Реформа доходов населения

Чтобы перейти на рыночные формы в распределении доходов, необходимо прежде всего увеличить сам подушевой доход. Ведь Тю уровню доходов на душу населения мы отстаем от ведущих стран

Запада в 10—15 раз, а во многих важных сферах, например, таких, как наука, образование, медицина — в 20—30 раз и более.

Следует также учитывать и различия в структуре распределения доходов в западной и нашей экономике. Доход, получаемый работником в западной экономике, распределяется примерно в следующих пропорциях: налоги — 20—40%, оплата жилья — 25—30, отчисления в негосударственные пенсионные фонды — около 5, покупка товаров и оплата услуг — 30—40%.

В нашей экономике пропорции иные. Доля расходов на покупку товаров и оплату услуг — более 60—65%. Получаемой заработной платы едва хватает на продовольствие и другие первоочередные платежи. Дополнительных средств на повышенную оплату жилья и коммунальных услуг просто не остается.

Нынешний крайне низкий уровень доходов основной массы населения является главным сдерживающим фактором проведения «социальных реформ» по их западному образцу. Экономические преобразования должны были бы начинаться не с «социальных реформ», а с реформы доходов населения.

За годы реформ произошла либерализация всех факторов производства. Один лишь труд как был, так и остался наиболее «зажатым» фактором. Да, мы отстаем по уровню производительности труда от передовых стран Запада. Но то, что происходит с нашей заработной платой, никакими ссылками на более низкую производительность труда оправдать нельзя. Факты говорят об обратном. На 1 долл. заработной платы российский среднестатистический работник производит примерно в 3 раза больше конечной продукции, чем аналогичный работник в США. За такую нищенскую заработную плату, как в России, тот же работник в США или Западной Европе просто не будет работать.

Основной причиной этого ненормального положения является то, что за годы реформ ничего не было сделано по ликвидации возникшей еще в советское время диспропорции между низкой оплатой труда по отношению к нашей относительно низкой производительности труда. Россия традиционно отставала от стран Запада не только по производительности, но еще в большей мере по доле заработной платы в приросте производительности.

Ликвидация этой диспропорции путем доведения доли средней заработной платы хотя бы до доли оплаты труда в приросте производительности восточно-европейских стран (с 20—22 до 32— 35%) является сегодня одной из основных задач экономической политики.

Пороговый уровень заработной платы, обеспечивающий нормальную активность работника, можно приблизительно оценить по результатам социологических опросов ВЦИОМа. При их проведении регулярно задается вопрос о том, каков, по мнению респондента, уровень прожиточного минимума. При этом, как ясно из результатов опросов, под прожиточным минимумом всякий раз опрошенные понимают не стоимость товаров, обеспечивающих физическое выживание, а уровень дохода, позволяющий существовать «скромно, но достойно». По данным одного из последних опросов, в среднем по России такой уровень дохода оценивался респондентами примерно в 800 руб. в месяц на человека. Если считать семейную нагрузку на этот заработок равной двум (простейший случай —двое человек в семье работают и имеют двоих детей), то заработная плата должна составлять 1600—1800 руб.

О том же свидетельствуют и данные опросов по отношению работников к величине получаемого ими заработка. Около 85% всех опрошенных выразили неудовлетворенность своей заработной платой. Месячный заработок, который они рассматривают как соответствующий своему труду, превышает начисленную заработную плату более чем в 2 раза. И это не какие-то там завышенные запросы, а предельный заработок, который позволяет хотя бы «сводить концы с концами» в скромном семейном бюджете.

Сложившаяся после 17 августа 1998 г. года экономическая ситуация в стране резко обострила проблему необходимого роста заработной платы. Население поставлено в предельные условия для своего физического выживания. Данная проблема вышла за рамки чисто экономической задачи, когда повышение заработной платы ставится в зависимость от роста производительности труда. Ее правомерно рассматривать в качестве важнейшей социальной проблемы. Это, если хотите, не обсуждаемое ограничение, с которым мы обязаны считаться при любом варианте экономической политики государства. Никакие доводы о дефиците бюджета, ограниченности финансовых ресурсов для развязывания кричащей диспропорции в оплате труда с морально-этической и политической точек зрения здесь просто неуместны.

Повышение заработной платы до минимального жизнеобеспечивающего ее уровня надо рассматривать сегодня не как следствие возможного роста производительности труда, а как исходное его условие.

Решение этой проблемы надо искать на путях развязывания проблемы конечного спроса, переориентации экономики на развитие потребительского сектора, на рост производства за счет включения в хозяйственный оборот ныне простаивающих производственных мощностей.

Имеется и вторая, не менее важная часть проблемы повышения уровня доходов населения. Она, в отличие от первой, непосредственно связана с экономическими условиями воспроизводства. Решающее значение среди них имеют факторы, стоящие на стороне обновления основного производственного капитала промышленности.

Однако быстро это сделать невозможно. Поэтому в среднесрочной перспективе, во всяком случае, до выхода экономики в режим устойчивого роста, нам необходимо не сокращать, а наоборот, увеличивать объем государственных финансовых ресурсов на здравоохранение, образование, развитие инфраструктуры, организацию потребительского кредита, кредитование жилищного строительства, оплаты значительной части коммунальных услуг населению и т.д.

Одновременно правомерна и более общая постановка о необходимости пересмотра всей налоговой системы в направлении адекватного отражения в ней вклада основных факторов производства в прирост ВВП. Ныне основной упор в системе налогообложения сделан на труд, а более точно — на фонд оплаты труда. Прямо или косвенно до 70% общего объема налоговых поступлений приходится на труд. На долю капитала и ренты от использования природных ресурсов приходится около 30%. Между тем с позиции формирования реальных источников дохода положение выглядит принципиально иначе. Основной вклад в прирост ВВП вносит не труд и даже не капитал, а природно-ресурсная рента. Именно на долю этого фактора приходится не менее 75% получаемого дохода. Вклад же труда не превышает 5, а капитала — 20%. Таким образом, реальное соотношение между трудом, капиталом и рентой выглядит, соответственно, как 1:4:25. В системе бюджетного финансирования оно выглядит совсем иначе, а именно как 1:0,25:0,19. Несоответствие между первой и второй системой оценок является результатом скрытого перераспределения значительной части реального дохода России в пользу небольшой группы финансовых олигархов и криминального бизнеса. Его корневой причиной является нерешенность проблемы собственности. В результате реальный доход России оказался секвестрированным не менее чем на 2/3- В этом и состоит главная трагедия реформ: Россия — богатая страна по существу, а по форме — суверенный банкрот.

К сожалению, власть до сих пор не замечает (или делает вид, что не замечает) этого вопиющего противоречия.

Надо четко понимать, что в нынешних условиях заработная плата является не источником доходов, а лишь условным параметром перераспределения налоговой нагрузки. Облагая труд, мы примерно в 2 раза увеличиваем издержки производства, а следовательно, и цены на нашу в общем-то не очень качественную продукцию. Тем самым резко снижается ее конкурентоспособность.

Но дело не только в этом. Одновременно у производителей создается мощный стимул к сокращению числа рабочих мест. Известно, сколь напряженной является эта проблема сейчас. Так зачем же подталкивать наших производителей к резкому ее обострению?

Следовало бы поступить иначе. Снять все налоги и начисления с фонда оплаты труда, ликвидировать НДС и перенести тяжесть налогообложения на прибыль, заранее зафиксировав ту ее долю, которая должна перечисляться в бюджет. Одновременно следовало бы предусмотреть близкое к 100% перечисление в доход государства ренты от природоэксплуатирующих отраслей. Вот тогда мы имели бы реальную возможность резко снизить издержки на отечественные товары, повысить их конкурентоспособность и начать реальную борьбу за вытеснение с нашего внутреннего рынка импортных товаров. Это создало бы дополнительные стимулы к более полной загрузке простаивающих мощностей. Начался бы экономический рост. Увеличились бы налоговые поступления в бюджет. Появились бы дополнительные возможности для роста заработной платы.

Нельзя не упомянуть и о другой весьма важной стороне предлагаемой нами налоговой системы. Дело в том, что для усиления стимулирующего воздействия на рост производства ее следует дополнить соответствующей системой дотаций и социальных трансфертов.

Они опровергают широко укоренившийся в сознании наших реформаторов стереотип мышления, что, дескать, дотации и льготы — это всегда вычет из бюджета. Умелое сочетание налоговой нагрузки с системой льгот и выплат является мощным рычагом подъема экономики, борьбы с безработицей, снижения инфляции и дефицита бюджета.

Одной из центральных проблем во всем комплексе институциональных преобразований занимает проблема собственности, о которой мы уже говорили выше. Как можно эффективно решить эту проблему?

Зафиксировав права государства как собственника пока еще весьма весомой части активов, которая «не ушла» от него в пертурбациях ваучерной приватизации, необходимо осуществить переход к новой системе управления госсобственностью, которую мы назвали системой национального имущества.

Основные слагаемые этой системы:

• во-первых, это конституционное закрепление значительной доли ресурсов в форме коллективного достояния всего общества;

¦ во-вторых, это открытый конкурентно-рыночный режим хозяйственной эксплуатации национального имущества, обеспечивающий необходимый уровень его доходности;

• в-третьих, это национальный дивиденд, т.е. часть предпринимательского дохода и вся рента от коммерческой эксплуатации национального имущества, присваиваемые обществом в качестве главного экономического источника фонда социальных гарантий.

Прямыми и косвенными налогами обеспечиваются функции государства как верховной власти и связанная с этими функциями инфраструктура как первая часть национального имущества (казенные предприятия, службы и организации социального назначения, функционирующие не ради рентабельности, а непосредственно для общественных нужд).

Вторая часть национального имущества — природные ресурсы, предприятия энергетики, транспорта и связи, добывающих отраслей, другое имущество, оставшееся в собственности государства после прошедшей кампании приватизации и способное приносить доход, должны быть открыты для коммерческого использования теми рыночными субъектами, которые могут обеспечить его наибольший экономический эффект. Главной правовой формой такого открытого доступа должна стать арецца, т.е. развитый рынок прав пользования и извлечения доходов из имущества, права управления им. Главной формой выявления наиболее эффективных прльзо- вателей национального имущества может быть открытый аукцион соответствующих имущественных прав.

Эффективный пользователь, т.е. хозяйственный эксплуатант национального имущества, извлекая выгоду для себя, будет способен к достаточно высокой оплате имущественных прав, уступаемых ему государством в открытой рыночной процедуре. Соответствующие средства представляют собой ту часть хозяйственного дохода от национального имущества, которая по сути своей в равных долях принадлежит всем гражданам и должна быть предостав-

лена им в той или иной форме. Иными словами, это — национальный дивиденд.

Его распределение должно регулироваться законом и только законом. Самостоятельные решения исполнительной власти, помимо исполнения требований закона, должны быть здесь исключены. Статус Пенсионного фонда является примером, по которому должна быть построена вся система внебюджетных фондов, формируемых за счет доходов от эксплуатации национального имущества.

Соответственно, национальный дивиденд как финансовый ресурс и как объект управления его получением и расходованием должен быть четко отделен от системы налогов и других элементов доходной части бюджета (займов и т.д.).

В принципе, весь национальный дивиденд должен воплотиться в доходы всех членов общества.

Инвестиции государства в некоммерческую инфраструктуру осуществляются за счет налогов. Инвестиции в национальное имущество, преследующие получение прибыли, осуществляются либо непосредственно за счет привлечения частных сбережений, либо через деятельность внебюджетных фондов как институциональных инвесторов. С правовой точки зрения эти фонды могли бы быть организованы в форме так называемых «публичных корпораций» с особым статусом. В развитых странах эта форма известна, и ее не надо путать с предприятиями со смешанным участием государственного и частного капитала. Россия способна внести в этот опыт свой вклад, развивая коллективные формы самоуправления публичными корпорациями, особенно на региональном и местном уровнях.

И, наконец, самое главное: фонды национального дивиденда могут стать главным экономическим звеном системы социальных гарантий, защищенной от опасности задохнуться в цепких объятиях всепожирающего административного механизма государственной благотворительности. Из этих фондов могли бы финансироваться и выплаты, поддерживающие достойный, гарантированный каждому работнику минимум заработной платы, растущий по мере роста доходности национального имущества.

Тем самым стратегический курс на создание системы национального имущества мог бы быть увязан с решением ключевых макроэкономических задач — преодолением кричащей диспропорции в оплате труда и созданием экономических предпосылок для перехода к системе социальных гарантий.

Таким образом, система национального имущества и национального дивиденда в сочетании с новой системой налогов, ориентированных на эффективное использование природно-ресурсного потенциала страны, и может послужить прообразом той экономической модели, которую так усиленно ищет прогрессивное человечество в создании общества социальной справедливости и высокой эффективности.