<<
>>

§ 2. Общая характеристика субсидиарного обязательства

Действующее российское законодательство не определяет понятия субсидиарного обязательства, что в немалой степени отражается на качестве правоприменительной практики, отнюдь не способствуя её единообразию.1 В ГК РФ закреплены лишь некоторые черты субсидиарной ответственности (ст.

399).

Отечественной цивилистикой рассматриваемому понятию не уделялось специального внимания. Оно часто используется, с одной стороны, при рассмотрении различных аспектов гражданско-правовой ответственности вообще и субсидиарной ответственности, в частности, а с другой, - в связи с изучением отдельных видов обеспечения обязательств (залога, поручительства).[182] [183] При этом следует отметить отсутствие единства взглядов на данное понятие, являвшееся предметом дискуссии в связи с частной проблемой правовой природы обязанностей поручителя: представляют ли они собой обязательство или ответственность.[184]

Обобщая точки зрения ряда современных цивилистов на субсидиарное обязательство, следовало бы выделить три позиции. Согласно первой - под таковым следует понимать конструкцию, используемую в ст.399 ГК РФ, поскольку термин “субсидиарная ответственность” здесь условен, речь должна идти об исполнении субсидиарным должником обязательства.[185]

Другие именуют обязанность субсидиарного должника как субсидиарной ответственностью, так и обязательством (в том числе “дополнительным условием главного обязательства”).1 К примеру, Е.А. Суханов, называя конструкцию п. 1 ст. 399 ГК РФ “субсидиарным обязательством”, как “самостоятельной разновидностью обязательств со множественностью лиц», отмечает также, что «субсидиарное обязательство, подобно пассивному солидарному обязательству, также представляет собой разновидность (форму) гражданско - правовой ответственности: либо за действия основного должника ...

либо за собственные упущения... Именно поэтому правила о субсидиарных обязательствах отнесены законом в главу, посвящённую ответственности за нарушение обязательств».[186] [187] [188] Субсидиарное правоотношение (или «субсидиарная ответственность»), действительно, связано с нарушением третьим лицом (в данном случае - основным должником) субъективных прав кредитора, заключающемся в неисполнении либо отказе от исполнения основного обязательства. Этим оно напоминает правовую конструкцию «ответственности за чужие действия».[189] В связи с упомянутой выше конструкцией отметим, что в литературе ставят под сомнение её наличие в современном гражданском праве. В частности, М.И. Брагинский полагает,

что в (советском) гражданском праве «ответственность за действия других (третьих) лиц отсутствует, т.к. она сводима либо а) к ответственности, в конечном счёте, за собственные виновные действия, либо б) к обязательству возмещения вреда вне зависимости от характера поведения соответствующего лица, при этом действия третьего лица служат юридическим фактом, основанием возникновения соответствующего обязательства, либо к в) долгу и следовательно действия третьего лица являются юридическим фактом, который завершает накопление необходимого юридического состава».1

В вышеприведённых взглядах на субсидиарное обязательство, а также в содержании ст. 399 ГК РФ мы сталкиваемся со смешением понятий «субсидиарная ответственность» и «субсидиарное обязательство»[190] [191]. Эти понятия имеют различную правовую природу, хотя и связаны между собой.

Смешению понятий ответственности и обязательства немало способствует и новый ГК РФ. С одной стороны, названный Кодекс различает ответственность и исполнение обязательства, определяя в ст. 396 соотношение ответственности (убытки и неустойка) и исполнения обязательства в натуре, т.е. не относит реальное исполнение обязательства к числу мер гражданско-правовой ответственности.

С другой стороны, как отмечает Г.В. Хохлова, «нормы о гражданско-правовой ответственности сформулированы, а иногда и расположены так, будто - бы несение гражданско-правовой ответственности - обязанность должника...». Так говорится об обязанности компенсировать моральный вред (гл. 8), уплатить неустойку (гл. 23), об обязанности возместить убытки (гл. 25), возместить вред (гл. 59).1 Арбитражная практика различает ответственность и исполнение обязательства: «Статья 396 названного Кодекса определяет соотношение ответственности (убытки и неустойка) и исполнения обязательства в натуре, а не относит реальное исполнение обязательства к числу мер гражданско-правовой ответственности».[192] [193]

Близкой к первой точке зрения является позиция тех правоведов, которые полагают, что обязанность субсидиарного должника тождественна обязанности, принятой на себя дебитором по основному обязательству.[194] С названной позицией трудно согласиться ввиду обстоятельства, на которое указывают И.Б. Новицкий и Л.А. Лунц, а также А.В. Вощатко и А.С. Шиловская: содержание обязательства главного должника может быть таково, что никто вместо него не может это обязательство исполнить.[195] В пользу нетождественности главного и субсидиарного обязательства свидетельствует положение ст. 387 ГК РФ, регулирующей отношения, связанные с переходом прав кредитора к другому лицу. Согласно названной норме права кредитора переходят к поручителю или залогодателю вследствие

исполнения обязательства должника названными лицами, не являющимися должниками по этому обязательству. Иначе говоря, законодатель во всех случаях рассматривает обязательство поручителя, равно как и залогодателя, в качестве отличного от основного обязательства и, соответственно, субсидиарного должника - как субъекта другого, в том числе, субсидиарного обязательства. Аналогичной позиции придерживается автор сравнительно - правового исследования поручительства по немецкому и корейскому праву, а также судебной практике.

В частности, он считает, что одной из черт поручительства является невозможность перехода обязательства поручителя в обязанность исполнить обязательство идентичное главному1.

Об условности применяемого в ст. 399 ГК РФ термина «ответственность» свидетельствует и правовая позиция Высшего Арбитражного Суда РФ, сформулированная в его решении по конкретному делу. В частности, при рассмотрении в порядке надзора спора о взыскании с учредителя ассоциации процентов за пользование чужими денежными средствами, взысканными с него ранее как с субсидиарного должника, суд дифференцирует общую сумму задолженности учредителя на основную и сумму неустойки[196] [197], начисляя проценты на основании ст. 395 ГК РФ только на сумму основного долга. Такой вывод вряд ли бы последовал, если бы суд исходил из буквального смысла ст. 399 ГК РФ, т.е. считал бы всю сумму, причитающуюся с субсидиарного должника, “ответственностью”.

Если буквально следовать ст. 399 ГК РФ, то кредитор вправе требовать от субсидиарного должника, “несущего субсидиарную ответственность”, лишь возмещения убытков, неустойки, др. имущественных санкций, а не уплаты основного долга, взыскание которого ответственностью не является. Однако на практике в подавляющем большинстве случаев на основании ст. 399 ГК РФ с субсидиарного должника взыскивается основная задолженность, а не суммы, составляющие возмещение убытков или иные меры

ответственности1. Буквальное прочтение ст. 399 ГК РФ целесообразно в тех случаях, когда речь идёт только о возмещении убытков либо ущерба (например, согласно ст. 1074 ГК РФ родители, опекуны или попечители обязаны субсидиарно возместить за несовершеннолетнего причинённый им вред как меру ответственности).

Дополнительный должник, прежде всего, в случае неисполнения основным должником главного обязательства обязан исполнить это обязательство добровольно. Добровольное исполнение вряд ли можно рассматривать в качестве меры гражданско-правовой ответственности, так как «юридическая ответственность в позитивном правоотношении - это опосредованное государственным принуждением исполнение обязанности».[198] [199] Поскольку ответственность мы связываем с государственным принуждением, то появляется новое правоотношение, в рамках которого реализуется любая правовая, в том числе и гражданско-правовая ответственность.

Таким новым правоотношением является процессуальное (гражданско-процессуальное) правоотношение. При добровольном исполнении субсидиарного обязательства запасным должником осуществляется реализация обязанности в рамках первоначального правоотношения (обязательственного) без применения государственного принуждения. «Добровольное же исполнение обязанности юридической ответственностью не является».[200] Если бы только обязанностью реального исполнения ограничивались последствия правонарушения, это было бы равносильно полной безответственности нарушителя, который как до, так и после нарушения нёс бы одну и ту же обязанность - выполнить принятое на себя обязательство. “Поэтому ответственность всегда составляет определённый вид имущественных или

личных отношений, она должна выражаться в каком-то дополнительном бремени, тем самым вызывая для нарушителя определённые отрицательные последствия».1 Аналогичной позиции придерживаются арбитражные суды.[201] [202] Кроме этого, важнейшим основанием гражданско-правовой ответственности является правонарушение.[203] Добровольное исполнение обязательства нельзя поставить в разряд правонарушений. В противном же случае мы неизбежно придём к утверждению, что правонарушителем становится всякий добровольно исполнивший обязательство.

С одной стороны, ст. 399, закрепляя охранительные правоотношения, призвана регулировать субсидиарную ответственность, возникающую в связи с собственными упущениями дополнительного должника, в частности, в случаях доведения юридического лица до банкротства вследствие действий перечисленных в законе лиц (п. 3 ст. 56, п. 2 ст. 105 ГК РФ, п. 3 ст. 3, п. 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах, п. З ст. З, п. 3 ст. 6 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), завышения стоимости неденежного вклада в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью (абз. третий п. 2 ст. 15 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), подписания проспекта ценных бумаг, содержащего недостоверную, неполную и/или вводящую в заблуждение инвестора

информацию (п.

3 ст. 22.1 Федерального закона “О рынке ценных бумаг”[204] (далее - Закон о рынке ценных бумаг), неосуществлении за несовершеннолетним надлежащего надзора родителем и причинением вследствие этого вреда несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет (п. 2 ст. 1074 ГК РФ). При этом неисполнение основным должником своего обязательства является одним из юридических фактов, составляющих фактический состав, основание субсидиарного обязательства.

С другой стороны, названная выше статья закрепляет регулятивные правоотношения, связанные с исполнением запасным должником субсидиарного обязательства (субсидиарного долга), возникающего на основании факта неисполнения третьим лицом (основным должником) главного обязательства при отсутствии со стороны субсидиарного должника каких-либо нарушений: субсидиарное обязательство полного товарища (п. 2 ст. 68, п. 1 ст. 75, п. 2 ст. 82 ГК РФ); участника общества с дополнительной ответственностью (п. 1 ст. 95 ГК РФ); члена производственного либо потребительского кооператива (п. 2 ст. 108, п. 1 ст. 116 ГК РФ); собственника имущества учреждения - (п. 2 ст. 120 ГК РФ, а также п. 3 ст. 26.11 Закона “Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации”), члена ассоциации или союза (п. 2 ст. 122 ГК РФ); поручителя (ст. 361 ГК РФ), гаранта по государственной или муниципальной гарантии (п. 1 ст. 329 ГК РФ, ст. 115 Бюджетного кодекса РФ); правообладателя по договору коммерческой концессии (ч. 1 ст. 1034 ГК РФ) идр.

В связи с этим представляется, что ст. 399 ГК РФ, рассчитанная на два вида обязательственных правоотношений - договорных и внедоговорных не лишена недостатков, регулирует слишком общо, без учёта специфики как отношения по исполнению дополнительным должником субсидиарного обязательства, так и отношения, связанные с наступлением

субсидиарной ответственности. Особенности субсидиарного обязательства и субсидиарной ответственности прослеживаются не только в основаниях возникновения, изменения и прекращения, но и в субъективных юридических правах и обязанностях? Основанием субсидиарного обязательства являются договор, иная сделка, другие предусмотренные законом случаи, а субсидиарной ответственности - правонарушение субсидиарного должника.

Закрепляя субсидиарные правоотношения, не связанные с собственными упущениями запасного должника, ст. 399 именует «ответственностью» конструкцию, «сводимую» к «долгу» (или обязательству) субсидиарного должника перед кредитором. Неисполнение основным должником своего обязательства является одним из юридических фактов, составляющих сложный фактический состав, основание субсидиарного обязательства. Полагаем, что взыскиваемые с субсидиарного должника денежные суммы, причитающиеся и не уплаченные основным должником - «основной долг», «сумма процентов», «пени и т.д. - являются таковыми только для главного должника. Применительно к субсидиарному должнику вся причитающегося с него сумма является долгом, объём которого определяет объём главного обязательства и сопутствующих ему имущественных санкций, которые несёт главный должник в случае неисполнения основного обязательства.

В случаях, когда субсидиарная ответственность возникает вследствие совершения запасным должником правонарушения, целесообразно было бы, исходя из общих положений ст.ст. 15, 393, а также ст. 1064 ГК РФ, конкретизировать соответствующую обязанность названного субъекта указанием на возмещение убытков, ущерба (вреда), а также несения им иных имущественных санкций. Отметим, что законодатель в одних случаях закрепляет правила о субсидиарной ответственности с учётом приведённых норм, а в других использует более общую формулировку. В частности,

согласно п. 2 ст. 1074 ГК РФ родители (усыновители) должны субсидиарно возместить вред, причинённый несовершеннолетним (п. 2 ст. 1074 ГК РФ); в соответствии с п. 3 ст. 22.1 Закона о рынке ценных бумаг, п. 5 ст. 5 Закона РФ “О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг” лица, подписавшие проспект ценных бумаг, несут субсидиарную ответственность за ущерб, причинённый владельцу ценных бумаг вследствие содержащейся в проспекте недостоверной, неполной и/или вводящей в заблуждение инвестора. Вместе с тем ст. 56 (абз. второй п. 3) ГК РФ, п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве 2002 г., п. 3 ст. 3 Закона об акционерных обществах, п. 3 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, п. 2 ст. 7 Закона о государственных предприятиях, п. 3 ст. 6 Закона о кредитных кооперативах граждан, ст. 1 Закона о сельскохозяйственной кооперации, п. 3 ст. 4 Закона о садоводческих объединениях граждан предусматривают, что на лиц, вызвавших банкротство должника, может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам\

<< | >>
Источник: Прус Елена Павловна. Проблемы правового регулирования субсидиарных обязательств учредителей (участников) юридического лица. Диссертация на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва - 2006. 2006

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2. Общая характеристика субсидиарного обязательства:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -