ВВЕДЕНІЕ
Желающій заняться изложеніемъ историческаго развитія какой либо части Русскаго права, — обязанъ сначала условиться со своими читателями по возможности о всѣхъ основаніяхъ (какъ общихъ, такъ и спеціальныхъ), которыя онъ принималъ при своихъ занятіяхъ.
Понятія и взгляды, которыми я руководствовался при предлежащемъ разсужденіи uO наказаніяхъ, существовавшихвъ Россіи Алексѣя Михайловичапсостоятъ въ слѣдующемъ:
Правда есть нравственность въ ея объективномъ существованіи \');будучи достояніенъ рода человѣческаго — она основана на его двойственной, духовно-Физической природѣ, составляя необходимое условіе возможности его жизни и развитія. Понимаемая такъ, она вездѣ и всегда едина *), но
G
ся выраженіе, какъ законъ отдѣльнаго народа, измѣняется вмѣстѣ съ тою вещественностію, въ которой она проявляется: прпво возникаетъ вмѣстѣ съ народомъ, растетъ и развивается вмѣстѣ съ нимъ 3). Правда, но необходимости своей для жизни и развитія рода человѣческаго, содержитъ въ самомъ своемъ понятіи требованіе безпрерывнаго осуществленія, а слѣдовательно всесторонняго исключенія и уничтоженія ея отрицаній со стороны воли частной. Въ этомъ заключается юридическое основаніе (Rechtsgrund) ,
которое есть отрицаніе отрицанія правды «) и котораго необходимость 5), общность ивѣчность ®) слѣдуютъ изъ необходимости, общности и вѣчности правды. Какъ идея наказанія спдоржитса въ идеи правды такъ и ея осуществленія должны содержаться въ осуществленіяхъ сей послѣдней7). Различіе этихъ осуществленій, основанное на различіи объективностей (вещественностей), не исключаетъ однакожъ общности во многомъ, происходящей изъ общности человѣческой природы.
Эта общность выражается съ особенною силою въ осуществленіяхъ идеи наказанія, и сравненіе положительныхъ правъ ясно указываетъ на слѣдующія общія черты:Первымъ выраженіемъ идеи наказанія была у всъхъ народовъ частная месть. Эта месть, основанная на чувствъ необходимости отрицанія неправды, отъ этого получала характеръ святости, требованія Божества и дълалась такимъ образомъ обязанностію обиженнаго, за неисполненіе которой онъ самъ, по понятіямъ времени, подвергался гнъву Небесному и сраму зсмпому. Ho этотъ образъ осуществленія идеи наказанія
л
продолжается только до начала жизни государственной т. e. до окоичательной осѣдлости даннаго народа, выражающейся въ окончательномъ присвоенія занятой территорія посредствомъ ея обработыванія 8). Изъ воздѣлыванія земли возникаетъ множество новыхъ интересовъ н самый успъхъ зависитъ отъ жизни по возможности мирной и покойной: общая потребность раждаетъ новое воззрѣніе, которое Мало по малу ослабляетъ силу прежпяго, а въ слѣдствіе этого появляется обычай выкупать у -
наго свою вину, и обычай этѳтъ постепенно все болве н бо- л[1] [2]е сродняется съ духомъ народнымъ. Болвеилименѣѳ общіе моменты 8) этого перваго развитія состоятъ въ слѣдующемъ
а) Обиженный, въ слѣдствіе сдѣланнаго обидчикомъ предложенія, соглашаетея продать принадлежащее ему право мести: эта продажа зависитъ совершенно отъ его произвола, онъ можетъ не согласиться на предложеніе обидчика и обычай этотъ отнюдь еще не касается обидъ жестокихъ, такъ называемыхъ кровныхъ, за которыя месть продолжаетъ считаться обязанностію обиженнаго.
b) Этотъ обычай дѣлается общимъ, и безпрерывное его примѣненіе, исключая прежнюю произвольность, основываетъ цѣлый рядъ выкупныхъ цѣнъ для преступленій некровныхъ.
Бъ свою очередь обиды кровныя начинаютъ нризнаваться выкупаемыми, но выборъ между продажею мести и дѣйствительнымъ мщеніемъ предоставленъ еще ВОЛѢ обиженнаго.с) Наконецъ произволъ, существовавшій дотолѣ для обидъ кровныхъ, совершенно теряется въ окончательно
утвердившейся системѣ выкуповъ или ръ развившейсямеж- ду тъмъ карательной власти государства 1в).
Первий изъ этихъ трехъ моментовъ т. e. время «овершен- наго произвола относится къ жизни до государственной и приготовляетъ возможность постепеннаго утвержденія тьхъ различныхъ рядовъ различно оцѣняемыхъ правонарушеній, которые мы замѣчаемъ въ младенческихъ гоеударствахъ. Второй др- ментъ предполагаетъ начавшуюся уже государственную жизнь, потому что его дѣйствительное осуществленіе предполагаетъ существованіе общества, которое принуждало бы преступника н обйженнаго къ обычному удовлетворенію и ручалось бы такимъ образомъ каждому изъ своихъ членовъ въ поддержаніи общаго мира. Этимъ ручательствомъ общество впервые являетъ свое зиаченіе и въ немъ заключается первый зародышъ карательной власти государства. Третій моментъ наконецъ соотвѣтствуетъ вполнѣ утвердившейся государственной жизни: въ немъ исчезаютъ послѣдніе слъды частной мести, которая почти у всѣхъ народовъ окончательно искореняется не обычаемъ, но актомъ законодательной власти.
При дальнѣйшемъ образованіи государства интересы частйЫе сливаются въ общемъ и общество мало по малу начинаетъ обезпечивать непосредственно себя; въ отношеніи же къ воззрѣнію на преступленія и на наказанія эта перемѣна имѣетъ то слѣдствіе, что преступленіе начинаетъ наказываться не потому, что обиженный обиженъ, но потому что миръ общій нарушенъ. Обиженный продолжаетъ еще получать вознагражденіе, но общество, присовокупляетъ къ этой платѣ еще плату себѣ, распространяя въ теченіи времени послѣдвюю на счетъ нер- вой [3] [4]) нэто наконецъ пораждаетъ повое воззрѣніе, по которому обцжбнний долженъ быть вознагражденъ за понесенный ямъ матеріальный убытокъ, а преступникъ хром» того наказахъ постепенысвоей вшш и прпчнненнаго имъ матеріальнаго вреда.
Оь этимъ уже несовмѣстно допущеніе выкупа—иш лучше, идеи иаюаанія болъе не можетъ осуществляться въ мрм» денежнаго вознагражденіи, даваемаго преступникомъ кому бы то нн было, потому что этимъ не воздается наказаніе по степенй вины. Новое воззриніе слѣдовательно требуетъ новыгь наказаній.—систе- Ma выкуповъ, уничтожаясь, уступаетъ опять началу мести, но уже не частной, а — обще, выполняемой по правиламъ равномѣрнаго возмездія (talio) по м»р» степеней вины. Является рядъ наказаній, отличающихся поражающею насъ жестокостью, но мы легко убѣждаемся въ томъ, что он» соотвѣтствуютъ времени своего появлевія и удовлетворяютъ его требованіямъ.Ho н это время проходитъ, какъ прошли времена ему предшествовавшія: является требованіе уничтоженія жестокости въ наказаніяхъ и это требованіе основано на чувствѣ, что при многихъ вѣрныхъ основаніяхъ они превзошли свою мвру.
Изъ міроваго развитія, никогда не прекращающагося, слѣдуетъ возможность достиженія только относительнаго достоинства въ осуществленіяхъ идеи правды т. e. какъ въ положительныхъ правахъ вообще, такъ и въ особенности въ наказаніяхъ за неисполненіе ихъ правомъ опредѣляемыхъ.