<<
>>

Понятие и признаки судебных действий следственного характера

Центральным и важнейшим этапом судебного разбирательства является судебное следствие, поскольку на его основе происходят дальнейшие процессуальные этапы производства по уголовному делу.

Прения сторон предполагают мнение сторон защиты и обвинения об исследованных в ходе судебного следствия доказательствах и выводы, основанные на них. Итоговое решение суда также должно быть основано на исследованных в ходе судебного следствия доказательствах.

В соответствии со статьей 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению. В связи с этим предметом судебного следствия выступает предшествующая судебному разбирательству деятельность органов предварительного расследования. Обвинительное заключение (обвинительный акт, обвинительное постановление и т.д.), завершающее досудебное производство по уголовному делу и содержащее выводы следователя о предъявленном обвинении, также определяет и границы судебного разбирательства.

В соответствии с ч.1 ст.240 УПК РФ суд заслушивает показания, заключение эксперта, осматривает вещественные доказательства, оглашает

протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по

42

исследованию доказательств .

Таким образом, в УПК РФ закрепляются полномочия суда по исследованию доказательств. Представляется, что поскольку именно на суд возложена обязанность вынести итоговое решение по уголовному делу, то он и будет выступать основным субъектом исследования обстоятельств уголовного дела посредством применения предусмотренных законом средств. Средствами исследования доказательств, которые выступают предметом судебного следствия, в соответствии с ч.1 ст.240 УПК РФ выступают действия суда, которые предлагается называть судебными действиями следственного характера. В свою очередь они являются видом судебных действий. Понятие судебных действий следственного характера требует специального анализа.

Использование в терминологии уголовного судопроизводства данной дефиниции обусловлено спецификой судебного разбирательства и представляет собой разграничение со смежными правовыми явлениями и объяснение их содержания как предполагаемого вида процессуальных действий.

С.А. Шейфер отмечал, что появлению доказательств в уголовном деле предшествует появление следов преступной деятельности. Деятельность следователя направлена на собирание и формирование доказательств, которыми таковые становятся в результате его процессуальной деятельности. С другой стороны, важным аспектом является тот факт, что уголовное дело поступает в суд с уже полученными и сформированными в предусмотренном порядке уголовно - процессуальным кодексом доказательствами, которые подтверждают обоснованность предъявленного обвинения. Это уже не следы преступления, а процессуально оформленные результаты предварительного расследования: [40]

«Собирание доказательств нельзя трактовать как завладение готовыми, уже

43

существующими доказательствами...» .

Исследование доказательств судом должно иметь четкое понимание в качестве «научно-правовой» категории, поскольку оно выступает одной из задач суда, исходя из формулировки ст.240 УПК РФ. В философии указывают, что исследовательская деятельность выступает основой теоретического знания. Оно представляет собой процесс получения нового знания на основе осмысления результатов предшествующего развития[41] [42]. Кроме этого, процесс получения любых знаний также описывается и определяется категорией «познание»[43] [44] [45].

Поскольку понятия «познание» и «исследование» описываются как процесс получения новых знаний, представляется необходимым провести их соотношение.

«Исследование» в качестве научной категории, с одной стороны, представляют процедурой приобретения новых знаний, а с другой, - как вид

46

познавательной деятельности .

«Познание» понимают как системное образование, включающее в себя специфические формы (виды) получения новых знаний.

При этом к видам познания относят обыденное, художественное, игровое, религиозное, философское и научное. Раскрывая содержание видов познания, ученые указывают на исследование, как способ (вид) познания только при определении научного познания . Исходя из общефилософского подхода к детерминированию познания и исследования, можно сделать вывод о том, что суд в ходе судебного разбирательства на этапе судебного следствия применяет и использует средства и приемы научного обоснованного познания в такой форме как исследование.

Познавательная направленность судебных действий следственного характера во многом роднит их со следственными действиями. Уголовнопроцессуальным назначением действий следователя и суда выступает познание обстоятельств общественно-опасного деяния через его признаки, получившие внешнее выражение посредством придания им соответствующей формы и статуса. Однако познание обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, следователем и судом имеет разное содержание, поскольку иное бы уравнивало их до степени смешения, в результате чего отсутствовала бы необходимость выделения в обособленную процессуальную категорию такого понятия как судебные действия следственного характера.

Само по себе отличие познавательной направленности судебного следствия и предварительного расследования обусловлено назначением каждой из этих стадий. Задачи, поставленные перед судебным следствием и предварительным расследованием, не являются тождественными друг другу соответственно как и их цели. Задачей предварительного расследования в большей степени выступает поиск, установление и фиксация следов преступлений и формирование на их основе доказательств в рамках господствующей версии по обвинению лица в совершении преступления. Факультативной и второстепенной целью выступает проверка полученных доказательств.

В.В. Кальницкий, Е.Г. Ларин приводят доводы о существовании позиций о направлении реформирования предварительного расследования в сторону деформализации, указывая на процессуальную возможность получения доказательств только в ходе состязательного судебного следствия и уменьшению

48

доказательственного значения результатов следственного действия .

Предполагаемая реформа расследования преступлений по уголовным делам имеет положительную направленность и позитивные цели. С другой стороны, преемственность УПК РФ от УПК РСФСР в части организации предварительного расследования, соотношения полномочий стороны защиты и обвинения вызывает [46] сомнения в необходимости таких изменений. Отсутствие должных правовых гарантий соблюдения состязательности и порядка вовлечения в судебное разбирательство доказательств стороны защиты повлечет за собой лишь безграничное расширение полномочий органов предварительного расследования, при отсутствии таковых у стороны защиты.

В свою очередь, исходя из непосредственно действующего УПК РФ, задачей судебного следствия выступает исследование доказательств, собранных в ходе судебного следствия, их проверка и оценка[47]. Исследование доказательств проводится относительно предъявленного лицу обвинения, а не без отрыва от него. Несмотря на это познавательная направленность присуща судебным действиям следственного характера ввиду того, что изучение доказательств проводится новым субъектом - судом. Также в дело вступает государственный обвинитель. Ввиду неучастия в предварительном расследовании суда и государственного обвинителя, они изучают уголовное дело впервые, и предполагается, что они менее пристрастны, нежели лицо, производившее расследование и соответственно имеющее собственное мнение и позицию по нему.

Собирание доказательств в ходе предварительного расследования является основным способом получения информации об обстоятельствах преступления. С другой стороны, собирание доказательств в ходе судебного следствия имеет второстепенный характер, поскольку инкриминируемое обвиняемому преступление получило описание в итоговом процессуальном акте органа предварительного расследования и обосновано в нем уже собранными доказательствами. В отличие от предварительного расследования судебное следствие направлено не на раскрытие и расследование уголовно-наказуемого деяния.

В то же время невозможно исключить факт собирания доказательств в ходе судебного следствия посредством производства судебных действий следственного характера. Ю.К. Орлов, С.Б. Россинский полагают, что проверка доказательств является таковой только в отношении проверяемых доказательств, но для проверяющих она выступает в качестве собирания доказательств[48]. Соответственно проверка доказательств допустима путем проведения очных ставок, опознания, осмотров предметов, предъявления доказательств в ходе иных судебных действий. В данном случае будет осуществлена проверка содержания доказательств, ранее полученных следователем. Такую деятельность нельзя, безусловно и безоговорочно, назвать собиранием доказательств, поскольку смысловая направленность и значение таких действий состоит именно в проверке доказательств, а полученные в ходе таких следственных действий сведения выступают скорее всего производными и вторичными по соотношению к информации, относящейся непосредственно к преступному деянию. К собиранию доказательств, на наш взгляд, относится установление обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, а именно указанных в ст.73 УПК РФ. Сведения, полученные не в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, а направленные на ревизию (инспекцию, исследование, разбор, редактирование, уточнение) обстоятельств, подлежащих доказыванию, следует понимать как проверку доказательств, даже несмотря на появление в уголовном деле новых протоколов следственных действий, которые в обвинительном заключении (акте, постановлении и т.д.) будут указаны как доказательства, подтверждающие вину обвиняемого.

Однако данную позицию можно представить как один из подходов по разграничению понятий собирания, проверки и оценки доказательств. Вполне можно определить схему, согласно которой собирание доказательств - это получение любых сведений, относящихся к уголовному делу и его расследованию (поскольку его предмет значительно шире предмета общественно-опасного деяния); проверка доказательств - это установление соотношения собранных доказательств требованиям УПК РФ, предъявляемых к их качеству; оценка - это соотношение доказательств в совокупности и по отдельности для возможности принятия процессуальных решений и вынесения процессуальных актов.

Н.А. Селедкина, А.А. Хайдаров и С.А. Александрова связывают цель судебных действий следственного характера с исследованием доказательств, собранных в ходе досудебного расследования, их проверке и оценке, выявлении возможных противоречий между содержанием доказательств и выяснении причин таких противоречий[49].

Вопросы исследования доказательств в ходе судебного следствия включают в себя познание судом и сторонами по делу вопросов процедуры доказывания в ходе предварительного следствия, исследование содержания доказательств, проверку достоверности существования тех фактических данных, которые составляют содержание доказательств, установление сопоставимости и соотносимости данного доказательства со всеми остальными доказательствами по делу[50]. Таким образом, происходит процедура изучения материального и процессуального содержания доказательств. Также к содержанию исследования доказательств необходимо отнести своеобразный процесс извлечения информации, содержащейся в доказательствах, и ее преобразование непосредственно в пределах задач уголовного судопроизводства и правосудия.

Механизмы познания, используемые в судебном производстве, - это отдельные процессуальные и гносеологические приемы, направленные на достижение назначения уголовного процесса.

Процедура исследования доказательств в определенном роде тождественна доказыванию, поскольку включает в себя проверку, оценку и собирание доказательств, предусмотренных статьями 86-88 УПК РФ. Они определяют процессуальные способы познания. Несмотря на то, что ст.86 УПК РФ судебные действия прямо не указаны в качестве способа сбора доказательств, она предусматривает сбор доказательств путем производства иных процессуальных действий, которые в данном случае необходимо толковать расширенно и включать в них также и судебные действия следственного характера. Способы познания реализуются при помощи средств познания. Законодателем средства познания обстоятельств уголовного дела в ходе судебного разбирательства указаны в главе 37 УПК РФ. Таким образом, познавательные приемы облекаются в уголовно-процессуальную форму с тем, чтобы их использовать в достижении целей судебного разбирательства.

С.А. Шейфер, рассуждая о проблемах теории в понимании доказательств, указывал, что показания, протоколы и т.д. в новом УПК РФ включены не как средства установления фактических данных, в отличие от ч.2 ст.69 УПК РСФСР,

- 53

где говорилось, что они «устанавливаются показаниями свидетелей и т.д.» .

Специфика уголовно-процессуального познания в широком смысле состоит в его ретроспективном характере, объективном и субъективном характере процесса отражения в сознании субъекта свойств и сущности исследуемого явления (объективность состоит в оценке событий и обстоятельств преступления как свершившихся фактов, а субъективность в связи познания с уполномоченным на это субъекта через призму его знаний, опыта, практики, эрудиции, мировоззрения)[51] [52]. Однако процессу рассмотрения уголовного дела по существу в суде первой инстанции ретроспективный характер присущ в большей степени, нежели предварительному расследованию. Именно процесс предварительного расследования направлен в большей мере на обнаружение и поиск информации, актуальной в момент самого расследования, например, посредством контроля и записи переговоров, поскольку в них содержится информация по противодействию деятельности по расследованию преступлений и относящаяся к совершенным общественно-опасным деяниям, а также к возможным действиям в будущем, что дает возможность их предотвратить и пресечь.

При этом обособленно стоит процедура оценки доказательств. В ходе судебного разбирательства оценка доказательств имеет своеобразную четырехступенчатую структуру. В первый раз доказательство получает оценку, когда стороны ходатайствуют о его исключении как недопустимом. Во второй раз, когда стороны ходатайствуют о производстве судебного действия следственного характера для проверки представленного доказательства другим судебным действием следственного характера. В данном случае это больше относится к оценке и проверке доказательств при наличии предполагаемого порока материальной (содержательной или информационной) составляющей доказательства, а не при наличии процессуальных нарушений. В третий раз исследованные доказательства получают оценку во время прений сторон. В данном случае оценка доказательствам дается как по отдельности, так и в совокупности. Стороны дают свое «заключение по делу» оценивая, в том числе и исследованные доказательства, но суд не участвует в их оценке, обладая при этом возможностью вернуться к судебному следствию в случае, если стороны сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, или заявят о необходимости предъявить суду для исследования новые доказательства. Четвертой заключительной ступенью будет перенос и отражение оценки доказательств, исследованных в ходе судебного следствия в итоговом решении его ключевым субъектом - судом. Таким образом, оценка доказательств характерна для всех этапов судебного разбирательства.

Из приговора Устиновского районного суда г.Ижевска Удмуртской Республики: «Вместе с тем, исследовав протокол личного досмотра подсудимого И., выслушав понятого Г., категорически в суде отрицавшего принадлежность своей подписи в протоколе личного досмотра и визуально обнаруживая очевидное различие между подписями свидетеля Г., в двух местах в протоколе личного досмотра подсудимого И. (т.* л.д.*), с подписью понятого Г. в подписке свидетеля, предупрежденного об ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ в ходе судебного разбирательства (т.*) и протоколе допроса понятого Г. следователем (т.*1 л.д.*), суд полагает необходимым в

соответствии со ст.ст.14, 75 УПК РФ признать протокол личного досмотра недопустимым доказательством, как не соответствующий требованиям к оформлению протокола личного досмотра, предусмотренного п. 7 ч.3 ст.166 УПК

РФ.

Однако с учетом того, что в судебном разбирательстве понятые А. и Г., оперуполномоченные сотрудники полиции В. и Ш., а также сам подсудимый И. подтвердили процедуру проведения, последовательность и результаты личного досмотра И., в ходе которого на ладонях рук И. было обнаружено свечение в свете УФ-лампы, которое И. не мог объяснить, суд полагает, что обстоятельства проведения личного досмотра подозреваемого И. полно и достоверно установлены показаниями вышеуказанных свидетелей.

Более того, обстоятельства личного досмотра И. не противоречат обстоятельствам личного досмотра совместно с ним задержанного Н., у которого также светились ладони рук в свете УФ-лампы и при нем была обнаружена денежная купюра, использованная в проверочной закупке, которая была получена И. за сбыт наркотика и в дальнейшем И. была передана Н.

Помимо этого, обстоятельства личного досмотра как И., так и Н. подтверждаются заключением экспертизы, установившей соответствие образца люминесцентного порошка, отобранного до проведения проверочной закупки, с образцами со смывами с рук И. и Н. и денежной купюры.

Таким образом, несмотря на отрицание понятым Г. принадлежности подписи от его имени в протоколе личного досмотра И., обстоятельства и результаты личного досмотра И. полно и достоверно установлены судом» [53].

Суд выступает субъектом доказывания в двух аспектах:

1) В узком смысле, суд осуществляет доказывание, поскольку только при его участие допустимо производство судебных действий следственного характера, на основе которых формируются доказательства, подлежащие отражению в приговоре. Помимо этого, суд уполномочен проявлять инициативу в назначении и производстве судебных действий следственного характера.

2) В широком смысле, суд выступает единственно уполномоченным субъектом на определение вопросов о доказанности преступления и о виновности в нем конкретного лица, придавая, таким образом, предшествующей процедуре доказывания оконченный, завершенный статус.

Следовательно, обоснованно можно сделать вывод о наличии у судебных действий следственного характера такого отличительного признака как познавательный характер, который по своему содержанию отличается от познавательного характера иных процессуальных действий.

Урегулированность судебных действий следственного характера законом определяют их способность быть вовлеченными в уголовно-процессуальную деятельность. Процессуальная регламентация судебных действий следственного характера является их системообразующим признаком. Однако она оставляет неразрешенными вопросы, связанные с содержанием перечня судебных действий следственного характера.

Например, Ю.С. Курочкина, выделяя в качестве признака судебных действий следственного характера их процессуальную регламентированность, определяет их как предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством процессуальные действия, указывая при этом на дискуссионность вопроса об открытости их перечня[54] [55].

Данное определение предусматривает под собой право на существование только включенных в УПК РФ судебных действий следственного характера, поскольку они должны быть «предусмотренными» им, то есть уже включенными в его содержание.

С другой стороны, Е.Б. Кузин указывает на регламентированность судебных

~ 57

действий следственного характера уголовно-процессуальным кодексом .

Указание на регламентацию судебных действий уголовно-процессуальным кодексом предполагается более предпочтительным для использования в их определении, поскольку допускает как их открытый перечень, так и дискуссию по возможности их пополнения. Кроме того, остается процессуальная возможность законодательного введения открытого перечня посредством закрепления общих условий и порядка производства судебных действий следственного характера. Такое развитие уголовного судопроизводства качественно повлияет на его открытость, диспозитивность его начал, а также позволит использовать процессуальные приемы, соответствующие развивающимся общественным отношениям. Лишь в случае закрепления в законе общих оснований и условий производства судебных действий следственного характера они получат практическую апробацию и станут инструментом отправления правосудия, его неотъемлемой составляющей.

Некоторыми исследователями в качестве признака судебных действий следственного характера указывается фиксация хода и результата этих действий в

58

протоколе судебного заседания .

Однако уже имеющийся в уголовно-процессуальном законе постулат, предполагающий материальное производство по уголовному делу, а именно протоколирование, в принципе исключает необходимость выделения внешней объективированности в качестве отдельного признака. При этом в отличие от следственных действий, судебное производство имеет единый продолжаемый протокол, длящийся на продолжении всего инстанционного производства.

Соответственно этому ведение протокола судебного заседания в большей степени относится к признаку судебного разбирательства. В соответствии со ст.259 УПК РФ отражению в протоколе подлежат подробное содержание показаний и результаты произведенных в судебном заседании осмотров и других действий по исследованию доказательств. Следовательно, УПК РФ не предусматривает обязательное отражение в протоколе содержания большинства [56] производимых судебных действий следственного характера, предусматривая отражение только их результата.

Кроме того, протоколирование присуще не только судебным действиям следственного характера, но и множеству иных процессуальных действий. Протокол составляется в ходе наложения ареста на имущество, в ходе назначения судебного заседания, в ходе рассмотрения замечаний на протокол судебного разбирательства.

Но другим вопросом будет выступать оформление такого протокола в материалах дела. С одной стороны, он может быть сформирован как единый документ, начавшийся с первого судебного заседания, а с другой стороны, может содержать множество упорядоченно «разбитых» (разделенных) частей, составленных по числу судебных заседаний. На наш взгляд, в наибольшей степени удобным, интуитивно понятным и разумным будет закрепление в законе обязанности составления протокола судебного заседания по частям в соответствии с количеством проведенных судебных заседаний. Этот вопрос носит больше организационный или технический характер, однако на практике может приобрести серьезное значение. Так в отличие от досудебного производства, в ходе судебного разбирательства повышенное внимание приобретают вопросы сроков уголовного судопроизводства, разъяснения участникам их прав (различные подписки и расписки), вопросы направления участникам различных извещений и процессуальных документов. Также уголовно-процессуальный закон содержит требование к суду изготовить отдельное решение по тем или иным вопросам (отвод участнику, решение о проведении судебного заседания в закрытом режиме и т.д.), соответственно более естественной и понятной будет структура производства судебного разбирательства, во время которой материалы дела будут формироваться следующим образом: извещения о дате, времени и месте судебного разбирательства; документы, содержащие сведения о разъяснении участвующим лицам их прав и обязанностей (если это требуется); протокол судебного разбирательства, сформированный за отдельное судебное заседание, после чего какие-либо приобщенные письменные ходатайства;

процессуальные решения судьи, если они требовались (в том числе и о производстве какого-либо судебного действия следственного характера, включая различные запросы), после извещения о новом судебном заседании и далее по кругу до вынесения итогового решения по уголовному делу. Такое ведение протокола судебного разбирательства в большей степени позволит проверить соответствие протокола судебного разбирательства реальным обстоятельствам уголовного дела, соблюдение гарантированных уголовно-процессуальным кодексом прав стороны защиты, поскольку документы будут находиться в упорядоченном по времени порядке, также протокол будет соотноситься с решениями, принятыми в судебном разбирательстве. При этом сократится необходимость лихорадочного поиска в материалах дела подтверждения тем или иным решениям, отраженным в протоколе судебного разбирательства, созданном как единый непрерывный документ.

Исходя из стадии уголовного производства и ее обязательных участников, особое значение приобретает субъектный состав судебных действий следственного характера. Если обязательным субъектом, уполномоченным на осуществление следственного действия, является исключительно должностное лицо, ведущее предварительное расследование, то в ходе судебного разбирательства уголовного дела по существу такими участниками выступают сторона обвинения, сторона защиты и председательствующий судья. При этом их участие в этой процессуальной стадии является обязательным. Это также является отличием судебных действий следственного характера от следственных, когда участие подозреваемого (обвиняемого) и его защитника требуется только при производстве мероприятий, где они являются непосредственными участниками. В свою очередь в ходе предварительного расследования обвиняемый является скорее источником доказательств, а его правосубъектность в качестве стороны уголовно-процессуальных отношений умаляется, ввиду властного характера правоотношений, возглавляет которые процессуально самостоятельный следователь. При этом в ходе судебного производства стороны приобретают возможность стать их инициаторами и участниками в той степени, которой на более ранних стадиях обладал следователь.

На совместность проведения судебных действий сторонами по уголовному делу указывают С.А. Александрова и С.В. Швец. С другой стороны, Л.А. Зашляпин, А.В. Костюков считают, что их осуществляет именно суд[57].

Полагаем, что, исходя из содержания ч.1 ст.240 УПК РФ, судебные действия производит суд. Однако в связи с обязательным состязательным характером судебного разбирательства - при обязательном участии стороны защиты и обвинения. Кроме того, из содержания ст.243 УПК РФ следует, что именно председательствующий судья руководит судебным заседанием, что во взаимосвязи со ст.242 и ст.240 УПК определяет его не только как субъекта судебного разбирательства, но и в качестве неотъемлемого условия его осуществления. В свою очередь положения ст.244 УПК РФ прямо указывают на участие в исследовании доказательств стороны обвинения и защиты, что, как отмечено выше, осуществляется посредством производства судебных действий следственного характера.

Также в качестве признака судебных действий следственного характера указывается на стадию судопроизводства, в связи с чем они отличаются от следственных[58]. Отмечается, что судебные действия производятся только в ходе рассмотрения уголовного дела по существу (судебного разбирательства), а следственные - в ходе предварительного расследования.

С данной точкой зрения, как не основанной на законе, нельзя согласиться. Исходя из системы судебных действий, предложенной и указанной нами в первом параграфе, производство судебных действий следственного характера допустимо только в ходе судебных заседаний и в ходе судебного разбирательства. Судебные разбирательства для разрешения вопросов, отнесенных к компетенции суда, допустимо производить и в ходе предварительного расследования, что прямо предусмотрено УПК РФ. С другой стороны, поскольку предварительное расследование оканчивается составлением обвинительного заключения, то производство следственных действий недопустимо в ходе судебного разбирательства.

Заключительным признаком судебных действий следственного характера и гарантией их реализации выступает их обеспеченность силой государственного принуждения и производство в условиях подчиненности суду как субъекту, руководящему процессом. Государственное принуждение обусловлено принципом публичности, а также обязанностью суда всесторонне полно и объективно рассмотреть уголовное дело. Полноценное судебное следствие направлено на защиту прав и законных интересов как потерпевшего, так и подсудимого. Однако потерпевшая сторона (пусть и в лице государства) находится в более преимущественном положении ввиду того, что государство уже осуществляет свою властную деятельность по уголовному преследованию подсудимого, собрав комплект доказательств при отсутствии равной и соотносимой возможности у защиты совершать аналогичные действия. Соответственно суд должен быть уполномочен осуществить все предусмотренные законом меры к исследованию, проверке и оценке необходимой доказательственной информации и потребовать от всех причастных лиц выполнения корреспондирующих этому полномочию действий.

Таким образом, исходя из указанных признаков, дефиниция может звучать так: «Судебные действия следственного характера - это регламентированные уголовно-процессуальным законом и производимые судом в судебном заседании процессуальные действия познавательного характера, направленные на исследование обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».

Данное понятие является одним из базовых положений, используемых в целях, поставленных перед данным исследованием, на его использовании построены основополагающие суждения, высказанные в нем. Уточнение этих полномочий суда имеет важный концептуальный и познавательный характер, определяющий существо соответствующих мероприятий, позволяющий единообразно их толковать и понимать в правоприменительной практике. Наименование таких полномочий суда «судебными действиями следственного характера» определяет более полное понимание сущности действий, проводимых в судебном заседании в целях познания обстоятельств уголовного дела. Вместе с тем, несмотря на лаконичность, их определение как судебных влечет за собой их смешение с организационно-распорядительными функциями суда по организации и руководству судебным процессом, а также иными действиями, осуществляемыми судом.

Помимо этого, особого внимания требует отграничение судебных действий следственного характера от близких по своим свойствам следственных действий. Одним из основных отличий будет выступать процессуальная форма их производства. Следственные действия допустимо проводить в ходе производства уголовного дела на этапе предварительного расследования и в исключительном порядке до возбуждения уголовного дела. Их производство недопустимо после окончания предварительного расследования, в то время как судебные действия допустимо осуществлять и в ходе предварительного расследования, и в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, и после вынесения итогового решения. Для производства судебных действий следственного характера необходима организация судебного заседания на всех стадиях, предполагающих участия суда для решения процессуально-значимых вопросов.

Процессуальная самостоятельность следователя сменяется состязательностью сторон. Сторона обвинения и защиты обладают большей инициативой в производстве судебных действий следственного характера. Для суда обязателен предложенной стороной обвинения, как порядок исследования доказательств, так и производство судебных действий следственного характера направленных на их исследование. В большей степени суд проявляет властный характер и процессуальную самостоятельность при решении вопросов о производстве судебных действий следственного характера, направленных на проверку и оценку уже имеющихся в уголовном деле и подвергающихся исследованию в судебном заседании доказательств, в том числе при попытке вовлечения в процесс доказывания новых потенциальных доказательств. Фактически не требуют процессуального разрешения суда исследование доказательств, представленных в обвинительном заключении, поскольку в силу порядка, предусмотренного УПК РФ, в нем подлежат отражению как доказательства стороны обвинения, так и доказательства стороны защиты, представленные в ходе предварительного расследования.

Ранее говорилось о содержании познавательного характера судебных действий следственного характера. Данный признак также определяет разницу между указанными процессуальными действиями. В большей степени познавательная сущность следственных действий направлена на исследование обстоятельств совершенного преступления посредством сбора доказательств. Проверка доказательств выступает в большей степени как факультативная задача. При этом, исходя из особенностей предварительного расследования, проверка и оценка доказательств направлена на материальное содержание формирующихся доказательств. В свою очередь исследование доказательств в суде направлено на проверку и оценку как материального содержания доказательств, так их процессуальных качеств. В данном случае можно согласиться с Р.С. Белкиным, согласно позиции которого вопросы исследования доказательств включают в себя познание субъектом уголовно-процессуального доказывания содержания доказательств, проверку достоверности существования тех фактических данных, которые составляют содержание доказательств, установление сопоставимости и соотносимости данного доказательства со всеми остальными доказательствами[59]. Полагаем, что суд не производит действий направленных на сбор доказательств, а лишь на их исследование посредством производства судебных действий следственного характера. Представление же новых доказательств, ранее не собранных в ходе предварительного расследования, возложено на стороны по делу. Исходя из содержания познавательной деятельности суда, производство судебных действий следственного характера не предполагает поиск новых доказательств, а лишь вовлечение представляемых сторонами готовых доказательств либо проверку представленных доказательств посредством получения судом совместно со сторонами новых сведений.

С точки зрения субъектного состава, несостоятельна версия об идентичности познавательных действий предварительного расследования и судебного разбирательства, поскольку смешивает уполномоченных на их производство должностных лиц. Такое смешение размывает порядок производства этих действий субъектами уголовного судопроизводства и потенциально допускает производство судебных действий следователем, а судом всех следственных. Таким образом, с одной стороны, размывается поэтапный процессуальный порядок производства по уголовному делу, когда стадии судопроизводства самостоятельны по отношению друг к другу, а с другой. необоснованно расширяется количество процессуальных действий в арсенале субъектов судопроизводства, тем самым допуская возможность суда вернуться к прежним функциям, позволяющим ликвидировать неполноту предварительного расследования. В указанных условиях отождествление судебных действий следственного характера как следственных влечет ограничение состязательности судебного разбирательства и независимости суда, который будет поставлен в зависимость от нахождения «истины» по уголовному делу.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что судебные действия следственного характера обладают самостоятельной процессуальной природой[60]. В независимости от того, что и судебные и следственные действия обладают похожим познавательным характером, в целях установления обстоятельств уголовного дела они не отождествляются. П.С. Элькинд приводила бесспорную в данном случае мысль о том, что закон не предусматривает единства процессуальных средств установления истины следователем и судом[61]. Отличительной особенностью производства судебных действий в сравнении со следственными является то, что они осуществляются в абсолютно ином правовом режиме, в условиях гласности, процессуального равенства и состязательности сторон, что, бесспорно, отражается на особенностях процедуры их производства. Необходимость исследования доказательств определяет задачу по наделению суда такими процессуальными полномочиями, посредством которых возможно изучить, проверить и оценить представленные обстоятельства уголовного дела. Эти полномочия выражаются в возможности проведения судом совместно со сторонами судебных действий следственного характера, регламентированных главой 37 УПК РФ.

Таким образом, оценивая позицию С.А. Александровой, Н.А. Селедкиной и А.А. Хайдарова, можно сделать вывод о том, что исследование доказательств, собранных в ходе досудебного (предварительного) расследования, их проверка и оценка[62], будет выступать задачей производства судебных действий

следственного характера. В свою очередь, их целью будет выступать исследование, проверка и оценка обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, как более широкой процессуальной категории.

Указанные выводы позволяют заключить, что судебные действия следственного характера представляют собой основные средства процессуального познания в ходе судебного разбирательства.

С учетом изложенного, под судебными действиями следственного характера следует понимать регламентированные уголовно-процессуальным законом и производимые судом в судебном заседании процессуальные действия познавательного характера, направленные на исследование обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В соответствии с дефиницией и условиями осуществления судебных действий следственного характера следует выделить их признаки: 1) уголовнопроцессуальная регламентация; 2) субъектный состав; 3) цель - исследование, проверка и оценка обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела; 4) форма, в которой они проводятся; 5) обеспеченность их осуществления при помощи государственного принуждения.

61

<< | >>
Источник: Стародумов Сергей Владимирович. СУДЕБНЫЕ ДЕЙСТВИЯ СЛЕДСТВЕННОГО ХАРАКТЕРА ПРИ РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Ижевск - 2018. 2018

Еще по теме Понятие и признаки судебных действий следственного характера:

  1. § 2. НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРОВЕДЕНИЯ ИНЫХ СЛЕДСТВЕННЫХ (ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ) ДЕЙСТВИЙ. СВЯЗАННЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗНАНИЙ
  2. Понятие криминалистического обеспечения расследования многоэпизодных преступлений следственно-оперативными группами и их классификации
  3. § 1. Стадия возбуждения уголовного дела как элемент уголовнопроцессуального механизма противодействия преступлениям террористического характера: общие проблемы нормативно-правового регулирования и доктринального толкования
  4. § 1. Особенности досудебного доказывания, проводимого органами предварительного расследования по делам о преступлениях террористического характера: теоретико-доктринальный аспект
  5. Понятие и виды контрольно-надзорной деятельности при производстве дознания в органах внутренних дел
  6. Методы правомерного осуществления оперативного эксперимента по изобличению взяточников и их отграничение от действий провоцирующего характера
  7. §3. Производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей: понятие, структура, значение
  8. §2. Судебные действия следственного характера — квинтэссенция судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей
  9. §2. Понятие, признаки, и виды правовой презумпции
  10. Тактические особенности производства процессуальных действий невербального характера
  11. Следственные ситуации, выдвижение версий и планирование расследования насильственных действий сексуального характера, совершенных в отношении несовершеннолетних
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -