Заключение
Человек, его права и свободы провозглашены в Конституции Российской Федерации высшими ценностями нашего общества. Вся деятельность органов публичной власти призвана содействовать воплощению данных норм в действительность.
Основой указанной деятельности видится необходимость соблюдения конституционных принципов общественного устройства: федеративное, социальное и правовое государство. Данные принципы лежат в основе нормативно-правового регулирования как на уровне Российской Федерации в целом, так и на уровне субъектов Российской Федерации. Институт прав и свобод человека и гражданина в равной степени находит отражение, как в федеральном, так и в региональном законодательстве. А идеология социального и правового государства не мыслима без соответствующего уровня развития прав и свобод. Правовой институт прав и свобод человека и гражданина находится в перманентном процессе своего развития как за счет установления Российской Федерацией основных гарантий реализации прав и свобод, так и за счет установления субъектами Российской Федерации дополнительных гарантий реализации прав и свобод. Г арантии реализации конституционных прав и свобод и являются главным двигателем общественного прогресса на пути к действительно социальному и правовому государству.В таких условиях назрела необходимость анализа специфики установления и действия дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина, устанавливаемых субъектами Российской Федерации.
Связь основных и дополнительных гарантий позволила определить понятие "дополнительные гарантии реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина, устанавливаемые субъектами Российской Федерации" с учетом содержания его объема, определенного в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2012 года № 19-П и в правоприменительной практике субъектов Российской Федерации.
В связи с этим под дополнительными гарантиями реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина, устанавливаемыми субъектами Российской Федерации, понимаются правовые установления, обусловленные волей законодателя субъекта Российской Федерации, направленные на конкретизацию конституционных прав и свобод человека и гражданина и обеспечительных механизмов (правовых условий, средств, способов) реализации этих прав с учетом особенностей развития соответствующего субъекта Российской Федерации.
С учетом сложившейся правотворческой и правоприменительной практики в современной России выделены специфические принципы, определяющие основы деятельности субъектов Российской Федерации по установлению дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина. Наличие таких принципов является объективной закономерностью развития деятельности субъектов Российской Федерации по установлению дополнительных гарантий на соответствующей территории.
Дополнительные гарантии реализации конституционных прав и свобод, устанавливаемые субъектами Российской Федерации, должны соответствовать реальным общественным отношениям, сложившимся на территории субъекта Российской Федерации и требующим принятия мер по обеспечению реализации конституционных прав и свобод на указанной территории. В данном случае ведется речь о принципе адекватности устанавливаемых дополнительных гарантий.
Реализация данного принципа обусловливает ограничение усмотрения субъекта Российской Федерации объективными условиями социальноэкономического развития территории. При этом принцип адекватности при установлении дополнительных гарантий находит выражение в виде соответствующих критериев адекватности общего и конкретного характера, отражающих как особенности развития субъекта Российской Федерации в целом, так и существо самой дополнительной гарантии.
Кроме того, эффективной реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина будет способствовать системное установление дополнительных гарантий.
Реализация данного принципа в практической деятельности субъекта Российской Федерации позволит создать систему дополнительных гарантий. При этом принцип системного установления направлен на достижение кумулятивного эффекта действия дополнительных гарантий.Необходимо также обеспечить стабильность действия дополнительных гарантий. Данный принцип в рамках конституционно-правовой доктрины нашел свое отражение в ряде решений Конституционного Суда Российской Федерации.
Принцип стабильности направлен на формирование устойчивой системы гарантий вне зависимости от изменяющихся обстоятельств, в том числе социально-экономического положения субъектов Российской Федерации. Принцип стабильного действия дополнительных гарантий выражается в придании деятельности субъектов Российской Федерации по их установлению постоянного характера, отражающего планомерное совершенствование системы дополнительных гарантий.
В диссертационном исследовании рассмотрены различные подходы к классификации юридических гарантий, в связи с чем предложен авторский подход к классификации дополнительных гарантий реализации. Особый интерес представляет собой классификация дополнительных гарантий в зависимости от характеристики полномочий субъекта Российской Федерации, согласно которой выделяются дополнительные гарантии реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина установленные в рамках полномочий органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам исключительного ведения субъектов Российской Федерации; собственных полномочий органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации; делегированных органам государственной власти субъекта Российской Федерации федеральных полномочий по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации; делегированных органам государственной власти субъекта Российской Федерации федеральных полномочий по предметам исключительного ведения
Российской Федерации; полномочий, право осуществления которых предоставлено органам государственной власти субъекта Российской Федерации федеральными законами.
Указанная классификация проведена исходя из широкого подхода к пониманию дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод, заключающегося в необходимости познания содержательной стороны волеизъявления субъекта Российской Федерации, и позволяет определить специфику их действия и установления субъектами Российской Федерации с учетом действующего законодательства.
Анализ структуры конституций (уставов) субъектов Российской Федерации применительно к закреплению дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод позволил выделить несколько видов групп конституций (уставов) субъектов Российской Федерации.
В рамках первой группы конституции (уставы) субъектов Российской Федерации характеризуются наличием отдельной главы, посвященной гарантиям прав и свобод человека и гражданина (например, Республика Алтай, Забайкальский край, Томская область, Тамбовская область, Московская область, Брянская область).
Вторая группа конституций (уставов) субъектов Российской Федерации отдельного структурного элемента, касающегося гарантий конституционных прав и свобод человека и гражданина не содержит (например, Республика Тыва, Республика Хакасия, Чувашская Республика - Чувашия, Республика Татарстан (Татарстан), Республика Мордовия, Республика Марий Эл, Республика Башкортостан, Республика Бурятия, Алтайский край, Кемеровская область, Новосибирская область, Омская область, Тульская область, Тверская область, Рязанская область, Орловская область, Курская область, Калужская область, Ивановская область, Владимирская область, Челябинская область, Саратовская область, Пермский край, Оренбургская область, Нижегородская область, Кировская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра). Вместе с тем вопросы гарантирования конституционных прав и свобод человека и гражданина находят отражение в отдельных структурных элементах конституций (уставов), закрепляющих правовой статус личности, а также в общих положениях, направленных на обеспечение и защиту прав и свобод человека и гражданина.
В конституциях (уставах) субъектов Российской Федерации третьей группы находят отражение только общие вопросы гарантирования всех прав и свобод человека и гражданина, закрепленных Конституцией Российской Федерации (например, Иркутская область, Красноярский край, город Москва, Ярославская область, Смоленская область, Липецкая область, Костромская область, Воронежская область, Белгородская область, Удмуртская Республика, Ульяновская область, Самарская область, Пензенская область, Тюменская область, Свердловская область, Курганская область).
В тех субъектах Российской Федерации, в конституциях (уставах) которых имеется отдельная глава, посвященная гарантиям конституционных прав и свобод, в большей степени созданы юридико-технические возможности для закрепления в системном виде дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод и тем самым созданы условия для дополнительного совершенствования правового статуса личности на
соответствующей территории.
Определенной спецификой обладают дополнительные гарантии реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина в зависимости от структуры самой конституции (устава) субъекта Российской Федерации. Специфика проявляется в повышенной юридической силе таких дополнительных гарантий и особом порядке изменения данных нормативных положений. В частности, дополнительные гарантии реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина, установленные в рамках основ конституционного строя или основах конституционного статуса субъектов Российской Федерации, не сводятся исключительно к повышенным обязательствам общего характера, но и могут представлять собой достаточно конкретные юридические гарантии.
Анализ особенностей нормативного закрепления субъектами Российской Федерации прямых дополнительных гарантий конституционных прав (избирательные права и право на участие в референдуме, право на бесплатную юридическую помощь, право на проведение публичных мероприятий) послужил основанием вести речь о детальном подходе федерального законодателя к возможным вариантам установления субъектами Российской Федерации соответствующих гарантий. Указанная детализация федерального законодателя способствует единству правового пространства, но в меньшей степени стимулирует субъект Российской Федерации к отражению особенностей своего развития при закреплении дополнительных гарантий реализации
конституционных прав. В связи с этим требуется расширение сферы общественных отношений, в рамках которой субъект Российской Федерации имеет право устанавливать прямые дополнительные гарантии, в ином случае придется констатировать отсутствие воли субъекта Российской Федерации при закреплении соответствующих положений.
Рассматривая вопросы эффективности действия дополнительных гарантий реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина, устанавливаемых субъектами Российской Федерации, констатируется
необходимость осуществления анализа эффективности в контексте определения как количественных, так и качественных критериев оценки эффективности действия дополнительных гарантий. В результате проведенного анализа правоприменительной практики субъектов Российской Федерации по закреплению дополнительных гарантий определены некоторые проблемы их действия, в целях решения которых предложен ряд направлений совершенствования правового регулирования соответствующих общественных отношений.