорку, что, разъяснив обыскиваемому право иметь адвоката, следователь должен отложить начало поисковых действий до его прибытия, если иное не диктуется следственной ситуацией и не может быть использовано для сокрытия или уничтожения искомых следователем объектов, а также разглашения самого факта производства обыска^[211].

Следователь, произведя обыск без участия защитника и адвоката, рискует, что в соответствии с ч. 1 ст. 11, ч. 11 ст. 183, ч. 2ст. 75 УПК РФ суд может признать данный обыск незаконным, а объекты, полученные при этом не имеющими доказательственного значения. В рассмотренной нами ситуации существует реальная преграда по возможности реализации следователем своих полномочий. Законодателю необходимо более конкретно урегулировать процедуру участия защитника или адвоката в производстве обыска. Сделать это можно, указав в. ч. 11 ст. 183 УПК РФ, что в случае невозможности прибытия защитника и адвоката в кратчайшие сроки, следователь вправе начать производство обыска в их отсутствии.

Процессуальный закон запрещает производство обысков в ночное время, т. е. с 22 часов до 6 часов утра по местному времени. В случае, не терпящем отлагательств, обыск может быть произведен в ночное время, а обыск в жилище без судебного решения, с последующим уведомлением о произведенном обыске прокурора и суда, в соответствии с ч. 5 ст. 165 УПК РФ¹. При решении производства обыска в случае, не терпящем отлагательства, следователь должен, во-первых, соотнести возникшую следственную ситуацию с перечнем случаев, не терпящих отлагательства. Согласно п. 9 Приказа Следственного комитета при прокуратуре РФ от 7 сентября 2007 г. № 6 «О мерах по организации предварительного следствия»^{[212] [213] к случаям, не терпящим отлагательства, относятся: а) необходимость реализовать меры по предотвращению, пресечению преступления, закреплению его следов; б) появление фактических оснований для производства указанных следственных действий в ходе осмотра, обыска и выемки в другом месте; в) появление возможности для подозреваемого скрыться в случае промедления с их производством; г) обусловленность неотложности проведения следственного действия обстановкой только что совершенного преступления; д) возникновение реальной угрозы уничтожения или сокрытия искомых объектов; е) необходимость преследовать подозреваемого; ж) наличие достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором производятся какие- либо следственные действия, скрывает при себе предметы или документы, могущие иметь значение для уголовного дела. Во-вторых, в постановлении, вынесенном следователем обязательно указать, помимо времени, места проведения обыска, оснований его производства, аргументирование обоснование производства обыска без судебного решения.}

Требование производить обыск днем, несомненно, имеет принципиальное значение. В ночное время обыск причиняет особое беспокойство, нарушает обычный порядок, мешает нормальному отдыху обыскиваемого, членов его семьи, соседей и лиц, привлекаемых в качестве понятых^[214]. Кроме того, обыск в дневное время имеет ряд важных преимуществ. Днем удобнее проникнуть в обыскиваемое помещение, естественное освещение значительно облегчает поиски, легче привлечь дополнительных участников обыска и т.д. При этом обыск целесообразнее всего производить в часы, когда во-первых, обыскиваемое лицо или члены его семьи находятся дома и не ожидают появления участников обыска: во-вторых, когда, когда легко осуществить

незаметный подход к объекту обыска и без затруднений проникнуть в него. На практике это чаще всего ранее утро. К тому же утром следователь и его помощники начинают работу со свежими силами, имеют впереди запас времени, необходимый для производства обыска и мероприятий, вытекающих из его результатов. При выборе времени производства обыска на открытой местности следует учитывать погодные условия¹. Однако если имеются опасения, что искомые предметы могут быть спрятаны или разыскиваемое лицо скроется, на место проведения обыска желательно избрать такой день и час когда:

а) наиболее вероятно наличие искомых предметов на месте обыска;

б) наиболее легок доступ в обыскиваемое помещение или на обыскиваемую территорию;

в) наиболее доступны искомые предметы для ищущего;

г) наиболее благоприятные условия для поисков;

д) наиболее затруднено противодействие обыску со стороны заинтересованных лиц^{[215] [216].}

При производстве обыска необходимо организовать наблюдение за обыскиваемым. С целью выявления непроизвольных реакций обыскиваемого на поисковые действия, а также выявления его сознательных уловок с целью препятствования эффективному поиску. Изменение тембра голоса, цвета лица, дрожание рук и другие реакции, свидетельствующие о высокой степени его нервного напряжения и возникающих конкретных объектов, служат своеобразными сигналами, свидетельствующими о близости от следователя тайника^[217].

Для выявления подобных реакций следователем в ходе обыска могут быть применены такие тактические приемы:

1) «словесная разведка», которая может применяться в двух вариантах:

- следователь прежде, чем начать обследование какого- либо нового объекта, интересуется, что там находиться и наблюдает за реакцией обыскиваемого либо беседе с обыскиваемым об обследуемых в этот момент объектах;

- четкая отдача команд участникам обыска при распределении секторов поиска и наблюдение за реакциями обыскиваемого;

2) метод испытания, при котором следователь через некоторое время вновь возвращается к обследованию предмета или объекта, осмотр которого ранее совпал с проявлением у обыскиваемого непроизвольной реакции;

3) следователю целесообразно широко использовать все то, что может ассоциироваться у обыскиваемого с сокрытыми объектами, способом сокрытия, местом сокрытия и т.д. Существенное значение могут сыграть суждения, вопросы, действия следователя допускающие их многозначное толкование обыскиваемым;

4) зачастую обыску, предшествует допрос. При допросе следует побеседовать с обыскиваемым о предстоящем месте обыска, обстановке, знакомых, друзьях, обыскиваемого. При этом следует обращать внимание какие обстоятельства вызывают у обыскиваемого обостренные реакции, либо он перескакивает с этих обстоятельств на другие, создавая «зону недоступности».

Чтобы наблюдение за обыскиваемым и иным находящимся на месте обыска лицами было более эффективным, его целесообразно поручать специально выделенному для этой цели оперативному работнику.

Обыскиваемый в ходе обыска может совершать следующие действия с целью ввести следователя в заблуждение, скрыть свое волнение, препятствовать организованному поиску сокрытого:

- провоцировать следователя, вызывают его на конфликт, стремясь таким путем добиться эмоционального срыва следователя;

- имитировать внешние непроизвольные реакции;

- отвлекать следователя (посторонние разговоры, симуляция обморока, сердечного приступа и т.д.);

- сообщение ложное информации об обыскиваемых объектах.

Для того чтобы противостоять такого рода ухищрения, следователю необходимо обладать такими качествами, как: твердость, решительность, настойчивость, выдержка, тактичность. При продолжительности и однообразии поисковых действий рекомендуется сделать короткие перерывы для отдыха.

Следователь при производстве обыска имеет право вскрывать любые помещения, если владелиц отказывается добровольно их открыть. При этом разрушения должны быть разумными, не должно происходить преднамеренного не вызванного необходимостью повреждения имущества. Следователь имеет право и возможность препятствовать попыткам обыскиваемого уничтожить подлежащие изъятию предметы, документы или ценности, а также препятствовать попыткам их спрятать. При этом в протоколе делается соответствующая запись, и указываются принятые меры. Если при этом обыскиваемое лицо получило какие-то телесные повреждения, это тоже необходимо отразить в протоколе, подробно описав их.

В ходе обыска следователь сталкивается иногда с обстоятельствами личной и интимной жизни обыскиваемого. Например, при осуществлении обыска он может обнаружить личную переписку обыскиваемого, документы и различные предметы, относящиеся к интимной стороне жизни граждан не имеющие отношение к расследуемому событию. Закон, оберегая интересы граждан, обязывает следователя принять меры к тому, чтобы подобные обстоятельства не стали предметом гласности. Поэтому, при производстве поисковых действий следователь не должен акцентировать внимание понятых и других участников обыска на указанных обстоятельствах, если они не относятся к делу. Если же эти обстоятельства имеют отношение к делу и ознакомление с ними понятых и других присутствующих неизбежно, следователь вправе предупредить их о недопустимости разглашения таких сведений, о чем при необходимости собирается подписка (ст. 161 УПК РФ).

Помимо имеющих значение для дела предметов и документов при обыске изымаются объекты, свидетельствующие о совершении обыскиваемым лицом другого преступления, незарегистрированное огнестрельное оружие и иные предметы, изъятые из гражданского оборота.

При производстве обыска на работе подозреваемого (обвиняемого), а также в гостинице, общежитии, обследованию подлежат предметы, находящиеся в пользовании обыскиваемого или являющиеся его собственностью. Ими могут быть рабочий стол обыскиваемого, используемые им инструменты, шкаф для хранения спецодежды, специальное место в общежитии, тумбочка, которой пользовался обыскиваемый, его личные вещи. Следователь не вправе производить поисковые работы в отношении имущества других лиц, работающих или проживающих совместно с обыскиваемым. Он может лишь предложить этим лицам осмотреть свои вещи и сообщить, нет ли среди них предметов, им не принадлежащих¹.

В связи с развитьем техники, наличием почти у каждого человека сотового телефона, следователь при производстве обыска имеет право попросить обыскиваемого отдать ему сотовый телефон на время обыска. Это право вытекает из ч. 8 ст. 182 УПК РФ. Большинство обыскиваемых, скорее всего, добровольно не выполнят данное требование. Поэтому производство личного обыска в ходе производства обыска в помещении, может быть обусловлено не только тем, что есть достаточные основания полагать, что лицо, находящееся в помещении, скрывает при себе предметы и документы, которые могут иметь значение для уголовного дела, но и с целью изъятия сотового телефона. Личный обыск производиться только лицом одного пола с обыскиваемым и в присутствии понятых и специалистов того же пола. Это должно учитываться при планировании и подготовке к обыску. Для производства личного обыска в помещении, которое обыскивается на основании судебного решения, дополнительного постановления и судебного решения на его проведение не требуется. Кроме того, личный обыск может быть проведен без постановления и судебного решения: 1) при задержании лица; 2) заключения задержанного под стражу (ч. 2 ст. 184 УПК РФ).

Основное и обязательное средство фиксации - протокол обыска. Закон устанавливает, что протокол должен оставляться в ходе следственного действия или тот час же по его окончании (ст. 166 УПК РФ.). Однако оформить протокол до конца можно только по завершению обыска. Поэтому, ведя черновые записи, предпочтительнее переходить к написанию протокола, когда объект обыска исследован полностью. Протокол оформляется безотлагательно и только на месте обыска.

Определенную проблему представляет производство повторного обыска в жилом помещении. УПК РФ не запрещает производство повторного обыска в том же месте и у тех же лиц, но как исключение и при наличии веских к тому оснований¹. Нас интересует вопрос, может ли первичный и повторный обыск быть, составляющими общего тактического замысла следователя, т.е. следователь производит обыск в помещении, «заранее зная, что искомых предметов там нет, а

через время сделать это повторно в том же помещении»¹. Повторный обыск целесообразно производить при

расследовании определенных видов преступлений, а также с учетом психологических особенностей лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении конкретного преступления, и характера искомых предметов . А.Н. Иванов, Е.С. Лапин указывают: «Если с тактической точки зрения подобные рекомендации как-то обоснованы, то с уголовно

процессуальной, да и нравственной, они недопустимы, так как противоречат требованиям ст. 182 УПК РФ. Производство обыска в жилище при наличии сведений, что разыскиваемые предметы там отсутствуют, образует признаки состава преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 182 УК РФ - «Нарушение неприкосновенности жилища»» . С одной стороны авторы правы: если у следователя есть 100% информация, что искомые объекты в помещении

отсутствуют, то действительно производить обыск нет никакой необходимости, в том числе и тактической. И производство обыска лишь на основании ничем не подкрепленного предположения, что разыскиваемые

объекты, своевременно удаленные заинтересованными

лицами, будут возвращены на место, где уже проводился

обыск, является не только незаконным^{[218] [219] [220] [221], но и тактически безграмотным. Но у нас возникают еще три вопроса:}

1) как следователь в данном случае получит судебное

разрешение на обыск, что станет «достаточными основаниями» обоснованности его производства?

2) если есть 100% информация, что искомые объекты в помещении отсутствуют, то следовательно, должна быть и информация, где они находятся?

3) может ли в реальности следователь быть уверен на 100%, что искомые предметы в помещении отсутствуют?

Следователь принимает решение проводить обыск не на 100% знании, что искомые предметы находятся в определенном помещении, а на обоснованном предположении, подкрепленным фактическими данными. Следует помнить, что в определенных следственных ситуациях производство обыска, может являться одним из элементов оперативно-тактической комбинации.

Производство обыска у подозреваемого, не заключенного под стражу, несомненно, подтолкнет его к совершению определенных действий, особенно если искомые объекты при этом не будут обнаружены. В том числе он действительно может вернуть их в помещение, исходя из мнения о том, что данный объект осматриваться не будет. Кроме того, он может предпринять и иные действия: посетить место сокрытия искомого, сообщить сообщникам о произведенном у него обыске, предпринять действия по сокрытию и уничтожению следов. Установить имеют ли место данная деятельность подозреваемого, можно путем производства оперативнорозыскных мероприятий, таких как наблюдение, прослушивание телефонных разговоров, снятие информации с технических каналов связи. И если подозреваемый действительно вернет в помещение искомые объекты, то основанием для повторного обыска будет ни «ничем не подкрепленное предположение», а информация, полученная в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий (например, результаты наблюдения за обыскиваемым и его жилым помещением).

В тех случаях, когда производство обыска является элементом, составной частью оперативно-тактической комбинации, по нашему убеждению должны быть соблюдены следующие требования:

1) установление необходимости и возможности производства данной оперативно-тактической комбинации;

2) тщательное планирование и разработка ее проведение с участием руководителя следственного органа;

3) при получении согласия у руководителя следственного органа на ходатайство производства обыска, ознакомление его с целью и планом, осуществления оперативно-тактической комбинации;

4) обязательное присутствие на получении судебного разрешения на производство обыска руководителя следственного органа с целью обоснования необходимости производства обыска, как элемента оперативно-тактической комбинации.

В данном случае суд, оценив целесообразность оперативно-тактической комбинации, тяжесть совершенного преступления, возможность и вероятность совершения новых преступлений, решает вопрос о производстве обыска в помещении в контексте общего тактического замысла. Поэтому мы считаем, что первичный и повторный обыск могут быть, составными элементами оперативно-тактической комбинации, и при соответствии указанным нами требованиям, их применение не противоречит нормам уголовно-процессуального закона.

5.3