<<
>>

1.3 Понятие и значение обвинительного приговора без назначения наказания в современном российском уголовном судопроизводстве

Для уточнения понятия обвинительного приговора без назначения наказания, необходимо раскрыть признаки данного вида обвинительного приговора, в связи с чем следует проанализировать понятие «приговор» в российском уголовном судопроизводстве.

Дефиниция приговора, приведенная законодателем в п. 28 ст. 5 УПК РФ, содержит лишь основные признаки приговора, характеризующие его содержание как итогового судебного решения по уголовному делу.

Обвинительный приговор без назначения наказания непосредственно предусмотрен в УПК РФ (п. 3 ч. 5 ст. 302) и является самостоятельным итоговым судебным решением, так как соответствует всем его признакам, перечисленным в уголовнопроцессуальном законе (п. п. 53.1, 2 ст. 5 УПК РФ): постановляется по уголовному делу только в судах первой и второй инстанций; данным судебным решением уголовное дело разрешается по существу с разрешением вопроса виновности1. В связи с этим вызывает возражения позиция отдельных авторов, согласно которой норме, содержащейся в п. 3 ч. 5 ст. 302 УПК РФ, отводится роль «запасной» нормы, оставленной законодателем на будущее, в случае внесения изменений, по которым суд, признав лицо виновным, сочтет возможным не подвергать его уголовному наказанию, как полагает А. И. Ивенский , или роль функции «резервной нормы, позволяющей устранять процессуальные ошибки в иных случаях вынесения обвинительного приговора»[204] [205] [206], как полагают отдельные авторы. Представляется, что единичные случаи ошибок судебной практики не могут давать почву для таких категоричных выводов. Действительно при проверке вышестоящими судами состоявшихся обвинительных приговоров, в некоторых из них имелись ошибки, свидетельствующие о фактическом неназначении наказания (например, не указан срок или вид наказания, назначен вид наказания, который не может быть определен данному лицу и др.).

Вышестоящие суды, сохраняя в силе такие приговоры, отмечали, что не усмотрели оснований к их отмене, расценивая такие приговоры как обвинительные приговоры без назначения наказания[207].

По существу законодатель устанавливает, что вопросы виновности и наказания - это основные вопросы, которые должен разрешить суд в приговоре. Понятие приговора ряд исследователей предлагает уточнить следующими положениями:

1) дополнить, что приговор - решение, вынесенное именем государства[208];

2) отразить вопрос разрешения в приговоре обвинения, указав, что приговор - акт правосудия, разрешающий предъявленное подсудимому обвинение; или решение о невиновности или виновности подсудимого в совершении деяния, по обвинению в котором он предан суду1;

3) включить в рассматриваемое понятие существенные моменты процедуры постановления приговора, указав, что приговор - решение, постановленное на основе непосредственно исследованных судом в судебном разбирательстве доказательств, в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом; в результате судебного разбирательства уголовного дела; процессуальный документ, постановленный только в совещательной комнате ;

4) указать наиболее существенные требования к приговору и его свойства, подчеркнув, к примеру, что приговор - наделенное законной силой окончательное судебное

3

решение .

Анализируя изложенные позиции, следует признать, что приведенные признаки отражают различные аспекты понятия приговора в уголовном судопроизводстве, но для включения их в норму-дефиницию в УПК РФ нет оснований, представляется достаточным отразить лишь те признаки приговора, которые относятся ко всем его видам, отражают его сущность, не усложняя дефиницию, что дает возможность ее использования как в науке, так и на практике. В подтверждение этого уместно сослаться на результаты анкетирования судей. Большинство опрошенных в ходе исследования респондентов (65%) расценивает положения п. 28 ст.

5 УПК РФ, как не требующие дополнений, поскольку, с их точки зрения, данная норма закона достаточно полно раскрывает понятие приговора. Дополнить норму указанием на то, что приговор постановляется именем Российской Федерации, было предложено 9% опрошенных респондентов; возможность [209] [210] [211] [212] постановления приговора без назначения наказания в предусмотренных законом случаях - 17%, указанием на то, что приговор постановляется в совещательной комнате - 7%1. Причем, некоторые респонденты дополнительно указывали на то, что необходимо включить в понятие приговора лишь основной вопрос - вопрос о виновности или невиновности подсудимого. В одной из анкет обоснованно обращалось внимание на то, что все иные вопросы, разрешаемые в приговоре (наказание, разрешение гражданского иска, и иные), - это последствия решения суда о виновности или невиновности подсудимого. Комментируя достаточность полноты нормативного понятия, судьи подчеркивали, что иные характеристики и требования к приговору и процедуре его постановления приведены в других нормах УПК РФ.

Таким образом, в понятие приговора необходимо включить основной вопрос о виновности или невиновности подсудимого, потому что значение приговора, как акта правосудия, в первую очередь, связано с разрешением главного вопроса уголовного судопроизводства: виновности (невиновности) подсудимого в предъявленном ему обвинении. Относительно необходимости указания на то, что в понятии приговора следует отражать вопросы наказания, освобождения от наказания, оправдания лица, рассмотрения иных вопросов, подлежащих разрешению одновременно с вопросом виновности, мнения процессуалистов расходятся. Так, по мнению И. Д. Перлова, в понятие приговора входят три взаимосвязанные составные части: 1) вопросы о преступлении и виновности подсудимого в его совершении; 2) вопросы, связанные с наказанием; 3) вопросы, связанные с гражданским иском, вещественными доказательствами, процессуальными издержками и некоторые другие .

В. Д. Адаменко рассматривает как позитивное дополнение, появившееся впервые в УПК РСФСР 1960 г., указание в понятии приговора на разрешение вопросов наказания (ненаказания) лица, в отношении которого рассмотрен вопрос виновности (невиновности)[213] [214] [215] [216]. Е. Г. Мартынчик полагал важным подчеркнуть, что приговор - это вынесенное от имени государства решение суда первой инстанции, принятое в результате судебного разбирательства по всем вопросам уголовного дела, в том числе, о виновности подсудимого и его наказании или освобождении от наказания либо о неви-

4

новности и оправдании подсудимого, и по связанным с этим вопросами .

Наряду с главным вопросом о виновности, суд в приговоре одновременно разрешает вопросы формы реализации уголовной ответственности, в частности, наказания, и иные вопросы. Перечисление всех вопросов, которые разрешаются судом, излишне усложнит дефиницию приговора. В поддержку приведенной позиции уместно привести мнение процессуалистов, в разное время пришедших к аналогичному выводу. «Основной вопрос, который должен быть поставлен и разрешен судом, есть вопрос о виновности подсудимого в деянии, по обвинению в котором он предан суду», - подчеркивал в начале XX века Н. Н. Розин1. В свое время, рассматривая предложения о расширении понятия приговора, путем включения в него многих других вопросов, Г. Н. Агеева справедливо отмечала, что «эти вопросы решаются в приговоре постольку, поскольку они связаны с вопросом о виновности» . А. П. Гуськова обоснованно пришла к выводу, что

3

вопрос о виновности - главный, а вопрос назначения наказания - производный от него .

Ю. М. Грошевой, в свою очередь, верно акцентировал внимание на суть приговора как акта правосудия, в котором «суд от имени государства разрешает основной вопрос каждого уголовного дела - о наличии или отсутствии события преступления, о виновности или невиновности подсудимого, приговор выражает убеждение судей в правильности принятых ими решений»[217] [218] [219] [220].

Реализовать назначение уголовного судопроизводства возможно лишь посредством установления лиц, виновных в совершении преступления. В связи с чем вопрос виновности лица в инкриминируемом ему преступлении как основание уголовной ответственности выступает в качестве главного[221] (основного[222] [223]),

7

центрального , подлежащего рассмотрению и разрешению.

В юридической литературе встречаются высказывания о том, что при назначении судебного штрафа на основании ст. 76.2 УК РФ в порядке, предусмотренном главой 51.1

УПК РФ, суд при освобождении от уголовной ответственности исследует вопросы виновности лица1, а сам судебный штраф отдельными авторами расценивается как наказание («паранаказание» ; «административное наказание» ). С точки зрения отдельных авторов, судебный штраф на практике воплотился в аналог ускоренного производства по уголовному делу с тем отличием, что производство завершается не осуждением, а прекращением уголовного дела (или уголовного преследования)[224] [225] [226] [227], то есть в упрощенную форму приговора[228].

Действительно, следует отметить, что положения о судебном штрафе, отраженные в нормах уголовного и уголовно-процессуального закона, не только не предусматривают порядок применения этих норм, но и содержат противоречия. Однако стремление их устранить и дать механизм реализации указанных положений правоприменителю путем разъяснения Пленума Верховного Суда РФ[229] создало ситуацию, когда разъяснение вышло за пределы нормативной регламентации и на практике отдельные постановления о судебном штрафе представляют новую процессуальную форму, содержащую элементы, как постановления, так и приговора[230]. Если рассматривать судебный штраф в аспекте восстановительной модели правосудия, то он не в полном объеме соответствует интересам жертвы, т.

к., несмотря на то, что одним из условий возможности применения положений ст. 76.2 УК РФ является возмещение вреда, однако, позиция потерпевшего не влияет на принятие судом решения[231].

Освобождение от уголовной ответственности на основании ст. 104.4 УК РФ следует признать условным: невыполнение условия уплаты судебного штрафа лицом, в отношении которого судом принято решение, влечет за собой отмену решения о его освобождении от уголовной ответственности. Следовательно, постановление суда не означает установления виновности лица в совершении преступления, и кроме того, в отношении подозреваемого (обвиняемого или подсудимого) не вынесен обвинительный приговор (ч. 2 ст. 47 УПК РФ). Таким образом, при прекращении уголовного дела по ст. 25.1 УПК РФ лицо решением суда виновным не признается и осужденным не является, а введение в закон нового основания освобождения от уголовной ответственности и порядок принятия решения судом не влияет на понятие приговора в уголовном судопроизводстве[232]. Сложившаяся противоречивая судебная практика требует реагирования законодателя.

Требования закона о том, что наказание может быть назначено только приговором суда на основе ст. 49 Конституции РФ и закреплено в качестве принципа уголовного судопроизводства (ст. 8 УПК РФ). Единственным процессуальным решением, в котором после рассмотрения вопроса виновности возможно решение вопроса о наказании осужденному является приговор. Однако, указание в п. 28 ст. 5 УПК РФ о том, что приговор - это решение не только о наказании виновного, но и «об освобождении его от наказания», представляется не совсем удачным, не раскрывающим сущность данного судебного решения.

Как следует из норм материального права (глава 12 УК РФ «Освобождение от наказания») под освобождением от наказания рассматриваются основания: 1) при которых наказание не назначается; 2) при которых наказание назначено и имеются основания для освобождения от его отбывания или отсрочки назначенного наказания, 3) освобождения от дальнейшего отбывания назначенного наказания; 4) при которых вопрос уголовной ответственности не разрешен. Законодатель разграничивает указанные основания и упоминает их в нескольких нормах УПК РФ: 1) при постановлении приговора на основании п. 8 ч. 1 ст. 299 УПК РФ суд обсуждает «имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания»; 2) на основании п. 4 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть приговора должна содержать «мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия»; 3) на основании ст. 308 УПК РФ «в случаях освобождения подсудимого от отбывания наказания, применения отсрочки отбывания наказания или вынесения приговора без назначения наказания об этом также указывается в резолютивной части приговора».

В УПК зарубежных стран в понятии приговора заключены разные существенные признаки, но отличает их одно общее свойство: большинство дефиниций приговора не обременены всеми признаками и свойствами данного судебного решения. Так, в некоторых УПК закреплено, что приговор постановляется судом. УПК Азербайджана, Армении1, Таджикистана[233] [234], Республики Беларусь, включают в понятие приговора только указание на рассмотрение вопроса о невиновности или виновности подсудимого. В некоторых УПК с указанием на то, что приговор постановляется судом первой инстанции (п. 42 ст. 6 УПК Молдовы[235], п. 30 ст. 6 УПК Беларуси[236]), в некоторых - включается и возможность постановления приговора судом апелляционной инстанции (ст. 7.0.45 УПК Азербайджана[237], п. 52 ст. 7 УПК Казахстана[238], ст. 5 УПК Кыргызстана[239]). В УПК Грузии понятие приговора не содержит норму о последствиях осуждения с назначением или без назначения наказания: приговор - решение суда первой инстанции, апелляционного или кассационного суда, признающее обвиняемого виновным в совершении преступления или оправдывающее его (п. 14. ст. 3)[240]. По УПК Молдовы - «приговор - решение, вынесенное судом первой инстанции по рассмотренному по существу делу».

Таким образом, на основании норм уголовно-процессуального закона вопрос наказания виновного суд обсуждает при рассмотрении вопросов, подлежащих разрешению при постановлении приговора, принимая следующие решения: 1) о неназначении наказания, 2) о назначении наказания, 3) о назначении наказания и освобождении от его отбывания (или применении отсрочки его отбывания). Как верно отмечают некоторые авторы, назначение норм-дефиниций состоит в том, чтобы «закрепить однозначное понимание тех или иных процессуальных терминов и тем самым исключить возможность конфликтной ситуации, вызванной их неодинаковым толкованием», а поскольку нет единства мнений относительно любой дефиниции, то такие определения должны быть «функциональными, точными как в своем содержании, так и использовании, не должно быть громоздких теоретических определений в текст закона»1, а определение дефиниции должно отражать существенные, качественные признаки предмета или явления, закрепленные в УПК РФ в целях обеспечения единства правового регулирования[241] [242]. Подводя итог исследованию дефиниции приговора, следует подчеркнуть, что главное в нем - вопросы виновности и наказания.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что норму-дефиницию, необходимо уточнить, исключив из п. 28 ст. 5 УПК РФ указание на «либо об освобождение его от наказания», и предложить следующую редакцию п. 28 ст. 5 УПК РФ: «28) приговор - решение о невиновности либо о виновности и наказании подсудимого, постановленное судом первой или апелляционной инстанции;». Сформулированная дефиниция приговора позволяет выявить сущность обвинительного приговора[243]. В уголовно-процессуальном законе нет определения понятия «обвинительного приговора». Вместе с тем, такой вид приговора имеет ряд отличительных особенностей, обусловленных его содержанием. В Толковом словаре русского языка В. И. Даля значение слова «приговор» определено как «судебное постановление, определение, решение; или чье-либо решительное заключение, не допускающее иного мнения»[244], значение слова «обвинять» - как «винить, взводить на него вину; считать причинным, виновным»[245]. По словарю С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой слово «приговор» также имеет два значения: 1) решение суда после слушания уголовного дела;

2) осудительная оценка, осуждающее решение, мнение»1, слово «обвинять» употребляют в двух значениях: «1) счесть виновным, упрекнуть, укорить; 2) считая виновным, привлечь к суду»[246] [247]. Приведенные значения терминов подчеркивают суть понятия обвинительного приговора: 1) постановление решения судом, 2) основной вопрос, который разрешен в обвинительном приговоре - признание виновным лица, привлеченного к суду. Таким образом, понятие обвинительного приговора можно сформулировать следующим образом: «обвинительный приговор - решение о виновности без назначения наказания, с назначением наказания, подлежащего отбыванию или освобождением от его отбывания, постановленное судом первой или апелляционной инстанции».

Как отмечалось, теоретические представления о сущности уголовного судопроизводства изменились благодаря переходу парадигмы «преступление - наказание» к парадигме «преступление - виновность». Л. В. Головко справедливо отмечает, что уголовная ответственность перестала сводиться к одной своей форме - наказанию. В праве закрепился принцип неотвратимости ответственности, а не наказания (принцип неотвратимости реагирования государства на преступление)[248]. Совершение преступления является необходимым юридическим фактом, предпосылкой для возникновения уголовной ответственности в силу ст. 8 УК РФ[249]. В свою очередь, обвинительный приговор является единственным процессуальным документом, устанавливающим основания реализации уголовной ответственности [250]. Однако, уголовная ответственность не приравнивается законодателем к наказанию[251] [252], которое, в свою очередь, не является единственной формой реализации уголовной ответственности, а является лишь одним из возможных последствий привлечения лица к уголовной ответственности. Уголовная ответственность может быть реализована в различных формах, в том числе, в форме осуждения без назначения наказания, поскольку уголовная ответственность - это последствие совершения преступления, которое, прежде всего, свя-

7

зано с государственным осуждением .

В юридической литературе выделяется два принципиально разных подхода к последствиям постановления обвинительного приговора без назначения наказания. Ряд авторов полагают, что обвинительный приговор без назначения наказания является процессуальной формой освобождения от уголовной ответственности. Такого подхода придерживаются, в частности, П. М. Давыдов , А. С. Зиновьев , Г. И. Загорский . В. Д. Филимонов, указывая наказание (или иную меру уголовно-правового характера) в качестве обязательного признака уголовной ответственности, не усматривает как противоречие возможность вынесения обвинительного приговора без назначения наказания в случае истечения сроков давности или акта амнистии. Полагая, что в этих случаях уголовная ответственность исключается, В. Д. Филимонов считает, что такой приговор необходим только лишь для признания лица виновным в совершении преступления, без чего невозможно освобождение от уголовной ответственности по указанным основаниям .

Второй подход основан на том, что обвинительным приговором без назначения наказания реализуется уголовная ответственность. Так, А. В. Бриллиантов и С. Курганов считают, что уголовная ответственность может иметь место и без наказания, в случае постановления обвинительного приговора без назначения наказания она состоит только в порицании, осуждении лица5. В. С. Прохоров, Н. М. Кропачев и А. Н. Тарбагаев, исследовавшие механизм уголовно-правового регулирования, пришли к выводу, что уголовная ответственность - это результат основанного на уголовном законе порицания (отрицательной оценки) совершенного общественно опасного деяния и лица, его совершившего со стороны государства, выраженного в обвинительном приговоре суда6.

Разделяя позицию авторов, рассматривающих обвинительный приговор без назначения наказания как процессуальную форму реализации уголовной ответственности, [253] [254] [255] [256] [257] [258] следует отметить, что обвинительный приговор суда (любого вида, в том числе, без назначения наказания) не может быть процессуальной формой освобождения от уголовной ответственности, поскольку как раз напротив, данным судебным решением уголовная ответственность реализуется1. Вопрос виновности рассматривается судом, который получает право назначить наказание. Однако суд, в силу имеющихся указанных в законе оснований, наказание не назначает. Данный приговор постановляется, когда уголовная ответственность может быть реализована, а цели наказания достигнуты без реального отбытия наказания, или если цели наказания достигнуты досрочно либо их достижение объективно становится не возможным, а также, если они заведомо не целесообразны[259] [260] [261]. В обвинительном приговоре без назначения наказания суд дает оценку содеянному как преступлению, признавая лицо виновным в его совершении, и указывает основания, по которым осужденному наказание не назначается. Таким образом, данный вид обвинительного приговора является процессуальной формой реализации уголовной ответственности - осуждение без назначения наказания. Если имеются основания, исключающие наступление уголовной ответственности, то вопрос виновности не рассматривается, выносится постановление о прекращении уголовного преследования (уголовного дела). В этой связи не утратили актуальности высказывания И. В. Михайловского, считавшего закономерным «право суда совершенно освобождать признанного виновным обвиняемого от наказания и таким образом не отождествлять понятий «виновен» и «заслуживает наказания», а строго разделять их и

- 3

каждый из соответствующих вопросов решать самостоятельно» .

На протяжении нескольких лет более 70 % от числа всех осужденных составляют лица, совершившие преступления небольшой и средней тяжести[262]. Оптимизация уголовного судопроизводства по делам в отношении указанных лиц позволит обеспечить реализацию дополнительных гарантий при разрешении уголовных дел о тяжких и особо тяжких преступлениях, повысить качество и доступность уголовного правосудия. С учетом перехода от карательной модели правосудия к восстановительной законодатель предусматривает различные основания правомерного освобождения лиц, совершивших преступления, от предусмотренного уголовным законом наказания, обоснованно полагая, что наказание не всегда является необходимым при реализации механизма привлечения виновного к уголовной ответственности. Так, главы 12-14 УК РФ закрепляют 10 оснований освобождения от наказания. В этой связи Г. Б. Виттенберг справедливо подчеркивал, что институт освобождения от уголовного наказания обеспечивает возможность воздействовать на лиц, совершивших преступления небольшой общественной опасности, менее интенсивными и суровыми средствами, чем уголовное наказание, что в свою очередь, создает дополнительные возможности для дальнейшего снижения пределов применения судебной репрессии[263].

Изложенное позволяет сделать вывод, что материально-правовые предпосылки обвинительного приговора без назначения наказания обусловлены нормами уголовного закона, предусматривающими возможность реализации уголовной ответственности без применения к виновному наказания. Уголовно-процессуальный закон предусматривает различные процессуальные формы освобождения от уголовной ответственности и реализации уголовной ответственности: 1) постановление (определение) дознавателя, следователя или суда является формой освобождения от уголовной ответственности и не включает ни осуждения, ни назначения наказания; 2) обвинительный приговор без назначения наказания является процессуальной формой привлечения к уголовной ответственности, включает только осуждение; 3) обвинительный приговор с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, является процессуальной формой привлечения к уголовной ответственности, включает осуждение и назначение наказания, подлежащего отбытию; 4) обвинительный приговор с назначением наказания, и освобождением от его отбывания, является процессуальной формой привлечения к уголовной ответственности, включает осуждение, назначение наказание, и освобождение от его отбывания.

Результатом судебного разбирательства может быть постановление (определение) о прекращении уголовного преследования (уголовного дела), то есть решение, констатирующее отказ от уголовной ответственности. Итоговым судебным решением может быть приговор (оправдательный или обвинительный (трех видов)). Обвинительный приговор является решением, констатирующим реализацию уголовной ответственности (в том числе, отказ от назначения наказания). Представляется, что для реализации уголовной ответственности только двух видов обвинительного приговора недостаточно. Необходима такая процессуальная форма, как обвинительный приговор без назначения наказания, поскольку имеются основания минимизировать уголовную репрессию в отношении осужденного без назначения ему наказания.

Некоторые авторы выделяют еще несколько видов обвинительных приговоров, кроме приведенных в ч. 5 ст. 302 УПК РФ. В частности, приведенная законодателем в ч. 8 ст. 302 УПК РФ формулировка «обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания» отличается от использованных в ч. 5 ст. 302 УПК РФ формулировок «с назначением наказания и освобождением от его отбывания» и «без назначения наказания». Ряд авторов полагает, что при наличии оснований, указанных в ч. 8 ст. 302 УПК РФ постановляется обвинительный приговор без назначения наказания1. Сторонники второй точки зрения считают, что это тот же самый вид обвинительного приговора, который непосредственно указан в п. 2 ч. 5 ст. 302 УПК РФ (с освобождением от отбывания наказания) . Авторы, занимающие третью позицию, усматривают основания для вынесения судом постановления в связи с освобождением лица от уголовной ответственности, а не приговора при наличии оснований, приведенных в ч. 8 ст. 302 УПК РФ . И, наконец, отдельные авторы рассматривают ч. 8 ст. 302 УПК РФ в качестве основания для постановления самостоятельного вида обвинительного приговора.

Так, С. В. Бородин истечение сроков давности уголовного преследования, а также исключение актом амнистии применения наказания, рассматривал как основания для постановления четвертого вида обвинительного приговора - обвинительного приговора с освобождением от наказания, не отмечая - требуется ли назначение наказания в этом случае, и в чем отличие данного приговора от других видов обвинительного приговора[264] [265] [266] [267]. Позже С. В. Бородин уточнил, что данные основания влекут постановление обвинительного приговора с назначением наказания и освобождением от его отбывания, указывая, что эти же основания УПК РФ относит и к вынесению обвинительного приговора с освобождением от уголовной ответственности (ч. 6 ст. 302 УПК РФ)[268].

В. В. Дорошков, комментируя ст. 302 УПК РФ, указывает на четвертый самостоятельный вид обвинительного приговора: в одном издании автор указывает на приговор с освобождением осужденного от назначенного наказания до наступления определенного события, предусмотренного ст. 81 УК РФ1, в другом - на приговор с освобождением осужденного от назначенного наказания «до наступления определенного события, предусмотренного ст. ст. 389.8, 389.9 УПК РФ» . При этом в каждом приведенном случае не раскрывает, при наличии каких оснований такой приговор может быть постановлен, и в чем его отличие от видов обвинительных приговоров, указанных в ст. 302 УПК РФ. С точки зрения А. И. Ивенского и А. В. Орлова существует в качестве самостоятельного вида обвинительный приговор с освобождением несовершеннолетнего подсудимого от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия или направлением в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа органов управления образование,

з

постановленный в порядке ст. 432 УПК РФ .

Возражая приведенным позициям о существовании самостоятельных видов обвинительных приговоров, кроме приведенных в ч. 5 ст. 302 УПК РФ, следует отметить, что применение норм уголовного закона в порядке ст. 432 УПК РФ не порождает существование нового самостоятельного вида обвинительного приговора, а классификация судебных приговоров должна производиться в зависимости от их отношения к предъявленному обвинению [269] [270] [271] [272]. В основе классификации видов приговоров на оправдательный и обвинительный лежит рассмотрение вопроса о невиновности или виновности лица по предъявленному обвинению. При установлении виновности постановляется обвинительный приговор, в котором критерием выделения видов приговоров служит отношение к наказанию. Приведенная дискуссия наглядно демонстрирует то, что законодатель не предусмотрел все основания для постановления различных видов обвинительных приговоров.

Для определения сущности обвинительного приговора без назначения наказания также необходимо проанализировать, насколько он соответствует требованиям, предъявляемым к приговору[273]. В УПК РФ предусмотрено обязательное соблюдение предъявляемых к

12 3

приговору требований: законности , обоснованности , справедливости (ст. 297 УПК РФ). Требование мотивированности4 приговора следует из принципа законности (ч. 4 ст. 7 УПК РФ), анализа норм УПК РФ и сформировалось судебной практикой, кроме того, рассматривается ЕСПЧ как необходимый элемент справедливого судебного разбирательства5. Мотивированность судебного решения рассматривается и в качестве средства формирования в обществе убеждения в справедливости уголовного судопроизводства и принимаемых в итоге судебных решений6. Все требования к приговору взаимосвязаны, но обладают относительной самостоятельностью. Как верно указывает С. Г. Мирецкий, мнение о справедливости приговора во многом создается в зависимости от убедительности мотивировки наказания . А. А. Тарасов и А. Р. Шарипов, в свою очередь, обоснованно подчеркивают, что приговор должен быть убедительным не только для самих судей и профессиональных юристов, но приговор «пишется для людей и должен быть понятен и убедителен для любого среднестатистического гражданина страны»8.

Согласно опросу судей, большинство из них (90%) полагает излишним закрепление в уголовно-процессуальном законе понятий законности, обоснованности, мотивированности и справедливости приговора9. Очевидно, это объясняется сложностью выработки единого понятия каждого из требований к приговору. Содержание требований к приго- [274] [275] [276] [277] [278] [279] [280] [281] [282] вору раскрывается лишь косвенно через иные нормы УПК РФ, в том числе, через изложение оснований к отмене или изменению приговора. При соблюдении требований законности, обоснованности, мотивированности и справедливости (в процессуальном смысле) приговор обладает одноименными свойствами. Указанные свойства в совокупности позволяют приговору суда обладать таким качеством, как правосудность1. Правосудность как интегрированное свойство приговора охватывает все предъявляемые к нему требования, и включает в себя свойства законности, обоснованности, мотивированности и справедливости (в процессуальном смысле). Приговор должен быть правосудным, то есть соответствовать требованиям законности, обоснованности, мотивированности и справедливости. В свою очередь, обеспечение указанных свойств правосудного приговора возможно на основе процедуры постановления приговора, обладающей не только уникальностью, но и обусловленной комплексом воздействующих на эту процедуру правовых и социальных факторов. Например, Т. Г. Бородинова к числу таковых, справедливо относит уголовно-процессуальные, уголовно-правовые, фактические, нравственные и психологические[283] [284].

В юридической литературе также выделяются внешние свойства приговора, которые характеризуют его значение[285]. Вступление приговора в законную силу рассматривается как особое правовое действие материально-правового и уголовно-процессуального закона в конкретном акте правосудия, когда приговор приобретает свойство окончательности[286], что наделяет активностью такие его свойства, как неизменность[287] (непоколебимость[288], стабильность1), исключительность[289] [290], общеобязательность[291], включающая и такое свойство, как преюдициальность[292]. Именно наличие таких свойств придает приговору значение правоприменительного акта правосудия при осуществлении уголовного судопроизводства, вынесенного от имени государства (в чем проявляется государственно-властный характер деятельности суда как государственного органа, обеспечивая, в свою очередь, эффективность приговора как акта правосудия)[293].

Таким образом, вступивший в законную силу обвинительный приговор без назначения наказания обладает всеми указанными свойствами как акт правосудия. Так, в силу свойства исполнимости осужденный обвинительным приговором без назначения наказания подлежит немедленному освобождению из-под стражи в зале суда (ст. 311 УПК РФ), а обладая свойством неизменности, данный приговор не может быть дополнен, изменен или отменен судом, его постановившим. Данный приговор является обязательным для всех федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных служащих, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежит точному и неукоснительному исполнению на всей территории РФ (ст. 392 УПК РФ). Свойство окончательности, присущее вступившему в законную силу обвинительному приговору без назначения наказания приговора, исключающему возможность возврата к вопросу наказания, предопределяет невозможность повторного производства по уголовному делу в отношении лица, о котором уже состоялось судебное разбирательство и судом постановлен приговор по тому же обвинению. Не содержится исключений, предусмотренных в ст. 90 УПК РФ, и относительно преюдициальности данного вида приговора.

Не рассматривая требования законности, обоснованности и мотивированности, которые в той или иной степени становились предметом самостоятельных исследова- ний, и нашли достаточное освещение в юридической литературе, следует рассмотреть такое требование к приговору, как справедливость1. Кроме того, именно требование справедливости обвинительного приговора без назначения наказания нуждается в уточнении. Дефиниции «справедливости» нет ни в уголовном, ни в уголовнопроцессуальном законах. Как верно в этой связи отмечают В. М. Бозров и Н. В. Костовская, «одна из основных причин тому - возведение социальной ценности в уголовно-процессуальную категорию» . Авторы считают, что «в силу своей абстрактности справедливость не может быть субсидиарной, зависимой, измеримой умственными возможностями не только группы лиц, обличенных судебной властью, но и обобщением мировоззрения отдельно взятого народа»[294] [295] [296], потому они полагают, что требование справедливости к приговору необходимо из УПК РФ исключить[297].

В теории уголовного судопроизводства справедливость рассматривается в нескольких значениях: 1) как требование к правосудию[298]; 2) как ценностная категория уголовного процесса[299]; 3) как принцип уголовного судопроизводства[300]; 4) как справедливость судебного разбирательства или процессуальная справедливость[301]; 5) как требова-

1 2

ние ко всем решениям в уголовном судопроизводстве ; 6) как требование к приговору .

В свое время Ю. М. Грошевой, рассматривая сущность судебных решений в уголовном процессе, полагал, что справедливость не может быть самостоятельным свойством приговора, поскольку правильное применение требований закона при постановлении приговора и достоверность всех судебных констатаций, в нем содержащихся, означают справедливое, то есть, отвечающее требованиям нравственности, разрешение уголовного дела3. «Отношение приговора к нормам нравственности всегда опосредовано законом, регулиру-

T-.-.- т-.-.- ГТТ.- W 4

ющим уголовно-процессуальную деятельность», - отмечал данный автор .

Ю. К. Якимович полагал, что «несправедливым приговор может быть и с учетом мнения общественности, населения, в том числе, и того конкретного региона (населенного пункта), где совершено преступление»5. Э. Ф. Куцова утверждала, что справедливость приговора не может быть сведена только к справедливости одного его элемента - меры наказания, и предлагала рассматривать справедливость как результат, сумму, образуемую соблюдением всех предъявляемых к приговору требований, что, по ее мнению, созвучно толкованию принципа справедливого судебного разбирательства6. Л. В. Виницкий и А. А. Маганкова предлагают дополнить понятие справедливости приговора указанием на то, что таковым является приговор в том случае, когда приняты меры защиты интересов потерпевших лиц и лиц, незаконно привлеченных к уголовной ответственности . М. В. Беляев считает, что справедливость приговора обусловлена правильным и адекватным разрешением уголовно-правового конфликта при соблюдении баланса частных и публичных интересов8. [302] [303] [304] [305] [306] [307] [308] [309]

Некоторые авторы, рассматривая требование справедливости приговора, подчеркивают, что оно традиционно связывается со справедливостью наказания. Так, М. А. Чайковская, выделяя справедливость в узком смысле через понятие соразмерности содеянного личности виновного и меру уголовной ответственности, при толковании справедливости в широком смысле как правильное по существу и форме разрешение дела, основанное на законности и обоснованности, вновь далее понятие справедливости рассматривает в контексте влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни и его семьи. Указанный автор убежден, что «наказание должно следовать за преступлением, а трактовка справедливости приговора как его свойства может быть только узкой, исходя из характеристики назначенной судом меры наказания»1.

Большинство опрошенных в ходе исследования судей (68%) рассматривает приговор как справедливый, если осужден виновный и назначено справедливое наказание, 54% судей связывают понятие справедливости приговора с оправданием невиновного, и лишь на третьем месте понимание справедливости приговора ассоциируется у судей со справедливостью досудебного производства и судебного разбирательства (7% и 36%)[310] [311] [312]. Такая позиция объясняется действующим уголовно-процессуальным законом, в котором понятие требования справедливости как требования к приговору (ст. 297 УПК РФ) формируется из основания отмены приговора ввиду его несправедливости (ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ) , и через назначение уголовного судопроизводства, предусматривающего назначение справедливого наказания виновным (ч. 2 ст. 6 УПК РФ).

Вместе с тем, нормы действующего уголовно-процессуального закона характеризуют не справедливость приговора, а справедливость назначенного обвинительным приговором наказания (то есть, в узком (материальном) смысле). Как несправедливый рассматривается приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости1. По сути, законодатель формулирует понятие «справедливость», как соразмерность (или соответствие) назначенного наказания содеянному и личности виновного, но это возможно только в обвинительном приговоре с назначением наказания. В ст. 6 УК РФ понятие принципа справедливости также связано с соразмерностью наказания содеянному и личности виновного: «наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного». Исходя из общих начал назначения наказания лицу, признанному виновному, должно быть назначено справедливое наказание в пределах соответствующей санкции уголовного закона УК РФ и положений общей части УК РФ. Кроме того, принцип справедливости в уголовном праве заключается в соблюдении запрета нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление (ч. 2 ст. 6 УК РФ). Но в УПК РФ закреплены виды приговоров, наказание в которых не назначается (оправдательный, обвинительный приговор без назначения наказания). Соответственно, возникает вопрос, можно ли их рассматривать как справедливые, исходя из такого понимания этого требования? Представляется приведенный подход узким, таким образом, справедливость в материальном (узком) смысле означает соразмерность назначенного обвинительным приговором наказания содеянному и личности виновного, но не позволяет оценивать правосудность иных видов приговоров, в том числе, обвинительного приговора без назначения наказания[313] [314].

Поскольку указанный подход законодателя не является универсальным, разумно отказаться от требования справедливости в отношении всех видов приговора в материальном смысле - как соразмерность назначенного наказания. Требование справедливости приговора в материальном смысле уместно к обвинительным приговорам с назначением наказания, но изложить его возможно как «соразмерность»[315]. «Соответствие»1 является синонимом «соразмерности»2, но термин «соразмерность», применительно к наказанию, назначенному обвинительным приговором, более точен, так как корень этого слова «мера», более близок к пониманию справедливости в материальном смысле,

3

как меры должного .

Таким образом, можно сформулировать требование соразмерности к обвинительному приговору с назначением наказания, и основания его отмены (изменения), если приговор данному требованию не соответствует. Название статьи 389.18 и части 2 статьи 389.18 УПК РФ предлагается изложить в следующей редакции:

«Статья 389.18. Неправильное применение уголовного закона и несоразмерность назначенного наказания.

2. Несоразмерным является наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.».

Однако приговор не будет справедливым в процессуальном смысле, если будет нарушена процедура его постановления, в том числе, не будут соблюдены иные требования к приговору как акту правосудия, а именно - законность, обоснованность и мотивированность. В процессуальном (широком) смысле справедливость приговора в литературе связывается со справедливостью процедуры уголовного судопроизводства, что обеспечивает справедливость приговора как результат справедливой деятельности. М. С. Строгович верно отмечал, что «выделение справедливости как требования, предъявляемого к приговору, имеет тот смысл, что этим подчеркивается правильное не только [316] [317] [318] с правовой стороны, но и с нравственной, моральной стороны отношение к человеку, судьба которого решается приговором»1. Данный подход позволяет такое понимание требования справедливости применить не только ко всем видам приговоров, в том числе, к исследуемому обвинительному приговору без назначения наказания, но и к иным процессуальным решениям, принимаемым в ходе осуществления уголовного судопроизводства . Ст. 10 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. , отражая общие ценности всего человеческого сообщества, провозглашает, что каждый человек для установления обоснованности предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на рассмотрение его дела гласно и с соблюдением всех требований справедливости независимым и беспристрастным судом. В развитие указанного положения Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г.[319] [320] [321] [322] подчеркивает, что каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (ст.14). К числу основных прав, закрепленных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г.[323], в том числе, относится право на справедливое судебное разбирательство (ст. 6). Принцип справедливости распространяется на всю деятельность суда по рассмотрению и разрешению уголовных дел. Правосудие должно отвечать всем требованиям справедливого судебного разбирательства, установленным ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод[324].

В процессуальном смысле требование справедливости основано на положениях

норм международного права и отражено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55, в котором впервые подчеркнуто, что с учетом положений статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. приговор может быть признан законным только в том случае, если он постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства. Как указывается в Постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П1, правосудие, по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. В этой связи О. В. Качалова обоснованно подчеркивает, что «справедливость в уголовно-процессуальном смысле - справедливость процессуальных процедур, соблюдение которых обеспечивает возможность принятия справедливого решения по конкретному уголовному делу»[325] [326] [327], а «рассматривая уголовное дело по существу и вынося приговор, суд должен оценить все предшествующее производство по делу» . В свою очередь, следует солидаризироваться и с авторами, полагающими, что судебные процедуры должны быть построены и осуществляться таким образом, чтобы формировать в обществе убеждение, как в справедливости уголовного правосудия, так и принимаемых в итоге судебных решений[328], а ключевым элементом модели справедливого уголовного правосудия является беспристрастность суда[329].

Необходимость учета понятий и норм международного права, включающего понятие справедливости процедуры, как элемента международного стандарта правосудия, возможно путем совершенствования используемой в уголовном судопроизводстве терминологии. Представляется, что справедливость как цель восстановления нарушенных преступлением правоотношений будет достигнута путем постановления справедливого приговора: когда в результате справедливой процедуры судопроизводства будет осужден виновный, а невиновный будет оправдан. При этом невиновность или виновность

будет установлена в ходе справедливого уголовного судопроизводства (в досудебных и судебных стадиях). Соразмерность назначения наказания содеянному и личности свидетельствует о справедливости назначенного наказания, тогда как справедливость принятых судом решений должна соответствовать нравственным представлениям современного общества. Справедливость в материальном смысле - требование к наказанию в уголовном праве, а не требование к приговору в уголовном судопроизводстве. Отсюда следует, что справедливость в уголовном процессе - это справедливость процедуры. Справедливой должны быть как сама процедура уголовного правосудия, так и достигнутый ею результат, что рассматривается как справедливость в процессуальном (широком) смысле. Если же речь идет об обвинительном приговоре с назначением наказания, то наказание должно быть соразмерным (что соответствует принципу справедливости в уголовном праве), то есть справедливым в материальном (узком) смысле.

С учетом сформулированного понятия справедливости предлагается наименование и статью 297 УПК РФ изложить в следующей редакции:

«Статья 297. Требования, предъявляемые к приговору.

1. Приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным.

2. Приговор является правосудным, при соблюдении требований, указанных в части 1 настоящего Кодекса, и если в результате справедливого судебного разбирательства осужден виновный в совершении преступления, а невиновный оправдан.

3. Назначенное наказание в обвинительном приговоре должно быть соразмерным характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.».

Обвинительный приговор без назначения наказания является итоговым судебным решением, и как вид приговора, обладает, при условии выполнения одноименных требований, соответствующими свойствами законности, обоснованности и мотивированности. Как результат справедливого судебного разбирательства, он обладает свойством справедливости в процессуальном смысле. После рассмотрения вопроса о виновности подсудимого, разрешая вопрос наказания в обвинительном приговоре, суд должен дать оценку его личности. Именно на личности участников уголовно-правового конфликта и акцентирует свое внимание восстановительная модель правосудия. Изучением личности подсудимого занимаются различные науки. Как справедливо отмечено Р. Л. Ахмедшиным, «общепризнанным является мнение, что интенсивность развития наук о человеке в значительной степени предопределяет возможность решения проблем современного общества»1. Проведенные исследования и полученные результаты, научные достижения других наук могут быть востребованы и в уголовном судопроизводстве. Но особое значение изучение личности подсудимого имеет в науке уголовного права, занимающейся решением вопросов преступления и наказания, и в науке уголовного процесса, призванной разрешить основной вопрос виновности лица в совершении преступления и его наказания. Личность подсудимого исследуется только в связи с выяснением обстоятельств преступления, в совершении которого он обвиняется, поэтому она должна рассматриваться лишь в совокупности с фактом привлечения в качестве обвиняемого[330] [331], в силу чего необходим системный подход к установлению пределов исследования сведений о личности.

Разрешение вопроса о наказании позволяет выбрать в отношении виновного именно ту меру индивидуальной ответственности в пределах, предоставленных уголовным законом, что сможет оказать на него эффективное воздействие в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. Данные цели могут быть достигнуты путем постановления обвинительного приговора без назначения наказания. Правовые основания постановления данного приговора должны быть избраны с учетом сведений о личности обвиняемого. В этой связи И. В. Михайловский верно подчеркивал, что освобождение виновного от наказания может быть сделано лишь по мотивам гуманности и не опасности преступника, так и в излишней жестокости применения к нему хотя бы минимального наказания. Кроме того, «такой акт суда выливается в форму мотивированного приговора, постановленного при соблюдении всех процессуальных гарантий и подлежащего обжалованию»[332].

Многосторонность личности порождает многообразие самых различных сведений о ней, потому сложно определить исчерпывающий перечень обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого. «Если правосудие по конкретному уголовному делу завершается вынесением обвинительного приговора, то независимо от того, с назначением наказания, либо без назначения или с освобождением от него, этим актом реализуется уголовная ответственность. Такое решение суда касается исключительно конкретной личности, а потому она - эта личность - должна найти в нем свое индивидуальное выражение», - справедливо подчеркивала А. П. Гуськова1. В зависимости от стадии рассмотрения данного вопроса, и соответствующей этому цели, достижение которой позволит наиболее эффективно реализовать назначение уголовного судопроизводства, необходимо сформировать определенные пределы изучения обстоятельств, как характеризующих личность обвиняемого, так и содеянного им.

Регламентация и соблюдение индивидуального подхода к каждому лицу, привлеченному к уголовной ответственности, позволит минимизировать уголовную репрессию при установлении возможности достижения целей наказания без его назначения. Ряд авторов предлагает в качестве самостоятельного процессуального документа в уголовном деле составлять справку-характеристику на обвиняемого[333] [334] [335], на что имеются и отрицательные отзывы . Думается, что составление обобщающего документа излишне при надлежащем выполнении требований УПК РФ, предусматривающих обязательное доказывание не только события преступления и виновности, но и сведений о личности виновного в полном объеме. Вместе с тем заслуживают внимания предложения о введении в УПК РФ самостоятельной нормы «Данные о личности обвиняемого, подлежащие установлению»[336]. Представляется, что наличие в УПК РФ такой самостоятельной нормы, позволит установить необходимые сведения о личности в различных аспектах. Решение о том, подлежит ли подсудимый наказанию на основании собранных данных о его личности и содеянном им, принимается на практике по уголовным делам, в большинстве своем, содержащих малоинформативные сведения. Количество доказательств, чаще всего, скудно, ограничивается сведениями о наличии (отсутствии) судимостей, привлечении к административной ответственности, кратких характеристиках, как правило, не раскрывающих сколько-нибудь значимых для разрешения вопроса о наказании, качеств подсудимого. В этой связи Л. В. Головко справедливо отмечает, что «сильно страдает индивидуализация наказания в приговоре, в котором по итогам разрешения вопроса о преступлении и наказании, по двум формальным характеристикам обвиняемого - с места работы и с места жительства - никаких толковых выводов о личности сделать нельзя»1.

Подчеркивая значимость разрешения вопроса о наказании в приговоре, регулярно на протяжении десятилетий вопросам необходимости тщательного выяснения обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, уделяется внимание и в руководящих разъяснениях Верховного Суда РФ . В научной литературе отмечается, что практика назначения наказания за аналогичные преступления существенно различается, в том числе, с учетом

з

распространенности преступления в конкретном регионе . Несмотря на одну квалификацию содеянного (даже в рамках одного уголовного дела при одинаковой квалификации содеянного), осужденным может быть назначено различное по виду и размеру наказание, либо рассмотрен вопрос о различных формах реализации уголовной ответственности, в частности, постановлен обвинительный приговор без назначения наказания[337] [338] [339] [340]. Особенно отчетливо это проявляется при рассмотрении уголовных дел в отношении несовершеннолетних. Изложенное обусловлено индивидуализацией уголовной ответственности, и основано на том, что личность каждого подсудимого, привлеченного к уголовной ответственности, не только индивидуальна, но и в определенной степени уникальна. Именно присущий конкретной личности комплекс качеств и свойств, ценностных ориентаций, взглядов, привычек, навыков, взятых в своей совокупности, проявился при совершении преступления и отличает личность данного подсудимого от других. Правоприменитель выступает в качестве субъекта индивидуализации уголовной ответственности и наказания, таким образом, «индивидуализация является средством судебной оценки общественной опасности конкретного преступления и лица, его совершившего, через выбор судом вида и меры уголовной ответственности, а также вида и размера уголовного наказания в отношении конкретного лица»[341].

Отмечая все возрастающее значение оценки личности для судебного приговора, сторонники восстановительной модели правосудия справедливо отмечают, что «задачи уголовного правосудия могут быть достигнуты без того, чтобы виновный стал не только объектом исследования, но и субъектом ответственности, и в комплексе предусмотренных гражданину прав человека государство должно обеспечить право на ресоциализацию преступившего уголовный закон»1, что подтверждает значимость и необходимость

- 2 изучения личности виновного как составной части уголовного судопроизводства .

В этой связи М. Ансель подчеркивает, что новая потребность уголовного правосудия заключается в том, что современный уголовный процесс сталкивается с необходимостью научного изучения личности преступника, что потребует определенных изменений традиционного судопроизводства. По его мнению, основная сложность при доказанности виновности на стадии вынесения приговора не столько в создании гарантий от необоснованного преследования, сколько в том, чтобы «определить наилучшее средство исправительного воздействия на того, кто совершил преступное деяние; осуждение, которое клеймит позором его социальное поведение, должно в то же время подвергнуть его подлинному и эффективному процессу ресоциализации»[342] [343] [344].

К моменту постановления обвинительного приговора без назначения наказания цели уголовного наказания, которые определяют необходимость его назначения, могут быть фактически достигнуты, либо могут быть достигнуты без назначения наказания или отсутствует необходимость в их достижении. В силу указанных обстоятельств лицо, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, не представляет большой общественной опасности, и достижение целей исправления в его личностных установках по отношению к нарушенным преступлением общественным ценностям вполне достижимо привлечением к уголовной ответственности принятием такого итогового судебного решения, как обвинительный приговор без назначения наказания.

Например, при совершении неосторожного преступления, в результате которого наступили последствия в виде смерти близкого лица, степень и длительность страданий человека обусловлены, безусловно, не только видом и степенью интенсивности воздействия на него норм уголовного и уголовно-процессуального права, но и нравственными переживаниями по поводу наступивших от его действий (бездействия) необратимых последствий. При таких обстоятельствах назначение наказания лицу, может быть не справедливым, так как не будет соответствовать уже достигнутым целям наказания, и применение к такому лицу наказания обвинительным приговором будет чрезмерным. Как верно в этой связи указывает А. Нерсесян, «общество не должно усугублять причиненный ему преступлением ущерб бессмысленным применением уголовного наказания в

1

отношении лица, в значительной мере в этом не нуждающегося» .

Думается, что в этом контексте может представлять интерес отечественного законодателя опыт Германии. Так, на основании параграфа 60 УК Федеративной Республики Германия при рассмотрении уголовных дел, по которым санкция предусматривает наказание не свыше одного года лишения свободы, суд может отказаться от назначения наказания, если последствия деяния настолько тяжелы для самого лица, совершившего деяние, что назначенное наказание явно не достигло бы результата[345] [346].

Изучение уголовных дел показало, что наиболее часто среди иных преступлений, где необратимый вред причиняется близким лицам в результате неосторожных преступлений, следует отнести причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ) и нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (ст. 264 УК РФ). Так, был постановлен обвинительный приговор без назначения наказания в отношении Ф., которая в ночное время, находясь после родов двойни в палате перинатального центра, положила новорожденного ребенка рядом с собой в кровать и уснула. В процессе сна подсудимая своим телом перекрыла дыхательные пути новорожденного, который умер от механической асфиксии. В приговоре суд указал, что при определении меры ответственности учел, что преступление относится к категории преступлений небольшой тяжести, а также смягчающие наказание обстоятельства: совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств; наличие у виновной малолетних детей; явку с повинной, выразившуюся в незамедлительном и добровольном сообщении о смерти ребенка медицинским работникам; активное способствование раскрытию и расследованию преступления; раскаяние в содеянном, примирение с потерпевшим. Думается, что указание на примирение с потерпевшим в приговоре не носит характер процессуальной информации, влекущей возможность освобождения от уголовной ответственности, а больше отражает взаимоотношения виновной и потерпевшего, с учетом особенностей данного дела, где, по сути, смерть ребенка вследствие неосторожных действий самой подсудимой, ее же саму и сделали жертвой.

Обосновывая свое решение, суд подробно раскрыл содержание представленных положительных характеристик с места жительства и работы подсудимой, акта обследования жилищно-бытовых условий семьи органами опеки и попечительства. Особый акцент судом в приговоре был сделан на данных о личности подсудимой и обстановке, существенно изменившейся к моменту принятия решения. На основании чего суд пришел к выводу, что Ф. «перестала быть общественно опасной, в указанной ситуации цели восстановления социальной справедливости и исправления виновной вполне могут быть достигнуты без применения реальных мер уголовной ответственности»1. Думается, что в данном случае суд убедительно мотивировал постановление обвинительного приговора без назначения наказания, однако, не вполне удачно избрал такие формулировки, как «определение меры ответственности» и возможность достижения целей наказания «без применения реальных мер уголовной ответственности».

Обвинительным приговором без назначения наказания уголовная ответственность реализуется. В этой связи уместно привести еще одно судебное решение, в котором суд не только учел сведения о личности, позволившие постановить обвинительный приговор без назначения наказания, но и пришел к выводу об изменении категории преступления с тяжкого на средней тяжести. Так, по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего В., осужденного без назначения наказания Курганским городским судом Курганской области за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением принудительных мер воспитательного воздействия на основании ч. 1 ст. 92 УК РФ, ст. 432 УПК РФ, суд в приговоре указал: «при решении вопроса о необходимости назначения подсудимому наказания суд учитывает...» . Как видно, формулировка, приведенная судом в приговоре, отличается от формулировки решения суда о наказании в предыдущем примере и может быть использована правоприменителем в судебной практике.

При оценке сведений о личности подсудимого и решении вопроса о наказании, необходимо учитывать и форму вины. Умышленное преступление характеризуется повышенной общественной опасностью личности виновного, который сознательно избрал такой вариант своего поведения, более опасный для общественных интересов, нежели при неосторожной форме вины, при этом наступившие последствия при неосторожном преступ- [347] [348] лении могут быть более значительными, но, в свою очередь, они не могут в полном объеме охарактеризовать личность виновного. Для целей индивидуализации уголовной ответственности приоритетным должно быть установление опасности личности подсудимого, что не всегда возможно лишь через общественную опасность и тяжесть преступления1.

Иногда одни и те же сведения могут быть учтены в различных аспектах. Например, установление возраста обязательно по каждому уголовному делу, но в определенных условиях особенности возраста могут свидетельствовать о снижении степени общественной опасности личности подсудимого и достижении целей наказания с учетом этого. Так, в отношении несовершеннолетнего обвиняемого круг обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию, дополнительно к ст. 73 УПК РФ конкретизирован в ст. 421 УПК РФ. Вместе с тем, Л. М. Карнозова, анализируя реализацию этих положений закона, отмечает, что в судебной практике «суд использует такого рода (обычно весьма скудные и формальные) сведения для выяснения «истины», чтобы более адекватно назначить наказание, а вовсе не для того, чтобы устранить действие негативных факторов на жизнь ребенка», что рассматривается в качестве задачи ювенального суда[349] [350] [351].

В этой связи в научной литературе обоснованно высказано предложение о дополнении ст. 421 УПК РФ частью 5 следующего содержания: «При доказанности виновности несовершеннолетнего лица в совершении преступления небольшой или средней тяжести устанавливается также, может ли его исправление быть достигнуто путем применения к нему принудительных мер воспитательного воздействия» .

Стремление законодателя к индивидуализации ответственности отражается не только в восстановительной, но в официальной модели правосудия, предусматривающей освобождение от наказания. Не случайно слова «свобода» и «освободить» - однокоренные[352]. Так, И. А. Ефремова рассматривает освобождение от наказания как законодательный институт, который может иметь место лишь в том случае, когда суд сочтет возможным не применять наказание к лицу, которое может быть исправлено и без его реального отбывания 1. Отдельные авторы, обращая внимание на традиционную связь, - «преступление должно обязательно влечь наказание»[353] [354], - игнорируют, в том числе, нормы материального уголовного права, регламентирующие вопросы освобождения от уголовной ответственности и наказания. При положительном ответе на вопрос о виновности постановляется обвинительный приговор, посредством которого и реализуются различные формы уголовной ответственности, в том числе, самые суровые - путем назначения наказания. Но всегда ли за преступлением следует наказание? Законодатель отвечает - нет, предусматривая в числе иных видов решений и возможность постановления обвинительного приговора без назначения наказания. В этой связи Э.Ф. Куцова вполне обоснованно обращала внимание, что признание лица виновным еще не означает, что вопрос о его наказании предрешен[355].

Если оценка совершенного преступления и наступивших последствий основана на анализе этих сведений, объективированных вовне, то оценка данных о личности подсудимого более субъективна. В данном случае реализуются дискреционные полномочия суда, пришедшего к выводу о выбранной им форме реализации уголовной ответственности. Как в свое время верно отмечал Л. Надь, при постановлении обвинительного приговора с назначением наказания суд всего лишь прогнозирует эффективное достижение целей наказания при его реализации[356]. При постановлении обвинительного приговора без назначения наказания суд убежден в достижении этих целей или возможности их достижения без назначения наказания, или констатируется отказ государства в необходимости их достижения (издан акт амнистии). Так, в случае применения принудительных мер воспитательного воздействия к несовершеннолетнему подсудимому решение вопроса о выборе формы реализации уголовной ответственности носит вероятностный характер, направлено в будущее, насколько эффективным оказалось разрешение вопроса о форме уголовной ответственности без назначения наказания. Между тем поскольку «вывод об истинности приговора опирается на доказанность, а не на вероятность»1, то доказательства в обоснование выводов суда должны быть установлены с достаточной достоверностью. В этой связи П. А. Лупинская убедительно мотивировала, что основанием для принятия решений в уголовном судопроизводстве могут служить различные фактические обстоятельства; одни из которых относятся к прошлому, другие - имеются в настоящее время, третьи - могут наступить в будущем, а «для принятия решений по ряду процессуальных вопросов, связанных с признанием наличия условий для совершения процессуальных действий, закон считает достаточным вероятное знание о фактах, которые имеют место или могут наступить»[357] [358].

Изучение судебной статистики не позволяет выявить общее число лиц, в отношении которых постановлены приговоры данного вида. К сожалению, судебная статистика также не дифференцирует постановление обвинительного приговора без назначения наказания и с освобождением от наказания. Приговоры без назначения наказания учитываются в общем количестве судебных решений, повлекших освобождение осужденных от наказания по другим основаниям (учитываются отдельно данные о лицах, освобожденных от наказания по амнистии, с применением мер воспитательного воздействия, с помещением в специальное учебное воспитательное заведение закрытого типа)[359]. Неконкретность официальной статистической отчетности существенно снижает возможность оценивать эффективность указанного института.

Для уяснения сущности приговора без назначения наказания следует исследовать его значение. В юридической литературе чаще встречаются несколько характеристик значения приговора: процессуальное[360], воспитательное (превентивное)[361], социальное[362] [363]. В. Д. Адаменко рассматривает политическое (социальное) значение приговора, полагая, что в приговоре от имени государства, в том числе, отражается политика общества по борьбе с преступностью . Отдельные авторы отмечают, что помимо процессуального значения приговор обладает социально-правовым значением1, предупредительновоспитательным значением . М. А. Чайковская выделяет компенсаторное значение приговора при наличии в нем решения по гражданскому иску[364] [365] [366].

Значение приговора, в целом, можно рассматривать в процессуальном и социальном аспекте. Процессуальное значение отражает его роль как акта правосудия в системе иных решений в уголовном судопроизводстве. Социальное значение обвинительного приговора заключается в оценке социальной опасности содеянного от имени государства, и превентивном воздействии данного судебного решения, как на осужденного, так и на всех членов общества[367]. Бесспорно, что приговор, являясь высшим актом правосудия, воздействует не только на сознание и поведение лица, в отношении которого осуществляется уголовное преследование, но и на других участников уголовного судопроизводства, общество в целом, выступая средством формирования правового и нравственного сознания. Все доказательства виновности, обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, его мотивы и поведение во время производства по делу, в большинстве случаев, исследуются в рамках открытого судебного разбирательства. Таким образом, принятый в итоге обвинительный приговор без назначения наказания также оказывает существенное воздействие на личность осужденного в рамках общей и частной превенции.

Для выяснения значения обвинительного приговора без назначения наказания следует рассмотреть правовые последствия его постановления. Привлечение к уголовной ответственности означает факт признания судом лица виновным в совершении преступления обвинительным приговором. Изложенное соответствует общему понятию юридической ответственности в праве, где фактическим основанием ответственности служит конкретно совершенное правонарушение, юридическим - описанный в законе состав преступления, при этом элементы правонарушения, подпадающие под признаки состава преступления, являются обязательными, а все прочие - факультативными условиями ответственности[368]. Уголовная ответственность за преступление представляет акт официального государственного осуждения (порицания) совершенного преступления и лица, его совершившего, в форме обвинительного приговора суда, связанный, как правило, но не обязательно, с назначением и исполнением наказания, и только при назначении наказания, вступлении приговора суда в законную силу возникает такое уголовно-правовое состояние, как судимость1. Подсудимый, признанный виновным обвинительным приговором без назначения наказания, является осужденным на основании ч. 2 ст. 47 УПК РФ. Тем не менее, вопрос, является ли он судимым и в течение какого срока, в законе не разрешен.

На основании ч. 2 ст. 86 УК РФ лицо, освобожденное от наказания, считается несудимым, соответственно постановление обвинительного приговора без назначения наказания не влечет судимости, которая наступает лишь в случае назначения наказания и в зависимости от его вида, срока и порядка отбывания у осужденного наступает состояние судимости . Соответственно, сведения об осуждении обвинительным приговором без назначения наказания не учитываются при совершении таким осужденным нового преступления и не указываются в новом приговоре. Верховный Суд РФ обращает внимание, что если на момент совершения подсудимым преступления, в котором он обвиняется по рассматриваемому судом уголовному делу, его судимости сняты или погашены, то суд, исходя из положений ч. 6 ст. 86 УК РФ, не вправе упоминать о них во вводной части приговора. В таком случае суд указывает, что лицо является не судимым .

Между тем К. Михайлов рассматривает судимость и как последствие одного осуждения обвинительным приговором[369] [370] [371] [372]. Данная позиция представляется не основанной на нормах закона, к тому же, как верно заметил В. М. Грамматчиков, «судимость решает задачи достижения и закрепления целей наказания»[373]. Наказание в исследуемом виде обвинительном приговоре не назначено, так как указанные цели достигнуты, потому судимость и не возникает у осужденного обвинительным приговором без назначения наказания. Что позволяет утверждать, что не происходит стигматизации личности виновного, о чем отмечается сторонниками восстановительной модели в качестве негативного последствия назначения наказания и судимости.

Несмотря на то, что осуждение обвинительным приговором без назначения наказания не влечет судимости, уголовная ответственность реализуется, а само «признание лица виновным в совершении преступления является достаточно тяжким последствием преступления»1. П. П. Осипов в этой связи верно отмечал, что публично провозглашенное официальным государственным органом (судом) осуждение «независимо от назначения и исполнения наказания опорочивает соответствующего гражданина, снижает его социальный престиж, влияет на его положение в обществе. В результате оно само по себе способно производить положительные сдвиги в правосознании осужденного, оказывать предупредительное воздействие на лиц, дорожащих своим социальным престижем, удовлетворять общественное правосознание, возмущенное фактом совершения преступления»[374] [375] [376].

А. Н. Величко и С. Н. Шатилович верно полагают, что предупредительное воздействие уголовной ответственности без реализации в форме наказания проявляется в самом факте вынесения обвинительного приговора суда, так как, несмотря на то, что лицо освобождается от наказания, само виновное лицо, совершенное им деяние подверглись государственному осуждению . По мнению Ф. Н. Фаткуллина, с точки зрения, как общего, так и специального предупреждения эта форма реагирования судом на рассмотрение им обвинения несравнимо эффективнее, нежели прекращение дела, а постановлением любого вида обвинительного приговора одинаково достигаются как цели правосудия, так и обвинения[377]. Поэтому в отсутствие оснований для прекращения уголовного преследования обвинительный приговор является судебным решением с наименьшим карательным воздействием к виновному, и позволяет рассчитывать на его более быструю ресоциализацию.

Обвинительный приговор без назначения наказания выступает в качестве юридического факта, установление которого не приводит к уголовно-правовым последствиям для осужденного в виде судимости и назначения более строгого наказания в будущем при совершении нового преступления. Но такой приговор не исключает возможность наступления иных правовых последствий. Так, постановление обвинительного приговора без назначения наказания влечет такие процессуальные последствия как предоставление осужденному права на получение копии приговора и его обжалование в нескольких проверочных инстанциях (ст. ст. 312, 389.1, 401.2, 412.1 УПК РФ). Суд вправе взыскать с осужденного обвинительным приговором без назначения наказания процессуальные издержки на основании ст. 132 УПК РФ, о чем еще раз подчеркнуто в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 г. № 11 (п. 3)1, которым дополнены соответствующие разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 42[378] [379] [380]. Обвинительный приговор без назначения наказания может быть постановлен в отношении несовершеннолетнего. В связи с чем в таком приговоре на основании ч. 8 ст. 132 УПК РФ суд вправе возложить обязанность возместить процессуальные издержки на законных представителей несовершеннолетних . В силу прямого указания в законе при постановлении обвинительного приговора без назначения наказания подсудимый, находящийся под стражей, подлежит немедленному освобождению в зале суда (п. 2 ст. 311 УПК РФ).

Для осужденного обвинительным приговором без назначения наказания наступает гражданско-правовая ответственность в виде обязанности возмещения имущественного ущерба, компенсации морального вреда, причиненных преступлением. Представляется, что процессуальные интересы потерпевшего могут быть реализованы и при постановлении обвинительного приговора без назначения наказания, так как осужденный имеет больше возможности по реальному исполнению решению суда по гражданскому иску, нежели при назначении наказания осужденному, особенно в виде лишения свободы. Тем более, что, как правило, меры, направленные на заглаживание причиненного преступлением вреда, принимаются виновным еще до момента постановления приговора, что зачастую и учитывается судом при решении вопроса о наличии оснований постановления обвинительного приговора без назначения наказания. Как отмечалось, именно заглаживание вреда, причиненного государству и личности, приведение нарушенных правоотношений в состояние «до прежнего» рассматривается в качестве одной из целей восстановительной модели правосудия.

Различными отраслями права предусмотрены и иные, общеправовые последствия не только судимости, но и осуждения лица. Одной из особенностей некоторых общеправовых последствий можно указать на их бессрочность. Так, сам факт осуждения обвинительным приговором даже без назначения наказания является препятствием к занятию должности судьи, прокурора1. Как и приговор любого вида, обвинительный приговор без назначения наказания является регулятором общественных отношений[381] [382], и в нем, как в акте правосудия, «воплощаются устремления заинтересованных участников судебного процесса и достигаются цели уголовного судопроизводства»[383]. К иным не правовым последствиям можно отнести нравственно-психологические последствия осуждения, которые могут выражаться не только в собственных переживаниях осужденного, его близких, но и в проявлении отрицательного отношения к лицу и содеянному им со стороны других лиц, общества в целом.

В силу действия диспозитивности в случае, когда преступлением затронуты только частные интересы потерпевшего, он сам вправе решать, обращаться ли за его защитой к репрессивным государственным органам. Именно соблюдение разумного баланса публичных и частных интересов составляет основу современной парадигмы уголовного правосудия. Диспозитивные начала влияют на возможность выбора формы судопроизводства, что в свою очередь, влияет на содержание приговора. Так, в обвинительном приговоре, постановленном по итогам рассмотрения уголовного дела в порядке главы 40 УПК РФ, суд не приводит содержание и оценку доказательств, поскольку они не исследуются в судебном заседании. А. И. Шмарев отмечает, что усиление начал диспозитивности законодателем привело к тому, что не только содержание судебного разбирательства, но и судебный приговор по определенным параметрам ставятся в зависимость не только от результатов судебного исследования доказательств, но и от позиции волеизъявления сторон»[384]. Законодатель предусмотрел, что приговор, постановленный по итогам сокращенных производств (ст. ст. 226.9, 316 и 317.7 УПК РФ), не обладает свойством преюдициальности. На основе чего отдельные авторы рассматривают такой приговор как новый самостоятельный вид обвинительного приговора - «согласительный приговор», в котором не должно отражаться его постановление именем государства, что, на их взгляд, отразит природу такого судебного разбирательства как согласительного вида процессуального производства. Так, по мнению М. Т. Аширбековой и В. Н. Троневой, новое название данного приговора «продемонстрирует признание государством и обществом значимости примирительных (согласительных) процедур, основанных на свободе выбора сторонами способов защиты их интересов, мирного разрешения уголовноправого конфликта»[385]. Рассматривая приведенную позицию, следует согласиться, что приговоры, постановленные по результатам сокращенных производств имеют существенные отличия, обусловленные отсутствием исследования доказательств виновности с участием сторон в общем порядке судебного разбирательства и их последующей оценкой судом в приговоре, однако, нельзя не отметить, что такая позиция является достаточно дискуссионной, поскольку не отражает публичное начало, присущее уголовному судопроизводству.

А. А. Брестер вообще ставит под сомнение уголовно-процессуальный характер рассмотрения дела в особом порядке, и считает, что отсутствует не только судебное разбирательство и доказывание, но и уголовный процесс, как таковой, а имеется только специальная процедура по назначению наказания. Оценивая такую процедуру как исключительную и внесудебную, по его мнению, решения, вынесенные в таком порядке, не должны именоваться приговорами[386] [387]. Представляется, что для таких категоричных выводов не имеется оснований[388]. Судебное решение по итогам судебного разбирательства в особом порядке принимается только судом и от имени государства, при этом не исследуются только доказательства виновности. Доказательства, характеризующие сведения о личности подсудимого, исследуются, им дается оценка в приговоре. Суд обязан убедиться в обоснованности обвинения путем изучения доказательств, но без участия сторон и вне судебного заседания[389]. Таким судебным решением вопрос виновности разрешается, рассматривается и вопрос наказания. Следовательно, данное итоговое судебное решение является приговором. Вместе с тем солидаризируясь с опасениями авторов о неоправданном распространении практики особого порядка судебного разбирательства и опасности для защиты лица от незаконного и необоснованного обвинения в связи с этим, следует согласиться и с предложениями, что особый порядок может распространяться только на уголовные дела о преступлениях небольшой и средней тяжести при

w ________________________________________ 1

усилении процессуальных гарантий процедуры судопроизводства .

Подводя итоги исследованию понятия и значения обвинительного приговора без назначения наказания, следует отметить следующее. Из анализа нормативного понятия приговора вытекает, что оно является достаточно полным, но требующим некоторых уточнений. Представляется, что указание законодателя в норме, предусмотренной п. 28 ст. 5 УПК РФ, на то, что приговором разрешается вопрос «освобождения от наказания» является излишним, так как этот вопрос недостаточно четко регламентирован в законе и имеет различное значение. Разрешая в приговоре основной вопрос о виновности либо невиновности лица в совершении преступления, суд также решает вопрос наказания. На этом основании предлагается вопросы наказания уточнить в нормативном понятии приговора, в свою очередь, уточнение дефиниции приговора конкретизирует норму в соответствии с назначением уголовного судопроизводства. На основании исследованных доказательств при установлении определенных обстоятельств, в том числе, оценки личности и посткриминального поведения подсудимого, разрешая вопрос, подлежит ли он наказанию за совершение преступления, суд может прийти к выводу о постановлении обвинительного приговора без назначения наказания, так как в такой форме реализации уголовной ответственности также достигаются цели частной и общей превенции при снижении уголовной репрессии.

К числу существенных особенностей исследуемого вида обвинительного приговора следует отнести то, что он постановляется лишь в предусмотренных законом случаях, обусловленных установленными в ходе уголовного судопроизводства обстоятельствами, когда достаточно осуждения виновного лица обвинительным приговором, постановленном от имени государства, выражающем отрицательную оценку содеянного. Данный приговор может быть постановлен в связи с изменением общественной опасности личности или содеянного к моменту постановления приговора. Так, суд может сделать вывод о том, что существенно изменилась общественная опасность личности или содеянного им при изменении обстановки, или что такое изменение возможно в результате принудитель- 1 ных мер воспитательного воздействия к несовершеннолетнему. Однако, не всегда постановление приговора исследуемого вида связывается с положительным посткриминальным поведением лица: законодатель может издать акт амнистии, и принять решение об освобождении от наказания лиц, не представляющих высокой общественной опасности (между тем, как правило, акты амнистии распространяются на виновных в преступлениях небольшой или средней тяжести, применяются к несовершеннолетним и т.д.). Обвинительный приговор без назначения наказания является формой реализации уголовной ответственности, включающей осуждение приговором, в котором не только не назначается наказание, но и не предполагается назначение наказания в будущем (или возврат к этому вопросу в стадии исполнения приговора). Решение суда о неназначении наказания окончательное, и не связано с какими-либо обязанностями, ограничениями, отсрочкой или испытательными сроками для осужденного.

Интегрируя изложенное, можно сформулировать следующие признаки обвинительного приговора без назначения наказания, которые позволяют отграничивать его от других видов итоговых судебных решений: 1) является одной из форм реализации уголовной ответственности; 2) обусловлен изменением общественной опасности личности или содеянного к моменту постановления приговора (утратой общественной опасности либо возможностью ее утраты в результате применения принудительных мер воспитательного воздействия), что возможно как по решению законодателя (амнистия), так и по решению правоприменителя (судейское усмотрение); 3) не предполагает назначение наказания, его отсрочку, освобождение от отбывания наказания либо возможность его применения на более позднем этапе; 4) правовые последствия его постановления не сопряжены с какими-либо обязанностями, ограничениями или испытательным сроком для осужденного; 5) исключает возможность возврата к вопросу о назначении наказания на стадии исполнения приговора. Совокупность этих признаков позволяет утверждать о том, что обвинительный приговор без назначения наказания обладает наименьшим репрессивным воздействием среди итоговых судебных решений в отношении виновного.

С учетом полученных представлений о рассматриваемом понятии и основываясь на логическом подходе к пониманию определения обвинительного приговора без назначения, путем выделения его существенных признаков, выработано и предлагается следующее определение обвинительного приговора без назначения наказания: «обвинительный приговор без назначения наказания - решение о виновности подсудимого, постановленное судом первой или апелляционной инстанции, которым при наличии оснований, с учетом данных о личности подсудимого и содеянного им, наказание не назначается в связи с фактическим достижением целей наказания, отсутствием необходимости в их достижении или возможностью их достижения без назначения наказания». Представляется, что предложенное определение позволит сформировать более четкое представление о понятии приговора данного вида и разрешить принципиальные вопросы, связанные с отграничением от обвинительных приговоров других видов.

Обвинительный приговор без назначения наказания является итоговым судебным решением, которым виновное лицо привлекается к уголовной ответственности. Данным судебным решением завершается по существу разрешение уголовного дела, устанавливается виновность как основание уголовной ответственности. В нем, как в акте правосудия, от имени государства дается отрицательная оценка содеянному преступлению и личности виновного на основе норм уголовного права в установленном уголовно-процессуальном порядке. Такая форма реализации уголовной ответственности не влечет такого самого сурового уголовно-правового последствия, как судимость, применение которой в тексте уголовного закона находится в зависимости от вида и размера назначенного осужденному наказания, что не исключает иных общеправовых, в том числе, негативных последствий для осужденного.

К уголовно-правовым последствиям следует отнести то, что данным приговором лицо признается виновным, и становится осужденным. Сведения об осуждении обвинительным приговором без назначения наказания не учитываются в случае совершения нового преступления таким осужденным, не указываются во вводной части нового приговора и не влекут усиление его ответственности. К уголовно-процессуальным последствиям можно отнести взыскание с осужденного процессуальных издержек. Осужденный имеет право на обжалование такого приговора, и в случае избрания ему меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, указанные меры пресечения отменяются после провозглашения приговора немедленно. К гражданско-правовым последствиям можно отнести возложение обязанности возместить вред, причиненный преступлением. К общеправовым последствиям можно отнести возникновение ограничений при трудоустройстве на отдельные должности и запретов на выполнение некоторых профессиональных обязанностей (препятствия к выполнению которых предусмотрены федеральным законодательством в связи с осуждением).

Среди всех видов обвинительного приговора именно обвинительный приговор без назначения наказания в наибольшей степени соответствует процессуальным интересам всех участников уголовно-правового конфликта, способствует достижению их баланса. Интересы потерпевшего, направленные на возмещение вреда, могут быть реализованы в более короткие сроки, как правило, уже к моменту постановления приговора ущерб либо возмещен, либо принимаются меры к его возмещению (компенсации) и заглаживанию. Данное судебное решение из числа судебных решений в отношении виновного соответствует интересам осужденного, так как в отсутствие оснований прекращения уголовного преследования является решением, влекущим для виновного наиболее благоприятные последствия, исключающие самые суровые уголовно-правовые последствия, связанные с судимостью. В связи с отсутствием необходимости расходов, обусловленных исполнением приговора, минимизацией репрессивного воздействия к осужденному, что обусловливает его ресоциализацию, обвинительный приговор без назначения наказания отвечает интересам общества и государства, и отражает влияние восстановительного подхода в официальной модели правосудия в современной парадигме уголовного судопроизводства.

Выводы.

1. Изменение теоретических представлений о сущности уголовного судопроизводства на основе парадигмы «преступление - наказание» и закономерный переход к парадигме «преступление - виновность» должно найти отражение в уголовном правосудии. Наказание, как таковое, при этом не исключается, но не является самоцелью, а рассматривается как один (но не единственный) из возможных способов реагирования государства на преступление. Указанные концептуальные изменения свидетельствуют о необходимости пересмотра действующей карательной парадигмы российского уголовного правосудия, имеющей своей целью назначение осужденному справедливого наказания. Модель восстановительного правосудия, предусматривая иные подходы в разрешении уголовно-правового конфликта, вместе с тем, на современном этапе развития уголовно-процессуального права не способна полностью заменить существующую парадигму уголовного правосудия, так как это привело бы к нивелированию публичного начала уголовного процесса, лежащего в его основе. Поэтому для обеспечения баланса в защите и восстановлении интересов государства и личности, пострадавших от преступления, в условиях переходной модели парадигмы правосудия (от карательной к восстановительной) представляется оправданным разумное снижение карательного воздействия государства на личность, не противоречащее назначению уголовного судопроизводства и его принципам. Обвинительный приговор без назначения наказания является одним из эффективных процессуальных инструментов для решения этой задачи.

2. Обвинительный приговор без назначения наказания имеет свои исторические корни, и его существование обусловлено закономерностями развития уголовного судопроизводства (от карательной к восстановительной модели), которые отражают стремление законодателя предусмотреть соответствующую процессуальную форму разрешения уголовного дела с минимальным карательным воздействием на личность. Поиск законодателем соответствующей процессуальной формы итогового судебного решения, постановляемого при доказанности виновности подсудимого в совершении преступления, но без необходимости применения к нему наказания, привел к нормативному закреплению обвинительного приговора без назначения наказания в качестве самостоятельного вида приговора в п. 3 ч. 5 ст. 302 УПК РФ.

3. Обвинительный приговор без назначения наказания является итоговым судебным решением, которым реализуется механизм уголовной ответственности, позволяющий достигать назначения уголовного судопроизводства без применения к осужденному наказания. Данный вид обвинительного приговора, также позволяя достигать баланс процессуальных интересов участников уголовно-правового конфликта, является одним из средств обеспечения восстановительного подхода в российском уголовном судопроизводстве.

4. Предложено авторское определение обвинительного приговора без назначения наказания: «решение о виновности подсудимого, постановленное судом первой или апелляционной инстанции, в котором, с учетом данных о личности подсудимого и содеянного им, наказание не назначается в связи с фактическим достижением целей наказания, либо отсутствием необходимости в их достижении, либо возможностью их достижения без назначения наказания».

5. Выявлены признаки обвинительного приговора без назначения наказания, совокупность которых позволяет отграничивать его от других видов итоговых судебных решений. Он: 1) является одной из форм реализации уголовной ответственности; 2) обусловлен изменением общественной опасности личности или содеянного к моменту постановления приговора (утратой общественной опасности либо возможностью ее утраты в результате применения принудительных мер воспитательного воздействия), что возможно как по решению законодателя (амнистия), так и по решению правоприменителя (судейское усмотрение); 3) не предполагает назначение наказания, его отсрочку, освобождение от отбывания наказания либо возможность его применения на более позднем этапе; 4) правовые последствия его постановления не сопряжены с какими- либо обязанностями, ограничениями или испытательным сроком для осужденного; 5) исключает возможность возврата к вопросу о назначении наказания на стадии исполнения приговора. Оценка этих признаков в совокупности позволяет утверждать то, что обвинительный приговор без назначения наказания обладает наименьшим репрессивным воздействием среди итоговых судебных решений в отношении виновного.

С. 137.

С. 163.

С. 140; Качалова О. В. Теоретические

<< | >>
Источник: Попова Ирина Павловна. ОБВИНИТЕЛЬНЫМ ПРИГОВОР БЕЗ НАЗНАЧЕНИЯ НАКАЗАНИЯ В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ: СУЩНОСТЬ, ОСНОВАНИЯ И ПОРЯДОК ПОСТАНОВЛЕНИЯ Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Иркутск - 2018. 2018

Еще по теме 1.3 Понятие и значение обвинительного приговора без назначения наказания в современном российском уголовном судопроизводстве:

  1. § 3.2. СПОСОБЫ СОБИРАНИЯ ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ В СУДЕБНОМ УГОЛОВНОМ ПРОИЗВОДСТВЕ
  2. § 1. Понятие и сущность правосудия в уголовном судопроизводстве
  3. § 3. Особенности уголовно-процессуальной формы стадии подготовки судебного разбирательства с участием несовершеннолетних
  4. 3.1. Источники российского уголовного права как основа функционирования его системы
  5. §1. Развитие уголовно-процессуального права как науки и отрасли права в российской правовой систематике
  6. §2. Генезис и эволюция российского законодательства и доктринальных представлений об уголовном судопроизводстве с участием присяжных заседателей
  7. §1. Инициирование обвиняемым производства по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей
  8. §2.Система основных процессуальных актов при освобождении от уголовной ответственности и от уголовного преследования
  9. §3. Состав преступления и отражение системы его основных элементов в предмете доказывания по уголовному делу
  10. § 2. Историко-теоретический анализ эволюции уголовно-исполнительных правоотношений
  11. Обвинительная форма судебного процесса в конце XV - середине XVI вв.
  12. Становление и развитие публичности в пореформенном и советском уголовном процессе (1864—1991 гг.)
  13. Оглавление
  14. 1.1 Обвинительный приговор без назначения наказания как средство реализации восстановительного подхода в современной парадигме уголовного судопроизводства
  15. 1.2 Возникновение, становление и развитие уголовно-процессуального законодательства, регулирующего постановление обвинительного приговора без назначения наказания
  16. 1.3 Понятие и значение обвинительного приговора без назначения наказания в современном российском уголовном судопроизводстве
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -