<<

§ 2. Разрешение споров в сфере предпринимательства Рассмотрение торговых споров государственными судами.

Разрешение торговых споров, возникающих между предпринимателями, осуществляется путем обращения к компетентным судам конкретных государств, в сферу юрисдикции которых входит рассмотрение таких коммерческих споров.

Этот способ разрешения торговых споров (известно, что торговые споры могут разрешаться также в международных и внутренних третейских судах — иными словами, в коммерческих арбитражах, а также в рамках иных альтернативных способов разрешения правовых споров) вызывает доверие предпринимателей, поскольку эффективность разрешения споров обеспечивается силой государства, которое организует процедуры разрешения торговых споров. В то же время следует отметить, что обращение к государственным судам за судебной защитой в какой-то степени менее эффективно, нежели обращение к третейским судам или иным альтернативным институтам разрешения международных

коммерческих споров. Так, процедуры разрешения торговых споров в государственных судах, как правило, более дороги для тяжущихся предпринимателей. Они более длительны по времени, что также является немаловажным для предпринимателей фактором, поскольку коммерсанты в большей степени, нежели другие субъекты гражданского оборота, заинтересованы в скорости разрешения споров.

Судебные системы различных государств структурированы по-разному. Это проявляется, в частности, и в том, каким образом организуется порядок рассмотрения торговых споров с участием предпринимателей. Можно выделить несколько типов организации рассмотрения этой категории споров.

Во-первых, в ряде государств торговые споры рассматриваются судами общей юрисдикции. К таким государствам относятся, например: Нидерланды и Италия, в которых рассмотрение коммерческих споров производится в общих судах (в Италии они носят наименование «трибуналы»); Кипр и Люксембург, правосудие по торговым делам в которых осуществляется в окружных судах; Литва и Эстония, торговые споры в которых рассматриваются судами общей юрисдикции первой инстанции.

При этом зачастую в качестве суда первой инстанции, компетентного рассматривать торговые споры, выступает судебная коллегия в составе вышестоящего суда. Это обусловлено тем, что коммерческие дела обычно являются более сложными как с юридической, так и с фактологической точки зрения, что требует более квалифицированных судебных органов, разрешающих такие споры. Например, в Германии земельный суд (т. е. суд земли — субъекта федерации) по заявлению одной из сторон может передать рассмотрение хозяйственного спора в торговую палату в составе этого земельного суда. В Польше в воеводских судах функционируют торговые палаты (торговые суды). В Бельгии действуют коммерческие трибуналы, к предметной компетенции которых отнесены споры между коммерсантами, являющиеся торговыми. Председатель коммерческого трибунала по должности входит в состав окружного суда, задачей которого является решение конфликта компетенции между различными судебными органами. В Венгрии в составе областного суда действуют секции по разрешению торговых дел.

Во-вторых, в некоторых государствах создаются специализированные ветви судебной власти коммерческой юрисдикции, в рамках которой и рассматриваются споры, возникающие между коммерсантами и предпринимателями. Эти суды носят наименование торговых, экономических или коммерческих судов. В Молдове эту функцию выполняют экономические суды. Во Франции существует система торговых судов, которая насчитывает 228 судов, обладающих исключительной компетенцией по рассмотрению дел, связанных с торговыми отношениями.

В некоторых государствах разрешение торговых споров распределяется среди нескольких ветвей специализированных судов, в зависимости от тех или иных критериев спорных правоотношений. Например, в Дании созданы морские и торговые суды, в компетенцию которых входит рассмотрение споров, требующих познаний в области коммерции и морского права. Однако особенностью организации судопроизводства в данном случае является то, что по соглашению сторон рассмотрение таких споров может быть передано в сферу юрисдикции окружных судов, рассматривающих иные гражданские дела.

Наконец, в-третьих, в некоторых государствах в составе судебной системы создаются специализированные суды по рассмотрению торговых споров с участием иностранных предпринимателей и коммерсантов. Однако таких государств немного; к их числу относятся, например, США, которые создали международный суд по разрешению споров с участием иностранных предпринимателей. При этом предметная подведомственность таких судов существенным образом ограничена.

Как правило, в составе высших судов (в качестве таковых выступают верховные суды, выполняющие функции кассационной или апелляционной инстанции) имеются палаты по торговым делам, специализирующиеся на рассмотрении коммерческих споров. В некоторых государствах в составе общих судебных инстанций существуют судебные коллегии, специализирующиеся на рассмотрении торговых споров определенных категорий (например, суды по разрешению морских споров, патентные суды и т. д.).

Ряд государств допускает, что внутренние суды, рассматривая споры между отечественными и зарубежными предпринимателями, вправе делать это даже в том случае, если обе стороны развивают свою коммерческую активность и вне территории государства, а сам спор возник за пределами этой страны (к таким государствам относятся, например, США и Великобритания).

Следует обратить внимание на то, что разделение внутригосударственных юстиции на общие и коммерческие обусловлено историческими причинами и в большинстве случаев никак не связано с господством в данном государстве тех или иных доктрин соотношения гражданского и коммерческого (торгового) права. Официальная правовая доктрина исходит из разделения частного права, однако это вовсе не означает, что организация судебной власти также базируется на разделении общегражданских и торговых судов. И наоборот, официальные представления о единстве частного (гражданского) права совсем не обязательно влекут за собой единую систему организации судебной власти. Например, эстонская правовая доктрина исходит из дуализма частного права, что проявляется в существовании в Эстонской Республике гражданского законодательства и коммерческого кодекса.

Однако при этом существует единая судебная система, в рамках которой и происходит разрешение как общегражданских, так и торговых споров.

Часто при создании системы разрешения торговых споров в состав судебных коллегий, рассматривающих такие споры, вводятся судебные заседатели из числа профессиональных предпринимателей. Так, в Бельгии в состав коммерческого трибунала входит профессиональный судья и два заседателя, представляющие деловые круги. В Германии в том случае, если разрешение коммерческого спора передается в торговую палату земельного суда, к рассмотрению спора привлекаются помимо профессионального судьи два непрофессиональных члена суда, хорошо разбирающиеся в коммерческих делах. В Дании окружной суд может принять решение об участии в рассмотрении дела двух заседателей, привлекаемых к исполнению своих обязанностей на основании списков экспертов по морским и торговым делам, которые утверждаются председателем соответствующего суда по согласованию с заинтересованными ведомствами. Во Франции споры коммерческого характера решаются торговыми судами, в состав которых входят непрофессиональные судьи, коммерсанты. При этом к кандидату на должность не предъявляется такого требования, как наличие юридического образования.

В последние десятилетия в международной коммерческой практике исходными положениями для выбора национальной судебной системы, юрисдикции которой подчиняют себя иностранные партнеры, становятся волеизъявления самих контрагентов на межгосударственной сделке. Заключая договор о материально-правовых отношениях, стороны, как правило, заключают и процессуальное соглашение, в котором подчиняют гипотетический спор конкретному государственному правопорядку, причем подобного рода договоры касаются не только вопросов материального права, но и права процессуального. Соглашения, в которых стороны самостоятельно устанавливают подсудность рассмотрения спора юрисдикции, получили наименование пророгационных. При заключении таких соглашений автономия воли сторон является основой для определения как системы права, в которой будет разрешаться спор, так и национальных судебных органов, юрисдикции которых стороны подчиняют разрешение торгового спора.

Свобода, определяемая договорным усмотрением, вторгается и в сферу публичного права, каковым является процессуальное право, определяющее порядок рассмотрения правовых коллизий. Наиболее ярко эти тенденции проявляются в сфере международного торгового права, которое по традиции менее консервативно, нежели иные отрасли права.

Особый интерес представляют случаи, когда возникают торговые споры между государством и коммерческой организацией. Когда государства стали довольно активно выступать в качестве субъектов международных торговых отношений, возникла необходимость разрешения споров, которые неизбежно сопутствуют таким отношениям. Это обстоятельство повлекло за собой возникновение в международном частном праве доктрины отказа государства от собственного иммунитета. В юридической литературе отмечается, что когда дело «касается отношений коммерческого характера, то здесь государство не должно обладать иммунитетом, поскольку юридические и физические лица, вступающие с иностранным государством в такие отношения, не должны быть лишены судебной защиты своих прав». Таким образом, государства, участвующие в торговых отношениях, подчинялись юрисдикции судов, разрешающих их торговые споры с коммерческими организациями.

Справедливости ради следует отметить, что не все государства придерживаются доктрины ограниченного иммунитета. Во всяком случае процесс присоединения государств к этой доктрине идет сложно. Об этом свидетельствует пример Англии, длительное время придерживавшейся доктрины абсолютного иммунитета, в том числе и по отношению к торговым спорам, возникающим в отношениях с иностранными предпринимателями. Только под влиянием Европейской конвенции об иммунитете государств 1972 г. Англия присоединилась к числу тех государств, которые придерживаются самоограничения государственного иммунитета.

В целом же интеграционные процессы являются объективной основой развития доктрины ограниченного иммунитета в торговых спорах, поскольку «абсолютный иммунитет не только препятствует развитию коммерческих связей с участием государства, но и практически нереализуем».

Экономические закономерности развития коммерческого оборота стимулируют государства к тому, чтобы выступать в качестве равных партнеров коммерсантов. Это проявляется, в частности, в уравнивании их процессуальных прав при разрешении торговых споров, возникающих из отношений между выступающими в качестве коммерсантов государствами и юридическими лицами.

Серьезнейшей проблемой для торгового оборота (как внутреннего, так и международного) остается различный процессуальный режим разрешения торговых споров, естественным образом существующий в разных государствах. При этом если материальное право является основой интеграционных процессов, то процессуальное право (т. е. порядок разрешения торговых споров в конкретных государствах) выступает в качестве дезинтеграционного фактора. Как отмечают европейские юристы, «транснациональная сделка проводится на экономически единой территории, но в действительности разворачивается в юридически раздробленной сфере. Право разделяет то, что экономика объединяет». Именно это обстоятельство выдвигает на повестку дня вопрос об унификации национальных процессуальных режимов, встающий особенно остро в тех региональных сообществах, экономики которых близятся к полной унификации.

Так, европейские юристы занимаются поиском путей унификации и гармонизации процессуального права в государствах — членах ЕС.

Одним из механизмов унификации разрешения споров (в том числе и коммерческого характера) на территории Европы стало принятие в 1968 г. Брюссельской конвенции о юрисдикции и принудительном исполнении иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам. Этой Конвенцией был введен единый критерий определения юрисдикции разрешения споров — домицилий, т. е. место нахождения ответчика. В то же время в юридической литературе отмечается, что существование в качестве критерия определения подсудности только одного критерия приводит к запутанности данного вопроса в европейской судебной практике.

Для разрешения торговых споров в отношениях между предпринимателями разных стран все большее значение имеют надгосударственные суды, создаваемые в рамках тех или иных сообществ и являющиеся органами, независимыми от государств, их учредивших. Ярким примером тому является создание судебных учреждений Европейского Сообщества: Суда Европейского Сообщества и Суда первой инстанции Европейского Сообщества. Указанные судебные органы не выступают в качестве вышестоящих судебных инстанций по отношению к национальным судебным учреждениям. Суд Европейского Сообщества возник как преемник судебных органов, которые существовали в Европейском объединении угля и стали, Европейском объединении по атомной энергии и Европейском Экономическом Сообществе. Целью деятельности Суда Европейского Сообщества в соответствии с Договором о Европейском Сообществе (ст. 164) является обеспечение единообразного толкования и применения правовых норм Европейского Сообщества. В юридической литературе отмечается: практика Суда Европейского Сообщества подтверждает, что «во всех тех случаях, когда, по мнению Суда ЕС, имела место попытка уклониться от единообразного применения норм права ЕС, от соблюдения принципов, определяющих соотношение норм национального права и права ЕС, Суд признавал такие действия или

акты противоречащими праву ЕС, даже если речь шла о нормах национального конституционного права».

Юрисдикция Суда Европейского Сообщества довольно широка, и вопросы, связанные с разрешением международных торговых споров, занимают в ней относительно небольшое место. Так, к юрисдикци-онным полномочиям этого суда относятся иски о возмещении вреда, вытекающие как из договорных обязательств, так и из внедоговор-ной ответственности, а также иски о неисполнении обязательств. Следует отметить, что рассмотрение торговых споров, вытекающих из контрактных обязательств, не является исключительной юрисдикцией Суда Европейского Сообщества. Определение юрисдикции Европейского Суда или национального суда принадлежит самим участникам торговых отношений, которые своей договоренностью определяют, какое право подлежит применению. Приоритет применения права Европейского Сообщества и соответственно юрисдикция Суда Европейского Сообщества возможны в том случае, если стороны отказались от коллизионной оговорки, не определив подлежащее применению право.

Практика Европейского Суда выработала ряд принципов, которые распространяются на всех участников предпринимательских отношений, действующих в рамках Европейского Сообщества. К числу таких принципов, которые применяются Европейским Судом, относятся: право свободной реализации экономической деятельности (в том числе право свободного обращения товаров в рамках Европейского Сообщества); неприкосновенность собственности с учетом публично значимых ограничений; учет состояния крайней необходимости при оценке экономического поведения; допустимость уступки прав третьим лицам; пропорциональность, согласно которой соответствующие органы не должны выходить за рамки, уместные и необходимые для такого достижения.

В то же время надгосударственные судебные системы разрешения торговых споров не следует идеализировать. Сообществу государств не всегда удается создать эффективную надгосударствен-ную систему разрешения торговых споров в рамках той или иной организации. Так, Всемирная торговая организация до сего времени в рамках своей структуры не может создать механизм разрешения торговых споров между частными субъектами международных экономических отношений. В ВТО создан механизм разрешения споров, однако такой механизм имеет межгосударственный характер. Частные субъекты, участвующие в торговом обороте, тем не менее не привлекаются к разрешению споров в рамках механизма разрешения споров Всемирной торговой организации. Как отмечают французские юристы Д. Карро и П. Жюйар, «каким бы ни было нарушение

то

международного торгового правопорядка, операторы^ скрываются за спинами государств. По сути, de facto возрождается скрытая форма дипломатической защиты: государство — член ВТО в силу своего суверенного выбора в зависимости от случая решает, прибегнуть или не прибегать к процедурам урегулирования споров». Эти же исследователи отмечают, что, несмотря на явные соображения в пользу максимально возможного привлечения частных лиц к использованию механизма по разрешению споров и даже к признанию за ними права участвовать в разрешении спора, когда их права ущемляются членом Всемирной торговой организации, такое развитие событий является далекой перспективой.

Разрешение торговых споров коммерческим арбитражем. В сфере предпринимательских и торговых отношений традиционным способом разрешения споров является коммерческий арбитраж.

Современные тенденции коммерческого арбитрирования свидетельствуют о том, что в различных государствах правовое регулирование процедуры рассмотрения споров коммерческими арбитражами осуществляется по-разному. Это связано с тем, что правовое регулирование коммерческого арбитража имеет трехуровневую структуру: во-первых, применяются нормы международного частного права; во-вторых, — нормы национального законодательства; в-третьих, как правовой источник урегулирования процедуры арбитражного разбирательства весьма существенное значение имеют соглашения, заключаемые между сторонами, передающими спор на разрешение третейского суда. Однако указанные источники деятельности коммерческого

арбитража не являются абсолютно автономными друг от друга. Как справедливо указывается в юридической литературе, «эти составляющие взаимодействуют друг с другом, что в результате приводит к унификации основ функционирования международного коммерческого арбитража».

В то же время вышеуказанная разноуровневость нормативных систем регулирования коммерческого арбитража повлекла за собой возникновение концепции международного взаимодействия национально-правовых систем, суть которой заключается в допущении двух правовых режимов коммерческого арбитража: международного и внутреннего.

Современные тенденции образования нормативной системы регулирования коммерческого арбитража свидетельствуют о том, что основными источниками такого регулирования являются правовые акты, имеющие международно-правовой характер. Что касается «внутренних» нормативных актов, принимаемых конкретными государствами по вопросам регулирования коммерческого арбитража, то эти акты в развитых государствах, как правило, соподчинены международным источникам права, хотя и с весьма существенными оговорками. Указанная тенденция не имеет абсолютного характера, но именно она отражает все возрастающую роль актов международного характера в урегулировании основ арбитражного разбирательства и разрешении споров между предпринимателями различной национальной принадлежности.

Кроме того, нельзя недооценивать роль соглашений, заключаемых сторонами, в качестве источников регулирования деятельности международного коммерческого арбитража. Именно в арбитражном соглашении стороны способны установить иные процедурные правила, не известные нормативным актам, но, конечно же, при условии, что такие правила не противоречат императивным требованиям международного и «внутреннего» законодательств, регулирующих вопросы коммерческого арбитрирования.

Среди международных актов, регулирующих деятельность коммерческого арбитража, выделяются три типа актов: международные конвенции, двусторонние международные договоры, международные документы ненормативного характера.

«Внутреннее» законодательство о коммерческом арбитраже.

Национальное или «внутреннее» законодательство о коммерческом арбитраже, как правило, базируется на том, что участниками подчиненных сфере действия данного законодательства споров могут быть лица, одно из которых находится в государстве, принявшем данный закон, а другое — за его пределами. Это дает возможность государствам осуществлять контроль за деятельностью третейских судов, разрешающих международные коммерческие споры. Такое положение дел оправданно, ибо государство не может отказаться от тех или иных форм контроля за признанием и исполнением на его территории решений, принимаемых коммерческим арбитражем.

Одна из основных дилемм, стоящих перед законодателем при урегулировании коммерческого арбитрирования, заключается в том, чтобы решить основной вопрос: применять ли принцип равенства правового режима «внутреннего» третейского разбирательства и международного коммерческого арбитража или отказаться от него? С юридико-технической точки зрения это выглядит либо как принятие одного закона, регулирующего деятельность третейских судов, рассматривающих как международные, так и внутренние споры, либо как принятие законов, направленных на различную регламентацию этих двух видов третейского разбирательства.

Соглашения между сторонами как правовая основа регулирования коммерческого арбитрирования. Значение арбитражного соглашения определяется не только тем, что стороны сами определяют альтернативную юрисдикцию возникших между ними споров. Заключение соглашения о передаче торгового спора на разрешение коммерческого арбитража исключает юрисдикцию государственного суда. Вместе с тем практика государственных судов основывается на том, что иск принимается к рассмотрению государственным судом, если тот найдет, что арбитражное соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

В соглашении между сторонами могут быть предусмотрены правила рассмотрения спора, а также порядок принятия решения по результатам третейского разбирательства.

Таким образом, соглашение о передаче спора на рассмотрение коммерческого арбитража является важнейшим источником регулирования его деятельности по разрешению конкретных споров. Особенно

явно это проявляется в тех случаях, когда стороны устанавливают непосредственные процедуры рассмотрения спора, передаваемого на рассмотрение третейского суда. В этом качестве договорные правила, установленные сторонами, имеют приоритет и перед нормативными источниками, если не противоречат их императивным предписаниям.

Понятие коммерческого арбитража. Исследования коммерческого арбитража ведутся уже более столетия, в связи с чем у юристов имеются довольно устойчивые представления об этом правовом институте.

Термином «коммерческий арбитраж» обозначаются три взаимосвязанных понятия, отражающих различные аспекты единого социального явления.

Во-первых, под коммерческим арбитражем подразумевается определенный механизм разрешения споров между коммерсантами, совокупность средств и способов, посредством которых устраняется коллизия в материально-правовых отношениях.

Во-вторых, данный термин означает учреждение, которое создается для рассмотрения и разрешения споров, вытекающих из коммерческих отношений. В данном случае речь идет о конкретных арбитражных учреждениях, создаваемых при определенных организациях (как правило, при национальных торгово-промышленных палатах) либо для разрешения конкретного спора (суды ad hoc).

В-третьих, коммерческим арбитражем называют состав третейского суда, конкретный состав арбитров, рассматривающих конкретный спор гражданско-правового характера.

Таким образом, понятие коммерческого арбитража необходимо трактовать по-разному, в зависимости от контекста, в котором оно употребляется.

Правовая природа коммерческого арбитража. Правовая природа коммерческого арбитража, а также связанного с ним понятия «арбитражное соглашение» дискутируется на протяжении всего существования этого института. За это время юристами были сформулированы несколько основных доктрин, объясняющих правовую природу арбитражного разрешения споров: договорная (консенсу-альная), процессуальная, смешанная (гибридная) и автономная.

Суть договорной теории заключается в том, что арбитраж (коммерческое арбитрирование) рассматривается в качестве договорно-правового института, целью которого является организация разбирательства и разрешения гражданско-правового спора на основании поручения сторон. Соглашение о третейском разбирательстве при этом признается гражданско-правовым договором, заключаемым равноправными субъектами коммерческого оборота. Стороны соглашения о третейском разбирательстве принимают на себя обязательство подчиниться решению, которое будет принято коммерческим арбитражем.

Договорная теория коммерческого арбитража интенсивно критикуется в литературе. Одним из основных аргументов такой критики является утверждение о том, что эта доктрина не учитывает процессуальных аспектов арбитражного соглашения и соответственно не описывает в полной мере исследуемое явление. Попыткой преодолеть этот недостаток договорной теории стала процессуальная теория, рассматривающая коммерческий арбитраж как разновидность государственного правосудия. Третейское соглашение при этом относят к предмету гражданского процессуального права, а решение коммерческого арбитража приравнивают по его юридической силе к решению государственного суда.

Подход, излагаемый сторонниками процессуальной теории при объяснении правовой природы коммерческого арбитража, не отражает в полной мере всех особенностей правоотношений, возникающих в связи с заключением третейского соглашения. Процессуальная теория не объясняет того, что коммерческий арбитраж является следствием исключительно волеизъявления заинтересованных сторон (т. е. имеет своими истоками сферу частного права). Кроме того, тезисы о «государственном характере» и о приравнивании к правосудию той процедуры, при помощи которой разрешается спор в коммерческом арбитраже, носят, несомненно, гипертрофированный характер.

Попыткой преодолеть указанные недостатки стала теория смешанной правовой природы коммерческого арбитража, согласно которой институт коммерческого арбитража представляет собой совокупность материально-правовых и процессуально-правовых элементов. Суть этой теории заключается в признании того, что третейское соглашение, будучи гражданско-правовым договором, влечет за собой процессуальные последствия, которые заключаются в изменении подведомственности разрешения спора, изъятии его из компетенции

государственного суда и передаче на рассмотрение коммерческого арбитража. В данной теории сделана попытка объединить подходы, сформулированные представителями договорной и процессуальной теорий, что отразилось и в самом наименовании этой доктрины.

Автономная теория коммерческого арбитража возникла на базе отрицания всех вышеуказанных доктрин. Ее суть заключается в том, что коммерческий арбитраж рассматривается как независимое явление (sui generis), юридическая природа которого должна быть объяснена из прагматических соображений быстроты и удобства разрешения споров, возникающих между предпринимателями. Именно это обстоятельство и влияет на совершенствование и институционализацию процедуры третейского разбирательства, закономерности развития которого диктуются реальными потребностями коммерческого оборота.

Институционные (институциональные) арбитражи и арбитражи ad hoc. В зависимости от характера коммерческого арбитража принято выделять два его вида: институционные (институциональные) арбитражи и арбитражи ad hoc (на данный случай).

Институционные арбитражи создаются в качестве постоянно действующих учреждений, рассматривающих споры между предпринимателями. Наибольшее распространение в практике третейского разбирательства получают именно институционные коммерческие арбитражи, что объясняется соображениями практической выгоды и стабильности постоянно действующих арбитражных учреждений, которые приобретают авторитет в течение многих и упорных лет работы. Подобного рода третейские суды образуются в виде постоянно действующих арбитражных учреждений и, как правило, функционируют при национальных торгово-промышленных палатах. Институционные арбитражи действуют на основании собственных регламентов и правил, которые разрабатываются в соответствии с типовыми (модельными) регламентами и правилами, рекомендуемыми Комиссией ООН по праву международной торговли (ЮНСИТ-РАЛ — UNCITRAL).

Арбитражи ad hoc являются «разовыми» арбитражами (арбитражами, создающимися для рассмотрения конкретного единичного спора). Поскольку арбитражи ad hoc создаются в каждом конкретном случае при возникновении спора, то встает проблема определения правил, в соответствии с которыми данный арбитраж должен рассматривать переданный на его разрешение спор. Бремя определения этих правил лежит на сторонах. Одним из оптимальных способов, который позволяет сторонам избегать непростой процедуры самостоятельной разработки правил разрешения спора, является присоединение к регламенту или правилам какого-либо известного коммерческого арбитража. Однако все большее распространение получают способы определения правил разбирательства в арбитражах ad hoc на основании специально разработанных для этих целей модельных регламентов — Арбитражного регламента Европейской экономической комиссии 1963 г. и Арбитражного регламента ЮНСИТРАЛ 1976 г., единогласно одобренного к применению Генеральной Ассамблеей ООН.

Заключение сторонами соглашения о передаче спора на рассмотрение суда ad hoc означает исключение компетенции государственного суда по рассмотрению данного спора. При этом практика государственных судов основывается на том, что, если стороны не исчерпали возможности по формированию суда ad hoc, соответствующие исковые требования, предъявляемые в государственный суд, остаются без рассмотрения.

Процедуры коммерческого арбитража. Процедуры деятельности коммерческих арбитражей регулируются регламентами и правилами соответствующих институциональных третейских учреждений. Стороны, заключив соглашение о передаче спора на разрешение конкретного коммерческого арбитража, присоединяются к установленным в нем регламентам и правилам. Вместе с тем это не лишает заинтересованных лиц возможности установить собственные процедуры третейского разбирательства, заключив соответствующее соглашение. Таким образом, нормы, установленные регламентами и правилами постоянно действующих коммерческих арбитражей, не являются императивными (за исключением некоторых норм) для лиц, обращающихся в эти третейские суды с просьбой о разрешении спора.

Процедуры в судах ad hoc несколько иные, нежели в институциональных третейских судах. Поскольку в судах ad hoc не существует заранее установленных процедур третейского разбирательства, то на сторонах лежит бремя установления соответствующих правил. В противном случае третейское разбирательство просто не состоится. Впрочем, и при рассмотрении спора в судах ad hoc стороны

могут определить процедуру третейского разбирательства, избрав эффективный способ: присоединиться к правилам или регламенту определенного институционального коммерческого арбитража.

Несмотря на то что регламенты и правила коммерческих арбитражей содержат различные по содержанию нормы, регулирующие процедуры третейского разбирательства, существуют определенные, характерные для любых третейских судов, этапы третейского судопроизводства.

Начало третейского разбирательства определяется подачей заинтересованным лицом искового заявления в коммерческий арбитражный суд. Требования к исковому заявлению, его форме и содержанию определяются в регламентах или правилах соответствующих коммерческих арбитражей. Как правило, нормы, определяющие требования к реквизитам искового заявления, содержат: ссылки на необходимость указания наименования сторон и их места нахождения; ссылку на арбитражное соглашение, в соответствии с которым дело передается на разрешение данного арбитража; подписи сторон и прочие реквизиты, которые позволяют индивидуализировать участников третейского разбирательства. К исковому заявлению должны быть приложены платежные документы, свидетельствующие об оплате арбитражных сборов. В свою очередь ставки арбитражных сборов определяются правилами конкретного институционального коммерческого арбитража.

Формирование состава коммерческого арбитража производится в соответствии со свободным усмотрением сторон, обращающихся за разрешением спора к третейскому суду. В этом заключается одно из основных преимуществ третейского разбирательства. Существуют различные способы избрания арбитров, которые должны рассмотреть дело, переданное на рассмотрение коммерческого арбитража. Одним из наиболее распространенных способов формирования состава арбитража является избрание каждой из сторон одного третейского судьи и предоставление им права избрать третьего арбитра (третий арбитр может также назначаться уполномоченным органом в соответствии с регламентом коммерческого арбитража, разрешающего спор). Не исключено рассмотрение дела третейским судом в составе одного арбитра. В регламентах и правилах постоянно действующих арбитражных учреждений, как правило, содержатся нормы, согласно которым рассмотрение и разрешение спора должно производиться составом третейского суда с нечетным количеством судей.

Перед рассмотрением спора по существу коммерческий арбитраж должен прежде всего разрешить вопрос о собственной компетенции в данном деле. Доминирующей концепцией, на основе которой строится деятельность международного коммерческого арбитража, является теория «компетенции компетенции», заключающаяся в том, что состав коммерческого арбитража, который должен разрешать спор, самостоятельно решает вопрос о собственной компетенции. Оценка собственной компетенции по рассмотрению спора базируется на признании или непризнании существования и действительности арбитражного соглашения, в соответствии с которым дело было передано на разрешение данного коммерческого арбитража. Однако самостоятельное решение коммерческим арбитражем вопроса о своей компетенции не лишает сторону при обжаловании принятого третейским судом решения возможности ссылаться на отсутствие у арбитража компетенции для разрешения данного спора.

