<<
>>

Особенности применения электронной информации и электронных носителей информации в судебном производстве

Реформирование уголовного судопроизводства в последние годві направлено на «электронизацию» судопроизводства, введение электронного документооборота и расширение применения информационнвіх технологий[580].

Помимо особенностей механизма и порядка обнаружения, сбора, хранения электронной информации и злектроннвіх носителей информации следует отметитв особенности их применения на этапе судебного производства. В ходе судебного производства электронная информация и злектроннвіе носители информации применяются в качестве доказательств, источников доказательств, а также средств обеспечивающих электронное сопровождение судебного процесса.

Говоря о доказателвственном значении электронной информации и электроннвк носителей информации на этапе судебного разбирательства, следует в первую очередь отметить проблемы оценки, представления, а также определение правовой судьбы таких доказательств.

Проблема оценки доказательств актуальна на каждом этапе развития уголовного судопроизводства как в дореволюционный период[581] [582] [583] так и сегодня. Стоит согласиться с высказыванием В.Д. Арсеньева, что оценка доказательств является «душой у голо вно-процессуального доказывания» . Под оценкой доказательств понимается логический, мыслительный процесс, направленный

578

на установление роли и значения доказательств для установления истины . Ф.Н. Фаткуллин определяет оценку доказательств как самостоятельный элемент процессуального доказывания, заключающийся в определении свойств и значения тех отдельных средств, при помощи которых осуществляется это доказывание и достигается его цель по делу[584] [585] [586] [587]. 3.3. Зинатуллин выделил в оценке доказательств внутреннюю (логическую) и внешнюю (правовую)

582

стороны

Отечественная теория доказательств основана на принципе свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению в соответствии со ст.

17 УПК РФ. Однако свободная теория доказательств была имплементирована в 1864 г.

не полностью, а лишь в части оценки доказательств. Порядок собирания же доказательств основан на теории формальных доказательств, что проявляется в исчерпывающем перечне источников доказательств и допустимых следственных действиях[588] [589].

Сущность производства оценки доказательств выражается в получении новых знаний о фактах и обстоятельствах подлежащих доказыванию. Мы солидарны с позицией В. С. Балакшина, который к субъектам оценки доказательств относит органы и должностных лиц, на которых законом возложено бремя доказывания - суд, прокурор, следователь, органы дознания дознаватель (ч.ч. 2 и 3 ст. 88 УПК РФ) . Однако, стоит отметить, что другие участники уголовного судопроизводства принимают участие в оценке доказательств путем заявления ходатайств о недопустимости доказательств и исключении их из уголовного дела, путем обжалования незаконных действий или бездействия должностных лиц (п.п. 4, 5 ст. 354 УПК РФ). По мнению П.С. Пастухова: «Только суд проверяет и оценивает доказательство и делает вывод о его состоятельности, доказательственной силе»[590]. Данная позиция верна отчасти, на наш взгляд, суд, действительно оценивает представленные доказательства и на основе собственного мнения принимает решение на основе допустимых доказательствах, однако для того, что бы то или иное доказательство было представлено для оценки суду, необходимо обнаружить, изъять, произвести фиксацию необходимых сведений[591].

Роль оценки доказательств некоторыми авторами определена

в установлении толвко достоверности и достаточности , либо в определении

588

силы и значения каждого доказателвства и всех доказателвств в отделвности . В свою очереди, законодателем в ч. 1 ст. 88 УПК РФ ввіделено три свойства, которыми должнві обладатв сведения для признания их уголовно- процессуальным доказателвством: 1) относимости; 2) допустимости;

3) достоверности.

Несоответствие сведений хотя бы одному из даннвіх условий, влечет невозможности исполвзования их в качестве доказателвств по уголовному делу. Единство всех трех составляющих образуют свойства достаточности доказателвств.

Под относимоствю понимается связи фактических даннвіх с обстоятелвствами дела, способности доказателвств свидетелвствоватв о фактах. Формулирования правил определения относимости доказателвств является актуальным и насущным вопросом в современном уголовном процессе. Как отмечает А.С. Александров: «критерий относимости весьма затруднительно определить в законе и применить в ходе собирания, представления, проверки и оценки доказательств»[592] [593] [594].

При оценке относимости электронной информации изучается как содержание электронной информации, так и ее атрибуты: расположение, размер, дата модификации, и т.д. Так, согласно материалам уголовного дела № 10-122-4 была доказана вина подсудимого в совершении неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации, повлекшего блокирование компьютерной информации (ч. 1 ст. 272 УК РФ).

Доказательством виновности послужили данные лог-файлов[595].

Допустимость - это свойство, означающее, что доказательство получено из надлежащего источника, управомоченным лицом, законным способом и облечено в надлежащую форму[596]. С.А Шейфер отмечает, что доказательство может быть признано недопустимым, когда применимый познавательный прием оказывается недостаточно эффективным[597].

Доказательства, полученные с нарушением требований установленных у головно-процессуальны м законодательством являются недопустимыми и не могут быть использованы для доказывания обстоятельств по делу. Признать доказательство недопустимым вправе прокурор, следователь, орган дознания по ходатайству подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе (ч. 3 ст. 88 УПК РФ). Н.А. Зигура и А.В. Кудрявцева отмечают, что: «требования допустимости компьютерной информации как самостоятельного вида доказательств должны выполнять следующие функции: охранительную (гарантирует права и свободу личности, вовлеченной в сферу уголовного судопроизводства); регулятивную (упорядочивает процесс получения компьютерной информации в соответствии с законом); познавательноудостоверительную (обеспечивает достоверность и целостность компьютерной информации при ее получении, а также при необходимости ее копирования на другой материальный носитель)»[598].

Таким образом, общая концептуальная основа оценки доказательств позволяет сформулировать критерии оценки электронной информации и электронных носителей информации. Критерий оценки - признак, на основании которого производится оценка, определение, классификация сведений.

Оценивая критерий допустимости электронной доказателвственной информации следует учшыватв способві и методві обнаружения, сбора и хранения злектроннвіх доказателвств. При оценке допустимости таких доказателвств, следует установити следующие фактвт надлежащий субъект собирания доказателвств; соблюдение процессуальных требований

к производству сбора доказательств; надлежащее процессуальное оформление; обеспеченность соблюдения правил хранения.

Таким образом, электронные носители информации и электронная информация должны быть признаны недопустимым доказательством, в случае если: 1) сбор доказательств был произведен неуполномоченным субъектом; 2) нарушены процессуальные требования к сбору доказательств; 3) допущены нарушения требования процессуального оформления доказательств;

4) нарушены правила хранения электронных доказательств; 5) в ходе сбора доказательств было допущено нарушение прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией РФ и международными актами.

В литературе под достоверностью доказательств понимается свойство сведений, означающее его соответствие действительности[599]. Однако, стоит согласиться со справедливым замечанием И.В. Овсянникова, что оценка любого доказательства с точки зрения достоверности предполагает сопоставление и сравнение этого доказательства не с объективной действительностью, а с другими доказательствами по делу, со сведениями, полученными из иных источников[600] [601] [602] [603]. Обоснована позиция Н.А. Зигуры, о том, что при оценке достоверности компьютерной информации следует учитывать «анализ всего процесса ее формирования, а именно: условий восприятия, фиксации, закрепления (запечатления), передачи сведений о фактах, полученных из данного источника; условий появления, сохранения и копирования на материальный носитель (если это требуется); хода экспертного исследования и правильности его отображения в заключении; происхождения и состояния компьютерной информации, представленной следователю (суду)»596.

По нашему мнению, критериями достоверности доказательств в электронной форме является их: а) аутентифицируемость597,

б) идентифицируемость598; в) верифицируемость[604]; г) неизменность[605]; и д) воспроизводимость[606].

Единство относимости, допустимости и достоверности образуют свойства достаточности доказательств. Под достаточностью понимается оценка количественной характеристики доказательств, осуществляющаяся согласно внутреннему убеждению субъекта доказывания с учетом требования

закона об обоснованности процессуального решения и выработанных

- 602 практикой стандартов доказывания .

Традиционно мнение Р.С. Белкина о том, что нет необходимости в сборе всех относящихся к делу доказательств, по его утверждению сбор доказательств «прекращается после того, как установлен предмет доказывания в необходимых по данному делу пределах. Дальнейшее собирание доказательств может повлечь за собой неоправданное увеличение сроков расследования, искусственное усложнение материалов дела, ненужное расходование времени, сил и средств»[607] [608]. Аналогично при оценке достаточности электронной информации нет необходимости исследовать всю информацию, содержащуюся на электронном носителе, страницы сети Интернет и т.д. Таким образом, можно выделить «излишние электронные доказательства», иными словами это сведения в электронной форме имеющие значения для расследования уголовного дела, однако обнаружение и сбор которых, представляется нецелесообразным в виду наличия достаточных доказательств по делу.

Актуальность вопроса особенности оценки электронной информации и электронных носителей информации заключается в том, что в сравнении с другими видами доказательств оценка таких сведений представляет наибольшую сложность[609]. Следует различать подходы к оценке электронных носителей информации и оценке электронной информации. Как уже отмечалось, уголовно-процессуальное законодательство не содержит определений электронной информации, электронных носителей информации, их видов, что порождает проблемы при оценке таких доказательств.

Так, например, следует отличать особенности процедуры оценки электронного текстового документа и вредоносной программы, платежных карт и электронных носителей информации. Особенность оценки таких сведений состоит в специальных методах ее проведения. Уже в 70-е годы XX века в литературе высказано мнение о необходимости использования при оценке электронной информации электронно-вычислительных средств. Однако, по мнению ряда авторов, создание экспертных систем, способных выполнять такую работу вызывало скептическое или даже резко отрицательное отношение у советских процессуалистов[610].

Особую роль в оценке электронной информации и электронных носителей информации занимает эксперт и специалист. А. С. Александров и С.И. Kyбычков отмечают: «Современные методы судебной экспертизы позволяют установить аутентичность цифровых фонограмм и видео фоно грамм. Важным в тактическом отношении является участие в судебном заседании специалиста, эксперта при представлении обвинительного доказательства в виде электронного документа. Компетентное в сфере компьютерных технологий лицо должно дать необходимые пояснения суду и участникам процесса с тем, чтобы рассеять сомнения в достоверности и допустимости представляемого доказательства, разоблачить недобросовестные попытки оппонента опорочить данное доказательство, доходчиво объяснить технические моменты»[611]. П.С. Пастухов отмечает: «такого рода разъяснения, интерпретация информации особо важны в суде, а еще более при доказывании в суде с участием присяжных заседателей, для которых особо важна доступность и понятность сведений, только в этом случае они могут их убедить»[612].

В связи с этим, можно выработать следующие требования, предъявляемые к заключению эксперта и специалиста по результатам

компьютерной и компьютер но-технической экспертиз: 1) относимость ;

2) допустимость[613] [614]; 3) правильность[615]; 4) обоснованность[616]. В свою очередь, ряд авторов полагают, что оценить обоснованность заключения не представляется возможным и этот вопрос не должен входить в круг оцениваемых следователем и судом составляющих экспертного исследования, поскольку для такой оценки они должны обладать теми же познаниями, что и эксперт[617]. На наш взгляд, определить обоснованность представляется возможно благодаря такому критерию как воспроизводимость[618].

Обоснованы выводы Н.А. Зигуры и А.В. Кудрявцевой о том, что большинство судей, следователей, дознавателей, не способны самостоятельно оценить научную обоснованность[619]. Однако, зачастую оценка электронной информации и электронных носителей информации возможна без участия специалиста непосредственно в ходе судебного следствия[620]. Придерживаясь мнения о необходимости повышения квалификации судей, следователей, дознавателей в части исполвзования информационнвіх технологий в доказвівании считаем необходимвш исключитв обязателвное участие специалиста при исследовании электронной информации и электроннвк носителей информации в далвнейшей перспективе развития уголовно- процессуалвного законодателвства. На наш взгляд, профессионалвное обучение субъектов доказвівания в данной сфере позволит поввіситв качество, уровенв оценки доказателвств и способствует ввшесению объективных, справеддиввіх решений. Привлечение же специалиста при исследовании доказателвств, представляется необходимвш лишв в и с ключ ит ел в HBix случаях, когда при исследовании доказателвств возникают затруднения.

Таким образом, в ходе исследования процедуры оценки электронных носителей информации и иных носителей информации с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности нами выделены следующие особенности:

1. Электронная информация и электронный носитель информации могут быть признаны недопустимыми доказательствами в случае, если:

1) сбор доказательств был произведен неуполномоченным субъектом;

2) нарушены процессуальные требования к сбору доказательств; 3) допущены нарушения требования процессуального оформления доказательств; 4) нарушены правила хранения электронных доказательств; 5) в ходе сбора доказательств было допущено нарушение прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией РФ и международными актами.

2. Выделены и даны определения критериев достоверности

доказательств в электронной форме: а) аутентифицируемостъ,

б) идентифицируемость, в) верифицируемостъ, г) неизменность и д) воспроизводимость.

3. Определены требования, предъявляемые к заключению эксперта и специалиста по результатам компьютерной и компьютерно-технической экспертиз электронной информации и электронных носителей информации: 1) относимость; 2) допустимость; 3) правильность; 4) обоснованность; 5) воспроизводимость.

4. Выработаны рекомендации по реформированию системы и методов оценки электронной информации и электронных носителей информации: повышение уровня квалификации субъектов доказывания в сфере информационных технологий.

Рассматривая электронную информацию и электронные носители информации в качестве средств обеспечивающих электронное сопровождение судебного процесса следует отметитв исполвзование программнвіх средств государственно автоматизированной системні «Правосудие»[621].

ГАС «Правосудие» состоит из 26 подсистем[622]. Даннвіе подсистемві направленні на реализацию положений УПК РФ о распределении уголовнвіх дел, о порядке рассмотрения внепроцессуалвнвіх обращений граждан, функционировании системні видеоконференцсвязи, о порядке электронного документооборота, реализации принципов открвітости, гласности, и независимости судей, состязателвности сторон и т.д.. Определен порядок рассмотрения внепроцессуалвнвіх обращений поступивших судвям по уголовнвш делам, находящимся в их производстве (ч. 3 ст. 8.1, ч. 3 ст. 61 УПК РФ), которвіе должнві бвітв размещенві в информационнотелекоммуникационной сети Интернет. Порядок размещения таких обращений регламентирован Приказом Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 11.12.2013 № 241 «Об утверждении Порядка размещения в информационнотелекоммуникационной сети Интернет информации о внепроцессуалвнвіх обращениях». При помощи государственной автоматизированной системні формируется состав суда для рассмотрения уголовного дела (ст. 30 УПК РФ) и производится распределение поступивших дел в соответствии с инструкциями по судебному делопроизводству[623].

Кроме того, в целях содействия судопроизводству применяется система видеоконференцсвязи (ВКС). Так, при помощи системні BKC допускается представление доказателвств сторонами и их исследование судом (ч. 8 ст. 389.13 УПК РФ), а также участие в судебном процессе обвиняемого (ч. 6 ст. 35 УПК РФ), свидетеля (ч. 4 ст. 240, 278.1 УПК РФ) , потерпевшего (ч. 4 ст. 240, ч. 2.1. ст. 399 УПК РФ), подсудимого (ст. 293 УПК РФ), осужденного (ч. 2 ст. 189.12, ч. 2 ст. 399 УПК РФ) в порядке утвержденнвш регламентом организации применения видеоконференцсвязи в федералвнвіх судах общей юрисдикции[624] [625]. Согласно статистическим даннвш судебного департамента в 2016 г. по сравнению с 2015 г. более чем в два раза увеличилосв количество уголовник дел по которвш применяласв система BKC: в 2015 система BKC

применяласв по 32 855 уголовнвш делам; в 2016 г. - по 65 462 уголовнвш

620

делам .

Кроме того, особой формой применения электронных средств в ходе судебного процесса является протоколирование судебного заседания и трансляция судебного процесса.

Уголовно-процессуальны м законодательством не предусмотрено

обязательное аудио- или видеопротоколирование судебного заседания. В соответствии с ч. 2 ст. 259 УПК РФ протокол судебного заседания может быть написан от руки, или напечатан на машинке, или изготовлен с использованием компьютера. Кроме того, при его ведении могут быть использованы стенографирование, а также технические средства. Однако, согласно ч. 5 ст. 241 УПК РФ фиксировать ход процесса вправе лица присутствующие в открытом заседании, при указании отметки об этом в протоколе судебного заседания, а также приложении полученных материалов фотографирования, аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки к материалам уголовного дела (ч. 5 ст. 259 УПК РФ).

Особый интерес представляет допустимость трансляции хода судебного заседания. В результате принятия Федерального закона от 28.03.2017 № 46-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» были внесены поправки, касающиеся порядка фиксации судебного процесса, а также его трансляции по радио, телевидению и информационнотелекоммуникационной сети «Интернет» только на основании разрешения председательствующего в судебном заседании (ч. 5 ст. 241 УПК РФ)[626].

В результате анализа правового регулирования порядка проведения трансляций хода судебного заседания нами было выделено 3 проблемы: во-первых, допустимость ограничения трансляций открытых судебных заседаний; во-вторых, не определены допустимые формы трансляций; в-третьих, отсутствие законодательного закрепления понятия «трансляция».

Внесенные изменения некоторыми практикующими процессуалистами были восприняты негативно в виду того, что они ограничивают конституционнвіе права граждан, а также препятствуют реализации принципа гласности судопроизводства[627]. Однако, несмотря на критику пришлых поправок такие действия законодателя вполне последовательны, так как направлены в первую очередь на обеспечение безопасности участников процесса и соблюдения их законных прав и интересов. Кроме того, данные положения схожи с аналогичными ограничениями, содержащимися в процессуальном законодательстве зарубежных стран (США, Англии, Шотландия, Португалия и др.).

На стадии досудебного производства судебное заседание проводится: 1) по вопросу разрешения производства следственных и иных процессуальных действий (ч. 2 ст. 29 УПК РФ); 2) по вопросу разрешения жалоб на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания (ч. 3 ст. 29, ст. 125 УПК РФ).

Логика законодателя при ограничении трансляций судебных заседаний при разрешении вопросов производства следственных и иных процессуальных действий ясна - изменения направлены на реализацию положений ст. 161 УПК РФ в целях недопущения разглашения данных предварительного расследования.

Однако, вопросы разрешения жалоб на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» происходит в форме осуществления правосудия по правилам состязательного судопроизводства в открытом судебном заседании, за исключением случаев, предусмотренных ст. 241 УПК РФ.

В соответствии с Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2012 г. N 35 «Об открвітости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятелвности судов» открвітоств и гласноств судопроизводства, своевременное, квалифицированное, объективное информирование общества о деятелвности судов общей юрисдикции способствуют поввинению уровня правовой осведомленности о судоустройстве и судопроизводстве, являются гарантией справедливого судебного разбирательства, а также обеспечивают общественный контроль за функционированием судебной власти.

По нашему мнению, не следует ограничивать трансляцию открытых судебных заседаний при рассмотрении судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ. В случае расширения полномочий судей при разрешении пределов открытости судебного разбирательства, возникает вопрос о допустимости ограничения права на распространение информации об открытом судебном разбирательстве. Представляет интерес позиция Европейского суда по правам человека, изложенная в решении по делу Pinto Coelho v. Portugal (no. 48718/11)[628].

Таким образом, несмотря на внесенные изменения в УПК РФ, регламентирующие порядок ограничения фиксации и трансляции хода судебного заседания, такой запрет может быть признан неправомерным.

Вторая выявленная нами проблема касается неопределенности допустимых форм трансляций. Так, в результате регламентации запрета трансляции открытого судебного заседания на стадии досудебного производства не определен порядок и допустимость текстовых трансляций. В соответствии с и. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации от 13 декабря 2012 г. N 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятелвности судов» не предусматривается обязанноств лиц, присутствующих в открвітом судебном заседании и фиксирующих его ход в писвменной форме и (или) с помощвю средств аудиозаписи, уведомлятв суд и получать у него разрешение на фиксацию хода судебного разбирательства в данных формах. Однако, исходя из закрепленного порядка в ч. 5 ст. 241 УПК РФ не допускается любая трансляция, включая аудио-, видео-, фото- и текстовую трансляцию.

В-третьих, регламентируя порядок трансляции хода судебных заседаний, законодатель не определяет понятия «трансляция», в связи с чем возникают проблемы правоприменения. Но следует отметить, что в разработанных в законопроекте[629] поправках было предложено разграничивать три вида трансляции судебного заседания: 1) отсроченная трансляция[630], 2) прямая трансляция[631] и 3) частичная трансляция[632]. Однако, в принятых поправках в УПК РФ применяется термин «трансляция» без указания его вида. В этой связи следует унифицировать применяемую в законодательстве терминологию.

Кроме того, необходимо регламентировать порядок трансляций судебных заседаний, закрепить понятие и способы трансляций судебного заседания. Также с целью совершенствования уголовно-процессуального законодательства и обеспечения баланса охраны прав, свобод и безопасности участников судопроизводства, а также реализации принципа гласности судебного разбирательства считаем необходимым регламентировать порядок видео протоколирования судебного заседания и размещения видеозаписи в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Таким образом, в результате проведенного исследования нами были выделены следующие особенности применения электронной информации и электронных носителей информации в суде первой инстанции:

1. Электронная информация и электронные носители информации в суде

первой инстанции применяются в качестве доказательств, источников доказательств, а также средств обеспечивающих электронное

сопровождение судебного процесса.

2. Нами выделено три основные проблемы применения электронной доказательственной информации в суде первой инстанции: а) проблемы оценки, б) представления, в) определение правовой судьбы.

3. Выработаны критерии оценки электронной информации и электронных носителей информации:

1) Критерии допустимости: а) сбор доказательств должен быть произведен уполномоченным субъектом; б) соблюдены процессуальные требования к сбору доказательств; в) соблюдены требования процессуального оформления доказательств; г) не нарушены правила хранения электронных доказательств; д) в ходе сбора доказательств обеспечено соблюдение прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией РФ и международными актами.

2) Критерии достоверности: а) аутентифицируемостъ — свойство сведений в электронной форме, позволяющее определить их подлинность;

б) идентифицируемость — свойство сведений в электронной форме, позволяющее определить субъект его создания, модификации;

в) верифицируемостъ — свойство сведений в электронной форме, позволяющее определить дату, способ, место (информационную среду) их создания, модификации; г) неизменность — условие сохранения их целостности; д) воспроизводимость — свойство сведений в электронной форме, позволяющее продемонстрировать информацию доступным для восприятия способом.

4. Выработаны следующие требования, предъявляемые к заключению эксперта и специалиста по результатам компьютерной и компьютернотехнической экспертиз: а) относимость — свойство заключения эксперта, специалиста, позволяющее установить наличие или отсутствие искомых по делу обстоятельств; наличие связи с конкретным уголовным делом; б) допустимость — соответствие заключения эксперта требованиям норм уголовно-процессуального права; в) правильность — это соответствие выводов эксперта, специалиста законам и правилам формальной логики, доказанность выводов результатами проведенного исследования, а также их аргументированность, убедительность; г) обоснованность — соответствие исследовательской части заключения эксперта, специалиста его результатам, выводам.

5. Выработаны рекомендации по реформированию системы и методов оценки электронной информации и электронных носителей информации: повышение уровня квалификации субъектов доказывания в сфере информационных технологий.

6. В качестве средств обеспечивающих электронное сопровождение судебного процесса электронная информация и электронные носители информации применяются при распределении уголовных дел, рассмотрении внепроцессуалъных обращений граждан, функционировании системы видеоконференцсвязи, электронного документооборота, протоколирования судебного заседания, фиксации и трансляции судебного заседания.

В результате проведенного исследования считаем необходимым внести следующие изменения в УПК РФ:

1. Изложить часть 2 статьи 259 в следующей редакции .'«Протокол составляется письменно от руки, или напечатан на машинке, или изготовлен с использованием компьютера. Для обеспечения полноты протокола изготавливается аудио- и видеозапись судебного заседания.»

2. Дополнить статью 474.1. частью 4 следующего содержания: «Аудио- видеозапись судебного заседания, за исключением случаев, если они содержат сведения, составляющие охраняемую федеральным законом тайну, затрагивающие безопасность государства, права и законные интересы несовершеннолетних, решения по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности, размещаются на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

2.5.

<< | >>
Источник: СЕРГЕЕВ МАКСИМ СЕРГЕЕВИЧ. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ПРИМЕНЕНИЯ ЭЛЕКТРОННОЙ ИНФОРМАЦИИ И ЭЛЕКТРОННЫХ НОСИТЕЛЕЙ ИНФОРМАЦИИ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: отечественный и зарубежный опыт. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. 2018 Казань. 2018

Еще по теме Особенности применения электронной информации и электронных носителей информации в судебном производстве:

  1. § 2. Особенности построения компьютерных моделей расследования отдельных видов преступлений в сфере компьютерной информации
  2. 11. Особенности производства отдельных следственных действий
  3. §2.2. Особенности первоначального этапа расследования хищений, совершенных с использованием интернет-технологий.
  4. § 3. Процессуальные особенности и отличие получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами от иных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий
  5. § I. Процессуально-технические принципы получения отображений опосредствованных источников информации
  6. §1. Понятие и признаки секрета производства в гражданском праве
  7. § 2. Понятие и сущность уголовно-процессуального доказывания с учетом особенностей представления информации о фактах в электронном виде
  8. § 3. Общетеоретические основы использования в уголовно процессуальном доказывании информации о фактах в электронном виде
  9. § 1. Использование информации, представленной в электронном виде, для выявления и раскрытия преступлений в стадии возбуждения уголовного дела
  10. § 2. Использование информации, представленной в электронном виде, в ходе уголовно-процессуального доказывания на стадии предварительного расследования[300] [301]
  11. § 3. Представление, исследование и оценка как доказательства информации, представленной в электронном виде, при рассмотрении судом уголовного дела по существу
  12. §3. Защита и особенности гражданско-правовой ответственности за нарушение интеллектуальных прав на базы данных
  13. Исторические аспекты становления и развития правового регулирования применения электронной информации и электронных носителей информации в отечественном уголовномсудопроизводстве
  14. Зарубежный опыт правового регулирования применения электронной информации и электронных носителей информации по уголовнопроцессуальному законодательству государств-участников СНГ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -