5.4. Нарушение ч. 4 ст. 49 УПК РФ, то есть, условий допуска защитника к участию в уголовном деле (непредставление удостоверения и ордера адво­ката, ненадлежащая форма ордера)

Часть 4 ст. 49 УПК РФ (в ред Федерального закона от 29.05 2002 № 58-ФЗ)\' Адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитники по предъявлении удостоверения адвоката и ордера.

Часть 2 cm 6 закона об адвокатуре. В случаях, предусмотренных феде­ральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, вЫ~

220

даваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера ут­верждается федеральным органом юстиции

Данное положение обязывает адвоката во всех случаях вступления его в уголовное дело в качестве защитника предъявлять удостоверение адвоката и ордер на участие в деле. Если адвокат по той или иной причине, вступая в дело, не предъявил удостоверение и/или ордер (забыл, потерял, не успел получить удостоверение, выписать ордер и т.п.) и в результате было сорвано следствен­ное действие, например, допрос задержанного подозреваемого (ч. 4 ст. 92 УПК РФ, в ред. ФЗ от 24.07.02 № 98-ФЗ), то налицо признаки правонарушения, за которое адвокат может быть привлечен к ответственности адвокатской палатой.

Особенно вредны такие правонарушения со стороны защитника, если он тем самым срывает следственные действия, носящие неотложный характер (до­прос подозреваемого, следственный осмотр, обыск, освидетельствование и др.). Хотя в практике, следователи, будучи уверены, что перед ними именно адвокат, а не постороннее лицо, обычно допускают его к участию в деле с условием, что удостоверение и ордер будут позже представлены.

Совсем другое дело, когда адвокат, не имея при себе указанных докумен­тов, требует допуска к участию в деле, встречи с подозреваемым, обвиняемым и т.д. Если следователь не дал согласия допустить адвоката, а он, в нарушение этого порядка, с помощью обмана или насилия, добивается участия в деле, в частности, добивается встречи с задержанным или арестованным, знакомится с документами по делу, участвует в следственных действиях, то это следует рас­сматривать как грубое нарушение УПК РФ.

В подобных действиях адвоката могут усматриваться, в частности, при­знаки самоуправства — ст. 330 УК РФ. Для разграничения преступления и на­рушения норм УПК РФ важное значение будут иметь два признака:

3. оспаривается ли правомерность действий адвоката правоохранитель­ ным органом, заинтересованными гражданами;

4. причинен ли действиями адвоката существенный вред.

При наличии положительных выводов по обоим пунктам, налицо состав данного преступления.

Разумеется, при подобных нарушениях адвокат вряд ли сможет оправ­даться, используя правило ч. 2 ст. 18 Закона об адвокатуре.

Широкое распространение в адвокатской среде получили нарушения, ко­торые можно проиллюстрировать следующим примером из практики автора.

В Иркутский институт повышения квалификации прокурорских работни­ков Генеральной прокуратуры РФ поступила просьба от одной из прокуратур субъекта Российской Федерации. Просьба заключалась в том, чтобы работники института помогли выработать тактику нейтрализации незаконного противо­действия со стороны адвоката по уголовному делу об изнасиловании и убийст­ве несовершеннолетней. Адвокат обвиняемого — арестованного по делу, пыта­лась подстрекать свидетелей обвинения к изменению показаний, срывала и за­тягивала следственные и судебные действия и т.д., чем, по существу, заблоки-

221

ровала процесс расследования (с учетом того, что неопытный следователь не был готов к такому противодействию).

Для оказания помощи мною были изучены все материалы многотомного уголовного дела, составлен проект плана дальнейшего расследования и т.д. Од, нако, в ходе изучения материалов, в первом томе был обнаружен так называе­мый ордер адвоката. В этом документе:

1. были указаны реквизиты формально прекратившего свою деятельность адвокатского образования²⁹⁰;

2. имелся оттиск печати указанного выше, несуществующего адвокатско­ го образования;

3. в соответствующей графе вместо подписи руководителя адвокатского образования расписалась сама адвокат (простое сравнение подписей в различ­ ных документах).

Возник вопрос: влекут ли данные обстоятельства признание ордера адво­ката недействительным?

Для ответа на вопрос обратимся к Приказу Минюста РФ от 8.08.02, N 217 «Об утверждении формы ордера». В ордере адвоката (См. приложение 16), форма которого обязательна к соблюдению всеми адвокатскими образованиями на территории РФ, должны быть, в том числе, следующие реквизиты:

1. регистрационный номер адвоката в реестре адвокатов субъекта Россий­ ской Федерации;

2. номер удостоверения адвоката;

3. стадия рассмотрения дела и/или наименование органа, учреждения, ор­ ганизации;

4. основания выдачи ордера (реквизиты соглашения, документа о назна­ чении);

5. кем выдан ордер, в том числе наименование адвокатского образования, должность, фамилия, инициалы и подпись лица, выдавшего ордер, т.е., как пра­вило, руководителя адвокатского образования (председателя коллегии и др.); i

6. оттиск печати адвокатского образойания.

Исходя из буквального толкования изложенных правовых норм, несо­блюдение хотя бы одного из перечисленных обязательных реквизитов может повлечь признание ордера недействительным. В практике наиболее распро­страненным нарушением формы ордера являются несоблюдение реквизитов п.п. 4-6 указанного перечня. Особенно часто встречается отсутствие подписи выдавшего ордер лица. Адвокаты часто сами расписываются в этой графе, не видя в этом ничего неправомерного.

Для сравнения сформулируем риторический вопрос: если в постановлю нии о возбуждении уголовного дела и/или принятии его к производству не бу­дет хотя бы одного обязательного реквизита, например, подписи прокурора о согласии с этим решением, номера дела, даты вынесения и т.п., или (что просто трудно представить) за прокурора подпишется сам следователь (!!) — разве У

Это стало очевидным, поскольку после вступления в силу Закона об адвокатуре с 1 07 02 во мноП* субъектах Российской Федерации на базе центральных коллегий адвокатов формировались региональные ад"⁰\' катские Палаты, а ранее существующие образования перерегистрировались и переименовывались

222

кого-то возникнут сомнения о недействительности такого документа и, соот­ветственно, незаконности возбуждения уголовного дела и всего производства по нему? Ответ, разумеется, очевиден.

В приведенном примере можно сделать вывод о том, что следователь имел полное право не допустить адвоката к участию в деле, а затем, например, внести представление в адвокатскую палату субъекта РФ. Разумеется, назван­ные нарушения при заполнении бланка ордера легко исправляются, но в дан­ном случае адвокат была «приписана» в адвокатской палате другого субъекта РФ, а потому ей потребовалось бы поехать туда, что отняло бы, как минимум, два дня.

Обратим внимание и на то, что формально, в течении трех месяцев пред­варительного расследования в качестве защитника обвиняемого в деле участво­вал ненадлежащий субъект, что может повлечь вывод о нарушении права на защиту и признание недопустимым всех доказательств, полученных с участием такого адвоката.

Такое возможно... Однако автору книги подобные прецеденты пока не известны.