<<
>>

Значение электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств по уголовному делу

Необходимость рассмотрения значения электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве обосновывается рядом проблем: общетеоретических, законодательных и правоприменительных.

Под значением понимается понятие, характеризующее языковое выражение с точки зрения предмета и содержания мысли[388]. Для того, что бы определить общетеоретические аргументы обоснования значения электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве необходимо предложить краткий теоретикобиблиографический экскурс в отечественную доктрину доказательств.

Одним из аспектов дискуссии является разграничение доказателвств и их источников. В частности Ф.Н. Фаткуллин определяет в качестве доказателвств - фактические данные, на основе которвіх устанавливаются исследуемые обстоятелвства уголовного или гражданского дела. К источникам же отнесены «средства сохранения и передачи фактической информации»: документы,

~ ^ ^ 393

показания свидетелей, протоколы следственных действии и другие средства .

По мнению профессора В.С. Балакшина, доказателвства в уголовном процессе представляют собой юридическую конструкцию (систему), включающую 3 основных элемента: 1) сведения о фактах, 2) источники этих сведений и 3) способ и порядок собирания, закрепления и проверки сведений о фактах и их источниках. Фактические данные (сведения о фактах) выполняют информативно-содержателвную функцию; их источники - функцию носителя; средства сохранения и передачи фактической информации - сохранительно- накопителвную функцию[389] [390].

С. А. Шейфер определяет в качестве доказателвств в уголовном судопроизводстве «сведения об обстоятелвствах, подлежащих доказыванию, полученные законным способом и облеченные в надлежащую процессуалвную форму - в форму показаний, заключений и др.».

Под источником же автором предлагается обозначатв «носителей доказателвственной информации (свидетелей, потерпевших, обвиняемых, подозреваемых, экспертов,

специалистов, а также предметы материалвного мира сохранившие на себе следы исследуемого события)»[391].

А.Р. Белкин в качестве доказательств определяет «любую информацию, на основе которой суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, входящих в предмет доказывания», а под источниками понимает «материальные носители, доступные для непосредственного восприятия участниками судопроизводства»386. Согласно определению П.А. Лупинской: «доказательство - это сведение, имеющее значение для установления обстоятельств уголовного дела, полученное и закрепленное в установленном законом порядке»[392] [393].

Ученые начали дискуссию о значении электронной информации в уголовном судопроизводстве еще в конце XX в.. Так, в 1988 г. И.З. Карась отмечает, что в зависимости от способов фиксации информации в памяти ЭВМ можно ставить вопрос об обособлении записей в памяти ЭВМ в новый класс информационно-вычислительных доказательств[394]. Продолжая развитие данной позиции Ю.М. Батурин предлагает рассматривать документальнокомпьютерные доказательства в качестве отдельного вида доказательств[395] [396]. В дальнейшем В.Б. Вехов отмечает необходимость применения особого порядка производства любых следственных действий, касающихся

400

непосредственно компьютерных систем и средств их защиты К.Б. Калиновским и Т.Ю. Маркеловой было указано, что электронная информация может иметь доказательственное значение в виде протоколов следственных действий, иных документов, вещественных доказательств и показаний. Современные правовые позиции о значении электронной информации в уголовном судопроизводстве рассмотрены прежде всего в рамках реформирования и модернизации уголовного процесса[397], расширения допустимых «электронных» следственных действий[398], развития электронного документооборота, судопроизводства[399] [400].

Особую актуалвноств имеет предложение А.С. Александрова, ввіступившего с инициативой создания «Института (лаборатории) по изучению проблем исполвзования электронной информации при раскрвітии преступлении»

Завершая общетеоретический экскурс, отметим дискуссию в литературе о понятии «электронное доказателвство», которое не является универеалвнвш или единвім. Дискуссия о значении «злектроннвіх доказателвств» в системе у головно-процес су алв нвіх доказателвств началасв с определения значения электронного документа[401] [402]. Отношение к электронному документу ввіражаетея в несколвких направлениях: как доказателвство, как сведения

и как вещественное доказателвство.

Первое направление связано с определением электронного документа в качестве самостоятелвного доказателвства. Так, Т.Э. Кукарникова определяет электронный документ, содержащий изложение фактов или обстоятелвств в качестве пиевменного доказателвства, в инвіх случаях, когда документ сохранил на себе следві преступления - в качестве вещественного

406

доказателвства .

Другая группа ученвіх рассматривает электроннвш документ

в качестве сведений. Так, А.В. Рвібин указвівает, что «электроннвш документ - это сведения об обстоятелвствах, подлежащих установлению по делу, записаннвіе на перфокарту, перфоленту, магнитнвш, оптический,

магнитооптический накопители, карту, флэш-памятв или иной подобный носители, полученнвш с соблюдением процес су алв но го порядка их собирания»[403] [404] [405]. В.К. Лисиченко, отмечал, что «электронный документ - это сведения о фактах и практической деятельности людей, закрепленные знаками искусственных языковых систем (машинных языков), которые в общенаучном и правовом смысле составляют самостоятельную разновидность документов» . Данное определение, на наш взгляд, в полной мере отражает характер электронных документов, их место в уголовном процессе. Продолжая исследование понятия электронного документа, ученые В.М.

Савинков и В. И. Першиков отмечали, что в качестве электронного документа, определяется «совокупность данных в памяти ЭВМ, предназначенных для восприятия человеком с помощью соответствующих знаков» . Данное определение, по нашему мнению, не определяет критерии и свойства электронного документа, позволяющего отождествить его среди прочей электронной информации.

Третья группа авторов относит электронные документы к вещественным доказательствам. Так, А.П. Вершинин отмечает: «электронная форма документа усложняет его использование, так как в отличии от письменных документов, электронные документы сами по себе не доступны человеческому восприятию, в связи с чем они имеют большее сходство с вещественными доказательствами»[406]. Такая позиция представляется не совсем корректной, так как, согласно ей, к вещественным доказательствам можно отнести аудио-, видеозаписи, графическую информацию и другую электронную информацию лишь на том основании, что для ее исследования и воспроизведения требуется использование технических средств. По мнению П.С. Пастухова к вещественным доказательствам следует относить электронную информацию полученную не от лица, а от объекта в результате применения цифровой техники[407]. П.С. Пастухов также считает, что «электронное доказательство» не составляет новый вид доказательства, так как электронная информация не создает качественно нового свойства у доказательства и что электронная информация вполне способна восприниматься одним из традиционных видов доказательств[408] [409]. По нашему мнению, данная позиция представляется дискуссионной, в виду того, что обнаружение, сбор, хранение, а также представление электронной информации требует отличных, от письменных и вещественных доказательств, методов и средств.

Далее было предложено разделять «электронные доказательства» в зависимости от их формы - на письменные документы и технические

413

носители .

По мнению С.П. Ворожбит, самостоятельным видом доказательства является не электронная информация, а электронный носитель информации, на котором она содержится.

В зависимости от формы информации, их следует относить к письменным, вещественным доказательствам либо аудиовидеозаписям[410].

В продолжении дискуссии было предложено рассматривать в качестве самостоятельного вида доказательства электронную информацию. Так, И.З. Карась отмечает, что в зависимости от способов фиксации информации в памяти ЭВМ можно ставить вопрос об обособлении записей в памяти ЭВМ в новый класс информационно-вычислительных доказательств[411]. По мнению Ю.М. Батурина доку ментально-компьютерные доказательства составляют отдельный вид доказательств[412].

В последнее время электронная информация рассматривается

в различных аспектах. Так, представляет научный интерес предложенное П.С. Пастуховым понятие «электронного вещественного доказательства». Автор относит к ним информационный объект, несущий компьютерный след, оставленный преступлением в информационной среде[413]. Впервые понятие «виртуальный след» было введено В. А. Мещеряковым[414]. Согласно предложенному В.Б. Веховым определению, электронно-цифровой след - это любая криминалистически значимая компьютерная информация, т.е. сведения (сообщения, данные), находящиеся в электронно-цифровой форме,

зафиксированные на материальном носителе, либо передающиеся по каналам связи посредством электромагнитных сигналов[415]. Действительно,

с практической точки зрения, при расследовании преступлений появились факты осмотров сайтов, восстановления и исследования удаленной электронной информации и т.д..

Таким, образом в результате анализа общетеоретических аргументов обоснования значения электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве отмечаем отсутствие единого подхода к определению правового статуса и доказательственного значения рассматриваемых правовых явлений. Кроме того, в литературе постепенно сформировалась возможность выделения понятия «электронное доказательство».

Однако, применение данного термина в системе уголовно-процессуального доказывания представляется несколько некорректным. Считаем, целесообразным применять в законодательстве универсальные понятия «электронная информация» и «электронный носитель информации». Так как термин электронная информация наиболее оптимально фиксирует и воспроизводит полученные объективные сведения. На наш взгляд, необходимо четко определить механизм применения электронной информации и электронных носителей информации в уголовном судопроизводстве.

Говоря о законодательных аргументах обоснования значения электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве отметим следующее.

Актуальность дифференциации видов электронной информации и электронных носителей информации, определения их доказательственного значения связана в первую очередь со становлением правового регулирования электронной информации и электронных носителей информации. Так, в последнее десятилетие бурное развитие отечественного законодательства в сфере правового регулирования применения электронных носителей информации и электронной информации позволило проанализировать последовательность в правовом регулировании значения электронной доказательственной информации. Наиболее значимыми на наш взгляд стали следующие нормативно правовые акты.

ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»[416], содержащий понятия «информация», «информационная система», «информационно-телекоммуникационная сеть», «обладатель информации», «распространение информации», «электронное сообщение», «электронный документ», «сайт в сети «Интернет» применяемые в уголовнопроцессуальном законодательстве.

ФЗ «Об электронной подписи»[417],определяющий правовой статус электронного документа, документа подписанного электронной подписью, признавая его равнозначным документом на бумажном носителе. Кроме того,

Правительством утверждены дополнительные требования к электронному

422

документу, а также процедуре его применения .

На основании тех правоотношений, которые регулируют указанные нормативно-правовые акты возникла необходимость правового регулирования получения электронных носителей информации и электронной информации. Поэтому имеет особое значение ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» от 22.12.2008 N 262-ФЗ, закрепляющий основные принципы, способы обеспечения доступа к информации о деятельности судов, правовом положении участников процесса, организации доступа к информации о деятельности судов, порядка предоставления такой информации, регламентирующий порядок взаимодействия судебных органов с редакциями средств массовой информации, а также определяющий права на доступ к информации о деятельности судов и контроль за обеспечением доступа к информации об их деятельности.

Таким образом, правовое регулирование электронной информации и электронных носителей информации вплотную обосновало необходимость их правового регулирования в у головно-процессуальных отношениях. В связи с чем, возникла необходимость начать дискуссию о месте и значении электронной информации и электронных носителей информации в уголовнопроцессуальной системе доказательств.

Современная система доказательств строилась на новом понятии доказательств и их перечне. Определяя в качестве доказательств в ст. 74 УПК РФ «сведения, на основе которых устанавливается наличие или отсутствие [418] обстоятельств, подлежащих доказыванию» законодатель расширяет круг допустимой при доказывании информации (в том числе электронной) в отличии от закрепленного в ст. 69 УПК РФСФСР определения доказательств в качестве «фактических данных, на основе которых устанавливается наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства».

Среди видов доказательств в ст. 74 УПК РФ выделены показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, заключения и показания эксперта и специалиста, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы. Как мы видим, в данных нормах отсутствуют понятия «электронная информация» и «электронный носитель информации», в качестве отдельного самостоятельного вида доказательств они не выделены. Возникает вопрос, существуют ли законодательные модели, позволяющие идентифицировать значение электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств других государств.

В ходе исследования зарубежного уголовно-процессуального законодательства был проанализирован применяемый понятийный аппарат и значение электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств. Так, например, в соответствии со ст.ст. 202 (32), 331 УПК Хорватии электронные доказательства (digitale vidence) являются самостоятельным источником доказательств, под которым понимается полученная в качестве доказательства информация в электронной (цифровой) форме[419]. В ст. 42 УПК КНР самостоятельным источником доказательств является аудио-, видеоматериалы[420].

Однако, проанализированное нами у головно-процессуальное законодательство большинства государств[421] не определяет электронную информацию или электронные носители информации в качестве отдельного вида доказательств.

Анализ текущих изменений у головно-процессуально го законодательства позволяет сделать вывод о том, что законодатель рассматривает электронный носитель информации в качестве «специального» вещественного доказательства, выделяя его в ст. 81.1, п. 5 ч. 2 и ч. 2.1 ст. 82, ч. 8 ст. 166, ч. 9.1 ст. 182, ч. 3.1 ст. 183 УПКРФ.

Электронная информация, не выделена в качестве самостоятельного вида доказательств (может быть отнесена к иным документам (ст. 86 УПК РФ), однако законодателем установлены специальные процессуальные действия их изъятия (копирования), осмотра, выемки (ч. 2.1. ст. 82, ч. 8 ст. 166, ч. 9.1 ст. 182, ч. 7 ст. 185 УПКРФ).

Таким образом, законодательное формулирование электронной

информации и электронных носителей информации в системе доказательств с формальной точки зрения отсутствует. Но в правовом поле применение электронной информации в доказывании в последнее время предприняло широкий характер, это связано, прежде всего, с материально правовыми нормами отечественного уголовного законодательства, в котором

регламентировано 45 составов преступлений[422], содержащих 26 терминов, связанных с электронной информацией[423]. А также складывающейся правоприменительной практикой, которая изобилует массой примеров применения электронной информации полученной из сети интернет.

Так, по уголовному делу о совершении покушения на убийство двух лиц, потерпевшей была представлена личная переписка с обвиняемым в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в которой содержались угрозы ее жизни и здоровью, признанная вещественным доказательством . По другому уголовному делу, житель г. Казани M., распространявший сведений экстремистского характера в социальной сети «Вконтакте», был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ[424] [425].

Таким образом, считаем, что нужно говорить о доказательствах как сведениях и источнике доказательств. Можно ли таковыми считать электронную информацию и электронный носитель информации? Мы считаем, что на сегодняшний день существует ряд аргументов позволяющих нам утверждать об аналогичности данных понятий. По нашему мнению следует рассматривать электронную информацию в качестве доказательства — сведений, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела Л электронный носитель информации в качестве источника доказательств — средства хранения и передачи электронной информации.

Третий аргумент, обосновывающий значение электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств связан с правоприменительной практикой. C конца 90-х годов XX века получило распространение производство изъятия электронных носителей информации (персоналиHBix компьютеров, мобильных устройств связи и т.д.), как одного из наиболее эффективного источника доказательств[426].

В целях обеспечения эффективного расследования уголовного дела, а также соблюдения прав и законных интересов участников процесса были приняты поправки в уголовно-процессуальное законодательство, направленные на совершенствование процедуры обыска, изъятия электронных носителей информации: регламентируется обязательное участие специалиста, процедура копирования электронной информации, расширяются права участников процесса - законных обладателей информации, владельцев электронных носителей информации[427]. Наиболее существенным достижением в правовом регулировании применения электронных технологий было принятие Федерального закона от 28.07.2012 N 143-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации». Законом вносились существенные изменения в правовое регулирование применения электронной информации и электронных носителей информации в уголовном судопроизводстве: а) впервые в УПК РФ подвергнуты правовому

регулированию понятия «электронный носитель информации» и «электронная информация»; б) правовому регулированию подверглись следующие процессуальные действия: изъятие электронных носителей информации (ч. 9.1. ст. 182, ч. 3.1. ст. 183 УПК РФ), копирование электронной информации (ч. 2.1. ст. 82, ч. 9.1. ст. 182, ч. 3.1. ст. 183 УПК РФ), хранение электронных носителей информации (п. 5 ч. 2 ст. 82 УПК РФ) ; в) расширен круг участников уголовного судопроизводства, регламентированы права и обязанности «законного владельца электронного носителя информации» (ч. 9.1. ст. 182, ч. 3.1. ст. 183 УПК РФ); г) разработан порядок хранения электронных носителей информации (п. 5 ч. 2 ст. 82 УПК РФ); д) предусмотрен механизм определения правовой судвбві извятвіх электронной носителей информации, электронной информации. В соответствии с ч. 9.1. ст. 182, ч. 3.1. ст. 183 УПК РФ электронный носители информации может бвітв передан законному владелицу изымаемых электронных носителей информации или обладателю содержащейся на них информации (ч. 4. ст. 81, и. 5 ч. 2 ст. 82 УПК РФ). Согласно и. 5 ч. 2 ст. 82 УПК РФ после проведения необходимых следственных действий электронный носители возвращается его законному владелицу, если это возможно без ущерба для доказывания.

Проведенный эмпирический анализ архивных уголовных дел, анкетирование практических работников выявило следующую картину. На вопрос «Применяете ли Вы электронные средства информации при доказывании по уголовному делу» 75% опрошенных следователей ответили утвердители но, сред них 69% исполвзуют электронные носители информации, 52% персоналвные компвютеры, 10% мулвтимедиа-проекторы и 31% иные технические средства.

Применение в доказывании электронных носителей информации и электронной информации позволяет установити событие преступления, виновности лица в совершении преступления, характер и размер вреда, обстоятелвства, характер из ирующие личности обвиняемого.

Таким образом, значение электронной информации, применяемой в качестве доказательства по уголовному делу заключается в том, что это сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Л значение электронного носителя информации в том, что он рассматривается в качестве источника доказательств — средства хранения и передачи электронной информации.

Изучение архива материалов уголовник дел показало, что в случае применения электронных носителей в доказвівании, назначаются компьютерно- технические экспертизы. По статистическим сведениям Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации общее количество назначеннвіх судебнвіх экспертиз за 2015 г. в уголовном судопроизводстве составило 12 733[428]. При этом в статистике, не отражен вид экспертного исследования. Группа вопросов поставленнвіх перед экспертом касается достоверности информации, идентификации и сохранности информации, типа аппаратного средства, его характеристики, назначения и т.д..

Как уже отмечалосв, уголовно-процессуалвное законодателвство не содержит определения «электронных доказателвств», тем не менее, гл. 10 УПК РФ ввіделяет «злектроннвіе носители информации», отнесеннвіе к вещественнвш доказателвствам (ст. 81 УПК РФ) и «инвіе носители информации», отнесеннвіе к инвш документам (ст. 84 УПК РФ), но не содержит их определений. Вместе с тем, процедура изъятия, хранения, представления и оценки электронных носителей информации и иных носителей информации имеет ряд особенностей и предъявляемых к ним требований. Так, например, в соответствии с ч. 9.1. ст. 182 УПК РФ изъятие электронных носителей информации производится с обязательным участием специалиста. Сложившаяся же судебная практика признает законной выемку электронных носителей информации без участия специалиста. Решения аргументируются тем, что в ходе выемки электронных носителей информации не производится ее копирование, в связи с чем, изъятие может быть проведено без участия специалиста[429]. Решения с подобной аргументацией были вынесены по ряду аналогичных дел[430].

Таким образом, правоприменительная практика выявила следующие значимые проблемы: 1) процессуальный порядок производства изъятия

электронной информации; 2) проблема допустимости применения электронной информации в уголовном судопроизводстве; 3) процессуальный порядок хранения электронной информации и электронных носителей информации; 4) отсутствие критериев оценки электронных носителей информации и электронной информации.

В результате проведенного исследования значения электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве считаем, что электронная информация и электронные носители информации, имеют социально-общественное, процессуально правовое и технико-криминалистическое значение.

Социально-общественное значение электронной информации и электронных носителей информации в уголовном судопроизводстве выражается в том, что действия лиц, связанных с созданием, распространением, модификацией и уничтожением электронной информации являются актом поведения, влекущим наступление юридических последствий. Так, действия по распространению материалов экстремистского содержания в сети «Интернет» имеют признаки преступления, предусмотренного ст. 282 УК РФ. Особым квалифицирующим признаком преступления предусмотренного ст. 228.1. УК РФ является распространение наркотических средств с использованием средств массовой информации либо электронных или информационно-телеко мму- кационных сетей. Отдельную категорию преступлений составляют компьютерные преступления, закрепленные в гл. 28 УК РФ. Преступной деятельностью являются также организация и проведение в сети «Интернет» азартных игр вне игровой зонві с исполвзованием игрового образования (ст. 171.2 УК РФ) и т.д.[431].

Кроме того, социалвно-общественное значение электронной информации в уголовном судопроизводстве выражается в регламентированном порядке распространения сведений о ходе уголовного дела. Так, участники уголовного судопроизводства, защитник, журналист не вправе разглашатв ставшие им известными данные предварителвного расследования (ст. 161 УПК РФ), требуется разрешение суда на трансляцию хода судебного заседания и установлен запрет на трансляцию судебных заседаний в ходе досудебного производства (ст. 241 УПК РФ).

Процессуалвно-правовое значение электронной информации позволяет высказатв мнение о том, что согласно ст. 144 УПК РФ «информация», «источник информации», «средства массовой информации» обладают специалвным правовым статусом при проверке сообщения о преступлении, распространенном в средствах массовой информации. Под средством массовой информации в соответствии со ст. 2 Закона РФ «О средствах массовой информации»[432] понимается периодическое печатное издание, сетевое издание, телеканал, радиоканал, телепрограмма, радиопрограмма, видеопрограмма, кинохроникалвная программа, иная форма периодического распространения массовой информации под постоянным наименованием (названием). В связи с этим, возникает неопределенноств правового статуса информации, размещенной в социалвных сетях, т.е. в информационных средствах не отнесенных к СМИ.

Считаем необходимым дополнить статью 144 УПК РФ частью 2.2. следующего содержания: «2.2. По сообщению о преступлении, распространенном в электронной информационной сети «Интернет», проверку проводит по поручению прокурора орган дознания, а также по поручению руководителя следственного органа следователь. Оператор сети, обладатель информации, владелец соответствующего информационного ресурса в телекоммуникационной сети «Интернет» обязаны передать по требованию прокурора, следователя или органа дознания имеющиеся в их распоряжении документы и материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию.

Технико-криминалистическое значение электронной информации и электронных носителей информации выражается в том, что в соответствии с ч. 8 ст. 166 УПК РФ фотографические негативні и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммві допроса, кассетві видеозаписи, чертежи, планві, схемы, слепки и оттиски следов, ввіполненнвіе при производстве следственного действия, а также злектроннвіе носители информации, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия применяются в качестве приложения к протоколу.

Доказателвственное значение на наш взгляд может иметв электронная информация и электронный носители информации как вещественное доказателвство. Представляется, что можно ввісказатв дифференцированнвш подход к проблеме существования злектроннвіх доказателвств в уголовном судопроизводстве.

C учетом того, что объективно существуют правоввіе уголовно- процессуальные понятия «электронный документ», «электронная подпись», «электронный способ выполнения процессуальных документов», «электронная информация», «электронный носитель информации», можно предложить следующее:

1) Включить в понятие доказательств не только любые сведения, но и электронную информацию (сведения). Часть 1 статьи 74 УПК РФ после слов

«любые сведения» дополнить словами «электронная информация (сведения)».

2) Включить в перечень правовых явлений, которые допускаются в качестве доказательств электронные носители информации. В связи с этим дополнить часть 2 статью 74 УПК РФ пунктом 7, следующего содержания:«7) электронные носители информации.»

Таким образом, анализ действующего законодательства и правоприменительной практики в сфере применения электронной информации и электронных носителей информации в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве позволяет сделать следующие выводы:

Во-первых, электронную информацию следует рассматривать в качестве доказательства — сведений, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель устанавливает наличие ши отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Л электронный носитель информации в качестве источника доказательств — средства хранения и передачи электронной информации.

Во-вторых, электронная информация и электронные носители информации в системе доказательств в уголовном судопроизводстве имеют социально-общественное, процессуально-правовое и технико-криминалистическое значение.

В-третьих, выявлены проблемы правового регулирования отдельных видов электронных документов, их применения; необходимо регламентировать правша о защите, хранении данных электронных источников информации; следует определить критерии достоверности «электронных доказательств», поскольку они обладают специфическими свойствами, которые необходимо учитывать при их применении.

392

2.2.

<< | >>
Источник: СЕРГЕЕВ МАКСИМ СЕРГЕЕВИЧ. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРИМЕНЕНИЯ ЭЛЕКТРОННОЙ ИНФОРМАЦИИ И ЭЛЕКТРОННЫХ НОСИТЕЛЕЙ ИНФОРМАЦИИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: отечественный и зарубежный опыт. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2018 Казань. 2018

Еще по теме Значение электронной информации и электронных носителей информации в системе доказательств по уголовному делу:

  1. § 1.2. Особенности отображения внешнего облика человека на видеозаписи как носителе портретной информации
  2. Протоколы следственных действий как источники доказательств в уголовном процессе
  3. Иные документы как источники доказательств: понятие, виды и их значение в доказывании по уголовному делу
  4. § 2. Формирование доказательств в формате предварительного следствия или дознания
  5. 2.1. Сущность, понятие и значение вещественных доказательств в уголовном процессе
  6. Допустимая процессуальная форма вещественных доказательств в уголовном процессе
  7. § 1. Использование информации, представленной в электронном виде, для выявления и раскрытия преступлений в стадии возбуждения уголовного дела
  8. § 3. Представление, исследование и оценка как доказательства информации, представленной в электронном виде, при рассмотрении судом уголовного дела по существу
  9. § 2. Классификация доказательств и виды доказательств в уголовном процессе Социалистической Республики Вьетнам и Российской Федерации
  10. Исторические аспекты становления и развития правового регулирования применения электронной информации и электронных носителей информации в отечественном уголовномсудопроизводстве
  11. Зарубежный опыт правового регулирования применения электронной информации и электронных носителей информации по уголовнопроцессуальному законодательству государств-участников СНГ
  12. Особенности правового регулирования применения электронной информации и электронных носителей информации по уголовнопроцессуальному законодательству государств романо-германской и англо-американской системы права
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -