<<
>>

2.3 Неисковые способы обеспечения защиты имущественных и неимущественных прав потерпевшего - юридического лица в уголовном процессе

К неисковым способам возмещения вреда относятся добровольное возмещение вреда; возвращение имущества в порядке реституции; возложение обязанности загладить причиненный преступлением вред.

«Потерпевшие заинтересованы в возмещении вреда не через суд (это, как правило, достаточно длительный процесс), а непосредственно сразу же как только установлено лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления. В целях стимулирования возмещения вреда со стороны лиц, его причинивших, УПК (ст. 25, 27) в случае такого возмещения предусматривает возможность прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим или в связи с деятельным раскаянием» . А также в порядке 25.1 УПК РФ при назначении судебного штрафа.

Их реализация «дает возможность устранить материальные последствия преступления, восстановить право собственности потерпевших лиц на компенсационной основе, т.е. путем полного возмещения причиненного

194

имущественного вреда» .

Уголовно-процессуальное законодательство добровольное возмещение вреда рассматривает в ст. ст. 25, 25.1, 28 и 28.1 УПК РФ в виде возмещения причиненного вреда или его заглаживания. Это формы добровольного возмещения вреда, исходящие от подозреваемого, обвиняемого и подсудимого и, которые он в добровольном порядке возмещает потерпевшему, с тем, чтобы получить определенные преференции в виде прекращения уголовного дела или уголовного преследования. В этих статьях речь идет о преступлениях небольшой и средней тяжести. Однако и при совершении иных преступлений добровольное возмещение вреда предусмотрено и достаточно распространено. [189] [190]

К сожалению, виновные лица в большинстве своем не заинтересованы в возмещение вреда, причиненного преступлением, особенно это касается лиц, совершивших хищения. Обвиняемые используют различные средства для сокрытия своего имущества, чтобы избежать возмещения причиненного преступлением вреда.

Это прослеживается и по приведенным нами статистическим данным о добровольном возмещении вреда по хищениям на основе сведений Судебного департамента при Верховном Суде РФ, что составляет всего 16 %. Даже рассмотрение возмещения материального и морального вреда, причиненного преступлением, в качестве смягчающего обстоятельства не способствует заинтересованности виновных лиц в возмещении причиненного преступлением вреда. Иногда подсудимые возмещают причиненный вред при условии, что потерпевший будет ходатайствовать перед судом о применении наказания, не связанного с лишением свободы. Это составляет около 14,3 % и, как правило, это лица, впервые привлекаемые к уголовной ответственности (Приложение Е).

По данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ в добровольном порядке ущерб возмещен был до вступления приговора суда в законную силу виновными лицами в следующем объеме: в 2015 по хищениям (с учетом сумм возмещенных как юридическим, так и физическим лицам) - 9 606 009 077 руб. и 1 904 973 923 руб.; в 2016 г. - 5 618 809 905 руб. и 2 855 096 809 руб.; в 2017 г. - 7 913 557 370 руб. и 2 361 883 435 руб. соответственно[191].

Исходя из представленных данных, например, по хищениям, в среднем лишь только в 26,4 % случаев происходит реальное возмещение причиненного ущерба до вступления приговора суда в законную силу[192]. Такая же картина прослеживается и при причинении вреда от совершения других преступлений.

Возмещение причиненного вреда определяет условие, при котором подозреваемый, обвиняемый или подсудимый, учитывая мнение потерпевшего и реальный размер вреда, который был причинен неправомерными действиями, возмещает потерпевшему (как правило, в денежной форме) эквивалент стоимости имущества (поврежденного или уничтоженного) либо возмещает моральный вред и т.п..

Относительно законодательного термина «заглаживание» в теории уголовно-процессуального права мнение разниться. Некоторые авторы под ним понимают «устранение уже наступивших вредных последствий (например, возмещение потерпевшему причиненных убытков, компенсацию морального вреда, передачу потерпевшему определенных вещей и ценностей взамен утраченных, обеспечение ремонта автомобиля, пострадавшего в результате преступления, принесение извинения в форме устраивающей потерпевшего и т.д.), либо предотвращение вредных последствий или увеличения их размера, которые могут наступить в будущем (например, оказание необходимой первой и медицинской помощи пострадавшему от преступления, доставление его к врачу и т.п.)» .

С точки зрения семантики русского языка под заглаживанием

понимается смягчение, умаление . В рассматриваемом контексте «заглаживание причиненного вреда» следует считать в качестве уменьшения вреда и смягчения вредных последствий от совершенного в отношении потерпевшего преступления.

Данные действия виновных лиц законодатель считает основаниями для прекращения уголовного преследования ввиду деятельного раскаяния или примирения с потерпевшим по делам небольшой и средней тяжести. Условием реализации этих правовых положений установлено возмещение или заглаживание причиненного преступлением вреда, во-первых, по делам небольшой и средней тяжести; во-вторых, по делам, связанным с нарушением законодательства о налогах и сборах; и, в-третьих, ввиду назначения такой меры уголовно-правового характера как судебный штраф.

Среди средств, которые может использовать подозреваемый, обвиняемый и подсудимый для восстановления имущественных и неимущественных прав [193] [194] юридического лица в уголовном судопроизводстве, в добровольном порядке выделяются:

- внесение денежных средств на расчетный счет юридического лица;

- вручение денежных средств представителю юридического лица, потерпевшему от преступления, с выдачей последним расписки, при условии, что у представителя имеются полномочия на получение денежных средств;

- перечисление денежный средств на депозит суда или органа, осуществляющего предварительное расследование;

- добровольная выдача материальных ценностей, предметов преступного посягательства, органам, осуществляющим предварительное расследование;

- оплата или возмещение стоимости поврежденного имущества юридического лица.

Представление доказательств того, что подозреваемый, обвиняемый и подсудимый использовали все предусмотренные действующим законодательством средства для восстановления имущественных и неимущественных прав юридического лица может быть рассмотрено судом не только в качестве смягчающего обстоятельства, но и необходимого условия для рассмотрения вопроса о прекращении уголовного дела и уголовного преследования.

По данным некоторых исследователей преступления небольшой и средней тяжести составляют примерно 60 % всех составов Особенной части УК РФ[195]. И отнюдь не все они могут быть совершены в отношении юридического лица. В данной связи следует рассмотреть вопрос о применении положений, содержащихся в ст. ст. 25 и 28 УПК РФ, к юридическому лицу. Одним из главных вопросов, касающихся прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст. ст. 25 и 28 УПК РФ, является возможность принятия решения о прекращение уголовного дела представителем потерпевшего - юридического лица.

Так, в частности, из материалов уголовного дела в отношении Я. обвиняемой по ст. 156 и ч. 1 ст. 116 (всего пять эпизодов), прекращенного в связи с примирением сторон на основании заявления представителя потерпевших следует, что Я., работая воспитателем в «Доме детства», ненадлежащим образом выполняла свои воспитательные функции, избивала малолетних детей, причиняла им телесные повреждения и физическую боль. Законным представителем несовершеннолетних потерпевших была привлечена юрисконсульт того же «Дома детства» Ф.. Как было в дальнейшем указано Ульяновским областным судом в определении, отменившем состоявшееся судебное решение, суду первой инстанции надлежало обсудить вопрос кого следовало привлечь в качестве законного представителя несовершеннолетних, и должно ли это быть лицо, представляющее интересы юридического лица[196].

Другим примером является постановление Яранского районного суда Кировской области, которым было прекращено уголовное дело о совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ, за примирением сторон. Причем потерпевшим выступило Управление охраны и использования животного мира Кировской области. Как было указано позже в определении суда вышестоящей инстанции, данная организация не является собственником того природно-ресурсного потенциала, которому был причинен ущерб в результате незаконной охоты. Мнение представителя Управления охраны и использования животного мира Кировской области о возможности прекращения уголовного дела за примирением сторон при отсутствии у него таких полномочий, не может служить основанием для прекращения уголовного дела за примирением сторон[197].

Два этих примера указывают на то, что вопрос о прекращении уголовных дел ввиду деятельного раскаяния и примирения с потерпевшим, которым является юридическое лицо, требует внимательного изучения и возможности использования данного правового механизма для регулирования уголовно- процессуальных отношений. Это проблема была выявлена по 11 уголовным делам, что составляет 3,9 % (Приложение Б, Приложение В).

Предложенный законодателем механизм регулирования вопросов прекращения уголовного дела ввиду деятельного раскаяния и примирения с потерпевшим при возмещении или заглаживании, причиненного вреда, не всегда можно использовать там, где потерпевшими являются юридические лица, и где отчасти затронуты публичные интересы. На это указывают и практические работники. В частности, в одном из обобщений судебной практики было подчеркнуто, что «по делам о преступлениях против общественной безопасности, государственной власти, правосудия, против конституционных прав и свобод человека и гражданина, решение вопроса о прекращении уголовного дела (по ст. ст. 25 и 28 УПК РФ - уточнение В. И. Баловневой) должно приниматься лишь в исключительных случаях, после тщательного исследования всех обстоятельств, имеющих значение для дела»[198].

Думается, что данное указание должно содержаться в разъяснениях судебной практики Верховного Суда РФ с тем, чтобы было выработано единое требование для применения положений содержащихся в ст. ст. 25 и 28 УПК РФ. Кроме того, судам надлежит проверять полномочия представителей

юридического лица в части, позволяющей им принимать решение о примирении с обвиняемым.

Между тем, если речь будет идти об иных видах преступлений, то решение потерпевшего - юридического лица вполне может быть принято судом и удовлетворено, если обвиняемыми был возмещен или заглажен причиненный вред в добровольном порядке. В частности, так был решен вопрос по следующему уголовному делу. Р. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п.

«б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Представитель потерпевшего ОАО «Российские железные дороги» представил в суд ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением с обвиняемыми, указав в нем, что обвиняемым вред был возмещен в полном объеме добровольно, и произошло примирение .

Как следует из данных примеров, проблема заключается в возможности представителя потерпевшего юридического лица использовать свое право на заявление ходатайства о прекращении уголовного дела при возмещении или заглаживании, причиненного преступлением вреда, ввиду деятельного раскаяния или примирения в добровольном порядке.

Представляется, что данный вопрос должен быть решен с учетом реализации юридическим лицом частного или публичного интереса в уголовном процессе.

Четкое определение полномочий представителя юридического лица в уголовном судопроизводстве при добровольном возмещении вреда и принятии решения о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, полагаем должно быть прописано в доверенности, которая выдается на представление интересов юридического лица.

Изученные нами полномочия представителей юридического лица содержали стандартный их перечень, который был представлен в 100 % изученных нами доверенностей. Там не содержалось полномочия о возможности принимать решение о примирении с обвиняемым, получении денежных средств в счет возмещения имущественного вреда, или вреда причиненного неимущественным правам юридического лица.

Следующим видом добровольного возмещения вреда является возложение судом обязанности загладить причиненный вред на условно осужденного или несовершеннолетнего при применении принудительных мер воспитательного воздействия. [199]

Данные нормы содержатся в уголовном законодательстве РФ в ст. ст. 73 и 90 УК РФ. Их применение обусловлено особыми поощрительными мерами, которые в одном случае освобождают несовершеннолетнего от уголовного наказания с прекращением уголовного дела, а в другом случае назначают условное наказание, давая возможность исправления осужденного без применения к нему реального наказания в виде лишения свободы. Данные положения содержатся в нормах материального права. В уголовнопроцессуальном законодательстве лишь указывается на процессуальный порядок постановления приговора при условном осуждении или вынесения определения о применении к несовершеннолетнему принудительных мер воспитательного характера. Считаем, что уголовно-процессуальный закон должен быть дополнен указанием для суда о возможности возложения на осужденных и виновных лиц обязанности по возмещению имущественного вреда лицам, потерпевшим от преступления. «Уклонение виновного лица от возмещения причиненного его действиями ущерба потерпевшему при отсутствии иных обстоятельств, и его условно досрочное освобождение... лишает потерпевшего возможности реализовать свое право на возмещение причиненного преступлением вреда»[200].

С этой целью следует дополнить ч. 1 ст. 299 УПК РФ п. 18 содержащим следующее указание:

- возможно ли возложить на условно осужденного обязанность возместить вред, причиненный потерпевшему, совершенным преступлением.

Вторым неисковым способом обеспечения защиты имущественных прав юридического лица является реституция. Реституция была известна еще дореволюционному процессуальному законодательству и также как и в современном законодательстве вызывала немало споров по поводу ее применения в уголовном процессе. В частности, известный русский ученый Д. Г. Тальберг, писал, что «особенно важным является определение области применения

реституции» . «Добровольное возмещение ущерба по своему содержанию стоит ближе всего к уголовно-правовой реституции, но последней не поглощается»[201] [202] [203] [204].

По мнению ряда современных исследователей «в системе эффективных средств возмещения имущественного вреда второе место после гражданского иска занимает именно уголовно-процессуальная реституция» . На современном этапе развития права большой интерес вызывает реализация института реституции в уголовном судопроизводстве. Несмотря на отсутствие законодательного определения, ее понятие содержится в работах многих исследователей. Д. Г. Тальберг указывал, что «реституция в нашем законодательстве имеет определенную и весьма ограниченную область применения; все, что не составляет вещественное доказательство по делу или

предмет, добытый путем разбоя, грабежа, кражи и мошенничества, исключает

208

понятие реституции...» .

По мнению, высказанному З. З. Зинатуллиным, «реституция представляет собой восстановление материального положения потерпевшего от преступления путем возвращения ему вещей или иных материальных ценностей, непосредственно утраченных в результате преступления, или их заменителей»[205].

Данная точка зрения на понятие «реституция» была поддержана С. Ю. Туровым[206].

Под реституцией С. А. Александров понимает «возврат утраченных в результате преступления материальных ценностей, в основе которого лежит факт обнаружения последних и их поступление к органу, ведущему расследование»[207].

В. Я. Понарин предложил рассматривать реституцию как «восстановление в уголовном процессе материального положения лица, потерпевшего от преступления, посредством возвращения ему в порядке, указанном в законе, вещественных доказательств, а при необходимости и предметов того же рода и качества или уплата их стоимости, если возможно без ущерба для производства по делу» . Весьма близко к позициям данных авторов мнение А. С. Карпикова . В высказанных точках зрения характерными признаками реституции являются, во-первых, восстановление материального положения потерпевшего; во-вторых, способ такого восстановления - возврат вещей и иных ценностей.

Иная позиция была представлена в работах А. Ю. Садова, О. Селедниковой, К. В. Ашкатовой. Под «реституцией» авторами понимается форма возмещения вреда, причиненного преступлением путем возврата потерпевшему имущества,

214

вещей или иных ценностей .

В. И. Задорожный реституцию определяет в более широком виде как «возврат виновной стороной всего полученного ею и возмещение понесенных расходов»211 [208] [209] [210] [211].

В. А. Азаров говорит об уголовно-правовой реституции как о «возвращении собственнику именно тех предметов и ценностей, которые у него были отчуждены в результате преступного деяния»[212].

В теории права действительно существует два понятия реституции - это уголовно-правовая и уголовно-процессуальная. Эти два понятия не являются синонимами, более того, они обозначают два самостоятельных правовых института, которые содержатся в различных отраслях права.

Полагаем, что «понятие «уголовно-правовая реституция» целесообразно применять при обращении к проблеме восстановления социальной справедливости, что будет говорить об использовании базового термина в широком смысле слова, с конституционно-правовой окраской и свидетельствовать об окончательной стадии реализации конституционного права на компенсацию причиненного ущерба. Возврат же имущества в первоначальном виде, либо равноценной, либо денежной суммы, эквивалентной стоимости материального блага, утраченного вследствие преступления, основанные на

217

нормативных установка, есть реституция процессуальная» .

Проанализировав представленные понятия «реституция», были выявлены наиболее общие признаки, содержащиеся практически в каждом из определений:

- реституция относится к восстановительному способу возмещения причиненного преступлением вреда;

- способ - неисковой;

- представляет собой возврат потерпевшему вещей или иных материальных ценностей, утраченных в результате преступления, как правило, вещественных доказательств по уголовному делу;

- не исключает возврат эквивалентной стоимости имущества.

Понятие и сущность реституции содержится и в Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (1985 г.) . В ст. 8 указывается, что «реституция должна включать возврат [213] [214]

собственности или выплату за причиненный вред или ущерб, возмещение расходов, понесенных в результате виктимизации, предоставление услуг и восстановление в правах» . Как следует из содержания данной нормы

международного права, реституция международным сообществом

рассматривается в более широком виде, что позволяет говорить о восстановлении положения потерпевшего, которое было у него до совершения преступления, то есть данное определение включает в себя как уголовно-правовое понятие реституции, так и уголовно-процессуальное.

Изложенное дало возможность сформулировать следующее определение реституции в уголовном процессе: реституция представляет собой самостоятельную неисковую форму возмещения причиненного преступлением вреда восстановительным способом посредством возврата имущества и ценностей или их аналогов потерпевшим - физическим или юридическим лицам.

Необходимо обратить внимание на положения, содержащиеся в ст. 9, рассмотренного международного документа. В ней указывается на необходимость правительств рассмотреть возможность включения реституции в свою практику, положения и законы. Если реституция достаточно широко применяется на практике, то что касается законодательной регламентации данного института она отсутствует. Несмотря на передовые положения принятого в 2001 году Уголовнопроцессуального кодекса РФ, следует отметить, что законодатель не учел рекомендаций Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью (1985). Закон не содержит не только понятия реституции, но и правил ее реализации в процессе производства по уголовному делу, что, безусловно, затрудняет деятельность всех участников уголовного процесса.

Несмотря на то, что ряд исследователей видят в ней лишь вспомогательный характер [215] [216] , это не делает ее второстепенным элементом в вопросах восстановления имущественных прав потерпевшего.

Согласно изученной практики, реституция в большинстве случаев проявлялась в виде передачи похищенного имущества собственнику от виновных лиц, или от третьих лиц, которым это имущество было продано, передано в дар или в процессе мены. В 30 % всех рассмотренных уголовных дел, где потерпевшими были юридические лица, похищенные вещи, имущество и предметы были переданы им в процессе производства по уголовному делу. В 53,9 % случаев потерпевшим - юридическим лицам не было передано имущество (также как и не было проведено адекватное возмещение его стоимости) (Приложение Б, Приложение В). Таким образом, данные практики указывают на то, что реституция является достаточно распространенным способом восстановления имущественных прав потерпевшего юридического лица, хотя и не основным.

В настоящий момент вопросы, связанные с возвращением материальных ценностей потерпевшему регламентированы исключительно положениями, содержащимися в статьях, предусматривающих передачу вещественных доказательств законным владельцам - потерпевшим по уголовному делу. А также в ст. 299 УПК РФ. Отчасти правильно указывает В. В. Дубровин, что «применение данного правового механизма ограничено лишь сферой определения судьбы вещественных доказательств и иных предметов, изъятых в рамках

предварительного расследования, но не получивших статуса доказательств. При

221

отсутствии вещественных доказательств реституция невозможна» .

Порядок передачи вещей, предметов и иного имущества потерпевшим устанавливается только ст. ст. 81 и 82 УПК РФ, а также ст. 299 УПК РФ.

Несмотря на это, реституция позволяет восстанавливать имущественные права потерпевших, во-первых, она носит, как правило, внесудебный порядок и, во-вторых, обеспечивает быстрое, полное и своевременное восстановление имущественных прав потерпевшего. Некоторыми авторами указывается на возможность «отложения передачи предмета собственнику на неопределенный

Дубровин В.В. Возмещение вреда от преступлений в уголовном судопроизводстве : монография. М. : Юрлитинформ, 2011. С. 51.

срок, ввиду положений, содержащихся в ч. 1 ст. 82 УПК РФ» . Однако эти опасения полагаем беспочвенны. По данным практики в 78,2 % случаев вещественные доказательства передавались потерпевшим до вступления приговора в законную силу. И лишь только в 21,8 % случаях вещественные доказательства, обнаруженные у виновных лиц, были переданы потерпевшим после рассмотрения дела в вышестоящих инстанциях и вступлении приговора в законную силу (Приложение Б, Приложение В).

Согласно ст. 81 УПК РФ «при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. Закон устанавливает, что предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений могут быть переданы им; деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества подлежат возвращению законному владельцу; документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам по их ходатайству; остальные предметы передаются законным владельцам, а при неустановлении последних переходят в собственность государства. Предметы, электронные носители информации, документы, изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами, подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты» . Процитированная норма закона позволяет усомниться в возможности заинтересованных лиц заявить подобного рода ходатайства, если данное право не было им надлежащим образом разъяснено.

Для того, чтобы реализовать свои права участники уголовного судопроизводства должны их знать, их им должны разъяснить лица, осуществляющие производство по уголовному делу. Это вытекает из ст. 12 УПК [217] [218]

РФ, которая предусматривает, что «суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав». «Закон же не устанавливает обязанность должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу разъяснять участникам процесса и иным лицам их право заявлять ходатайство об истребовании вещественных доказательств, указанных в ч. 3 ст. 81 УПК РФ. Среди прав участников уголовного судопроизводства это право также не предусмотрено. Проведенный анализ практики показывает, что не всегда следователи, дознаватели, да порой и судьи разъясняют участникам процесса право истребования предметов, признанных и не признанных вещественными доказательствами, которые могут быть возвращены законным владельцам; не внимательно изучают сведения о законных владельцах вещественных доказательств» [219]. Например, приговором Свердловского районного суда г. Белгорода Д. осужден по ч. 1 ст. 234 УК РФ к обязательным работам. Вещественные доказательства (денежные средства) обращены в доход государства. Приговор был отменен по следующим основаниям. Согласно ст. 19 Закона РФ «Об оперативно - розыскной деятельности» органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, выделяются из федерального бюджета финансовые средства. Указанные денежные средства были выделены для проведения оперативно - розыскных мероприятий. В соответствии с п. 4 ч. 3 ст. 81 УПК РФ имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате преступных действий либо нажитые преступным путем, по приговору суда подлежат возвращению законному владельцу. Как указал суд вышестоящей

инстанции, денежные средства подлежат возврату их законному владельцу (юридическому лицу) - УФСКН РФ по Белгородской области .

Проблема определения судьбы вещественных доказательств была предметом рассмотрения и Конституционного Суда РФ. Обращают на себя внимание постановление от 16 июля 2008 № 19-П, определение от 16 декабря 2008 № 1036-О-П и др. Поводом для обращения в Конституционный Суд РФ послужил отказ суда в удовлетворении ходатайства свидетеля о возврате изъятого у него имущества в процессе производства по уголовному делу, на том основании, что «он не является процессуальным лицом, имеющим право заявлять ходатайства по делу. При определении судьбы вещественных доказательств до вступления в законную силу приговора суда либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела дознаватель, следователь или суд обязаны исследовать вопрос, возможно ли иным способом, кроме изъятия имущества, признанного вещественным доказательством, обеспечить решение стоящих перед уголовным судопроизводством задач... При этом не вправе отказывать в удовлетворении ходатайства лица о возвращении ему имущества, признанного вещественным доказательством.»[220] [221]. И далее там же «п. 5 ч. 4 ст. 56 и ст. 119 с учетом их нормативной взаимосвязи предполагают наличие у свидетеля, равно как и у всех лиц, законные интересы которых затрагиваются в ходе уголовного судопроизводства, права заявлять ходатайства о производстве процессуальных действий или принятии процессуальных решений, в том числе о возврате до вступления в законную силу приговора суда признанного вещественным доказательством по уголовному делу имущества, подверженного быстрому

моральному старению» . Это право признано за участниками уголовного судопроизводства на конституционном уровне, однако нет в законе указания на его разъяснение. Данная проблема отчасти обусловлена отсутствием в законе указания на необходимость разъяснения права участникам уголовного процесса и иным лицам заявления ходатайств об истребовании предметов, признанных или не признанных вещественными доказательствами. То есть право требования вещи из чужого незаконного владения участникам уголовного процесса и иным лицам, которые участниками уголовного судопроизводства не являются, не разъясняется. Это обстоятельство существенно затрудняет восстановление имущественных прав потерпевших.

К сожалению и внесенные изменения в УПК РФ, касающиеся порядка признания предметов и документов вещественными доказательствами по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики (ст. 81.1 УПК РФ) проблему не решили. Возможность возврата предметов, документов и электронных носителей информации ставится в зависимость от волеизъявления лица, осуществляющего производство по уголовному делу, что по существу исключает возможность участников уголовного судопроизводства эффективно защищать свои права. Такой подход законодателя не отвечает потребностям времени, что было подвергнуто обоснованной критики со стороны научного сообщества. В частности, В. Н. Григорьев совершенно справедливо отметил, что «можно высказать лишь сожаление, что законодатель, принимая позицию предпринимательских кругов о включении в УПК в целом разумных и своевременных дополнений, не сделал это более профессионально, не создавая не нужных поводов для упрека в отступлении от положений Конституции РФ» . [222] [223]

В связи с изложенным предлагается дополнить ч. 2 ст. 81 УПК РФ: участникам уголовного судопроизводства, должно быть разъяснено право заявлять ходатайства об истребовании предметов, как признанных, так и не признанных вещественными доказательствами, а также порядок их возврата, который определен ч. 3 настоящей статьи.

Применение реституции возможно, если собственник может подтвердить свое право собственности на утраченное им имущество или правомерное им обладание, если он собственником этого имущества не является. В том же случае, если имеется спор о праве на утраченное имущество, то вопрос о передаче имущества должен быть разрешен не в порядке уголовно-процессуальной реституции, а в порядке гражданского судопроизводства. Поэтому лицам, осуществляющим производство по уголовному делу, необходимо перед передачей имущества устанавливать его принадлежность лицу, которому предполагается передать имущество.

Среди средств, которые может использовать подозреваемый, обвиняемый и подсудимый для обеспечения защиты имущественных и неимущественных прав юридического лица в уголовном судопроизводстве, в порядке реституции выделяются:

- добровольная выдача имущества лицам, осуществляющим производство по уголовному делу, которыми оно признается вещественными доказательствами и впоследствии передается потерпевшему;

- передача аналогичного имущества взамен утраченного или поврежденного.

Добровольное возмещение вреда и реституция могут быть реализованы на

любой стадии рассмотрения уголовного дела. Закон не устанавливает никаких ограничений на этот счет. Однако это возможно только при определенных условиях:

- должно быть установлено лицо, совершившее преступление;

- такое лицо должно выразить свое добровольное желание восстановить имущественные или неимущественные права потерпевшего определенными способами.

Если в процессе добровольного возмещения вреда ведущая роль принадлежит виновному лицу, то при реституции в данном процессе задействованы и лица, осуществляющие производство по уголовному делу. Это отличает реституцию от добровольного возмещения вреда.

Таким образом, основными признаками неисковых способов обеспечения защиты имущественных и неимущественных прав юридических лиц, потерпевших от преступлений, являются:

- добровольный характер такого возмещения;

- осуществление защиты прав потерпевшего на ранних стадиях процесса;

- учет мнения потерпевшего при принятии процессуальных решений о прекращении уголовного дела в случае возмещения ему вреда;

- частно-публичная природа неисковых способов защиты имущественных и неимущественных прав юридических лиц, потерпевших от преступлений, которая позволяет использовать различные механизмы для восстановления их прав;

- закрепление данных способов в уголовно-процессуальном законодательстве.

Все изложенное позволяет сделать несколько важных выводов. Неисковые способы восстановления прав потерпевшего:

- являются распространенными способами обеспечения защиты имущественных и неимущественных прав юридического лица. Эти способы более эффективны и универсальны, поскольку их реализация минует стадию предъявления и рассмотрения гражданского иска. Возмещение имущественного вреда происходит, как правило, на ранних стадиях производства по уголовному делу (на стадии предварительного расследования);

- государственный механизм обеспечения защиты имущественных прав юридических лиц должен использовать весь арсенал компенсационновосстановительных средств, включая добровольное возмещение вреда и реституцию;

- призваны играть эффективную роль в восстановлении нарушенных имущественных и неимущественных прав потерпевших в уголовном судопроизводстве, в том числе и потерпевших - юридических лиц.

<< | >>
Источник: Баловнева Валентина Ивановна. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЗАЩИТЫ ИМУЩЕСТВЕННЫХ И НЕИМУЩЕСТВЕННЫХ ПРАВ ПОТЕРПЕВШЕГО - ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Оренбург - 2018. 2018

Еще по теме 2.3 Неисковые способы обеспечения защиты имущественных и неимущественных прав потерпевшего - юридического лица в уголовном процессе:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -