<<
>>

§ 2.3. Тактические особенности использования медицинских знаний при производстве отдельных следственных действий

Официальную статистику по участию лица, обладающего знаниями в области медицины при производстве отдельных следственных действий (за исключением следственного эксперимента) в Российской Федерации не ведут.

ЛЛЛ

Приказом Минздрава РФ от 22.10.2001 № 385 утверждена «форма № 42 отчет врача - судебно-медицинского эксперта, бюро судебно-медицинской экспертизы». Данная форма отчета, кроме информации по непосредственной деятельности судебно-медицинского эксперта, содержит сведения по общему числу оказанных судебно-медицинским экспертом консультаций работникам правоохранительных органов, участий в следственных экспериментах и в судебных заседаниях. [221]

Анализ судебной практики позволяет утверждать, что осужденные регулярно обжалуют в ходе судебного производства по рассматриваемой категории преступлений деятельность следователя (дознавателя) по собиранию доказательств, указывают в своих жалобах на допущенные в ходе расследования преступлений против личности существенные нарушения уголовно-

процессуального закона.

Наиболее показательным является следующий пример из судебной практики. В своей апелляционной жалобе адвокат указал, что суд уклонился от оценки существенных нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе предварительного расследования уголовного дела, которые привели к лишению и ограничению прав подозреваемого и обвиняемого С., гарантированных УПК РФ и Конституцией Российской Федерации. Так, допрошенные в судебном заседании свидетели С. и Я. пояснили, что не видели, как С. наносил удары Г., а только предполагают, поскольку С. махал руками. Кроме того, в показаниях указанных свидетелей, которые они давали неоднократно, количество ударов, якобы нанесенных С. Г., уменьшалось с каждым допросом. При проведении вскрытия и исследования трупа Г. было обнаружено лишь одно повреждение в области головы. Остальные травмы и повреждения эксперт отнес, как образовавшимся в ходе медицинского вмешательства и лечения.

Кроме того, судом не установлена степень тяжести повреждений, причиненных осужденному С., что привело к вынесению незаконного приговора и не установлению и оценке обстоятельств, свидетельствующих о необходимой обороне от действий Г. В приговоре суд установил противоправность действий потерпевшего Г., однако вынес незаконный приговор, не установил характер действий и насилия потерпевшего Г. в отношении осужденного при нанесении одного удара стержнем отвертки в области головы. Суд не дал оценки противоречиям в показаниях свидетелей С. и Я., что привело к не установлению [222] фактических обстоятельств необходимой обороны С. от противоправных насильственных действий Г.[223]

Необходимость привлечения специалиста в области судебной медицины к участию в производстве следственного действия решается самостоятельно следователем (дознавателем). При этом учитывается сложившаяся следственная ситуации, обстоятельств, подлежащие установлению либо уточнению с помощью лица, обладающего специальными знаниями.

Основанием привлечения лица, обладающего знаниями в области судебной медицины, к совместному производству следственных действий является необходимость применения медицинских знаний, исключающая обязанность или потребность производства судебной экспертизы. Следует полагать, что практическая деятельность должна складываться следующим образом. Если для получения выводов лица, обладающего знаниями в области медицины необходимо провести лабораторные исследования, то следователь обязан назначить судебно-медицинскую экспертизу. Если же исследование может ограничиться лишь внешним осмотром, измерением, получением информации из справочных материалов, каталогов, словарей и других источников информации, то следователь может пригласить лицо в качестве специалиста.

В ходе исследования было установлено, что при расследовании преступлений против личности помощь лица, обладающего знаниями в области судебной медицины, при производстве отдельных следственных действий продолжает использоваться недостаточно.

В силу слабых профессиональных качеств, следователи (дознаватели) не всегда правильно квалифицируют преступное деяние, не могут своевременно и качественно получить необходимые доказательственные сведения, выявить круг лиц, совершивших преступление, своевременно назначить проведение судебно - медицинских экспертиз или применить знания специалистов в области судебной медицины (Приложения Б, Г). Так, поверхностный, беглый осмотр трупа на месте происшествия весьма отрицательно оказывает влияние на получение первоначальных сведений для назначения дальнейших судебных экспертиз и, в итоге, на результаты дальнейшего расследования.

Согласно результатам исследований, проведенных учеными, следователи не допрашивают медицинских работников, не проводят, в необходимых случаях, следственные эксперименты с участием специалистов, не подробно осматривают

224

относящиеся к уголовному делу медицинские документы и др.

Несмотря на снижение количества регистрируемых преступлений, за последние несколько лет, их раскрываемость продолжает оставаться на низком уровне (Приложение М). Так, в 2016 г. расследовано более 900 тыс. преступлений, что составляет почти 82 % от предварительно расследованных. Выявлено около 940 тысяч лиц, совершивших преступления. Причем каждое второе расследованное преступление совершено лицами, ранее совершавшими

225

преступления, а каждое третье - в состоянии алкогольного опьянения .

В 2015 г. «остались не раскрытыми 1026,2 тыс. преступлений, что на 8,2 % больше аналогичного показателя за 2014 г.». Причем из них «на тяжкие и особо тяжкие преступления приходится 22,5 % (в 2014 г. - 25,4 %). Остались нераскрытыми 1,1 тыс. убийств и покушений на убийство, 2,7 тыс. фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, 28,9 тыс. грабежей, 4 тыс. разбойных нападений». Организованными группами (преступными сообществами) «совершено 13,3 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, их удельный вес в общем числе расследованных преступлений этих категорий остался на уровне 2014 г.

- 5,1 %»[224] [225] [226].

В 2014 г. «зарегистрировано 1127 преступлений террористического характера (+70,5 %) и 1024 преступления экстремистской направленности (+14,3 %). Остались нераскрытыми 948,6 тыс. преступлений. Из этого количества на тяжкие и особо тяжкие преступления приходится 25,4% (в 2013 г. - 24,6 %). Остались нераскрытыми 1,2 тыс. убийств и покушений на убийство, 3,4 тыс. фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, 33,4 тыс. грабежей, 4,5 тыс. разбойных нападений. Организованными группами (преступными сообществами) совершено 13,5 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, причем их удельный вес в общем числе расследованных преступлений этих категорий сократился с 5,7 % в 2013 г. до 5,1 %»[227].

Анализ статистических данных, следственной, экспертной и судебной практики, юридической литературы позволяет утверждать, что, чаще всего, медицинские знания применяются при раскрытии и расследовании преступлений, предусмотренных главами 16 и 18 УК РФ. Остается актуальным применение современных средств и методов получения, накопления и использования криминалистически значимой информации в раскрытии и расследовании преступного события, а также приемы и методы расследования преступлений террористического характера, совершенных организованной группой, при наличии трупа и в случаях обнаружения частей расчлененного трупа, по мотиву кровной мести, связанных с изъятием органов и тканей человека для трансплантации, детоубийств, «заказных» убийств и т.д.

В ходе проведенного анкетирования большинство опрошенных

следователей и дознавателей (52,7 % случаев) отметили, что не испытывают существенных затруднений в ходе производства следственных действий с привлечением специалиста в области судебной медицины. В свою очередь, некоторые следственные действия (осмотр места происшествия, освидетельствование, следственный эксперимент, проверка показаний на месте, допрос) вызывают трудности организационного характера (17,9 % случаев) (Приложения А, Б).

В силу ограниченности объема диссертационной работы остановимся лишь на некоторых следственных действиях, которые, по мнению практиков, представляют наибольшую сложность при расследовании рассматриваемых преступлений.

Осмотр места происшествия. Несмотря на свою распространенность, данное следственное действие вызывает существенные затруднения в правоприменительной практике при расследовании преступлений против личности. Это следственное действие создает основу для раскрытия преступления в целом, качество его производства определяет успех и недостатки расследования. В нем наиболее полно выявляется инициативность и оперативность следователя (дознавателя), его умение использовать современные технические приемы, методы и специальные знания. Разделяя мнение А. Ф. Волынского, полагаем, что место происшествия является основным источником криминалистически

значимой информации (розыскной и доказательственной), которая содержится в

228

материальных следах преступления .

По мнению практических сотрудников, эффективность осмотра места происшествия зависит от своевременного и тщательного осуществления организационно-подготовительных мероприятий, обеспечивающих приемлемость условия для его производства. Вдобавок соблюдением следователем (дознавателем) требований УПК РФ и разработанных в криминалистике рекомендаций по составлению протокола следственного действия, порядку производства осмотра, безошибочным выполнением субъектами осмотра места происшествия возложенных на них обязанностей, согласованностью действий всех участников осмотра и т.д.

Результаты осмотра места происшествия по рассматриваемой категории уголовных дел во многом зависят от полноты и качественности подготовки следователя (дознавателя) к проведению данного следственного действия. Так, еще до выезда на место происшествия следователь (дознаватель) обязаны [228] обеспечить участие в рассматриваемом следственном действии лица, обладающего специальными знаниями в определенной области, в зависимости от предмета преступления.

К примеру, при осмотре места происшествия по факту посягательства на половую неприкосновенность и половую свободу личности рекомендуется приглашать к совместному осмотру места происшествия специалистов из учебных учреждениях, лечебных заведений, осуществляющих деятельность в области медицины или психологии.

Согласно исследованиям В. В. Бычкова, осмотр места происшествия при расследовании незаконного распространения порнографических материалов был проведен качественнее и результативнее в связи с приглашением в качестве специалистов главного сексопатолога Челябинской области, кандидата медицинских наук, доцента кафедры психологии Челябинского гуманитарного института, заведующего Центром сексуального здоровья Челябинской областной клинической больницы, а также других специалистов[229].

По мнению респондентов, чаще всего, осмотр места происшествия с участием специалиста в области медицины осуществляется на этапе проверки сообщения о преступлении (64,9 % случаев). После возбуждения уголовного дела - 10,4 % случаев; после предъявления обвинения - 1,6 % случаев. В 39,1 % случаев, по мнению опрошенных, на последующем и заключительном этапах расследования рассматриваемых преступлений специалист в области судебной медицины к осмотру места происшествия не привлекается. В ходе осмотра, для фиксации его хода и результатов, в основном, применяются: фотосъемка, зарисовки, схемы - 32,2 % случаев; средства для изъятия следов, в том числе микрообъектов - 23,7 % случаев; физические и химические средства обнаружения невидимых следов - 18,9 % случаев. Фиксируют, в основном, такие следы как предметы (в том числе одежда), которые преступник мог оставить или случайно утерять - 25,6 % случаев; кровь, волосы, выделения (пот и потожировое вещество, слюна, сперма, моча) подозреваемого (обвиняемого) - 23,9 % случаев; следы обуви (ног), зубов, иных частей тела - 22,3 % случаев; кровь, волосы, выделения (пот и потожировое вещество, слюна, сперма, моча) потерпевшего - 21,3 % случаев; микрообъекты, в т. ч. предполагаемые запаховые следы - 14,5 % случаев (Приложения А, Б).

К сожалению, в практической деятельности при расследовании рассматриваемой категории преступлений встречаются случаи, когда следователь (дознаватель) в силу объективных или субъективных причин не всегда может воспользоваться помощью специалиста. Следует отметить, что если при осмотре места происшествия следователь либо дознаватель не квалифицировано изымет микрочастицы, следы биологического происхождения и т.д., то в дальнейшем представленные на экспертизу следы для идентификации личности окажутся непригодными. Разумеется, решение о производстве того или иного следственного действия, а также направление хода его проведения является прерогативой следователя (дознавателя), а значит, нести ответственность за допущенные ошибки при проведении следственных действий будет, в первую очередь, он сам.

В криминалистике достаточно разработана тактика проведения следственных действия при расследовании преступлений против личности. Однако следователи недооценивают значение применения тактических рекомендаций в своей правоприменительной практике. В результате следственное действие, в основном осмотр места происшествия, проводится недостаточно тщательно или просто формально.

Н. П. Майлис утверждает, что, несмотря на имеющиеся многочисленные методические рекомендации по тактическим особенностям осмотра места происшествия, практика по-прежнему оставляет желать лучшего . Не все следы [230] выявляются либо неправильно изымаются, ненадлежащим образом фиксируются, объекты неправильно хранятся, многие из-за этого утрачиваются, не приобщаются в качестве вещественных доказательств и т.д. Данные сложности, по мнению ученого, связаны с проблемами в профессиональных знаниях, как у следователя (дознавателя), так и у специалиста, которого привлекают для оказания содействия в проведении осмотра места происшествия . Соглашаясь с позицией Н. П. Майлис, полагаем, что это говорит о низком профессионализме следователя (дознавателя), специалиста, о недостаточности теоретических знаний, практических умений и навыков, безответственности к своим служебным обязанностям.

Разделяя мнение А. М. Кустова, О. А. Кустовой полагаем, что своевременное, полное и правильное проведение осмотра места происшествия способствует выяснению: сущности произошедшего события (время, место), обстоятельств, способствующих совершению преступления, механизм преступления, а именно способ совершения преступления, действия преступника

~ 232

и пострадавшего, характер и механизм повреждений и т. д.

Наиболее показательными являются следующие примеры из судебной практики. В ходе расследования серийных убийств женщин, совершенных в Новороссийской области были назначены судебно-медицинские экспертизы. В экспертных заключениях отмечено, что у женщин отсутствовали внутренние органы. В ходе более детального изучения дел было выявлено, что осмотры места происшествия были проведены следователями поверхностно и без участия специалиста в области судебной медицины. По уголовным делам следователями своевременно не выдвигались версии о возможной незаконной трансплантации органов или тканей, что привело к неправильной квалификации преступления и [231] [232]

потере вещественных доказательств .

Особенностью объектов биологической природы (кровь, волосы, выделения человека и т.д.) является то, что они малозаметны и в течение непродолжительного времени меняют свои свойства. Данные вещества утрачивают ряд индивидуальных признаков, которые «разрушаются при взаимодействии с внешней средой (солнечный свет, атмосферные явления)» .

Наиболее показательным является следующий пример из следственной практики. В ходе осмотра места происшествия по факту обнаружения трупа следователем были обнаружены волосы и следы крови. Изучение материалов уголовного дела позволяет сделать вывод, что изъятые в ходе осмотра места происшествия вещественные доказательства были упакованы с существенными нарушениями. Кроме того, они были несвоевременно направлены для проведения судебно-медицинской экспертизы. В итоге, исследование данных вещественных

235

доказательств не представилось возможным .

Согласно исследованиям ученых результаты осмотра места происшествия существенно влияют на расследование преступления только в 14 % случаев. В основном у следователей (дознавателей) складывается неполная картина произошедшего криминального события в 71,4 % случаев и лишь в 17,9 % следователю (дознавателю) более или менее понятно, что случилось[233] [234] [235] [236].

Осмотр трупа является разновидностью такого следственного действия как осмотр и может производиться в рамках осмотра места происшествия, также как самостоятельное следственное действие при осмотре трупа в морге. Как мы указывали ранее, в настоящее время актуальной является проблема в отсутствии современных методических рекомендаций для следователя и специалиста в области судебной медицины, при совместном проведении следственных действий, в том числе при осмотре трупа на месте происшествия.

Решение данной проблемы видится в применении положительного опыта. Характерен следующий пример из практической деятельности. В Санкт- Петербурге разработана и широко применяется регистрационная карта трупных изменений, которая является приложением к протоколу осмотра трупа на месте происшествия (Приложение Е).

Данная карта состоит из четырех частей (приложение 1 к протоколу осмотра трупа на месте происшествия).

1. Вводная часть. В ней отражается фамилия, имя, отчество, возраст трупа (если они известны на данный момент), дата и время регистрации трупных изменений.

2. Ранние трупные изменения. В этой части регистрационной карты необходимо зафиксировать: температуру воздуха (воды) на ложе трупа и на определенном расстоянии от него, цвет, распространенность и локализацию трупных пятен, выраженность трупного окоченения, реакция зрачков на раствор пилокарпина (атропина или других химических веществ) при введении в переднюю камеру глазу, результаты пробы на удары тупым твердым предметом с узкой поверхностью по плечу и бедру трупа, температуру в прямой кишке трупа.

3. Поздние трупные изменения. В третьей части регистрационной карты отражают: температуру воздуха (воды) на ложе трупа и на определенном расстоянии от него, гнилостные изменения (локализацию и распространенность зелени, гнилостных пузырей, гнилостной венозной сети и прочее), локализацию и распространенность жировоска, локализацию, распространенность и степень выраженности мумификации, локализацию и распространенность скелетирования.

4. Энтомофауна трупа. В рассматриваемой части регистрационной карты экспертом отражается совокупность видов насекомых, населяющих труп и принимающих участие в его разложении.

Кроме того, к протоколу осмотра трупа приобщаются схема расположения повреждений на теле (приложение 2 к протоколу осмотра трупа на месте происшествия), схема расположения повреждений на голове (приложение 3 к протоколу осмотра трупа на месте происшествия) (Приложение Е).

Следовательно, специалисту в области судебной медицины, в тесном взаимодействии со следователем, остается правильно и разборчиво заполнить рассмотренные приложения. Затем следователь переносит эту информацию в протокол осмотра трупа на месте происшествия.

Как показывают результаты анализа следственной практики, это существенно облегчает работу следователя на месте происшествия, а также «медику новичку». Данная информация позволяет решить ряд важных вопросов касающихся обстоятельств наступления смерти (дата и причина наступления смерти, место). Кроме того, это, безусловно, способствует качественному проведению судебно-медицинской экспертизы трупа.

Разделяя мнение С. С. Самищенко, следует полагать, что осмотр места происшествия должен осуществляться непосредственно следователем, а такие участники осмотра как специалист-криминалист, а также специалист в области судебной медицины обязаны оказывать содействие в обнаружении и фиксации вещественных доказательств . В практической деятельности продолжают встречаться случаи, когда привлекаемые к осмотру специалисты самостоятельно производят данное следственное действие, а следователь «молчаливо» фиксирует результаты их деятельности в протоколе следственного действия.

В целях единства процесса познания следователь (дознаватель) обязан руководить работой специалистов и принимать активное участие в оформлении приложений к протоколу осмотра. Приложения является неотъемлемой частью протокола осмотра трупа, и подлежат удостоверению подписями следователя, специалиста-криминалиста, специалиста в области судебной медицины и понятых. Кроме того, приложения являются дополнительным способом фиксации вещественных доказательств, как свидетельств произошедшего события. [237]

Таким образом, при осмотре трупа на месте происшествия рекомендуется составлять регистрационную карту трупных изменений. Это существенно облегчит работу следователя на месте происшествия, а также позволит специалисту в области судебной медицины квалифицированно оказать помощь следователю. Кроме того, данная информация позволит решить ряд важных вопросов, которые касаются обстоятельств наступления смерти и, безусловно, будет способствовать качественному проведению судебной экспертизы.

Наружное исследование трупа и его частей включает в себя не только «исследование одежды, обуви и иных предметов, доставленных с трупом и его частями, антропологическую и половую характеристику трупа и его частей; описание признаков внешности методом словесного портрета; установление наличия трупных явлений и суправитальных реакций; наружное исследование повреждений и других особенностей; изъятие мазков, выделений, наложений, одежды и других объектов, необходимых для проведения дополнительных инструментальных и (или) лабораторных исследований, но и фотографирование, видеосъемку или зарисовку повреждений на контурных схемах частей тела человека» . В свою очередь применяемый в законе союз «или» не несет обязательности применения видеосъемки.

В практической деятельности специалисты (эксперты) применяют самый распространенный и не вызывающий сложности способ фиксации, в основном, фотографирование с зарисовкой повреждений на контурных схемах частей тела человека, а вот видеосъемку применяют очень редко. В ряде случаев, выявлено отсутствие в экспертном заключении фотографирования, видеосъемки или зарисовки повреждений на контурных схемах частей тела человека (Приложения В, Г, Д).

Обратим внимание на некоторые законодательные неточности, вызывающие затруднения в правоприменительной практике. В законе закреплено, что [238] «следователь производит осмотр трупа с участием судебно-медицинского эксперта, а при невозможности его участия - врача» (ч. 1 ст. 178 УПК РФ). Считаем, что привлечение для данного следственного действия врача, не обладающего необходимыми знаниями в осмотре трупа на месте происшествия, как следует в настоящее время из анализируемой нормы закона, является малоэффективным. Таким образом, в целях улучшения правоприменительной практики, полагаем, что ч. 1 ст. 178 УПК РФ нуждается в следующем законодательном изменении: «1. Следователь производит осмотр трупа с участием судебно-медицинского эксперта, а при невозможности его участия - врача, прошедшего специальную подготовку по методике осмотра трупа на месте его обнаружения».

Рассмотрим следующее процессуальное действие «изъятие образцов для сравнительного исследования». При расследовании преступлений против личности было установлено, что в практической деятельности встречаются случаи отказа подозреваемых, обвиняемых от предоставления образцов для сравнительного исследования. В подобных случаях целесообразно руководствоваться постановлением Конституционного Суда Российской Федерации № 448-О . В рассматриваемом постановлении отмечено, что

«закрепление в Конституции Российской Федерации права не свидетельствовать против себя самого не исключает возможности проведения - независимо от того, согласен на это подозреваемый или обвиняемый либо нет, - различных процессуальных действий с его участием (осмотр места происшествия, опознание, получение образцов для сравнительного исследования), а также использования документов, предметов одежды, образцов биологических тканей и пр. в целях получения доказательств по уголовному делу. Подобные действия - при условии соблюдения установленной законом процедуры и последующей судебной проверки и оценки полученных доказательств - не могут быть расценены как [239] недопустимое ограничение гарантированного частью первой статьи 51 Конституции Российской Федерации права, так как их совершение подразумевает достижение конституционно значимых целей, вытекающих из ее части третьей статьи 55».

Необходимо отметить еще один выявленный в ходе исследования проблемный момент. Федеральный закон № 23-ФЗ значительно расширил способы проверки сообщения о совершенном преступлении. В ч. 4 ст. 195 УПК РФ закреплено, что признав необходимым следователь (дознаватель) имеет право назначить судебную экспертизу уже на стадии возбуждения уголовного дела. Резонно возникает вопрос по поводу получения образцов для сравнительного исследования на стадии возбуждения уголовного дела. Получение данных образцов при расследовании рассматриваемой категории уголовных дел зачастую носит принудительный характер. Принуждение в данном случае заключается в получении образцов для сравнительного исследования без согласия лиц.

Разделяя мнение ряда ученых, полагаем, что при проверке сообщения о преступлении ни о каком принуждении (физическом, психологическом) не может идти речи[240] [241]. Но как поступать следователю (дознавателю), если заподозренное лицо, заявитель, очевидец отказываются от добровольного предоставления образцов для сравнительного исследования именно на этапе принятия решения о возбуждении уголовного дела? Мнение ученых разделилось.

Так, одни ученые считают необходимым поддержать предложение, высказанное И. Ф. Крыловым об установлении ответственности за отказ лица предоставить образцы для сравнительного исследования . Отметим, что для потерпевшего уже предусмотрена уголовная ответственность за непредставление образцов, которая нашла свое закрепление в ст. 308 УК РФ. Другие утверждают, что для участников уголовного судопроизводства является обязательным исполнение принятых следователем (дознавателем) решений, в соответствии с ч. 4 ст. 21 УПК РФ . Третьи считают, что для принудительного получения слюны, крови, спермы и других биообразцов человека следователь (дознаватель) должен обратиться с необходимым ходатайством в суд . В юридической литературе встречаются высказывания о сложностях принудительного получения крови из вены, мочи и т. д.

Судебная же практика складывается следующим образом. Согласно определению Конституционного Суда РФ от 25.02.2010 № 261-О-О[242] [243] [244] оперативно-розыскные мероприятия не могут заменить производство следователем процессуальных действий в ходе предварительного расследования.

Кроме того, при расследовании преступлений против личности соблюдение требований закона о недопустимости при получении образцов для сравнительного исследования применения способов и методов, унижающих честь и достоинство человека, в некоторых случаях, представляется невозможным. К примеру, как не унизить подозреваемого (обвиняемого) при получении образцов спермы, либо вагинального содержимого потерпевшей. Данные процедуры унизительны для человека, особенно получение данных образцов в принудительном порядке. Поэтому следователю (дознавателю) необходимо тактически прорабатывать получение биообразцов лиц. Если исчерпаны все меры убеждения для добровольного получения образцов ему необходимо стремиться к минимальному принуждению, исключить опасность для жизни и здоровья человека при получении образцов для сравнительного исследования, а также стараться применять меры, не унижающие честь и достоинство личности.

Урегулировать выявленные в ходе исследования проблемы правоприменительной практики в данном вопросе возможно лишь при внесении соответствующих законодательных изменений в порядок получения образцов для сравнительного исследования . Так, разделяя мнение ряда ученых, полагаем необходимым закрепление в ст. 202 УПК РФ, в исключительных случаях, возможности принудительного получения образцов для сравнительного исследования.

Далее рассмотрим следующее процессуальное действие «назначение и производство судебной экспертизы». Относить ли судебную экспертизу к следственным действиям продолжает оставаться дискуссионным. Одни ученые категорически отказываются признавать судебную экспертизу следственным действием и относят ее к иным процессуальным действиям лица, производящего расследование. Другие считают судебную экспертизу самым затратным по времени, очень сложным и громоздким следственным действием[245] [246].

Не вдаваясь в полемику по данному вопросу, так как это не является предметом нашего исследования, отметим следующее. Судебная экспертиза складывается из нескольких взаимосвязанных, сменяемых друг друга этапов и предполагает ее назначение (деятельность следователя, дознавателя, суда), производство (деятельность эксперта, с возможным участием следователя, дознавателя), а также оценку заключения эксперта (деятельность следователя, дознавателя, суда). Судебная экспертиза, бесспорно, направлена на сбор доказательств, а, следовательно, по формальным критериям, может быть отнесена

к следственным действиям.

Как уже было отмечено, судебно-медицинская экспертиза относится к распространенным видам судебных экспертиз, назначаемых при расследовании преступлений против личности (против жизни и здоровья, против половой свободы и половой неприкосновенности личности). Для правильной квалификации рассматриваемых преступлений является обязательным установление тяжести причиненного лицу вреда здоровью. Явно, что без решения вопроса степени тяжести вреда, характере причиненного вреда здоровью человека, об установлении причины и давности наступления смерти, локализации и вида повреждений на теле, давности и механизма образования повреждений, причинно-следственных связей повреждений с наступлением смерти или вреда здоровью затруднительно проводить расследование.

Кроме того, разделяя мнение ученых, полагаем, что «посредством судебномедицинских исследований могут быть установлены очень важные фактические обстоятельства уголовного дела» . К примеру, при расследовании преступлений против личности данные судебно-медицинских экспертиз позволяют установить взаимоположение потерпевшего и обвиняемого в момент причинения телесных повреждений, прижизненность или посмертность причиненных повреждений, дистанцию выстрела и т.д.

На вопрос, каких специалистов в области судебной медицины и специалистов иного профиля, чаще всего, привлекают при расследовании преступлений против личности опрошенные сотрудники ответили следующим образом: судебно-медицинских экспертов и (или) патологоанатомов - 79,9 % случаев, врачей-гинекологов, сексопатологов, психиатров, психологов - 42,7 % случаев. В 60,1 % случаев опрошенные используют специальные знания криминалистов (баллистов, химиков, взрывотехников и др.), в 4,7 % - биологов; в 1 % - врачей иной специализации (Приложения А, Б). Таким образом, от общего числа экспертов (специалистов) привлекаемых к расследованию преступлений против личности, большую часть составляют сотрудники, обладающие [247]

специальными медицинскими знаниями.

Руководствуясь ч. 1 ст. 197 УПК РФ, следователь имеет право «присутствовать при производстве судебной экспертизы, получить разъяснения эксперта по поводу проводимых им действий». В свою очередь, анализ следственной и судебной практики позволяет утверждать, что следователи крайне редко пользуются правом присутствовать в ходе судебно-медицинской экспертизы трупа. Разделяя мнение практиков, считаем, что при лабораторных исследованиях присутствие следователя не имеет смысла. Однако, при исследовании трупа в морге, в некоторых случаях, участие следователя является обязательным. Полагаем, что следователь, в отличие от эксперта, обладает большей информацией по расследуемому уголовному делу (материалам проверки) и, следовательно, при исследовании может обратить внимание судебномедицинского эксперта на важные для уголовного дела объекты, в связи с чем, попросить более детально изучить некоторые органы, ткани, повреждения и т.д. Кроме того, разделяя мнение ученых, считаем, что в ходе выявления обстоятельств, нуждающихся в срочной проверке, присутствие следователя (дознавателя) при производстве судебно-медицинской экспертизы является необходимым .

Освидетельствование. Освидетельствование с участием специалиста в области судебной медицины производится, по мнению респондентов, на этапе проверки сообщения о преступлении - 36,8 % случаев; непосредственно после возбуждения дела - 20,8 % случаев; после предъявления обвинения - 4,3 % случаев (Приложения А, Б). Следователи (дознаватели) предпочитают освидетельствованию назначение судебно-медицинской экспертизы. Вместе с тем экспертное исследование, зачастую, проводится спустя 30 и более суток с момента возбуждения уголовного дела (Приложение Д). Проведение исследования спустя такой промежуток времени, особенно по таким составам преступления против личности как побои или причинение легкого вреда [248] здоровью, приводит к тому, что многие телесные повреждения и иные следы (синяки, ссадины, царапины) к моменту исследования обнаружить представляется затруднительным.

В ходе освидетельствования в основном применяется зарисовка, схемы для фиксации хода и результатов следственного действия (20,7 %), средства для изъятия следов, в том числе микрообъектов (18,4 %), физические и химические средства обнаружения невидимых следов (10,9 %). Фиксируются такие следы, как кровь потерпевшего - 24,3 %; волосы потерпевшего - 24,9 %; выделения (пот и потожировое вещество, слюна, сперма, моча) подозреваемого (обвиняемого) - 23,9 %; предметы (в т. ч. одежда), которые преступник мог оставить или случайно утерять - 19,1 %; выделения потерпевшего (пот и потожировое вещество, слюна, сперма, моча) - 18,9 %; следы обуви (ног), зубов, иных частей тела - 17,5 %; микрообъекты, в т. ч. предполагаемые запаховые следы - 12,4 % случаев. Видео- и фотосъемка применяется в очень редких случаях (Приложения А, Б, Д).

Для правильного описания на теле освидетельствуемого лица следов преступления, следователю (дознавателю) целесообразно привлекать не только лицо, обладающего медицинскими знаниями, но и принять меры для осуществления фото- и видеофиксации обнаруженного. Для этого необходимо привлекать специалиста-криминалиста, что позволит наиболее полно и объективно зафиксировать имеющиеся на теле следы. В случаях проведения освидетельствования в отсутствии специалиста в области судебной медицины фотоснимки и видеозапись могут быть предоставлены при проведении судебномедицинской экспертизы.

Обратим внимание на еще один существенный момент в практической деятельности. Совместно с освидетельствованием следователю (дознавателю) рекомендуется проводить осмотр одежды освидетельствуемого лица. Для этого одежда должна быть сохранена в неизменном виде, только тогда на ней вероятнее всего удастся выявить, зафиксировать и в дальнейшем исследовать следы преступления. Следовательно, рассматриваемое следственное действие должно быть без промедления, по возможности в кратчайшие сроки.

Фотосъемка при освидетельствовании участников уголовного судопроизводства целесообразна для фиксации обнаруженных на их теле повреждений и следов преступления в виде ран, кровоподтеков, синяков, а также анатомических особых примет внешности в виде шрамов, родимых пятен и татуировок, которые запечатлевают по правилам узловой, детальной и измерительной видов съемки и с отражением их цветовой гаммы вначале вместе с частью тела, на котором они обнаружены, а затем - каждый в отдельности. Самого освидетельствуемого необходимо фотографировать предварительно по правилам опознавательной съемки в анфас, вполоборота головы вправо и в полный рост. В случае, если освидетельствование сопровождается обнажением лица, то фотографирование и видеозапись проводятся только с согласия освидетельствуемого.

Допрос эксперта. Следует согласиться с Т. В. Толстухиной в том, что современные экспертные методики усложняются и это вызывает определенные трудности в оценке достоверности заключения эксперта[249]. В целях его разъяснения или уточнения следователь (дознаватель, судья) имеет право, по собственной инициативе или ходатайству (просьбе) одного из участников уголовного судопроизводства, допросить эксперта, давшего это заключение. Обязательным условием является то, что допрос эксперта проводится только после проведения им судебной экспертизы и только для устранения неясностей, неточностей данного им заключения.

Возможно проведение допроса для разъяснения сложных медицинских терминов или уточнения методик исследования. Законодателем не допускается допрашивать эксперта, когда необходимо получить дополнительные сведения в связи с данным заключением. В таком случае должна быть назначена дополнительная судебная экспертиза.

Отметим, эксперта недопустимо допрашивать о сведениях, которые ему стали известными в связи с производством экспертизы, если эти сведения не

относятся к предмету проведенной судебной экспертизы.

В ходе исследования было установлено, что, несмотря на сложную медицинскую терминологию следователи (дознаватели) крайне редко допрашивают эксперта, в основном предпочтение отдается дополнительной судебно-медицинской экспертизе.

Допрос и очная ставка. Общие положения тактики проведения допроса и очной ставки во многом базируются на данных общей и судебной психологии, логики, теории рефлексивных игр, следственной этики и криминалистическом изучении и обобщении следственной практики.

Необходимо отметить, что тактические приемы во многом определяются тем, в каких ситуациях осуществляется допрос, очная ставка (бесконфликтных или конфликтных). Очная ставка является разновидностью допроса, и тактика проведения этих следственных действий во многом схожа. Однако в ходе очной ставки, в отличие от допроса, происходит взаимодействие минимум трех, а не двух участников. Одно это уже усложняет ее психологическую атмосферу. В то же время наличие у допрашиваемых существенных противоречий обычно создает конфликтную ситуацию.

В соответствии с ч. 1 ст. 168 УПК РФ «следователь вправе привлечь к участию в следственном действии специалиста». В свою очередь, в практической деятельности проведение очной ставки совместно с лицом, обладающим специальными знаниями, является крайне редким.

Рассмотрим наиболее яркий пример.

Так, в отдел полиции поступило сообщение из районной больницы о том, что к ним доставлен гр-н У. с телесными повреждениями, которые ему причинил гр-н Н. В ходе проведения предварительной проверки (в рамках ч. 1 ст. 144 УПК РФ) установлено, что гр-н Н. причинил гр-ну У. телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, параорбитальной гематомы слева, перелома левой скуловой кости, перелома костей носа, перелома левой лопатки, перелома левой 249 локтевой кости без смещения, перелома пятой плюсневой кости правой стопы без смещения[250].

В связи с тем, что для определения степени тяжести телесных повреждений, причиненных гр-ну У., необходимы специальные познания в области судебной медицины, дознавателем была назначена судебно-медицинская экспертиза. В ходе ее проведения экспертом (имеющим высшее медицинское образование, подготовку по специальности «судебно-медицинская экспертиза», стаж работы по специальности 15 лет) была исследована медицинская карта стационарного больного гр-на У. Кроме того, эксперту представлены рентген-снимки (9 шт.), на которых определяются перелом левой скуловой кости, перелом костей носа со смещение кзади, перелом нижней трети диафиза пятой плюсневой кости без смещения, краевой перелом верхнего края крыла левой лопатки и перелом акромиального отростка левой лопатки без смещения, поперечный перелом левой локтевой кости в средней трети с незначительным смещением, искривление носовой перегородки.

Согласно данным объективного обследования, «со слов потерпевшего гр-на У. следует, что около 23 часов он с товарищами сидел на веранде. Ранее знакомый охранник сказал, чтобы они расходились. Затем охранник ударил гр-на У. кулаком по лицу. От удара гр-н У. упал и сразу встал. Завязалась драка. Охранник побежал к машине взял биту из багажника и с битой побежал к гр-ну У. и несколько раз ударил последнего по голове. Когда гр-н У. упал, охранник еще ударил его битой по спине несколько раз. Также гр-н У. получил удар битой по правому предплечью. Была кратковременная потеря сознания. Приехавшие сотрудники скорой помощи отвезли гр-на У. в районную больницу. На амбулаторном лечении гр-н У. не находился. Жалобы: на боль при движении нижней челюсти, боль в левом предплечье. Объективно: на левой руке от кисти до верхней трети левого плеча наложена гипсовая лангета. На правой ноге от основания пальцев до верхней трети правой голени гипсовая лангета. В обеих параорбитальных областях кровоподтеки бледно-фиолетового цвета с желтым оттенком с нечеткими контурами размером справа 1,8 х 2,5 см и слева 1,6 х 3 см. Каких-либо других телесных повреждений на момент осмотра не выявлено» .

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта у гр-на У.:

1) закрытая черепно-мозговая травма, параорбитальная гематома слева, перелом костей носа, перелом левой скуловой кости, сотрясение головного мозга;

2) краевой перелом верхнего края крыла лопатки; 3) перелом акромиального отростка лопатки без смещения; 4) перелом левой локтевой кости без смещения; 5) перелом пятой плюсневой кости правой стопы без смещения. Установленные телесные повреждения, указанные в пункте 1, 2, образовались от воздействия твердого тупого предмета (предметов), характерные особенности контактирующей поверхности которых на повреждениях не отобразились, возможно, в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении и освидетельствуемым. Экспертом исключается получение данных телесных повреждений в результате однократного или неоднократного падения из вертикального положения.

В ходе расследования уголовного дела были допрошены потерпевший У., подозреваемый Н., семь свидетелей. В показаниях допрошенных имелись существенные противоречия относительно времени и места произошедшего, а также по поводу нанесения телесных повреждений. Так, потерпевший У. и три свидетеля утверждали, что гр-н Н. наносил удары бейсбольной битой. В свою очередь подозреваемый Н. и еще два свидетеля утверждали, что Н. наносил удары лишь руками и несколько раз ударил потерпевшего ногами. В результате дознаватель провел очные ставки между подозреваемым и потерпевшим, между подозреваемым и свидетелями, между потерпевшим и свидетелями, между свидетелями. В ходе проведения многочисленных очных ставок каждый из допрашиваемых повторил ранее данные показания. Следовательно, очные ставки 250 [251] были проведены безрезультатно, так как дознавателю не удалось устранить выявленные в ходе допросов противоречия и выяснить причины их возникновения.

Полагаем, что участие в очных ставках судебно-медицинского эксперта в качестве специалиста, возможно, оказало бы положительные результаты по установлению механизма образования телесных повреждений. Специалист мог бы помочь дознавателю в устранении противоречивых показаний, задавая допрашиваемым лицам уточняющие либо дополнительные вопросы в ходе проведения очных ставок.

Кроме того, необходимо отметить, что халатное отношение участкового уполномоченного полиции при проведении предварительной проверки лишило дознавателя возможности применения медицинских знаний, так как местонахождение бейсбольной биты, которой гр-н Н. наносил удары гр-ну У., не устанавливалось. Судя по медицинскому заключению и характеру телесных повреждений, на бейсбольной бите должны были остаться следы крови потерпевшего (так как у него открылось носовое кровотечение), следы пальцев рук подозреваемого, микрочастицы. Следовательно, установление нахождения бейсбольной биты, орудия преступления, бесспорно, способствовало бы установлению истины по уголовному делу.

Отметим, что осмотр места происшествия производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения обстоятельств произошедшего, обнаружения и фиксации следов преступления, требующих незамедлительного изъятия. При осмотре места происшествия следует искать предметы, служившие орудием преступления, следы борьбы, пятна крови, обрывки одежды и т.п. Тем не менее в ходе осмотра места происшествия в рассматриваемом случае на поверхности асфальтированного покрытия, а также на поверхности грунта дознавателем были обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожего на кровь (согласно протоколу осмотра места происшествия). Однако обнаруженное вещество не было изъято. Следовательно, исключается возможность доказывания всех обстоятельств расследуемого события.

Таким образом, в ходе раскрытия и расследования преступлений против личности не должна исключаться возможность применения медицинских знаний, то есть должны применяться меры по установлению обстоятельств, входящих в предмет доказывания (в рассматриваемом случае это своевременное установление орудия преступления, изъятие в ходе осмотра места происшествия следов преступления и др.).

Кроме того, следователям (дознавателям) рекомендуется привлекать специалистов в области медицины, во-первых, при подготовке к проведению допроса и очной ставки, во-вторых, к совместному проведению данных следственных действий, что, бесспорно, будет способствовать объективному установлению произошедшего и правильному принятию решений по делу.

Допрос и очную ставку с применением видеозаписи рекомендуется производить в просторном и равномерно освещенном кабинете, имеющем надежную звукоизоляцию. Перед началом съемки рекомендуется провести в данном помещении пробную видеосъемку и оценить качество записи звука и изображения. Одновременно наметить наиболее подходящие точки съемки.

При производстве допроса и очной ставки с применением видеозаписи следователю (дознавателю) необходимо обеспечить лаконичность, конкретность, ясность вопросов, выразительность жестов, когда они уместны, поскольку это является важным условием не только результативности данных следственных действий, но и качества их видеофиксации. При фиксации допросов с предъявлением доказательств рекомендуется запечатлеть сам момент

предъявления письменного или вещественного доказательства и реакцию на нее допрашиваемого. Свободному рассказу допрашиваемого и его ответам на вопросы следователя (дознавателя) необходимо отвести основной объем видеосъемки.

Следует обратить внимание на еще одну выявленную в ходе исследования проблему - применение видеозаписи при производстве процессуальных действий в ходе расследования преступлений против личности.

Несмотря на то, что фотографирование и видеозапись относятся к факультативными способами фиксации хода и результатов следственного действия, так как их производство отражено в законе как альтернативная форма (ч. 6 ст. 166 УПК РФ, п. 42 приказа Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 № 346н), их значение очень велико для расследования преступлений, в том числе против личности. В законе имеются оговорки на обязательный порядок применения технических средств. Так, в ч. 2 ст. 178 УПК РФ закреплено, что неопознанные трупы подлежат обязательному фотографированию. Технические средства фото- и видеофиксации хода и результатов производства следственного действия применяют в обязательном порядке в случае его производства без участия понятых, в случаях их обязательного участия. Так, при производстве обыска, выемки электронных носителей информации, личного обыска, опознания без участия понятых следователь (дознаватель) обязан применять технические средства фиксации их хода и результатов. Однако закон не конкретизирует данные технические средства. Традиционно ими являются фотосъемка и видеозапись.

Исходя из требований закона, участники следственного действия должны быть заранее предупреждены не только о факте применения технических средств, но также о типе и виде этих средств, носителе информации, используемом в этих средствах. Кроме того, участников следственного действия необходимо известить и о способе обеспечения последующей сохранности первичной информации, полученной с помощью средств цифровой техники. Отметим, что механизм работы технических средств фиксации, их конструктивные особенности, форма представления в них фиксируемой информации находятся за пределами правового регулирования.

В настоящее время в следственной практике повсеместно применяются разнообразные виды цифровой фото-, видеоаппаратуры, компьютерной техники, зачастую, не отечественного производства, в целях обеспечения высокого качества фиксации и достоверности полученных с их применением результатов.

Изображения запечатлеваемых объектов фиксируются в файле соответствующего формата, который хранится на встроенном (внутреннем) либо съемном носителе, в виде карты памяти (флеш-карты) или оптического диска, предназначенных для разового или многократного использования. Электронная форма информации, представленная в виде файла, позволяет быстро распечатывать полученные изображения, копировать их без потери качества на другие носители, пересылать по сетям цифровых коммуникаций, при необходимости редактировать. Применение цифровой аппаратуры в криминалистике расширяет возможности запечатлевающей и исследовательской

Л ГЛ

фотографии .

Видеозапись является ценным доказательством в суде по уголовным делам. Однако специалисты (эксперты) опасаясь, что недостаточно правильно проведут те или иные действия отказываются от данного способа фиксации. В свою очередь, как показали результаты нашего исследования, следователи (дознаватели), зачастую, допускают ошибки при оформлении результатов применения цифровой фото и видео аппаратуры и компьютерной техники в ходе производства следственных действий, упаковки носителей электронной информации при их направлении для производства судебных экспертиз, не принимаются меры по обеспечению защиты электронных носителей информации от несанкционированного доступа либо сведения о принятых мерах в протоколах соответствующих следственных действий не отражаются. В этой связи доказательства, полученные подобным образом, нередко признаются недопустимыми и исключаются из системы доказательств по уголовному делу. Указанные обстоятельства, как правило, являются результатом несоблюдения [252] установленного законом порядка и условий использования технических средств, упаковки цифровых носителей информации в ходе производства следственных и процессуальных действий.

Уголовно-процессуальный закон определенных требований именно к техническим средствам фиксации следов преступления в ходе производства процессуальных действий не содержит. Однако следует учитывать, что их применение должно соответствовать процессуальным требованиям, предъявляемым к доказательствам. В этой связи при производстве следственного действия возможно применение именно тех технических средств, которые подвергались определенным испытаниям, что подтверждено знаком и сертификатом соответствия .

Как уже было отмечено, следователь (дознаватель) свободен в принятии решения о применении технических средств фиксации хода и результатов производства следственного действия, кроме обязательных случаев их применения. Вместе с тем обязательное применение технических средств фото и видео фиксации является с тактической точки зрения оптимальным при производстве большинства следственных действий, независимо от того, проводятся ли они с участием понятых или нет, поскольку позволяет эффективнее осуществлять удостоверение факта, хода и результатов процессуального действия.

Фотосъемка может быть использована как средство точной и объективной фиксации информации в ходе производства любых следственных действий. Так, при осмотре места происшествия, например, обеспечивает полноту фиксации обстановки на месте происшествия, обнаруженных предметов, документов и следов преступления. В ходе проверки показаний на месте, производства следственного эксперимента или предъявления для опознания, позволяет [253] наглядно отобразить на снимках обстановку проведения следственного действия и места, указываемые лицом, чьи показания проверяются. Фотографические снимки, изготовленные в процессе следственного действия, являются приложением к протоколу следственного действия и вместе с ним служат источником доказательств.

Применение средств и методов криминалистической видеозаписи при расследовании преступлений против личности является оптимальным во всех случаях, когда важно запечатлеть в динамике определенное действие, событие или явление вместе с сопровождающими их звуками. Приемы и методы видеозаписи при производстве следственных действий в целом идентичны, за исключением приемов и методов, направленных на обеспечение высокого качества не только изображения, но и записи звука. В ходе исследования были изучены и обобщены методические рекомендации по проведению видеозаписи при производстве следственных действий (Приложение К).

Применение видеозаписи в качестве способа фиксации хода и результатов следственного действия, как показывает анализ следственной практики, наиболее эффективно при производстве:

- осмотра места происшествия, в случае необходимости запечатлеть динамику событий, явлений и обстановки, которые сложно отразить в протоколе, к примеру, осмотр трупа на месте происшествия или при осмотрах, связанных с крушениями, авариями, катастрофами и пожарами и др. Осмотр места происшествия требуется производить с применением средств видеозаписи во всех случаях расследования преступлений против личности, когда его обстановка сложна, а меры, принимаемые для ликвидации последствий происшедшего, приводят к быстрому изменению первоначальной обстановки;

- при исследовании трупа, когда необходимо запечатлеть динамику и процесс действий эксперта. Видеозапись позволяет более объективно и максимально точно отразить ход и результаты вскрытия. При использовании видеозаписи действия эксперта могут иметь значение для последующей оценки заключения эксперта и его достоверности.

В связи с изложенным, целесообразно закрепить в ч. 1 ст. 204 УПК РФ пункта 11: «11) применяемые технические средства (фотоаппаратура,

видеокамера, носитель)». Кроме того, требуется закрепление в ведомственных приказах, регулирующих деятельность судебно-медицинских экспертов, к

Л C л

примеру, в приказе Минздравсоцразвития от 12.05.2010 № 346н , обязательное применение судебно-медицинскими экспертами фотосъемки и видеозаписи при вскрытии (исследовании) трупов. Видеозапись, как приложение должна приобщаться к заключению эксперта, в упакованном и опечатанном виде.

Данное предложение, к сожалению, не находит пока в экспертной практике положительного отклика, т. к. медики опасаются совершить ошибки, которые в случае проверки видеозаписи вскрытия трупа станут известны независимому эксперту, приглашенному в суд. К тому же существует корпоративная этика («один за всех и все за одного»).

Из этой проблемы вытекает другая проблема. Так, до 16.09.2016 действовал Приказ Минздрава СССР от 23.10.1981 № 1095 «О штатных нормативах медицинского персонала патологоанатомических отделений (прозекторских)» . В п. 1.1. было закреплено, что должности врачей-патологоанатомов устанавливаются из расчета 1 должность на: 200 вскрытий умерших в возрасте 15 лет и старше; 160 вскрытий умерших детей и мертворожденных; 4000 исследований биопсийного и операционного материала. Несмотря на то, что данный приказ носил лишь рекомендательный характер, именно такой формулировкой руководствовались при определении штатного расписания патологоанатомических отделений. [254] [255]

В свою очередь, анализ экспертной практики позволяет утверждать, что судебно-медицинскими экспертами осуществляется за год в среднем от 300 до 450 вскрытий трупов (Приложение Г). Сделав несложные вычисления можно прийти к выводу, что эксперты вскрывают трупы в два раза больше положенного. Это не может не отразиться на качестве проводимого ими вскрытия, как нами уже было ранее отмечено. В ходе исследования было выявлено, что медики не хотят афишировать эту статистику, и не желают ничего менять, т. к. за каждый вскрытый труп им осуществляется доплата, от которого они не хотят отказываться.

Анализируя опыт расследования преступлений против личности, респонденты оценили результаты процессуальных действий с участием специалиста в области медицины, следующим образом: «хорошо» - 51,6 % случаев; «удовлетворительно» - 32,5 % случаев и лишь в 15,5% случаев на «отлично» (Приложения А, Б).

Таким образом, анализ юридической литературы, следственной практики позволяет утверждать, что при расследовании преступлений против личности роль современных судебно-медицинских, медико-криминалистических, а также биолого-криминалистических экспертных исследований трудно переоценить. С помощью данных исследований можно не только установить виновного, но и полностью изобличить его в совершении преступления. Следовательно, разделяя мнение С. С. Самищенко, полагаем, что соответствующие специалисты на постоянной основе должны привлекаться следователем (дознавателем) к расследованию уголовных дел[256].

Совместную деятельность необходимо осуществлять уже на стадии возбуждения уголовного дела при установлении события преступления. В ходе досудебного производства по уголовным делам проведенные исследования способствуют подтверждению или опровержению показаний обвиняемого (подозреваемого). Однако производством судебно-медицинских экспертиз такое взаимодействие не должно заканчиваться. Помощь специалистов в области судебной медицины необходимо активно использовать не только в ходе подготовки и при проведении следственных действий, но и при оценке его результатов. Только такая организация участия специалистов позволяет максимально эффективно использовать современные возможности судебной медицины в расследовании преступлений против личности.

Проведенное исследование позволяет предложить следующий алгоритм совместной деятельности следователя (дознавателя) со специалистом в области судебной медицины при расследовании преступлений против личности:

1. На начальном (подготовительном) этапе взаимодействия: 1) по поручению следователя (дознавателя) руководителем экспертного подразделения, выделяется специалист в области судебной медицины для содействия следователю (дознавателю) в проведении процессуальных действий; 2) следователь (дознаватель), совместно со специалистом составляют план необходимого процессуального действия (целесообразно в письменной форме, с последующей корректировкой плана); 3) следователь (дознаватель) определяет задачи специалисту в области судебной медицины; 4) совместно решаются вопросы о применении научно-технических средств, которые могут потребоваться в ходе производства процессуальных действий.

2. На основном этапе взаимодействия: 1) осуществляется непосредственное производство процессуального действия, в процессе которого каждая из взаимодействующих сторон действует в соответствии с ранее составленным планом и в рамках своей компетенции; 2) происходит фиксация хода и результатов следственного действия в протоколе, в котором подробно описываются действия следователя (дознавателя), специалиста, отражаются применяемые научно-технические средства; 3) специалист оказывает содействие в подготовке фототаблиц, чертежей, схем, планов, т.е. приложений к протоколу следственного действия.

3. На заключительном этапе взаимодействия происходит совместное обсуждение полученных результатов и, при необходимости, устранение допущенных ошибок и пробелов.

Изложенное во второй главе позволяет сделать некоторые обобщающие выводы.

На основании проведенных теоретических и практических исследований, анализа следственной и экспертной практики использования медицинских знаний предложен алгоритм совместной деятельности следователя (дознавателя) со специалистом в области медицины в ходе проверки сообщения о преступлении против личности, а также в ходе дальнейшего расследования. Установлено, что первоначальные действия повторяются на последующем, а порой и заключительном этапе расследования. Полагаем, что это связано со сходством складывающихся следственных ситуаций первоначального и последующего этапов расследования. Использование медицинских знаний на первоначальном этапе расследования преступлений против личности способствует установлению целого ряда важных обстоятельств, подлежащих доказыванию (время, место, способ, остановку преступления; личность преступника; характер и размер вреда, вследствие совершенного преступления; смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и др.).

В ходе исследования установлено, что в подавляющем большинстве случаев на первоначальном этапе расследования рассматриваемых преступлений следователи (дознаватели) не привлекают специалистов в области судебной медицины к совместному составлению плана следственного действия. На последующем и заключительном этапе расследования преступлений против личности медицинские знания используются недостаточно. Во-первых, это может негативно повлиять на ход расследования, во-вторых, на выводы, излагаемые в обвинительном заключении (обвинительном акте, обвинительном постановлении) либо постановлении о прекращении уголовного дела или уголовного преследования. Сделан вывод, что сфера реализации медицинских знаний не ограничивается каким-либо этапом расследования.

Отмечено, что, несмотря на законодательное закрепление, проблемы назначения, организации, проведения судебно-медицинских экспертиз продолжают оставаться как в теории, так и в практической деятельности. В ходе исследования выявлены и обоснованы примерами следственной, экспертной и судебной практики следующие проблемы: неурегулированность сроков производства судебных экспертиз, некачественное вынесение постановления и несвоевременность назначения судебно-медицинских экспертиз, несвоевременность ознакомления с постановлением о назначении судебномедицинской экспертизы и заключением эксперта, неофициальность общения следователя (дознавателя) с экспертом, нарушение требований по оформлению заключения эксперта и ряд других. Основываясь на результаты проведенного исследования, предложена структура содержания постановления о назначении судебной экспертизы, а также структура содержания заключения эксперта.

Обоснован вывод о создании справочно-информационной базы данных судебно-медицинской, медико-криминалистической и криминалистической направленности, для совместного использования следователями, дознавателями, экспертами-криминалистами и судебно-медицинскими экспертами, как в ходе следственных действий, так и при производстве судебных экспертиз и исследований.

В работе отмечены некоторые проблемные вопросы назначения и производства комиссионной и комплексной судебных экспертиз с участием судебных медиков.

В ходе исследования выявлено, что совместное проведение со специалистом в области судебной медицины отдельных следственных действий, таких как осмотр места происшествия, допрос, освидетельствование, проверка показаний на месте вызывает трудности организационного характера. Установлено, что при расследовании преступлений против личности помощь специалиста в области судебной медицины при производстве отдельных следственных действий используется недостаточно.

Выявлены и сформулированы причины объективного и субъективного характера, которые препятствуют скорейшему раскрытию и расследованию преступлений против личности.

Для устранения некоторых трудностей указанного плана предложены практические меры. В частности, обоснована необходимость применения в практической деятельности судебно-медицинских экспертов, в ходе осмотра трупа на месте его обнаружения, регистрационной карты трупных изменений, которая являлась бы приложением к протоколу осмотра трупа на месте происшествия. Такая мера позволит упорядочить и объективизировать информацию о трупных явлениях, как основы для решения вопроса о времени совершения преступления, важнейшей составляющей объективной стороны преступления.

Предложено закрепить законодательно и методически обязательную процедуру видео и фото фиксации исследования трупов в морге. Это позволит иметь объективные данные для возможного производства дополнительных, повторных, комиссионных и комплексных экспертиз. Отсутствие таких объективных данных резко снижает возможности указанных экспертных исследований.

Аргументированы предложения о необходимости внесения законодательных изменений, способствующих эффективности расследования преступлений против личности (ст.ст. 178, 202, 204 УПК РФ и др.).

<< | >>
Источник: КОКОРЕВ Роман Александрович. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕДИЦИНСКИХ ЗНАНИЙ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЛИЧНОСТИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2017. 2017

Еще по теме § 2.3. Тактические особенности использования медицинских знаний при производстве отдельных следственных действий:

  1. § 3. Особенности тактики производства отдельных следственных действий на первоначальном этапе расследования
  2. Особенности производства отдельных следственных действий по уголовным делам о хулиганстве
  3. ГЛАВА 3. ОРГАНИЗАЦИОННО-ТАКТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОВЕДЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ ПО ДЕЛАМ ОБ УБИЙСТВАХ МАТЕРЬЮ НОВОРОЖДЕННОГО РЕБЕНКА
  4. § 5. ЗАДАЧИ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ДОКАЗЫВАНИЯ И ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗНАНИЙ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ЭКСПЕРТИЗЫ
  5. § 2. ТАКТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ПРОВЕДЕНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ, ПРОВОДИМЫХ «ПО ГОРЯЧИМ СЛЕДАМ»
  6. 2.3. Тактические особенности проведения отдельных следственных действий
  7. 11. Особенности производства отдельных следственных действий
  8. 12. Использование специальных знаний при расследовании преступлений, связанных с присвоением права на владение и управление предприятиями
  9. § 3. Особенности тактики отдельных следственных действий
  10. 2.3. Особенности производства неотложных следственных действий при расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом нарко­тических средств и психотропных веществ.
  11. Тактические возможности использования специальных знаний на стадии возбуждения уголовного дела
  12. Формы использования специальных знаний при раскрытии и расследовании преступлений, в административном судопроизводстве в отношении объектов дикой флоры и фауны
  13. ОГЛАВЛЕНИЕ
  14. Глава 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ МЕДИЦИНСКИХ ЗНАНИЙ В РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ ЛИЧНОСТИ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -