Деньги счет любят

Когда «кидалы» — уличные мошенники — втягивают «лоха» в «беспроигрышную лотерею» и обещают ему чудовищный выигрыш, они делают все, чтобы тот как можно дольше не понял, что его дурачат.

Понимание обмана приходит слишком поздно, когда все сбережения «лоха» из его портмоне переходят в чужие руки и становятся недосягаемыми для бывшего хо-зяина. А ведь если бы человек, выходя в город, раз и навсегда проникся мыслью, что нет таких дураков, которые только и ждут, как обогатить первого встречного, то и сам бы не оставался в дураках.

Когда лотерейный зазывала кричит: «Купите билетик! Выиграйте десять миллионов!», спросите сами себя: «А почему этот бедняга, который продает лотерейные билеты в зной и в холод, вместо того чтобы самому купить билетик и стать миллионером, занимается нелег-ким трудом распространителя?» И, может быть, сделаете полезный для себя вывод.

Осваивая огромный мир, попадая в новые дальние страны, российские туристы нередко становятся жертвами мошенников лишь потому, что не знают ни денеж- ных систем, ни внешнего вида банкнот тех государств, куда приезжают. В Болгарии ловкие дельцы наивным туристам ухитряются «по льготному обменному курсу», как они заявляют, всучить взамен долларов не болгарские левы, а дешевые румынские леи. И ведь находятся простаки, идущие на подобные «сделки».

Неумение вести счет приводит к растратам хозяйственников.

Отношения читателя и писателя всегда основаны на взаимном доверии. Если мы читаем в книге слова «Мар- тобря 86 числа. Между днем и ночью», то, несмотря на абсурдность фразы, прекрасно понимаем смысл, который Н.В. Гоголь вкладывает в нее.

Но вот в повести Юрия Авдеенко «Фальшивый денежный знак» читатель встречает^гекст телеграммы начальника ОГПУ Северо-Кавказского края, которая циркулярно отправлена из Ростова всем уполномоченным этой организации:

«На территории края — Армавир, Курганная, Ла- бинск, Гойхт, Туапсе — имело место обращение фальшивых денежных знаков достоинством в три червонца. Номер фальшивого знака АА 1870015. Всем уполномоченным ГПУ края приказываю принять меры для задержания и обезвреживания преступников. 24 сентября 1928 года».

Телеграмма настраивает читателя на серьезный лад, подкупая видимой документальностью повествования. Но вот далее автор знакомит нас с тем, как выглядит фальшивая купюра.

«Лезвия ножниц будто ради приличия надкусили лишь самый край плотного четырехугольного конверта,

" Щелоков А.

из которого Кравец вытащил тетрадный листок в косую линейку и согнутый пополам ярко-красный, хрустящий трехчервонный денежный знак».

Стоп! После такого описания у человека, знающего историю денег, желание дальше читать повесть пропадает немедленно. Да и чекист Кравец вряд ли бы в те дни и годы отнесся к ориентировке, присланной руко-водством, без смеха. Дело в том, что тревога, поднятая начальником Северо-Кавказского ОГПУ, напрасна. В 1928 году в стране вообще не было в обращении трех- червонных знаков ярко-красного или красного цвета. Банкноты такой расцветки впервые появились только в... 1937 году!

Еще одна небольшая деталь, которая наверняка должна была быть известной следователю. Номера АА 1870015 на денежных знаках до 1961 года быть не могло.

К сожалению, некоторые писатели, считающие себя «историческими» по жанру, своими работами убивают у читателя уважение к собственной эрудиции и подры-вают доверие ко всему, что пишут.

Не меньше, чем писатели, ошибаются кинематографисты, создавая фильмы, связанные с прошлым. На-пример, денежные знаки, использованные Э. Рязановым в кинофильме «Жестокий романс», уничтожают все старания режиссера сделать картину исторически достоверной. Вот Мокий Парменович дает матери Ларисы пачку денег «на брошку». Мы видим, что это кредитные сторублевые билеты — «катеньки» образца 1910 года. Что ж, события, показанные в фильме, в тот пери-од могли иметь место (хотя Островский писал о второй половине XIX века). Но вот Гуляев, беглый кассир, кладет на поднос тысячерублевые бумажки — «думки» образца 1917 года, выпущенные в обращение советской властью. Стоп! Дальше, как говорят, ехать некуда. Достоверность повествования сразу исчезает. Этого ли добивался режиссер? А может, не нашлось в студии копи-ровального аппарата, чтобы пополнить реквизит нужными денежными знаками?

Нынешние режиссеры еще меньше заботятся об исторической достоверности своих фильмов. У творческой элиты укоренилось убеждение в том, что «пипл все схавает». Он и съедает, поскольку для многих не книга, не знание истории, а телевизор стал окном в мир.

Вот Остап Бендер в исполнении современного «многостаночника» от искусства — артиста, мотогонщика, шоумена, певца Николая Фоменко выкладывает за гарнитур стульев толстую пачку червонцев образца 1937 года. События, описанные Ильфом и Петровым в книге «Двенадцать стульев», происходили в конце НЭПа, то есть в двадцатых годах прошлого века.

Что поделаешь, если в студии при наличии ксерокса не нашлось консультанта. «Пипл схавает!»

Александр Поляков, автор «документальной» повести «Без права выбора», описал такую ситуацию. Некий адвокат Николай Гуровский представляет знакомому дельцу-нэпману своего приятеля: «Генрих Карлович — кассир. С ним довольно крупная сумма... деньги старого образца. И как назло — обыск. Словом, к вам просьба — не могли бы вы положить деньги в свой сейф?

Пожалуйста. Только никаких кассовых бумаг, — сухо предупредил Марантиди.

Я понимаю. — Шнабель раскрыл портфель, достал пачку денег. — Здесь сто миллионов, самыми крупными купюрами».

Давайте в вопросе о деньгах не поверим автору на слово и пересчитаем чужие деньги, не отходя от кассы.

Итак, самые крупные купюры старого, царского об-разца имели достоинство в 500 рублей. При весе одной банкноты, равном 0,5 грамма, сумма в сто миллионов рублей составила бы пачку весом в один центнер. Уже не портфель и не мешок, а по меньшей мере два мешка понадобились бы для их транспортировки. И делец Шнабель, поднявший такой груз одной рукой, мог быть смело занесен в «Книгу рекордов Гиннесса».

Столь же часто ошибаются и другие авторы детективных повестей и романов.

Вот у миловидной кассирши злой грабитель выхва-тил портфель, в котором восемьсот тысяч рублей в ку-пюрах образца 1961 года. И убежал. Другой бандит сбил с ног нерасторопного инкассатора и унес мешок, в котором лежало девятьсот двадцать тысяч рублей. Если бы эта сумма была в сторублевках образца 1993 года — куда ни шло. Миллион рублей в них весил бы всего около восьми килограммов.

Хорошо. Пусть мятая рублевка весит 0,1 грамма, хо- тя на самом деле ее вес может оказаться и больше. Итак, миллион рублевок. Или сто тысяч граммов. Или все тот же самый, можно сказать «роковой», центнер.

Как ни кинь, не в ладах писатели со счетом, а деньги его любят. Исходя из этого, остается пожелать авторам детективных историй: прежде чем послать на ограбле-ние ворюгу, надо заранее прикинуть, сколько денег может нести с собой кассир, пока «эстафету» у него не перехватит грабитель...

И все же неточности, которые допускают литераторы, можно терпеть. За справками к художественной ли-тературе никто не обращается. Хуже, когда ошибки попадают в справочники. Они сразу порождают целую «электрическую» цепь неверной информации, которая базируется на доверии к авторитету справочных изданий. Но, оказывается, и справки требуется проверять.

Энциклопедия «Гражданская война и военная интервенция в СССР» в статье «Расчетные знаки» в сорока двух строках текста нагородила непропорциональное множество ошибок. Поэтому верить даже такому солидному изданию в вопросах, касающихся банкнот времен революции, опасно.

Вот читаем: «В 1920 выпускались Р(асчетные) з(на- ки) образца 1919 достоинством в 1, 3, 5, 10, 25, 50, 100, 250, 500, 1000, 5000 и 10 ООО руб. На этих Р.з. нет указания года выпуска».

Факты говорят иное. Знаков номиналом в 10 и 25 рублей в 1920 г. не выпускалось. На всех знаках от 100 до 10 000 стоит дата — 1919.

Далее:

«В 1921 вышли Р.з. образца 1921 достоинством в 100, 250, 500, 1000, 5000, 10 000, 25 000, 50 000 и 100 000 руб. На Р.з. на рус. и шести языках мира (франц., uma/i., англ., нем., кит., араб.) был надпечатан призыв «Пролетарии все стран, соединяйтесь!».

Последнее утверждение также ошибочно. Призыв на разных языках помещен только на купюрах в 5000 и 10 ООО рублей. При этом в части тиража допущена ошибка. Вместо слова «proletarier» в немецком тексте напечатано «proletapier». Чем этот расчетный знак и стал знаменит среди коллекционеров.

Объективность энциклопедии о Гражданской войне в денежных вопросах крайне сомнительна. Тем более что, рассказав о денежном обращении в РСФСР, составители не сочли возможным хотя бы назвать денежные системы, которые существовали на территориях, подвластных не советскому правительству, а Деникину, Колчаку, Врангелю, атаману Дутову и т. д. Между тем эти самостоятельные денежные системы охватывали большие территории России и ее окраин и существовали не один год.