<<
>>

Создание Standart Oil Company

Первое в мире месторождение нефти (г. Титусвилл, штат Пенсильвания, США) в 1856 году обнаружил полковник Эдвин Дрейк и пока оно оставалось единственным. Демобилизация после Гражданской войны дала бизнесу то, чего ему до сих пор не хватало: армию закаленных молодых людей, полных решимости сделать себе состояние.
В 1870 году Джон Рокфеллер основал в Кливленде свое предприятие «Standart Oil Company». В это время Титусвилл и окружающие его города буквально провоняли сырой нефтью и кишели людьми, пытающимися на ней заработать, были поставлены сотни буровых установок и почти все они изготавливались различными компаниями. Поскольку сырая нефть без перегонки фактически бесполезна, на другом конце трубопровода выросли сотни перегонных заводов. (И это дей-ствительно так. При Генри Форде было 240 автомобилестроительных компаний, из которых остались три - «Форд», «Крайслер» и «Дженерал Моторс». В Кливленде рокфеллеровское предприятие «Стандарт ойл» было лишь одним из 26 нефтеперегонных заводов, борющихся за вы-живание на очень шатком рынке с единственным поставщиком. В 60-е годы 19 века цена сырой нефти колебалась от 13 долларов за баррель до 10 центов.

По сути, Рокфеллер не первым оценил экономический потенциал новой отрасли. Полученный керосин мог обогревать дома и освещать улицы быстро растущих городов. В деловом смысле нефть не была даже ключевой частью нефтеперерабатывающей промышленности. Добывавшаяся из одного и того же месторождения, причем единственного, она, естественно, была однородной по своим физическим свойствам. Поэтому «черное золото» всегда стоило одинаково. Все процессы очистки тоже велись одинаково. Примеси удалялись, чтобы сырую нефть можно было использовать в промышленности. Не было никакого компонента добавочной стоимости, который формировал бы цену различных готовых продуктов. Критически важное различие стоимости в такой маргинальной отрасли промышленности создавалось транспор-тировкой.

Чем дешевле перегонщику обходилась доставка нефти от ме-сторождения до нефтеперегонного завода и от завода до рынка и потребителя, тем больше была маржа, с которой он мог играть. Или же, чем дороже он делал транспортировку для своих конкурентов, тем меньше была свобода маржевой игры.

Для набожной и аналитической натуры Джона Д. Рокфеллера такие формулы фактически имели силу священного писания: реши транс- портную головоломку в свою пользу - и ты сможешь упорядочить один из наиболее хаотичных свободных рынков Америки. Иначе нефть всегда будет неприемлемо неустойчивой отраслью промышленности. «Нефтяной бизнес находился в беспорядке и с каждым днем положение ухудшалось, - объяснит он позже. - кто-то должен был занять твердую позицию». Для хитрой и коварной натуры Рокфеллера эти формулы стали жизненным принципом. Реши транспортную головоломку - и ты сможешь сокрушить своих конкурентов и диктовать условия их капитуляции. Рокфеллер с успехом сделал и то и другое.

В начале 1872 года вступив в союз под названием «Саут им- прувмент компани», Рокфеллер заключил пакт с тремя железнодорожными компаниями (Пенсильванской, Нью-йоркской центральной и Эри): они получали львиную долю всех перевозок нефти. В обмен «Стандарт ойл» предоставляли льготные железнодорожные тарифы, в то время как его конкурентов по нефтеперегонному бизнесу давили карательными ценами. В дополнение к огромным ценовым преимуществам Рокфеллер получал от союза грузоотправителей и перевозчиков («Саут импрувмент компани») детальную информацию об отгрузках конкурентов, что очень помогало в подрыве из цен.

Пакт был секретный, но надолго удержать его в тайне не удалось. Когда информация просочилась в Западную Пенсильванию, вооруженные факелами толпы перегонщиков вышли на улицы Титусвилла, Фрэнклина, Ойл-Сити и других нефтедобывающих городов, разрушая железнодорожные пути и нападая на вагоны «Стандарт Ойл».

Спустя менее чем два месяца суды объявили секретный пакт Рок-феллера незаконным. Но он уже успел собрать добычу.

Менее чем за шесть недель «Стандарт ойл» приобрела бизнес 22 из 26 своих конку-рентов. Эта жестокая операция вошла в историю как «Кливлендская резня». Продавцы отчетливо понимали, что все равно разорились бы из-за огромного преимущества Рокфеллера в затратах на перевозку, поэтому-то и согласились расстаться со своими заводами. К середине 1872 года «Стандарт ойл» подчинила себе весь нефтяной бизнес в Клинленде, который стал крупнейшим центом нефтеперегонки в стра-не. Однако характерные для этой отрасли взлеты и падения, отрица-тельно влияющие на доходность, оскорбляли свойственное Рокфеллеру чувство порядка. Нужен был какой-то новый план организации.

Нефтяники Питтсбурга отклонили его предложение о добровольном ограничении производства. Тогда Рокфеллер решил контролировать колебания цен на сырую нефть, продаваемую на переработку. Однако к его неудовольствию нефтедобытчики так и не сумели договориться, как им стабилизировать цены.

Истинная любовь сметает все преграды: Джон Рокфеллер был без ума от денег, и они шли к нему косяком. Когда он чувствовал, что их можно спугнуть, — становился нежен и вкрадчив, когда требовалась сила — боролся за них, не думая о последствиях. Ему исполнилось двадцать пять, знакомые думали, что он навсегда обручен с бухгалтерскими счетами... Но в жизни всегда есть место чуду — одна девушка ждала Джона Рокфеллера вот уже девять лет.

Лаура Селестия Спелмен родилась в богатой и уважаемой семье. Она много читала, пробовала себя в литературной редактуре и подходила Рокфеллеру по всем статьям. Лаура была типичной пуританкой: танцы и театр казались ей олицетворением порока, зато в церкви она отдыхала душой. Всем цветам будущая миссис Рокфеллер предпочитала черный.

Они познакомились еще в школе: он признался ей в любви — она ответила, что сперва ему надо чего-то добиться в жизни, найти хорошую работу, стать состоятельным человеком... Со стороны эта история кажется безмерно унылой, но на деле все обстояло иначе.

Костлявый мальчишка к этому времени превратился в высокого, подтянутого и очень обаятельного молодого человека, а Лаура (домашние звали ее Сетти) стала хорошенькой девушкой.

Она прекрасно разбиралась в музыке (три часа ежедневных занятий на фортепиано!). Рокфеллер тоже неплохо музицировал (его упражнения бесили хлопотавшую по хозяйству Элайзу). К тому же Джону Рокфеллеру не удалось заморозить себя окончательно — Сетти знала, что он мог быть очень добрым человеком.

За бриллиантовое обручальное кольцо Рокфеллер заплатил 118 долларов — для него это был настоящий подвиг. Повторять его он не стал: свадьба была скромной, дом, в который перебрались молодые после свадебного путешествия, Рокфеллер снял по дешевке, слуг у них не было. К этому времени ему принадлежал самый крупный в Кливленде нефтеперерабатывающий завод, родители невесты были состоятельными и уважаемыми в городе людьми, но сообщения о свадьбе в газетах не появилось — он не любил, когда о нем говорили. Подчиненные и конкуренты боялись Рокфеллера как огня, а жена считала его добрейшим человеком.

Ровно в 9.15 он появлялся в «Стандарт Ойл», понемногу пре-вращавшуюся в одну из крупнейших компаний страны. Высокая фигу-ра, бледное, чисто выбритое лицо, в руках — зонтик и перчатки, на го-лове — белая шелковая шляпа, из манжет выглядывают черные оник-совые запонки с выгравированной на них буквой «R». Рокфеллер тихо приветствует подчиненных, справляется об их здоровье и черной тенью просачивается в дверь своего кабинета. Он никогда не повышает голо- са, никогда не нервничает, никогда не меняется в лице — вывести из себя его невозможно. Однажды к нему ворвался взбешенный подрядчик, который орал полчаса без перерыва. Все это время Рокфеллер сидел уткнувшись в стол, а когда разъяренный, красный как рак толстяк выдохся, поднял невозмутимое лицо и тихо сказал: «Простите, пожалуйста, я не уловил, о чем вы говорили. Нельзя ли повторить?..»

Он обедал в раз и навсегда установленное время: когда молоко с печеньем бывало съедено, хозяин «Стандарт Ойл» совершал обход своих владений. Рокфеллер шел бесшумной размеренной походкой — определенное расстояние он всегда проходил за одно и то же время.

Перед столами своих клерков Рокфеллер возникал как чертик из табакерки, сладко улыбался, спрашивал, как идет работа, и люди приходили в ужас. Рокфеллер был хорошим хозяином — жалованье он платил выше, чем кто-либо другой, назначал отличные пенсии, выдавал больничные — но с теми, кто ему противоречил, разделывался безжалостно. Для подчиненных у него всегда находилось доброе слово, и все же они его смертельно боялись. Ужас, который он внушал, носил мистический характер — его собственный секретарь уверял, что никогда не видел, как Рокфеллер входит и выходит из здания компании. Очевидно, он пользовался потайными дверями и секретными коридорами (недоброжелатели поговаривали, что миллионер влетает в свою конто-ру через дымоход). Пугал и его дом: спартанская обстановка, тихие го-лоса, немногословные, вымуштрованные дети. О том, как дружно здесь живут, знали лишь его обитатели.

Владелец «Стандарт Ойл» учил детей музыке, плавал вместе с ними, бегал на коньках; если кто-нибудь из маленьких ночью хныкал, Рокфеллер тут же просыпался и мчался к его постели. Он никогда не ссорился с женой, трогательно заботился о матери. Элайза состарилась, начала болеть, и когда случался очередной приступ, Рокфеллер бросал все дела, ехал к ней и сидел у ее постели, пока матушке не становилось лучше. Зато двое детей его ушедшего на гражданскую войну брата умерли чуть ли не от голода, и, вернувшись, забрал их тела из семейного склепа: «Не хочу, чтобы они лежали в земле этого монстра!» А уж в бизнесе он был совершенно безжалостен.

Поговаривали, что капитал Рокфеллера равняется пяти миллионам долларов. Это было не так — в восьмидесятые годы XIX века его компания оценивалась в $ 18 000 000 (современный эквивалент — $ 265 000 000). Рокфеллер вошел в двадцатку самых богатых и могущественных людей страны и начал наступление на конкурентов: он заключил соглашение с железнодорожными королями, и те взвинтили тарифы на перевозки. Мелкие нефтяные компании разорялись, крупные капиталисты переуступали Рокфеллеру свои пакеты акций: вскоре он стал монополистом на нефтяном рынке и смог установить собственные, запредельные цены на нефть, которая в начале двадцатого века стала стратегическим товаром.

Началась гонка: великие державы строили все больше огромных линейных кораблей, топливом для них служил добы-вавшийся из нефти мазут. «Стандарт Ойл» превратилась в транснацио-нальную компанию, ее интересы распространились на весь земной шар, состояние Рокфеллера исчислялось в десятках, а затем и сотнях миллионов долларов. На рубеже веков он был признан самым богатым человеком в мире: газеты писали, что состояние Рокфеллера приблизи-лось к восьми с половиной миллиардам долларов. Его монополию на-зывали «величайшей, мудрейшей и самой нечестной из всех, когда- либо существовавших».

Рокфеллер знал, что, богатея, он выполняет Божье предначертание — в протестантской этике достаток рассматривался как благословение свыше. Его сотрудники вспоминали, как во время одного из совещаний, где говорилось о невеселых перспективах компании (речь шла о том, что электрическое освещение вскоре вытеснит керосиновое), Рокфеллер поднял руку к небу и торжественно произнес: «Господь позаботится!» И он позаботился — началась Первая мировая война, и все военные флоты перешли на нефть.

Согласно протестантской вере богатство не привилегия, а долг — часть того, что Рокфеллер зарабатывал, он принялся раздавать. Когда Джон Дэвисон начинал, его состояние исчислялось в тысячах долларов, и все деньги шли в дело. Теперь, когда у него были сотни миллионов, пришло время для богоугодной благотворительности. В месяц к Рокфеллеру приходили пятьдесят тысяч писем с просьбами о помощи — по мере возможности он на них отвечал и отправлял людям чеки. Он помог основать Чикагский университет, учреждал стипендии, выплачивал пенсии — все это оплачивал потребитель, которого Рокфеллер заставлял выкладывать за керосин и бензин столько, сколько было нужно «Стандарт Ойл». Половина Америки мечтала выцыганить у Джона Дэвисона Рокфеллера побольше денег; другая половина была готова его линчевать. Рокфеллер старел; страсти, кипевшие вокруг, действовали ему на нервы. Порой он вздыхал: «Богатство — или великое благо-словение, или проклятие».

«Стандарт Ойл» представлялась Рокфеллеру своего рода филиалом божественной канцелярии, которая высасывает из-под земли блага Всевышнего в виде нефти и распределяет их между людьми. На одном из своих юбилеев Рокфеллер вдохновенным тенором скандировал: «Благослови, Боже, нас всех, благослови, Боже, «Стандарт Ойл».

Воспитание детей тоже было долгом: им предстояло унаследовать огромное состояние, а это было большой ответственностью. Рокфеллер знал, что Божий дар нельзя пустить по ветру, и изо всех сил приучал детей к труду, скромности и непритязательности. Джон Рокфеллер- младший позднее говорил, что в детстве деньги казались ему загадочной субстанцией: «Они были вездесущи и невидимы. Мы знали, что денег очень много, но знали также, что они недоступны». Для того, кого до восьми лет одевали в девчоночьи платья (Рокфеллеры донашивали друг за другом брюки и свитера, а второго мальчика у них не было), будущий миллиардер выразился чрезвычайно мягко.

Джон Рокфеллер-старший создал дома макет рыночной экономики: он назначил дочь Лауру «генеральным директором» и велел детям вести подробные бухгалтерские книги. Каждый ребенок получал два цента за убитую муху, десять центов — за заточку одного карандаша и пять — за час занятий музыкой. День воздержания от конфет стоил два цента, каждый последующий день оценивался уже в десять. У каждого из детей была своя грядка в огороде — десять выдернутых сорняков стоили один пенни. Рокфеллер-младший зарабатывал пятнадцать центов в час за колку дров, одна из дочерей получала деньги за то, что по вечерам обходила дом и гасила свет. За опоздание к завтраку маленьких Рокфеллеров штрафовали на один цент, они получали по одному кусочку сыра в день, а по воскресеньям им не позволяли читать ничего, кроме Библии.

Сетти ходила в собственноручно залатанных платьях и ни в чем не уступала мужу: расщедрившийся Рокфеллер собрался было купить детям по велосипеду, но жена сказала, что лишние велосипеды в доме не нужны: «Имея один велосипед на четверых, они научатся делиться друг с другом.»

Результаты такого воспитания были достаточно противоречивы. Рокфеллер-младший чуть было не зачах: когда мальчик подрос и зашла речь об университете, выяснилось, что он постоянно хворает и к тому же страдает разнообразными нервными расстройствами. На дворе стояла зима, но Джон тут же отправил сына в загородный дом: больной мальчик корчевал пни, жег кустарник и рубил дрова для печки — днем он работал до седьмого пота, а по ночам дрожал от холода. Джон выжил, окончил университет (карманных денег у него не было, и он постоянно «стрелял» у приятелей несколько долларов) и вошел в семейный бизнес. Отец сломал его волю: наследник навсегда остался его тенью, страдая от этого и тем не менее безропотно исполняя свой долг. Он мучился оттого, что был менее талантливым бизнесменом, чем отец, что четыре года боялся объясниться с любимой девушкой, что журналисты писали гадости про дорогого папу. Джонни-младшего спасла женитьба на Эбби Олдрих, веселой и обаятельной девушке, дочери сенатора от штата Нью-Йорк,— ее отец был всем известным бон- виваном. Рокфеллер собрался было устроить безалкогольную свадьбу, но отец невесты сказал, что скорее застрелится. Шампанское лилось рекой, и благочестивая Сетти, сказавшись больной, не пришла на это греховное действо... Эбби научила Джона-младшего радоваться жизни: он отбывал свой срок на работе и спешил домой — биржевые сводки наводили на него уныние, а среди детей он расцветал. (Впрочем, Джон воспитывал своих отпрысков так же, как воспитывали его. Несчастные внуки Джона Дэвисона Рокфеллера получали по десять центов за каждую пойманную мышь.)

Были и более существенные издержки воспитания: сестра Джона Бесси Рокфеллер сошла с ума и провела большую часть жизни в постели. (Она решила, что ее семья разорилась, и проводила время, латая старые платья.) Временами до нее доходило истинное положение вещей, и бедная женщина радостно сообщала медсестрам, что теперь у нее снова есть деньги на гостей. А Эдит Рокфеллер стала легендарной мотовкой. В 21 год она слегла в больницу с нервным расстройством, а затем вышла замуж за человека, который огорчил папу, — Гарольд Маккормик отказался поклясться на Библии, что никогда в жизни не будет пить и не возьмет в руки карты. Маккормики тоже были миллионерами, они также воспитывали детей в строгости и приучали их помогать бедным: Гарольд и Эдит оказались прекрасной парой. Они пустили на ветер не один десяток миллионов — Эдит вывела родословную Рокфеллеров от французских аристократов Ларошфуко, обзавелась гербом, антикварной мебелью, коллекцией бриллиантов и затмила своими тратами расточительных Вандербильтов. Ей постоянно не хватало денег, и она была вынуждена жить в долг, но на одном из балов благородная дама появилась в платье, изготовленном из серебра высочайшей пробы. С отцом она предпочитала не встречаться — судя по всему, Эдит Рокфеллер было перед ним стыдно.

<< | >>
Источник: Добротворский И.Л.. Деньги и власть или 17 историй успеха. Психологические портреты. Москва. 2004

Еще по теме Создание Standart Oil Company:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -