Рождение «звезды»

Венский ювелирный резчик Роман Энглиш был никому не известен. Но ведь к известному ювелиру и не пойдешь. Он же спросит: откуда камешек? Так что пришлось изумрудному воришке обратиться к «черному мастеру».

– Считайте, что вы – четырежды миллионер, герр Краутцер! – Ювелир затряс руку обалдевшему Герману. – За свою работу по огранке я возьму с вас ровно десятую часть – 400 тысяч шиллингов!

Краутцер завздыхал:

– А это не слишком много?

– Но я же не спрашиваю, откуда вы взяли камень? – притворно сладко заулыбался ювелир. – Все знают, что вы брали лицензию на поиск альпийских изумрудов, но ни о какой находке не оповестили дирекцию Хабахтальского рудника!

Домой из Вены Герман приехал на взводе. Сначала рассказал о баснословной стоимости камня, потом пожаловался на цену ювелирных работ.

– Этот Энглиш тебя обманет! – взорвалась жена. – Соглашайся только в том случае, если сам будешь присутствовать при работах. А то этот пройдоха подменит камень!

Краутцер так и сделал. Снял в Вене комнату и каждый день, в течение всего срока работ, просиживал рядом с ювелиром, наблюдая, как тот режет камень. И вот, наконец, в трясущейся от важности момента руке мелкого служащего лежит большой прямоугольный изумруд и семь мелких камешков, оставшихся после огранки. Да только ювелир недоволен:

– Положите изумруд на стол, он пока не ваш! Да и осколки не ваши. Сначала вы должны заплатить мне четыреста тысяч!

Рука Краутцера задрожала еще сильнее. Проклятая невезуха! Где же он возьмет такие деньги?

– Вы можете оставить мне семь этих малышей! – услышал он голос ювелира и разжал руку. Энглиш ловко подхватил камни, потом выбрал свою семерку, положив большой изумруд в бархатный футляр. – Держите! И помните, у каждого великого камня есть собственное имя. Ваш изумруд я назвал «Звездой Хабахталя».