СУБЪЕКТИВНЫЕ ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН ПРАВООТНОШЕНИЯ

Как отмечалось выше, одним из основных признаков правоот­ношения является наличие у его сторон взаимных субъективных юридических прав и обязанностей. Субъективные права и обязан­ности не относятся к объективному праву и не должны отождест­вляться с закрепленными в правовых нормах статутными правами и обязанностями.

Иными словами, субъективные права и обязанности служат юридическим средством удовлетворения разнообразнейших личных потребностей и запросов, правовым выражением индивидуального многообразия социальной свободы. В этом и состоит их правовое назначение и социальная ценность.

Основная разработка концепции субъективных прав и обязан­ностей осуществлялась представителями цивилистической науки. Исследования С. Н. Братуся и Н. Г. Александрова, проведенные еще в 60-е годы прошлого столетия, позволили определить субъек­тивное право как определенный вид и точную меру дозволенного поведения. Субъективная обязанность определялась соответственно как определенный вид и точная мера должного поведения¹. В пос­ледующие годы различные авторы, стремясь развить приведенное определение субъективного права, стали вкладывать в его содер­жание все большее количество возможностей. Попыткой охватить

Александров Н. Г. Право и законность в период развернутого строительства ком­мунизма. М„ 1961. С. 220-223.

предлагаемые дополнения и в то же время фактическим отходом от первоначально вкладываемого в понятие субъективного права смысла явилась занимаемая в этом вопросе позиция Н. И. Матузо- ва. Он включает в содержание субъективного права четыре возмож­ности субъекта правоотношения: вести себя определенным образом; требовать соответствующего поведения от других лиц; пользоваться определенным социальным благом; обращаться в случае необхо­димости к компетентным органам государства за защитой в целях удовлетворения личных интересов и потребностей, не противореча­щих общественным.

Нетрудно заметить, что при таком подходе к проблеме происхо­дит фактическое отождествление субъективного и статутного права. Это обусловлено, видимо, тем, что на всех этапах своего существо­вания права и обязанности рассматриваются как субъективные и не отмечается превращение при определенных условиях статутных (общих для всех) прав и обязанностей в субъективные (индивидуа­лизированные, личные). А проявляется это в критике «узкоотрасле­вого» подхода к понятию субъективного права как явления всегда конкретного. Субъективными предлагается считать также права, за­крепленные в нормативных правовых актах и распространяющиеся на персонально не определенный круглий¹.

Тем самым присущая субъективному праву точная мера воз­можного поведения конкретного лица подменяется характерным для статутного права всеобщим масштабом, внутри которого эти меры бесконечно многообразны и действительно представляют со­бой различные конкретные возможности. Если статутное право означает меру в качестве определенных пределов (масштаба) воз­можного поведения (право собственности вообще), то субъективное право — это уже совершенно точная величина, обусловленная кон­кретными обстоятельствами (право собственности на конкретный земельный участок).

В ряде монографических и учебных изданий упомянутые выше возможности называются правомочиями, или притязаниями, и рассматриваются в качестве элементов содержания субъективного права^{[CCXXVII] [CCXXVIII]. Но при этом также игнорируется проблема соотношения статутных и субъективных прав и обязанностей. Более того, функ-}

ииональная роль последних теряет свою определенность, поскольку допускается их отнесение одновременно и к правовому статусу, и к правоотношениям. Ближайшее рассмотрение так называемых пра­вомочий (притязаний) позволяет признать за ними значение само­стоятельных субъективных прав, возникающих в пределах соответс­твующих статутных и реализуемых в особых правоотношениях.

Превращение статутных прав и обязанностей в субъективные, как отмечалось, происходит не само по себе.

Имеются, правда, обстоятельства, вызывающие впечатление, что конституционные права граждан являются в то же самое время и их субъективными правами. Это связано с тем, что закрепление определенных прав в Конституции сопровождается фактическим осуществлением гражданами этих прав. Таковы, например, личные права и политические свободы граждан.

Первое впечатление действительно таково, что эти субъектив­ные права вытекают непосредственно из закона и не обусловлены юридическими обстоятельствами. Но такие обстоятельства, играю­щие роль юридических фактов, все же есть. Это и гражданство, и правосубъектность, и наличие препятствий к осуществлению конс­титуционного права, и его нарушение.

От законодателя невозможно требовать, чтобы он в правовых нормах, характеризующихся абстрактным единообразием, устанав­ливал для каждого субъекта права исключительные субъективные права и обязанности. В законе не могут быть учтены все обстоятель­ства конкретных правоотношений. Поэтому в праве находят свое закрепление лишь общие и специальные правовые статусы, устанав­ливающие равные для соответствующих категорий субъектов права возможности действовать в определенных пределах. Субъективные же права и обязанности возникают в пределах статутных и отражают личную волю субъекта права, характеризуют его уникальное право­вое положение.

Например, в ст. 49 Конституции Республики Беларусь закреплено право каждого на образование. Это — статутное право, элемент пра­вового статуса всех граждан страны. Но в личном, субъективном плане оно реализуется по-разному.

Исходя из вышеизложенного, субъективные юридические права и обязанности могут быть определены следующим образом.

Субъективное право — возникающая в пределах, предусмотрен­ных правовой нормой, и вследствие определенных жизненных обсто­ятельств (юридических фактов) точная мера возможного поведения конкретного субъекта права.

Субъективная обязанность - возникающая в пределах, предусмот­ренных правовой нормой, и вследствие определенных жизненных об­стоятельств (юридических фактов) точная мера должного поведения конкретного субъекта права.

В юридической литературе субъективные обязанности в отличие от субъективных прав нередко именуются юридическими обязан­ностями^[CCXXIX]. Такое различие не представляется оправданным, посколь­ку юридические обязанности могут быть и статутными. Поэтому как права, так и обязанности, возникающие у конкретного субъекта, следует, видимо, определять одинаково как субъективные.

В правоотношениях субъективные права и обязанности сторон корреспондируют. Это значит, что осуществление субъективных прав одной стороны обеспечивается выполнением субъективных обязанностей другой, и наоборот.

В случае необходимости и в предусмотренном законом порядке реализация субъективных прав и обязанностей гарантируется госу­дарственным воздействием, в том числе и принуждением.

4.