§ 1. Регламентация ответственности императивными нормами

В условиях действия социалистической законности юридическая ответственность немыслима без норматив­ной основы. В правовых нормах устанавливаются усло­вия, фактические основания, формы и пределы ответ­ственности.

му усмотрению определять условия и пределы ответ­ственности.

Общие правила о гражданской ответственности (ст. ст. 36 и 37 Основ гражданского законодательства^[7]) сформулированы в нормах диспозитивного характера. В отношении пределов ответственности между социали­стическими организациями диспозитивность относитель­ная: не допускается соглашение об ограничении ответ­ственности, если размер ответственности для данного вида обязательств точно определен законом (ч. V ст. 36 Основ). Не исключается соглашение о повышении, а равно установление размеров ответственности, если они не определены нормативно.

Что касается такого условия ответственности, как вина, то соответствующее правило буквально сформу­лировано как абсолютно диспозитивное: имущественная ответственность возлагается лишь при наличии вины, кроме случаев, предусмотренных законом или договором (ч. 1 ст. 37 Основ). Однако, учитывая, что социалисти­ческие организации обладают специальной правоспособ­ностью, следовало бы нормативно запретить возмож­ность расширения ответственности по соглашению меж­ду ними путем исключения вины как условия ответ­ственности.

Наряду с этими общими положениями, действие ко­торых распространяется на все обязательственные пра­воотношения, поскольку иное не установлено норматив­но, ст. 72 Основ содержит специальное правило, соглас­но которому ответственность сторон по перевозкам гру­зов, пассажиров и багажа в соответствии с Основами определяется уставами (кодексами) отдельных видов транспорта и издаваемыми в установленном порядке правилами.

вами и кодексами не установлены специальные нормы об ответственности.

Предусмотренная в ст. 72 Основ возможность реали­зована в транспортных уставах и кодексах, которые устанавливают ряд изъятий из общих правил о граж­данской ответственности, касающихся различных сто­рон ее регламентации. Таким исключением является прежде всего императивный характер норм, определяю­щих ответственность по обязательствам перевозки.

Статья 143 Устава железных дорог Союза ССР^[8] (и соответствующие статьи других транспортных уста­вов и кодексов) запрещает и признает недействительны­ми всякие соглашения железной дороги с грузоотпра­вителями или пассажирами, имеющие целью изменить устранить предусматриваемую УЖД ответственность.

Не меняет императивного характера ссылка ст. 74 Основ на ст. 37 тех же Основ, содержащую диспозитив­ную норму. Этим лишь создано законное основание для применения правила об учете вины кредитора и к пере­возочным правоотношениям.

Не устанавливает изъятия из ст. 143 УЖД и ст. 78 УЖД, допускающая в исключительных случаях определение Министерством путей сообщения совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами- грузоотправителями и грузополучателями порядка пере­возки груза на условиях, не предусмотренных Уставом. Противоположное мнение, согласно которому в этой статье «... изложено исключение из общего принципа о недействительности предварительной договоренности между грузоотправителем, грузополучателем и дорогой, если эта договоренность имеет в виду противоречие нор­мам, установленным Уставом железных дорог Союза ССР»^[9], представляется неточным и потому неверным.

перевозки данного груза могут устанавливаться МПС совместно с заинтересованными министерствами, ведом­ствами (СССР или союзных республик).

Норма ст. 78 не уполномочивает на изменение или устранение условий ответственности. Она предусматри­вает возможность изменения условий (порядка) выпол­нения обязательства^{[11] [12]. При наличии соглашения об этом отступление от действующих правил перевозок нельзя признать нарушением обязанностей по договору®. Од­нако отсюда вовсе не следует, что при этих условиях не может наступить ответственность перевозчика, так как ст. 78 не колеблет начала ответственности железной дороги за несохранность груза только при наличии вины.}

Норма ст. 78 не принадлежит к числу норм, регули­рующих ответственность субъектов обязательства пере­возки и потому не должна истолковываться в том смыс­ле, что на ее основании могут быть изменены соглаше­нием правила об ответственности^[13]. Так, если в соответ­ствии со ст. 78 установлено, что перевозка данного гру­за осуществляется на открытом подвижном составе и груз доставлен с недостачей, железная дорога может быть освобождена от ответственности на общих основа­ниях (ст. 149 УЖД).

Правило ст. 143 УЖД относится не только к услови­ям ответственности, но и к ее размерам. В развитие этого правила ст. 167 устанавливает, что в случае нару­шения обязательств, вытекающих из УЖД, их участни­ки несут материальную ответственность лишь в преде­лах, предусмотренных соответствующими статьями Устава.

Как известно, постановление Совета Министров СССР от 27 октября 1967 г., № 988 «О материальной ответственности предприятий и организаций за невыпол­нение заданий и обязательств»^[14] признало за сторонами хозяйственного договора право по взаимному согласию повысить размеры неустойки (штрафа, пени) за нару­шение условий договора, установленные действующим законодательство^. за исключением размера пени за просрочку платежа (и.

По смыслу нормы п. 30 постановления ее действие распространяется на договорные отношения, обеспечи­ваемые неустойкой, которая по основаниям возникнове­ния принадлежит к категории договорно-обязательной. Правоотношения по подаче подвижного состава и предъ­явлению груза к перевозке возникают из планового ак­та, а не из договора, и обеспечиваются законной, а не договорной неустойкой. Поэтому к указанным правоот­ношениям правило п. 30 принципиально неприменимо. Мы полагаем, что оно не распространяется и на санк­ции за просрочку доставки груза в силу норм ст.ст. 143 и 167 УЖД.

Пет достаточной ясности по вопросу о том, вправе ли арбитраж повышать, а равно снижать в соответствии с п. 31 постановления № 988 размер штрафа за невы­полнение плана перевозок грузов, поскольку точно не

определен круг правоотношений, на которые распрост­раняется его действие^[15].

Согласно п. 31 органы арбитража имеют право в ис­ключительных случаях уменьшать размеры санкций, подлежащих взысканию со стороны нарушившей обяза­тельство, а также взыскивать со стороны по договору, грубо нарушившей его условия, неустойку, штраф, пе­ню в повышенном до 50 процентов размере, с обраще­нием этой части взысканных сумм в доход союзного бюджета.

Не останавливаясь здесь на проблеме повышения и снижения арбитражем санкций во всей ее полноте, про­анализируем возможность снижения и увеличения штра­фа по обязательствам перевозки грузов. Отметим лишь, что мы не разделяем основанное на буквальном толко­вании норм п. 31 мнение, согласно которому взыскание санкций в повышенном размере возможно лишь с нару­шителей договорных обязательств. При наличии установленных п.

Представляется, что правила п. 31 постановления № 988 не должны применяться, если нарушены обяза­тельства, ответственность по которым ограничена слу­чаями и пределами, императивно установленными спе­циальными правилами (нормативными актами), кото­рые исключают применение соответствующих общих норм о гражданско-правовой ответственности. К ним относятся прежде всего обязательства по перевозкам грузов.

Этот вывод следует из содержания норм ст. 72 Основ, ст. ст. 143 и 167 УЖД, ст. 179 УВВТ, ст. 126 и ст. 152 УАТ РСФСР.

Нормы постановления № 988, усиливающие ответ­ственность по обязательствам перевозки грузов, инкор­порированы в соответствующие транспортные уставы (кодексы). Напротив, правила п. 31 не включены в эти нормативные акты. Данное обстоятельство в сочетании с содержанием упомянутых статей транспортных уста­вов и кодексов не может быть интерпретировано иначе как изъятие обязательств перевозки груза из-под дей­ствия п .31. Следовательно, ни повышение, ни сниже­ние размера неустойки (штрафа, пени) неприменимо к обязательствам по перевозкам грузов, например, в слу­чаях невыполнения плана перевозок, просрочки достав­ки груза ".

При обосновании сформулированного вывода необ­ходимо также иметь в виду, что правила п. 31 предо­ставляют арбитражу право уменьшать и повышать лишь неустойку (штраф, пеню). К искам о возмещении убыт­ков в связи с нарушением обязательств эти правила не применяются *^[17]. Неустойка же на случай нарушения обя­зательств перевозки по общему правилу является ис­ключительной, в связи с чем взыскание убытков устра­няется в любом соотношении с неустойкой.

но которому допускается только повышение, но запре­щено уменьшение неустойки по обязательству.

Регулирование ответственности по обязательствам перевозки нормами императивного характера, на наш взгляд, связано с допускаемыми отступлениями от об­щих правил ее регламентации, прежде всего с установ­лением ограниченной ответственности. Своим острием запрещение соглашении об изменении и устранении от­ветственности обращено против снижения ответственно­сти по обязательствам перевозки грузов и прежде всего против ослабления охраны социалистического имущества в процессе перевозки.

Вероятно, учитывается также многочисленность отно­шений перевозки, регулирование которых относительно упрощается (без ущерба интересам сторон и общества в целом), если исключаются соглашения между транс­портными организациями и лицами, пользующимися их услугами, об отступлениях от типизированных условий.

Императивный характер регулирования ответствен­ности по обязательствам перевозки повышает значи­мость нормативного определения условий, форм, разме­ров ответственности по этим обязательствам, которые должны соответствовать задачам повышения эффектив­ности производства и качества работы.

Что касается возможности изменения размеров не­устойки (штрафа, пени) органами арбитража, то она должна быть поставлена в зависимость от сохранения ограниченной ответственности по обязательствам пере­возки, в частности, от соотношения неустойки и убытков, причиненных нарушением обязательства.