Формирование хороших личных отношений с представителями различных органов власти.

Сложности, связанные с выполнением плана, в какой-то мере могли преодолеваться за счет индивидуальных договоренностей с представителями вышестоящих инстанций. Результатом этих договоренностей могли бы корректировка плана в меньшую сторону, выделение предприятию дополнительных ресурсов, предоставление отсрочек, смягчение штрафных санкций и т.д.

«...надо отметить, что у нашего руководителя складываются определенные отношения с проверяющими инстанциями, включая городские и партийные власти. Руководство завода ведет достаточно активную работу по поддержанию этих отношений, и эта работа приносит свои плоды» [11].

«Случай, когда тот же директор берет [строительный] материал и вывозит с завода для райкома партии, я к хищениям не отношу. Это обеспечение нормальных условий работы завода. То же самое делается, для горкома, обкома, ОБХСС, милиции, ГАИ, различных других организаций» [11].

Поэтому, стремясь к быстрому подъему по карьерной лестнице, советский управленец должен был уметь делать следующее:

• создавать себе репутацию эффективного руководителя, способного решать сложные задачи;
• постоянно демонстрировать готовность быстро и точно выполнять указания руководства;
• устанавливать хорошие личные отношения с как можно большим числом представителей власти;
• маскировать неудачи при выполнении плановых заданий.

Иными словами, неформальные способы решения карьерных проблем во многих случаях были более эффективны, чем честная, квалифицированная и результативная работа.

Разумеется, подобный способ достижения карьерных вершин не был единственно возможным. Несмотря на искажен- ность критериев в советской экономике, многим талантливым управленцам с сильным характером удавалось пренебрегать негласными правилами бюрократической системы.

В то же время следует отдавать себе отчет в том, что подобных «историй успеха» было относительно мало. Гораздо чаще система превращала энергичных молодых менеджеров в обычных осторожных управленцев или же просто ломала им карьеры на ранних этапах.

Если же оценивать ситуацию более широко, то следует отметить, что в экономике централизованного планирования для директоров предприятий действительно было важно не только обладать стандартными управленческими навыками, но и уметь применять весь описанный выше арсенал средств для «игры» с государством. Поскольку применение неформальных методов решения экономических проблем постепенно становилось все более массовым, управленческий персонал советских предприятий постоянно совершенствовал свои навыки по ведению дел с вышестоящими инстанциями.

«Существенно, что формальное выполнение плана за счет манипулирования экономическими показателями, а также иными аналогичными способами представляет собой объективно трудную и в своем роде творческую задачу, требующую от работника высокой экономической квалификации. В соответствии с концепцией Ф. Херцберга такая задача обладает самостоятельной мотивирующей силой» [10].

Таким образом, несмотря на формально жесткую иерархию плановой экономики, властям, как правило, приходилось работать не с послушными подчиненными, беспрекословно исполняющими законы и указания сверху. В действительности в лице директората предприятий власть имела дело с искушенным контрагентами, которые были способны и конкурировать за ресурсы, и оказывать затяжное сопротивление не устраивающим их экономическим решениям вышестоящих инстанций.

Экономические власти СССР всегда отрицательно относились к неформальным методам, практикуемым предприятиями.

«Значительную долю прибыли многие предприятия, получившие самостоятельность, обеспечивали себе не реальным улучшением работы, а завышением цен, снижением затрат за счет ухудшения качества продукции, путем реализации госсобственности - товарно-материальных запасов и оборудования...

Все больше предприятий и министерств старались занизить свои возможности при составлении планов, срывали сроки поставок смежникам. Иными словами, хозяйственная дисциплина падала... Ответственность в системе управления хозяйством упала, ухудшились и результаты» [109].

А вот так выглядели типовые руководящие указания на уровне районных комитетов КПСС:

«[Телефонограмма]: Всем директорам МТС, председателям колхозов, секретарям колхозных первичных партийных организаций... Безобразное отставание района в уборке и выполнении плана хлебопоставок объясняется исключительно вашей преступной беспечностью и полным забвением интересов государства... [108]

Конечно, отчасти такие обвинения имели под собой основания, и поведение советских предприятий во многих случаях действительно было «оппортунистическим». Однако в действительности проблема была намного глубже и носила системный характер. Как показывает анализ, массовое оппортунистическое поведение предприятий было не более чем закономерным следствием внутренних противоречий экономики централизованного планирования. Более того, с экономической точки зрения подобная стратегия поведения предприятий была вполне рациональной, обеспечивая нужные им результаты: либо максимум получаемых от государства ресурсов при заданных собственных затратах, либо минимум затрат при заданном количестве получаемых ресурсов.

К тому же оппортунизм советских предприятий влек за собой не только отрицательные, но и положительные макроэкономические последствия.

С одной стороны, во многом именно из-за описанной модели поведения предприятий в советской экономике имели место такие процессы как накопление товарных дефицитов, ухудшение (или, по крайней мере, слишком медленное улучшение) качества национальной продукции, скрытая инфляция, увеличение объемов незавершенного производства, замедление темпов обновления основных фондов и т.д. В конечном счете это выливалось в снижение темпов и качества экономического роста в стране.

Но, с другой стороны, оппортунистическая реакция предприятий в значительной мере выполняла роль встроенных в систему обратных связей, отсутствие которых всегда так вредило плановой экономике. Скрытое сопротивление предприятий смягчало отрицательный эффект от наиболее неудачных плановых программ, сигнализировало экономическим властям об их ошибках и порой заставляло пересматривать принятые решения. Кроме того, посредством горизонтального сотрудничества предприятия частично исправляли ошибки, допущенные при централизованном планировании производства и централизованном распределении ресурсов. Всегдашнее стремление предприятий максимально увеличить доходы своих работников отчасти уменьшало социальные долги страны перед населением, и это тоже можно было рассматривать как положительное явление. Иначе говоря, предприятия во многих случаях служили своего рода стержнем, который не позволял советской экономике разбалансироваться еще больше под воздействием неудачных плановых решений и ведомственных амбиций.