<<
>>

§ 3. Использование contractum в других фрагментах Лабеона

Для оценки нормативности учения Лабеона необходимо проанализировать

иные фрагменты, в которых он употребляет понятия «contrahere» и «contractum». Так, если Лабеон использует контракт для квалификации атипичных соглашений и в целом решения проблем договорной практики в других фрагментах, можно предположить, что он создал нормативное учение о контракте.

Среди дошедших до нас текстов можно условно выделить две группы: 1. свидетельства, где Лабеон использует понятие контракт в отношении типичных контрактов; 2. примеры его употребления при квалификации атипичных сделок.

Вначале проанализируем свидетельства первой группы. Одним из наиболее ярких примеров является следующий фрагмент (D. 17. 1. 8):

Ульпиан, 31- я книга к эдикту Если я назначу прокуратора (поверенного) и он не возвратит мне документов, относящихся к делу, то по какому иску он отвечает? И Лабеон полагает, что против него [следует] выступить с иском из поручения и не считает допустимым мнение

Ulpianus libro 31 ad edictum Si procuratorem dedero nec instrumenta mihi causae reddat, qua actione mihi teneatur? Et Labeo putat mandati eum teneri nec esse probabilem sententiam existimantium ex hac causa agi posse depositi: uniuscuiusque enim contractus initium spectandum et causam.

признающих возможность предъявления иска из хранения, [потому что] в каждом контракте следует смотреть на начало и на основание.

Фрагмент взят из 31-й книги комментария к эдикту Ульпиана, посвященной рубрике «De bonae fidei iudiciis». В нем обсуждается вопрос, с каким иском доверитель («Я») может выступить против прокуратора, когда последний не вернул документы по делу. Ульпиан приводит воззрение Лабеона, который вопреки мнению других юристов («sententiam existimantium»), допускающих actio ex deposito, выбирает в пользу actio ex mandato и указывает, что «в любом контракте следует смотреть на начало (initium) и на основание (causa)».

М. Таламанка оценивает initium и causa как неразрывные понятия, определяющие содержание и тип возникающего из контракта обязательства[628]. Ф. Г алло понимает initium и causa как взаимосвязанные, но в то же время концептуально отличные характеристики контракта. Ученый видит в initium contractus - соглашение, в causa - основание контракта. Лабеон показывает, что правовой тип договора и соглашение определяют вытекающий из него иск. Если сопоставить данный фрагмент с текстом D. 50.16.19, то на первый взгляд кажется, что Лабеон не обращается к взаимности обязательства при квалификации соглашения в качестве контракта. В то же время понятие ultro

citroque obligatio является структурным выражением понятия causa, и, значит, данный текст концептуально согласуется с D.50.16.19.

Вторая проблема интерпретации текста связана с употреблением термина contractus применительно к контрактам поклажи (depositum) и поручения (mandatum), из которых, как правило, возникают односторонние обязательства[629]. Такое несоответствие сформулированного юристом понятия в D. 50. 16. 19, где речь идет о взаимном обязательстве, его употреблению в рассматриваемом тексте, было использовано П. Вочи и другими исследователями для опровержения нормативности концепции Лабеона[630]. По мнению М. Сардженти[631] поднимаемый во фрагменте вопрос выбора иска - из поклажи (actio depositi) или из поручения (actio mandati) - не затрагивает материально-правовую квалификацию и, значит, не связан с учением о контракте Лабеона (D. 50.16.19). На это можно возразить, что без материальноправовой квалификации правоотношения невозможно определить наиболее верный иск. Использование Лабеоном понятия контракт в разбираемом фрагменте открывает новое понимание концепции ultro citroque obligatio в D. 50.16.19. Хранение и ссуда называются юристом контрактами, т.к. являются потенциально взаимными. Депозитарий или поверенный могли взыскать расходы на поручение по actio mandati vel contra (Gai, 4, 61) или хранение (depositum vel contra), акцентировав взаимность обязанностей.

Таким образом, тот факт, что Лабеон называет поручение контрактом, не конфликтует с понятием контракта в D. 50.16.19, а лишь указывает на то, что контракт для Лабеона является абстрактно-нормативной конструкцией, распространяющейся также на потенциально синаллагматические сделки.

В следующем фрагменте Лабеон употребляет понятие контракт в отношении залога (D. 42.8.6.6):

Ульпиан 66 книга к эдику У Лабеона сказано, что тот, кто получает свое, не считается совершившим никакого fraudem facere, hoc est eum, qui коварства, таков тот, кто получает обратно

Ulpianus 66 ad ed.

Apud labeonem scriptum est eum, qui suum recipiat, nullam videri

quod sibi debetur receperat: eum то, что ему было обещано: ведь

enim, quem praeses invitum несправедливо, что тот не исполняет, хотя

solvere cogat, impune non solvere iniquum esse: totum enim hoc

и присужден к уплате наместником провинции (praeses): весь этот эдикт edictum ad contractus pertinere, in затрагивает контракты, в которые не

quibus se praetor non interponit, ut вмешивается претор, как, например,

puta pignora venditionesque. залоги и продажи.

Фрагмент взят из 66-й книги комментария к эдикту Ульпиана, посвященной проблематике искового производства против неоплатного должника («Quemadmodum a bonorum emptore vel contra eum agatur» / «Каким образом вчиняет иск покупатель имущества неоплатного должника или вчиняется иск против него»). Текст сокращен, и, возможно, искажен[632]. В нем обсуждается проблематика действий во вред кредиторам. Лабеон полагает, что если одна из сторон договора присуждена к выплате другой стороне, она не совершает действие во вред кредиторам. В заключительной части фрагмента юрист обращается к вопросу о сфере применения рубрики эдикта об исковом производстве против неоплатного должника и указывает, что она распространяется на контракты, в которые не вмешивается претор. К их числу относятся залог и купля-продажа. Здесь Лабеон использует понятие contractus в отношении типичных консенсуальных договоров - купли-продажи и залога.

На основании того факта, что Лабеон квалифицирует залог в качестве договора, Альбанезе приходит к выводу, что он использовал понятие контракт не только в отношении взаимного обязательства, т.к. реальный залог в строгом смысле взаимным договором не является[633]. В то же время уже Катону известна конфигурация залога как консенсуального контракта (Cato, De agr., 146) (pignus conventum). Вероятно, что и Лабеон рассматривает залог как консенсуальный договор, из которого возникают взаимные обязательства, а потому использует понятие contractus в гармонии с фрагментом D. 50.16.19.

Многочисленны тексты, в которых Лабеон обращается к понятию контракт, для квалификации атипичных соглашений. К их числу относится следующий текст (D. 18. 1. 80. 3):

Labeo libri quinti posteriorum a Лабеон, пять книг из писем Яволена к Iavoleno epitomatorum: Posteriores:

Nemo potest videri eam rem Нельзя считать, что кто-либо продал vendidisse, de cuius dominio id agitur, вещь, когда в отношении нее было ne ad emptorem transeat, sed hoc aut достигнуто соглашение, что она не locatio est aut aliud genus contractus. должна перейти покупателю; в этом

случае имеет место или аренда, или контракт другого рода.

Фрагмент является выдержкой из писем Яволена на посмертно изданные сочинения Лабеона (Posteriores). Он является значительно сокращенной частью более подробного текста, в котором Лабеон обсуждает проблемы договора купли-продажи[634]. Правовая проблема, о которой высказывается Лабеон, связана с квалификацией договора, близкого к купле-продаже, с тем исключением, что собственность не переходит покупателю. Из выражения «nemo potest videri eam rem vendidisse de cuius dominio id agitur, ne ad emptorem transeat» («никто не может считаться, что продал такую вещь, когда в отношении на нее было достигнуто соглашение, что она не должна перейти покупателю») следует, что стороны изначально заключили договор купли продажи, и затем на основании дополнительного соглашения («pactum adiectum») исключили переход собственности покупателю.

Соглашение, заключенное в дополнение к купле-продаже (pactum adiectum), согласно которому проданная вещь не переходит к покупателю, выходит для Лабеона за пределы типичной схемы купли-продажи, образуя либо аренду, либо контракт иного рода[635]. Из выражения «aliud genus contractus» («контракт иного рода»), следует, что Лабеон использовал существительное «contractus» в отношении атипичных договоров. Сама структура изложения, допускающая альтернативность (или...или/aut...aut), свидетельствует о том, что юрист был открыт к признанию новых контрактов и допускает нестандартную квалификацию[636], показывая готовность включить в число контрактов новые атипичные сделки, которые постоянно появляются в усложняющей социальноэкономической практике[637]. Обращаясь к соотношению понятия контракт в указанном фрагменте и во фрагменте D. 50.16.19, следует отметить, что все три альтернативы квалификации договора - купля-продажа, найм, а также контракт иного рода - подразумевают под собой правовую ситуацию взаимности обязанностей, а, значит, находятся в гармонии с определением контракта как взаимного обязательства[638].

Заслуживает внимания фрагмент D. 18.1.78.2:

Labeo libro quarto posteriourm а Лабеон, из 4-й книги писем Яволена к Iavoleno epitomarum посмертно изданным книгам

Qui fundum ea lege emerat, ut soluta Некто купил участок на таких условиях, pecunia traderetur ei possessio, что ему лишь с уплатой цены будет duobus heredibus relictis decessit: si передано владение на него, [затем] умер unus omnem pecuniam solverit, и оставил после себя двух наследников. partem familiae herciscundae iudicio Если один уплатит всю цену, то он servabit: nec, si partem solvat, ex может по иску о разделе наследства empto cum venditore aget, quoniam возместить половину; если он уплатил ita contractum aes alienum dividi non только часть, то он не может выступить potuit. против продавца с иском из купли,

потому что установленный на основе такого контракта денежный долг не мог быть разделен.

Как и предыдущий, данный текст является выдержкой из писем Яволена к посмертно изданным книгам Лабеона (Posteriores). В нем разбирается случай, когда покупатель земельного участка, не уплатив цену, умер, оставив двух наследников, которым совместно переходит право требования к продавцу о передаче земельного участка. Решению подлежат следующие вопросы: может ли наследник, полностью уплативший цену по договору купли-продажи, потребовать возмещения части уплаченной суммы в порядке регресса у другого наследника и вправе ли один из наследников, уплативший часть цены по договору купли-продажи, выступить с иском из купли (actio ex empto) против продавца?

На первый вопрос Лабеон отвечает утвердительно, позволяя уплатившему цену наследнику выступить против другого с иском о разделе наследства. По второму вопросу юрист отказывает одному из наследников в иске к продавцу со следующим обоснованием: «quoniam ita contractum aes alienum dividi non potuit» («поскольку установленный на основании такого контракта долг не может быть разделен»). Возникающие из договора купли-продажи обязательства неделимы, по мнению юриста. До уплаты всей суммы за земельный участок невозможно было вчинить иск продавцу. Главное для нас, что употребление contractum в отношении обязательства из купли-продажи находится в гармонии со значением данного понятия во фрагменте D. 50.16.19.

Ярким подтверждением использования понятия контракт в отношении атипичных соглашений является следующий текст (D. 19.5.19 pr.):

Ulpianus 31 ad ed. Ульпиан 31-я книга комментария к эдикту

Rogasti me, ut tibi nummos mutuos Ты попросил меня, чтобы я дал тебе денег darem: ego cum non haberem, dedi взаймы; я же, поскольку их у меня не было, tibi rem vendendam, ut pretio дал тебе вещь на продажу, чтобы ты utereris. si non vendidisti aut воспользовался ценой. Если ты не продал или vendidisti quidem, pecuniam autem продал, но не получил заемных денег, non accepisti mutuam, tutius est ita надежнее подавать иск, как говорит Лабеон, agere, ut Labeo ait, praescriptis со словами в прескрипции, исходя из того, что verbis, quasi negotio quodam inter будто бы заключенная нами некая сделка nos gesto proprii contractus. является контрактом.

Фрагмент взят из 31-й книги комментария к эдикту Ульпиана, посвященной титулу «De bonae fidei iudiciis»[639]. Текст, возможно, искажен. В частности, Сардженти[640] полагает, что в высказывании Лабеона «tutius est ita agere... praescriptis verbis...» («надежнее подавать иск с описанием дела в прескрипции»), «tutius» (лучше) указывает на наличие иных исков, которые

были вычеркнуты из текста составителями Дигест. Таламанка[641] и Скьявоне[642] полагают, что выражение «quasi negotio quodam inter nos gesto proprii contractus» («будто бы заключенная нами некая сделка является контрактом») искажено, т.к. является стилистически тяжелым из-за одновременного использования понятий «negotium» (сделка) и «proprius contractus» (собственно контракт), значения которых накладываются друг на друга. Вопреки этому Р. Санторо[643] и Л. Д’Амати[644] высказались о восхождении фразы к Лабеону. Понятие «negotium» широко использовалось в источниках в значении сделки. Прилагательное «proprius» в связке « contractus» уточняет, что во фрагменте речь идет не просто о сделке («negotium»), но об особой ее разновидности - контракте. Подобным образом вызывающая сомнения частица «quasi» выражает уподобление сделки контракту[645] в словах «quasi negotio quodam inter nos gesto proprii contractus». Таким образом, следует согласиться с позицией Ф. Галло о том, что во фрагменте представлено суждение Лабеона[646]. Сложности вызывает квалификация разбираемого в тексте договора. В соответствии с ним займодавец («Я») предлагает заемщику («Ты») продать принадлежащую ему (займодавцу) вещь, взяв вырученную сумму в качестве займа. Заемщик не смог продать вверенную ему вещь, и она безосновательно осталась у него, или же не сумел выручить за проданную вещь деньги. Вопрос в том, с каким иском займодавец может потребовать от последнего деньги?

Во времена Ульпиана сложности в квалификации разбираемого случая были преодолены и такого рода сделки признавались займом особого рода (contractus mohatrae) (D. 12.1.11 .pr.), обеспеченным соответствующим кондикционным иском. До Ульпиана юристы отказывали в квалификации сделки в качестве займа (D. 17.1.34.pr.)[647]. Препятствием для этого был тот факт, что займодавец переданной вещи после ее продажи не становился собственником полученной за нее денежной суммы, т.к. в римском праве отсутствовало прямое представительство, создающее правовой эффект сделки на стороне представляемого. Условием же квалификации отношений как заемных необходима была собственность на денежные средства на стороне займодателя и непосредственная передача вещи заемщику.

Для Лабеона сделка не являлась займом, и он полагал, что займодавцу лучше использовать иск с описанием дела в прескрипции - «tutius est ita agere (...) praescriptis verbis». Следует согласиться с Сардженти, что представление искового средства agere praescriptis verbis как лучшего (tutius) варианта намекает на то, что изначально в тексте Ульпиана было представлено несколько видов исков для защиты займодавца и подтверждает комплексный, составной характере спорного договора [648]. Составители Дигест оставили лишь решение Лабеона, поместив сам фрагмент в соответствующий 5-й титул «De praescriptis verbis et in factum actionibus» 19-й книги Дигест. По мнению Р. Фьори[649], его можно разделить на две части. Первая охватывает договор займа, вторая может быть квалифицирована либо как комиссия, либо как поручение. Возможность разложения спорного фактического состава на несколько типичных контрактов не отменяет квалификацию договора в качестве атипичного.

Разбираемый во фрагменте фактический состав содержит в себе элементы договоров займа, комиссии и поручения, и является смешанным и атипичным. В то же время он отвечает характеристикам контракта в понимании Лабеона согласно D.50.16.19. Из него возникают взаимные обязанности (ultra citroque obligatio), и поэтому он выступает основанием предоставления иска agere praescriptis verbis.

<< | >>
Источник: Новицкая Анна Андреевна. СТАНОВЛЕНИЕ УЧЕНИЯ О КОНТРАКТЕ В РИМСКОЙ ЮРИСПРУДЕНЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва 2014. 2014

Еще по теме § 3. Использование contractum в других фрагментах Лабеона:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -