И разве он в этом был не прав?
Даже теперь, столько лет спустя, стоит мне настроиться мысленно на эту волну, воскресает в душе то давнее ощущение силы и безграничных возможностей. Такое состояние свойственно молодости, оно биологически запрограммировано с расчетом на специфические задачи этой поры жизни.
Но у моего поколения была особая судьба - наш возрастной порыв попал в резонанс с охватившими все общество процессами активизации, подъема, радостной нацеленности на прекрасное будущее. "До счастья осталось немного - всего лишь один поворот!" - пелось в нашей любимой песне, и остановить это движение, казалось, не могло ничто.Евгений Носов не случайно упомянул в своей зарисовке о пьянстве. Как раз в ту пору мы начали осознавать масштабы этого чудовищного зла и всю меру его губительных последствий. Но ведь мы - врачи! На то и даны нам знания, у нас есть все, чтобы задавить зеленого змия! Лекции не помогают - ничего страшного, займемся непосредственно алкоголиками, дойдем до каждого, не захочет являться в диспансер - поймаем его на работе, а то и дома. Раз мы за это взялись, не может такого быть, чтобы мы не победили. Появились лекарства, способные снимать самые тяжелые симптомы душевных заболеваний, психиатры впервые почувствовали, что в их силах не только ставить диагнозы и обеспечивать безопасность здоровых людей от больных, а больных - от их собственных непредсказуемых влечений, они могут лечить, возвращать страдальцев к нормальной, полнокровной жизни. Сейчас набор этих препаратов невелик, но завтра их станет больше, сейчас удается достичь лишь временного облегчения, но мы будем работать, ночи просиживать в лабораториях, мы овладеем этим искусством - психические болезни будут побеждены, мы избавим человечество от этого кошмара!
Конечно, в этих планах, в самой их грандиозности, глобальности было много наивного, и жизнь не замедлила снять с нас розовые очки. Но я и теперь убежден - не были наши замыслы пустопорожней маниловщиной, их основа была реальной, осуществимой, касалось ли это кардинальных сдвигов в моей, узко специальной области или тех "дивных див", которые Хрущев обещал всей стране. Нет, в главном, продолжаю я настаивать, наш лидер не ошибался. Он верно оценивал энергетический потенциал общества, нетерпеливо ожидающий своего часа. И если даже преувеличивал что-то, считал ситуацию более благоприятной, чем она была на самом деле, то, право же, не так уж значительно, не принципиально. Сроки могли потребоваться иные, более протяженные. Но уж это-то ему простили бы легко.