До рассмотрения искового заявления по существу коммерческому арбитражу предоставлено право принятия обеспечительных мер. Однако следует отметить, что реализация мер по обеспечению исковых требований в значительной степени зависит от режима национального законодательства, на территории которого такие меры должны быть исполнены. Если говорить о тенденциях правового регулирования этого вопроса, то большинство развитых правовых систем ориентируются на то, чтобы закрепить положения, согласно которым принятие мер по обеспечению исковых требований третейским судом должно подтверждаться государственными судами. Это понятно, поскольку реализация мер по обеспечению иска без принудительных мер неэффективна, в связи с чем поддержка государственной юстиции является гарантией для деятельности коммерческого арбитража и исполнимости принимаемых им решений.

В отличие от процедуры рассмотрения споров в государственных судах, подчиненной строжайшим процессуальным правилам, процедура разбирательства спора в коммерческом арбитраже чрезвычайно гибка. Стороны третейского разбирательства, а вслед за ними и арбитражные судьи обладают правом значительного усмотрения при выборе тех форм и способов, которые позволяют достичь

истины по делу наиболее оптимально и разрешить спор наиболее справедливо. На практике это означает, что коммерческий арбитраж может строить свое разбирательство как на основе принципа устно-сти, так и в соответствии с принципом письменности (на основе представленных документов); как с привлечением к непосредственному разбирательству сторон и их представителей, так и без их участия (с их согласия); как с использованием строго определенных средств доказывания, так и с привлечением максимально широкого круга доказательств, используемых для правильного разрешения спора, и т. д. Наиболее значимо в данном случае усмотрение сторон, которое определяет пределы средств и форм третейского разбирательства.

Вместе с тем способы, к которым прибегает коммерческий арбитраж при разбирательстве спора, должны соответствовать началам законности и справедливости. В противном случае коммерческое арбитрирование утратит свое значение третейского разбирательства споров. Таким образом, третейский суд, разрешая спор, должен основывать свое решение на нормах права, регулирующих взаимоотношения сторон. При этом императивные нормы, установленные действующим законодательством, подлежат обязательному применению.

Однако гибкость правил третейского разбирательства не означает, что в процессе коммерческого арбитрирования не должны соблюдаться фундаментальные принципы рассмотрения споров и соблюдения при этом прав лиц, участвующих в деле. К таковым обязательным процессуальным правилам относятся нормы: об уведомлении участников процесса о времени и месте судебного разбирательства, о предоставлении заинтересованным лицам права быть выслушанными коммерческим арбитражем, о языке третейского разбирательства, о формировании и законности состава коммерческого суда, рассматривающего спор, и т. п. Несоблюдение указанных правил обусловливает незаконность соответствующего арбитражного решения и невозможность его исполнения при помощи принудительных мер, применяемых государственными органами юстиции.

<< |
Источник: А. Ю. Бушев, О. А. Макарова, В. Ф. Попондопуло. Коммерческое право зарубежных стран /А. Ю. Бушев, О. А. Макарова, В. Ф. Попондопуло; Под общ. ред. В. Ф. Попондопуло. -СПб.,2003. -288 с.. 2003

Еще по теме § 2. Разрешение споров в сфере предпринимательства Рассмотрение торговых споров государственными судами.:

  1. § 2. Разрешение споров в сфере предпринимательства Рассмотрение торговых споров государственными судами.
  2. §2. Воздействие интеграционных программ АТЭС на регламентацию торгового оборота в странах-участницах
  3. § 1. Понятие банковской инфраструктуры. Классификациясубъектов банковскои инфраструктуры
  4. § 2. Вертикальные соглашения, как элементы договорного регулирования в сфере конкурентных правоотношений в Российской Федерации
  5. § 2.2. Государственное регулирование в сфере франчайзинга
  6. § 1. Субъекты предпринимательства: категориальный анализ
  7. Зарубежный опыn реuулироианни сферы корпоративного предпринимательства
  8. Зарубежный опыn реuулироианни сферы корпоративного предпринимательства
  9. Зарубежный опыn реuулироианни сферы корпоративного предпринимательства
  10. Туристская деятельность как вид предпринимательской деятельности
  11. 3.2. Основные направления уголовной политики в сфере налогообложения.
  12. § 1. Правовая природа экономических споров и анализ алгоритмов их разрешения
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -