<<
>>

§ 2. Определение круга лиц, участвующих в деле, по рассмотрению корпоративного спора

Для того чтобы правильно определить состав участвующих в рассмотрении конкретного дела лиц суду следует обратиться к анализу корпоративного отношения, его содержанию и субъектному составу.

Как отмечает Р.Е. Гукасян, на основании модели спорного отношения суд определяет сторон по делу, а также третьих лиц, как заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, так и не заявляющих такие требования[131]. Необходимость привлечения в судебное разбирательство других участников судопроизводства, не относящихся к лицам, участвующим в деле, определяется исходя из фактических обстоятельств дела, а не на основании анализа материальных правоотношений, из которых возник спор, поскольку только указанные Р.Е. Гукасяном субъекты имеют материально-правовую заинтересованность в разрешении спора.

Л.А. Грось отмечает, что определение сторон по делу и третьих лиц, а также установление оснований для процессуального правопреемства и процессуального соучастия, зависит от субъектного состава спорного правоотношения[132].

Зачастую подобный анализ правоотношения, его содержания и субъектного состава, оказывается достаточно сложной задачей по причине многосубъектного характера участия в корпорации, наличия в рамках корпоративных отношений лиц, не являющихся участниками юридического лица и не входящими в состав его органов управления. При этом правильное установление состава участников производства по делу имеет колоссальное значение: принятие решения о правах и обязанностях лиц, не принимавших участия в процессе, является основанием для отмены вынесенного судебного решения (п.4 ч.4 ст. 270; п.4 ч.4 ст. 288 АПК РФ). Кроме того, определение круга участников процесса позволяет суду создать необходимые предпосылки для правильного рассмотрения дела в разумный срок, и как следствие - достижения указанных в ст. 2 АПК РФ задач судопроизводства.

Суд определяет состав участников по каждому делу. Однако и для истца важным является правильное определение ответчика по иску, поскольку ошибка может повлечь замену ненадлежайшего ответчика, увеличение сроков рассмотрения дела и возможный отказ в удовлетворении иска. Третьи лица без самостоятельных требований могут появиться в процессе в результате удовлетворения соответствующего ходатайства стороны (ч.1 ст. 51 АПК РФ). Возможность вступить в уже начатый процесс с самостоятельным требованием относительно предмета спора также предполагает предварительный учет содержания материального правоотношения на предмет уяснения связи требования с уже заявленным иском.

Статья 225.1 АПК РФ содержит неисчерпывающий перечень поименованных видов корпоративных споров. Их анализ позволяет прийти к выводу, что спор может возникнуть между:

1) двумя или несколькими участниками корпорации (споры о принадлежности акций (долей, пая) в уставном (складочном) капитале, споры, вытекающие из корпоративных договоров; споры, связанные с исключением участника из организации и т.д.);

2) между участником корпорации и самой организацией (споры об обжаловании решений органов управления юридического лица; споры о созыве общего собрания участников; споры о предоставлении участнику (акционеру) информации о деятельности организации и т.д.);

3) между организацией и лицом, входящим в состав органа управления (споры о взыскании убытков с лица, входящего или входившего в состав органов управления организации; споры, связанные с назначением или избранием, прекращением, приостановлением полномочий и ответственностью лиц, входящих или входивших в состав органов управления и органов контроля юридического лица; споры, возникающие из гражданских правоотношений, между указанными лицами и юридическим лицом в связи с осуществлением, прекращением, приостановлением полномочий указанных лиц);

4) между организацией и лицами, не входящими в состав ее участников или в органы управления (споры о признании по корпоративным основаниям недействительной сделки, совершенной юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок; споры по делам о восстановлении права участия в корпорации (корпоративного контроля) и т.д.).

Хотим отметить, что данная классификация не является «авторской». Аналогичную классификацию споров предложил Е.С. Раздьяконов в своей диссертации «Особенности исковой формы защиты прав и законных интересов акционеров»[133].

Как мы видим, корпоративный спор (в том смысле, как он понимается ст. 225.1 АПК РФ) может «разгореться» не только между участниками корпоративных правоотношений, но и между ними и лицами, не участвующими в корпорации. Доктрина корпоративного права к числу участников корпоративных отношений относит саму корпорацию, а также учредителя (участника)[134]. Вопрос об отнесении к числу участников корпоративных отношений органов управления является дискуссионным. Так, М.А. Рожкова высказывает мнение, что такие субъекты во внешних отношениях не рассматриваются в качестве самостоятельных, но становятся таковыми в рамках корпоративных отношений[135]. Возражает данному мнению И.С. Шиткина, которая полагает, что органы юридического лица являются ее составной частью и к числу самостоятельных участников корпоративных отношений не относятся, а «олицетворяют» собой саму корпорацию как юридическое лицо, а вот члены органов управления могут быть таковыми [136].

Ю.А. Тарасенко определяет природу органов управления юридического лица как правовую фикцию, необходимую для того, чтобы объяснить механизм формирования воли и волеизъявления самого юридического лица, упорядочить ее внутреннюю структуру[137].

По мнению С.Д. Могилевского, орган юридического лица представляет собой некую организационно оформленную часть хозяйственного общества, представленную одним или несколькими физическими лицами, образуемую в соответствии с порядком, определенным законом и учредительными документами и обладающую определенными полномочиями, реализация которых осуществляется в пределах собственной компетенции, которая посредством принятия специальных правовых актов, виды которых определяются законодательством, реализует волю хозяйственного общества[138]

В виду того, что процессуальная правоспособность следует за гражданско - правовой способностью лица иметь права и обязанности, признание отсутствующим такой способности за органами юридического лица означает невозможность их рассмотрения в качестве самостоятельных участников процессуальных отношений.

Неслучайно норма ч.1 ст. 43 АПК РФ указывает на признание способности иметь процессуальные права и обязанности за организациями, обладающими согласно закону правом на обращение в суд за защитой нарушенных прав. В действующем законодательстве РФ мы не встретим ни одного законодательного акта, рассматривающего орган корпорации как самостоятельного субъекта корпоративных и иных отношений.

По мнению Е.С. Раздьяконова, орган юридического лица должен привлекаться в качестве соответчика по искам о созыве общего собрания акционеров, но при этом ученый обоснованно отмечает, что неверно признание процессуальной правоспособности за органом юридического лица[139].

Согласно ч.9 ст. 55 Федерального закона «Об акционерных обществах», суд в решении о понуждении общества провести внеочередное общее собрание акционеров возлагает исполнение на истца или по его ходатайству на орган общества. На наш взгляд, данное законодательное положение нельзя рассматривать в качестве основания для признания правосубъектности за органом юридических лиц. Цель данного правила заключается в создании условий для исполнения решения. Орган юридического лица может справиться с такой целью эффективнее акционера (истца по соответствующему требованию), например, по причине имеющихся организационных возможностей, необходимых для подготовки и проведения внеочередного общего собрания акционеров.

Возложение обязанности исполнить судебное решение на орган акционерного общества означает, что исполнение будет осуществлено от имени самого общества, которое было ответчиком по иску. Юридические лица участвуют в правоотношениях через деятельность своих органов управления (п.1 ст. 53 ГК РФ). Сами органы управления не рассматриваются законодательством в отрыве от самого юридического лица, поскольку не обладают самостоятельной правоспособностью, позволяющей всякому лицу быть самостоятельным участником правоотношений, применительно к нашему случаю - гражданских. Поэтому всякое юридически значимое действие органа юридического лица есть действие самой такой организации.

В тех случаях, когда участники корпорации входят в состав ее органа управления, они перестают рассматриваться в качестве самостоятельных субъектов тех корпоративных отношений, в рамках которых принимаются какие- либо решения. Например, высший орган управления юридического лица, образованный за счет объединения всех его участников, формирует волеизъявления по наиболее важным вопросам, отнесенным к исключительной компетенции данного органа. Личный статус участника корпорации «растворяется» в рамках данного органа управления. Игнорирование данного положения не может признаваться оправданным с точки зрения существа корпоративных взаимоотношений и их правового регулирования.

В научной литературе было высказано предложение рассматривать в качестве надлежащих ответчиков по иску об оспаривании решения общего собрания тех акционеров, которые голосовали за принятие спорного решения[140]. В рамках отношений по оспариванию решений общего собрания акционеров (равно как и общего собрания участников юридического лица неакционерного типа) предполагаемым нарушителем прав истца выступает сама организация, решение которой было сформировано и выражено ее высшим органом. Каждый конкретный акционер, проголосовавший за принятие оспариваемого другим акционером решения, безусловно, выразил таким голосованием собственную позицию. Однако воля юридического лица всегда складывается из позиции или суммы позиций тех реальных лиц, которые входят в ее органы управления.

Органы юридического лица не могут, на наш взгляд, рассматриваться в качестве самостоятельных участников корпоративных отношений, и как следствие, возникающих из таких отношений споров, поскольку они не обладают гражданской и процессуальной правоспособностью.

Поэтому, оспаривая решения органов управления, заинтересованные участники корпорации должны учитывать соответствующее положение органов управления. Иски о взыскании убытков с лиц, входящих или входивших в состав органов управления, в связи с причинением убытков организации из-за нарушения закрепленных ст.

53.1 ГК РФ фидуциарных обязанностей, предъявляются не к органу, а непосредственно к лицу, входящему в его состав[141].

Учитывая, что данное лицо не является участником корпорации и не действует в личном статусе в корпоративных отношениях, такого рода споры можно назвать с известной долей условности «внешними» корпоративными спорами, поскольку одной из сторон выступает не являющееся участником корпорации лицо. Модель управления организацией не ограничивается такой деятельностью со стороны участников корпорации, а также включает в себя возможность управления корпорацией со стороны третьими лицами в силу соглашения, указаний закона и по иным основаниям[142], что и обуславливает отнесение споров с участием таких «внешних» субъектов к числу корпоративных как связанных с управлением организацией. Аналогичный вывод допустим по отношению к спорам с участием лиц, которые имеют фактическую возможность определять действия органов управления организации, основных обществ, не являющихся при этом участниками дочернего общества (п.3 ст. 53.1 ГК РФ).

Споры, связанные с признанием сделок, совершенных организацией, недействительными, предполагают привлечение в качестве ответчика другой стороны по сделке, то есть также вовлеченным в правовой конфликт, отнесенный ст. 225.1 АПК РФ к числу корпоративных, становится субъект, не состоящий в какой-либо иной связи с организацией, кроме связей, вызванных совершением сделки или последствиями ее недействительности. Отнесение таких споров к числу корпоративных основывается на тождестве признаков спора с критериями, установленными ст. 225.1 АПК РФ.

Вопрос о процессуальном положении держателя реестра владельцев ценных бумаг (регистратора) по искам о восстановлении в правах акционеров и исправлении неточностей в записях реестра остается дискуссионным. Согласно ст.8 ФЗ «О рынке ценных бумаг», держатель реестра заключает договор с эмитентом акций (акционерным обществом)[143]. То есть в основании возникновения обязательственных отношений между эмитентом и регистратором лежит соответствующее соглашение об оказании услуг по ведению реестра владельцев ценных бумаг. Непосредственно с акционерами регистратор не заключает соглашений. Как отмечает В.А. Белов, за фигурой регистратора видится фигура эмитента, поскольку первый выступает лишь исполнителем воли второго[144].

Рядом нормативных правовых актов обязанности регистратора устанавливаются по отношению к акционерам. Так, согласно п.3 ст.8 ФЗ «О рынке ценных бумаг», держатель реестра обязан производить по распоряжения зарегистрированного лица операции, предоставить выписку из реестра по его лицевому счету в течение трех рабочих дней и т.д.[145].

Постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 02.10.1997 г. №27 установлена обязанность регистратора по требованию эмитента и иных лиц, имеющих на это право в соответствии с законодательством РФ, предоставлять сведенья в виде списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров[146]. Согласно п.4 ст. 51 ФЗ «Об акционерных обществах», правом на получение такой информации обладают акционеры, владеющие не менее 1% голосов, и включенные в этот список[147]. Таким образом, законодательное установление обязанностей регистратора в отношении акционеров предусмотрено. В тех случаях, когда прямо не закреплено, что регистратор исполняет обязанности в отношении акционеров, адресатом исполнения обязанностей выступает эмитент, поскольку именно с ним связан правовой связью (обязательством) регистратор.

Указанное означает, что юридическое лицо, выполняющее функции по ведению реестра акционеров (регистратор) может выступать ответчиком по иску акционера только в случаях, когда спор вызван неисполнением обязанности

регистратора по отношению к нему. Однако в практике далеко не всегда учитывается данное положение, на что, кстати, обращает внимание В.А. Белов[148].

В рекомендациях научно-консультативного совета при ФАС Уральского округа отмечалось, что при рассмотрении иска о восстановлении в правах акционера в качестве ответчика должен быть привечен регистратор[149]. Восстановление прав на акции представляется неоднозначным понятием. Во - первых, под ним можно понимать требование о возврате акций, незаконно списанных со счета акционера и зачисленных на счет другого лица. Статья 149.3 ГК РФ предусматривает для таких случаев возможность обращения акционера к такому способу защиты, как требование возврата акций, причем, в п.1 данной статьи прямо оговаривается, что требование адресуется тому лицу, на счет которого акции были неправомерно зачислены. Следовательно, по таким делам ответчиком будет выступать не регистратор, а то лицо, на счет которого были зачислены неправомерно списанные акции. Сам же держатель реестра может быть привлечен в качестве третьего лица.

В случае, когда были утрачены учетные записи, удостоверяющие права на акции, применяется ст.149.5 ГК РФ, предусматривающая восстановление соответствующих данных. Соответствующие требования могут быть адресованы непосредственно держателю реестра владельцев ценных бумаг или эмитенту солидарно.

Учет природы взаимоотношений регистратора с эмитентом акций, а также с акционерами, был произведен ВАС РФ. В одном из своих постановлений данный судебный орган разъяснил, что ответчиками по требованию акционера об обязании устранить недостоверные сведенья, отраженные в реестре, будут эмитент и регистратор[150].

Таким образом, можно сделать вывод о том, что регистратор всегда связан обязательственной связью непосредственно с эмитентом. Организация, выполняющая функции регистратора, может быть ответчиком по иску акционера в случаях, когда между ними существует связь в виде обязанности регистратора совершать определенные действия по требованию акционера. Такие случаи прямо определены в нормативно-правовых актах. Ответчиком по делам, связанным с ведением реестра акционеров, может выступать лицо, на чей счет были неправомерно зачислены акции другого акционера, или эмитент акций. В частности, данное лицо должно выступать ответчиком по иску о взыскании убытков, причиненных акционеру ведением реестра, если договором между эмитентом и регистратором не предусмотрена солидарная ответственность.

Корпоративные споры, в этой связи, с известной долей условности, имманентно присущей теоретическим классификациям, можно подразделить на внутренние и внешние. Критерием классификации выступает факт участия (членства) в юридическом лице. Те споры, в которых сторонами выступают участник корпорации (акционер) и (или) сама организация, следует отнести к внутрикорпоративным спорам. Наоборот, если одной из сторон спора является лицо, не являющееся участником корпорации, такой спор, при отнесении его в силу ст. 225.1 АПК РФ к числу корпоративных, можно рассматривать как внешний корпоративный спор.

Д.В. Бурачевский высказывает идею о том, что выделение «внутренних» и «внешних» отношений не применимо для определения критериев подведомственности споров в виду отсутствия такого деления в законодательстве и отсутствия единообразного мнения в доктрине[151]. Разделяя точку зрения ученого, подчеркнем, что предложенная нами классификация корпоративных споров не связана с определением подведомственности, а направлена на объяснение существа взаимоотношений сторон правового конфликта, а также имеет целью облегчить установление связи спорных отношений с закрепленными в законе критериями, используемыми для квалификации корпоративных споров.

При рассмотрении всякого корпоративного спора подлежит выяснению судом вопрос о том, является или являлось ли на момент возникновения спора лицо, участвующее в деле, участником корпорации. То есть при рассмотрении указанных споров возникает вопрос о легитимации заинтересованного лица в качестве участника корпорации на определенный момент времени.

Нормативные акты материального права, определяющие организационно - правовые аспекты создания и деятельности различных форм юридических лиц, по-разному регламентируют отношения, связанные с документарным отражением отношений членства конкретных граждан и организаций в юридическом лице, что порождает особенности в доказывании наличия таких отношений.

Федеральные законы об акционерных обществах и обществах с ограниченной ответственностью прямо указывают на необходимость учета участников таких обществ в форме, установленной данными нормативными актами. Так, норма ст. 44 ФЗ «Об акционерных обществах» устанавливает общие правила ведения реестра акционеров. Статья 31.1. ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусматривает ведение в обществах списков участников. Наличие указанных специальных законодательных предписаний о форме учета участников организации предопределяет источник получения сведений, подтверждающих наличия отношений участия в перечисленных обществах. В качестве документа, подтверждающего такие отношения, заинтересованными лицами должна предоставляться выписка из реестра акционеров или списка участников общества с ограниченной ответственностью.

Законодательство о некоммерческих организациях не всегда предусматривает порядок ведения и учета членов таких организаций. К примеру, федеральные законы «О некоммерческих организациях» и «Об общественных объединениях» не содержат таких норм. Данное обстоятельство, разумеется, не исключает того, что на практике в большинстве некоммерческих организаций ведутся списки участников. Однако отсутствие специальных предписаний о форме и порядке ведения таких списков делают возможным доказывание наличия отношений участия в таких корпорациях всеми не запрещенными законом способами. Предоставление выписки, заверенной надлежащим образом, из списка участников соответствующей организации, выступает лишь одним из способов легитимации лица как участника организации.

При этом ряд законов, регулирующих статус определенных некоммерческих организаций, предусматривает форму и порядок учета членов организации. Так, ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» в ст. 14 определяет общие правила ведения реестра адвокатов, при этом указывая на то, что подробное регулирование отношений по ведению такого реестра осуществляется подзаконным нормативным актом, принятым Министерством Юстиции Российской Федерации.

Норма п.3 ст. 10 Закона «Потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» предусматривает необходимость выдачи каждому члену кооперации соответствующего удостоверения.

Следовательно, если нормативные акты предусматривают определенные правила фиксации отношений членства в организации, то доказывание существования таких отношений и статуса участника корпорации должно быть осуществлено путем предоставления соответствующих сведений из источников, предусмотренных нормативными актами.

В качестве отличительной особенности корпоративных споров ученые выделяют такое их свойство, как возможность затрагивания прав и законных интересов широкого круга участников корпоративных отношений, хотя бы и не являющихся сторонами спора1. Корпорация по своей природе представляет собой общность, будь то общность лиц или общность капиталов. В этом состоит один из важнейших смыслов участия в ней - объединится ради достижения общей цели, оправдывающей такой правовой союз. Идеи замещения личности участников личностью создаваемого им самостоятельного субъекта гражданских отношений, а также разграничения имущества и установление границ ответственности по

Арбитражный процесс: учебник / Абсалямов А.В, Арсенов И.Г., Виноградова Е.А., Дегтярев С.Л.; отв. ред. В.В. Ярков. 6-е изд., перераб. и доп. М.: Инфотропик Медиа, 2014. С.468; Пашкова Е.Ю. Указ.соч. С. 10-11; Рожкова М.А., Елисеев Н.Г., Скворцов О.Ю. Договорное право: соглашение о подсудности, международной подсудности, примирительной процедуре, арбитражное (третейское) и мировое соглашения. М.: Статут, 2009. С. 288.

обязательствам, отражают правовую природу юридических лиц.

Коммуникационная функция имманентно присуща корпорациям, служит объяснением социальной значимости таких образований. Разумеется, право не может игнорировать коммуникационную связь внутри таких организаций. В корпоративные отношения оказываются вовлечены многочисленные участники и само юридическое лицо. Каждый участник находится в самостоятельном отношении с другим участником и самой организацией.

Исход ряда споров корпоративного характера отражается на законных интересах и правах других участников юридического лица, не являющихся непосредственными сторонами спора. Предмет разногласия могут образовывать вопросы, которые имеют значение относительно самого функционирования юридического лица. Например, оспаривание решения органа управления юридического лица представляет собой спор, от разрешения которого зависит текущее направление развития организации, судьба того или иного управленческого решения, имеющая чаще всего экономический эффект для корпорации и опосредованно - для стоящих за ней участников. Едва ли такой спор может не представлять интерес для других участников, хотя бы даже они не являлись с процессуальной точки зрения истцами и ответчиками. Можно долго дискутировать о том, всегда ли участники корпорации имеют одинаковые интересы[152], однако само свойство корпорации быть самостоятельной

правосубъектной формой общности лиц, объединять их вокруг какой-то цели, предопределяет заинтересованность таких лиц в исходе большого количества корпоративных споров.

Поэтому следует согласиться с Д.В. Бурачевским, относящим оспаривание совершенных обществом сделок или решений органов управления, признание недействительным выпуска ценных бумаг и ряд других разновидностей правовых споров к числу тех, которые могут затрагивать права и интересы других участников корпорации и третьих лиц[153].

То, что процессуальное законодательство не содержит перечня таких споров, является вполне понятным. Во всяком конкретном случае надлежит устанавливать круг заинтересованных лиц по делу. Прежде всего, это должен делать суд, на которого процессуальным законом прямо возложена такая обязанность (п.5 ч.1 ст. 135 АПК РФ). Вхождение в процесс в качестве третьих лиц возможно и по инициативе сторон и тех лиц, которые высказывают намерение стать участником процесса в соответствующем статусе (ст. 50-51 АПК РФ). Закон должен создавать возможность вхождения в процесс любого заинтересованного в разрешении спора лица. Следует признать, ряд процессуальных норм направлен на создание такой возможности (как ст. 50 и 51 АПК РФ, так и нормы главы 28.1 АПК РФ, посвященные информированию о возникновении и ходе рассмотрения корпоративного спора). Вступление в процесс в целях защиты собственных прав и интересов - диспозитивное право участников корпорации; установление наличия заинтересованности и возможности отражения судебного акта на их правах и обязанностях, привлечение участников корпоративных отношений в качестве третьих лиц по делу, в свою очередь, образует одну из процессуальных обязанностей суда.

Отдельно следует упомянуть о специальной процессуальной норме ст. 225.4 АПК РФ, устанавливающей дополнительное правило об информировании о корпоративном споре и ходе его рассмотрения. Согласно ч.2 данной статьи, суд извещает не только лиц, участвующих в деле, но и само юридическое лицо, о принятии искового заявления, заявления по корпоративному спору к производству, об изменении основания или предмета иска путем направления этому юридическому лицу копий соответствующих судебных актов по адресу, содержащемуся в едином государственном реестре юридических лиц, не позднее следующего дня после дня вынесения соответствующих судебных актов. Более того, нормой ч.3 ст. 225.4 АПК РФ суду предоставлено право возложения обязанности на юридическое лицо по осуществлению информирования о возбуждении производства по корпоративному спору, о предмете и основании заявленного иска, иных обстоятельствах спора участников корпорации, лиц, входящих в органы управления и контроля.

Столь широкое информационное обеспечение участников корпорации и ее органов управления необходимо для того, чтобы все потенциально заинтересованные лица получили информацию о возникшем споре и могли решить вопрос о целесообразности вступления в процесс в том или ином статусе. Появлению нового участника в процессе может и должно способствовать широкое информирование о рассматриваемом корпоративном споре, но само такое появление всегда будет проявлением инициативы суда или осуществления диспозитивного права лица на вступление в процесс, в котором может быть разрешен вопрос о его правах и обязанностях. Суду при рассмотрении каждого конкретного дела, возникшего из корпоративных отношений, следует оценить возможность затрагивания предметом спора прав и законных интересов тех лиц, которые не выступают сторонами по делу, и в случае установления такой возможности воспользоваться правом возложения обязанности по информированию о корпоративном споре на корпорацию (ч.3 ст. 225.4 АПК РФ) и (или) самостоятельно привлечь заинтересованных лиц в процесс в качестве третьих лиц без самостоятельных требований.

Извещение лиц, участвующих в деле, осуществляется судом в порядке ст. 121 АПК РФ, то есть посредством направления копии судебного акта в порядке и сроки, установленные законом. В силу ч.2 ст. 225.4 АПК РФ в таком же порядке информируется юридическое лицо. Однако закон не содержит указания на конкретный способ исполнения организацией возложенной на нее судом обязанности уведомлять о возбуждении производства по делу, предмете и об основании заявленного в арбитражный суд требования, об иных обстоятельствах спора своих участников, органы управления и иных лиц, указанных в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ.

Отсутствие указания на способ оповещения перечисленных в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ лиц, вызывает критику со стороны ученых. В частности, Б.А. Журбин высказывает сомнения относительно исполнимости процедуры извещения и добросовестности исполнения возложенной судом обязанности, в свою очередь, предлагая иное правило информирования, а именно опубликования арбитражным судом предусмотренной в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ информации в органе печати, определенном уставом общества для информирования о проведении общего собрания акционеров, а также издании, в котором публикуются сведенья о банкротстве[154]. Усматривая сходство по содержанию с определением о возбуждении производства по делу, некоторые авторы высказывают соображение

0 том, что суд не вправе перекладывать обязанность по уведомлению всех лиц на само юридическое лицо[155].

Если представить, что обязанность извещения о корпоративном споре всех участников юридического лица, реестродержателя, органов управления, депозитария, если такие лица не имеют статуса лиц, участвующих в деле, на момент осуществления информирования, возложена законом на суд, то сам закон должен возлагать на кого-то обязанность представлять сведенья о всех участниках организации, реестродержателе, с которым организацией заключен соответствующий договор. О системе органов управления суд может сам получить информацию из учредительного документа юридического лица.

Однако если суд будет самостоятельно получать сведенья обо всех участниках организации, реестродержателе, системе органов управления организацией, это приведет к затягиванию процесса, поскольку данный орган изначально не располагает соответствующей информацией и всякий раз будет вынужден запрашивать ее у компетентного органа или тратить время на самостоятельное получение. При этом закон не возлагает обязанности ни в отношении лиц, участвующих в деле, ни в отношении юридического лица, предоставлять суду по каждому корпоративному спору указанную информацию, если она не связана с основанием иска и не требует по общему правилу доказывания с представлением соответствующих документов в силу ст. 125-126 АПК РФ.

Даже если бы такая обязанность была предусмотрена, все равно получение необходимых сведений судом и направление ее адресатам привело бы к серьезным временным затратам, куда большим, нежели время, затраченное на исполнение юридическим лицом возложенной судом обязанности по информированию указанных в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ лиц.

Также необходимо иметь в виду, что по смыслу законодательства, рассмотрение дела не откладывается на период исполнения организацией обязанности, возложенной судом на основании ч.3 ст. 225.4 АПК РФ, если участвующие в деле лица надлежайшим образом уведомлены о судебном разбирательстве и отсутствуют иные основания для отложения дела.

Понятны опасения, что юридическое лицо в отсутствии указания о способе информирования в законе, не будет добросовестно исполнять обязанности, возложенные на нее в силу ч.3 ст. 225.4 АПК РФ. Кроме того, отмечается, что возложение такой обязанности может быть только в отношении той корпорации, которая привлечена к участию в деле1.

На кону оказываются, с одной стороны, достижение процессуальной и временной экономии, выступающие определяющим фактором в достижении того смысла, который обусловил появление правил ч.3 ст. 225.4 АПК РФ, а с другой - необходимость создания гарантии надлежащего информирования о корпоративном споре широкого круга потенциально заинтересованных лиц.

При определенных законодательных изменениях, на наш взгляд, возможно снизить риски ненадлежайшего исполнения юридическим лицом обязанности по информированию о корпоративном споре своих участников, органы управления, реестродержателя и (или) депозитария. Прежде всего, разумным кажется предложение о четком закреплении в законе того способа, согласно которому должно осуществляться информирование. Кроме того, полезным для судопроизводства было бы установление сроков, в течение которых юридическое лицо должно представить необходимую информацию указанным лицам. Несколько удивительно, что действующая редакция ч.3 ст. 225.4 АПК РФ не просто не содержит указания на сроки, но и формально не обязывает суд в определении такие сроки устанавливать. Необходимым видится введение правила об обязательном предоставлении юридическим лицом суду отчета и доказательств, свидетельствующих о надлежащем исполнении обязанности осуществить информирование.

Соблюдение перечисленных правил также усложнит процесс, но следование им и контроль со стороны суда за исполнением возложенной на юридическое лицо обязанности будет способствовать эффективному информированию о корпоративном споре указанных в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ субъектов.

Зачастую ответы на сложные вопросы, связанные с установлением круга лиц, участвующих в деле по корпоративным спорам, содержаться в судебной практике. Так, по делам об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью по иску другого участника в качестве третьего лица без самостоятельных требований должно привлекаться само общество[156]. По спорам о принадлежности акций, долей в уставном капитале, паев, юридическое лицо следует привлекать в качестве третьего лица, поскольку разрешение спора может повлиять на его права и обязанности. По иску о взыскании убытков, причиненных акционеру ведением реестра, ответчиком будет выступать организация - эмитент, однако регистратор может быть привлечен к рассмотрению спора, поскольку он состоит в договорных отношениях с эмитентом, в рамках которых принял обязательства по ведению реестра, следовательно, исход спора может сказаться на правах и обязанностях регистратора по отношению к эмитенту (например, в возникновении к нему регрессных требований).

Надлежащие истец и ответчик по спорам о возмещении убытков, причиненных организации лицами, входящими в состав органов управления, указываются в Постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 года №62.

В постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 года №25 содержаться разъяснения об определении круга лиц, участвующих в деле, по рассмотрению косвенных (производных) исков. В частности, в пп.3.п32 говорится о возможности самой корпорации участвовать в процессе, будучи представленной органом управления, имеющим статус ее законного представителя[157].

Процессуальный статус в описываемом случае напрямую зависит от материально - правового положения органа корпорации в правоотношениях. Еще одно любопытное разъяснение ВС РФ: в случае, если участники корпорации не согласны с предъявленными косвенными требованиями, они могут вступить в дело на стороне ответчика по такому иску в качестве третьих лиц без самостоятельных требований[158].

На наш взгляд, разрешение таких споров не может отразиться на правах и обязанностях участника корпорации по отношению к ответчику по косвенному иску, поскольку ответчик напрямую состоит в правоотношении с корпорацией, а возможность возникновения у данной процессуальной фигуры регрессных требований к участникам корпорации отсутствует. Поэтому, на наш взгляд, в описываемом случае отсутствует главное основание для привлечения в процесс третьих лиц без самостоятельных требований, а именно возможность отражения судебного решения на правах и обязанностях участника корпорации по отношению к ответчику (ст.51 АПК РФ).

Нормы материального законодательства также могут содержать указания на надлежащего истца или ответчика по делу. В качестве примера можно привести:

1. п.5 ст.51 ФЗ «О рынке ценных бумаг» устанавливает круг заявителей, имеющих право требовать признания выпуска акций недействительным;

2. согласно пп.2 п.4 ст.44 ФЗ «Об акционерных обществах», общество и регистратор солидарно несут ответственность за убытки, причиненные акционеру в результате утраты акций или невозможности осуществить права, удостоверенные акциями, в связи с ненадлежащим соблюдением порядка ведения реестра акционеров общества, если не будут доказаны обстоятельства, указанные в данной норме[159];

3. п.4 ст. 5 ФЗ «О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг» предусматривает, что лица, подписавшие проспект эмиссии ценных бумаг, несут солидарно субсидиарную ответственность за ущерб, причиненный эмитентом инвестору по причине недостоверности содержащихся в проспекте сведений и (или) вводящей в заблуждение информации[160];

4. 5 ст. 71 ФЗ «Об акционерных обществах» устанавливает ценз - необходимость обладания в совокупности не менее чем 1% обыкновенных акций для наличия права у акционера заявлять требование о возмещении убытков, причиненных корпорации лицом (лицами), входящим или входившим (входящими или входившими) в состав его органов управления[161]. Для определения надлежащего истца требуется установление факта обладания необходимым количеством акций;

5. круг лиц, имеющих право на заявление в суд требования о созыве общего собрания акционеров, определяется на основании нормы п.1 ст. 55 ФЗ «Об акционерных обществах»;

6. п.1 ст. 91 ФЗ «Об акционерных обществах» содержит правило о том, что право доступа к документам бухгалтерского учета имеют акционеры, имеющие в совокупности не менее 25 процентов голосующих акций общества[162]. Указанный ценз свидетельствует о возможности судебного осуществления права на получение соответствующей информации, то есть надлежащим истцом по иску об обязании общества предоставить документы бухгалтерского учета будет акционер, владеющий не менее 25 % голосующих акций. Как разъяснено в п. 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 года № 144, если с указанным требование обратилось лицо, не отвечающее установленному цензу, его требования не подлежат удовлетворению даже в том случае, если ранее этот акционер обращался с соответствующим требованием в общество совместно с иными акционерами и их совокупная доля составляла не менее 25 процентов голосующих акций общества[163].

Определение круга лиц, участвующих в деле по рассмотрению корпоративного спора, осуществляется путем анализа правоотношения, из которого возник спор, прежде всего, его субъектного состава. Модель правоотношения заложена в конкретной правовой норме, в которой указаны лица, находящиеся в правовой связи (правоотношении). Надлежащие истец и ответчик определяются исходя из того, устанавливает ли норма права для них правовую связь в виде прав и обязанностей. Необходимость привлечения к участию в деле третьих лиц устанавливается в зависимости от возможности влияния судебного решения по делу на права и обязанности такого лица по отношению к истцу или ответчику, следовательно, суд вынужден установить, в какой правовой связи лицо состоит со сторонами по делу и в силу каких оснований итог разрешения спора отразится на его правах и обязанностях по отношению к одной из сторон иска. Так, по искам об исключении участника общества с ограниченной ответственностью само общество должно привлекаться в качестве третьего лица потому, что разрешение иска скажется на его правах и обязанностях по отношению к ответчику (если иск будет удовлетворен, то правовые отношения корпорации с исключенным участником будут прекращены, но возникнут отношения по выплате действительной стоимости доли участнику).

Решение вопроса о вступлении в процесс третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ставится в зависимость от другого основания, заключающегося в наличии связи предъявляемого требования с предметом рассматриваемого иска.

Приведем пример из судебной практики. По иску одного лица к другому об обязании выкупить акции общества, участниками которого оба являлись, в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета иска, вступило в дело общество с ограниченной ответственностью - участник ответчика, предъявившее в суд требование о признании обязательства ответчика выкупить акции у истца при наступлении определенных обстоятельств крупной сделкой, совершенной в нарушении порядка ее одобрения[164]. Третье лицо просило суд признать недействительным пункт соглашения между истцом и ответчиком, устанавливающим соответствующее обязательство по выкупу акций; суд вынес определение о привлечении общества с ограниченной ответственностью в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями[165].

Одной из процессуальных особенностей рассмотрения корпоративных споров является возможность суда возложить на само юридическое лицо уже упомянутую на страницах диссертации обязанность по уведомлению участников корпорации, органов управления, реестродержателя и депозитария о возбуждении производства по делу, предмете и об основании заявленного в арбитражный суд требования и иных обстоятельствах спора (ч.3 ст.225.4 АПК РФ). При этом данная норма не предусматривает необходимость привлечения юридического лица к участию в деле при всяком рассмотрении корпоративного спора. Таким образом, вопрос об участии организации в деле, по смыслу законодательства, должен решаться по общим правилам главы 5 АПК РФ. Если разрешение корпоративного спора не скажется на правах и обязанностях юридического лица по отношению к истцу или ответчику, в таких случаях нет оснований для его привлечения в процесс в качестве третьего лица.

Таким образом, в процессе может возникнуть ситуация, при которой юридическое лицо не является участником производства по делу, но несет возложенные судом в силу ч.3 ст. 225.4 АПК РФ обязанности по информированию указанных в данной норме субъектов. По мнению некоторых комментаторов законодательства, возложение обязанности по направлению уведомления о корпоративном споре возможно только на организацию, привлеченную к участию в деле1.

Полагаем, установление судом обязанности по информированию о корпоративном споре для юридического лица не означает необходимость привлечения его в том или ином статусе к рассмотрению иска. Для подобного решения требуется наличие оснований для участия в производстве по делу. Таких оснований суд может и не усмотреть. При этом возникает вопрос о том, является ли юридическое лицо в случае возложения обязанности, предусмотренной ч.3 ст. 225.4 АПК РФ, и уведомления ею о корпоративном споре необходимых субъектов, участником процессуальных отношений, связанных с рассмотрением спора.

Возложение процессуальной обязанности и тем более ее исполнение достаточно сложно рассматривать вне рамок процессуальных отношений. Каждый участник таких правоотношений в зависимости от наличия или отсутствия правовой интереса по делу (материального и (или) процессуального) должен быть отнесен к тому или иному виду участника арбитражного процесса в соответствии с гл. 5 АПК РФ. Юридическое лицо, не привлеченное к участию в деле по рассмотрению корпоративного спора, но исполняющее процессуальную обязанность по уведомлению о споре других лиц в соответствии с ч.3 ст. 225.4 АПК РФ, нельзя отнести ни к лицам, участвующим в деле, ни к иным участникам процесса. Но при этом само возложение, повторимся, процессуальной по сути обязанности, тесным образом связанной с рассмотрением корпоративного спора, и по своему смыслу направленной на создание условий для появления новых лиц в производстве по делу, как бы вовлекает организацию в процессуальные отношения. В таких случаях складывается ситуация, которую сложно объяснить через учение процессуальной науки об участниках процесса: процессуальная обязанность как элемент содержания процессуального отношения возложена на лицо, которое не привлечено к участию в деле в том или ином статусе и не может быть отнесено к числу иных участников судопроизводства.

В то же время, если юридическое лицо в том или ином статусе (чаще всего, в качестве третьего лица без самостоятельных требований) привлечено к участию в деле, возложение в соответствии с ч.3 ст. 225.4 АПК РФ на нее обязанности информационного уведомления о корпоративном споре является объяснимым с точки зрения учения о процессуальных отношениях.

Однако законодательство знает примеры возложения процессуальной обязанности на лицо, не являющееся участником процесса. Подобное происходит в случаях, когда суд выносит определение об истребовании доказательства в отношении лица, у которого оно находится (ч.5-10 ст. 66 АПК РФ), если оно не привлекается к участию в деле или в случаях, когда суд обязывает регистрирующие органы обеспечить исполнение принятых обеспечительных мер (ч.6 ст. 93 АПК РФ). Возложение процессуальных обязанностей в указанных случаях не означает, что исполняющие обязанность субъекты должны привлекаться в процесс в том или ином известном закону процессуальном статусе. При этом участниками процессуальных отношений можно признать только тех лиц, чей процессуальный статус четко определен законом и, образно выражаясь, «привязан» к тому или иному поименованному виду участника судопроизводства.

Норма о возможности возложения обязанности информировать лиц, указанных в ч.3 ст. 225.4 АПК РФ, на юридическое лицо по своему смыслу и предназначению никак не связана с необходимостью учета судом процессуального статуса юридического лица. При этом такая норма, по нашему мнению, основывается на той коммуникативной связи, которая имеется между корпорацией и ее участниками, реестродержателем, депозитарием. Организация, во-первых, имеет прямой доступ к сведеньям об этих лицах, во-вторых, в силу своей объединяющей функции должна обеспечивать связь между обозначенными лицами, в-третьих, самостоятельные отношения участников с реестродержателем ограничены законом, а вот само юридическое лицо с реестродержателем связано договором.

Идея возложения обязанности в силу ч.3 ст. 225.4 АПК РФ только на организацию, привлеченную в процесс в том или ином статусе в качестве участника производства по делу, на наш взгляд, нивелирует значение оснований для появления соответствующих лиц в процессе. Следовательно, если вопрос об определении круга участников по делу и привлечении субъекта в качестве лица, участвующего в деле, решается исходя из общих правил определения лиц, участвующих в деле (глава 5 АПК РФ), то возложение обязанности на юридическое лицо по информированию о корпоративном споре в отсутствии основания для его привлечения в качестве третьего лица без самостоятельных требований или в ином процессуальном статусе, само по себе не может оправдывать привлечение организации в качестве лица, участвующего в деле.

<< | >>
Источник: Вялых Евгений Иванович. Процессуальные особенности рассмотрения корпоративных споров в Российской Федерации. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Воронеж - 2018. 2018

Еще по теме § 2. Определение круга лиц, участвующих в деле, по рассмотрению корпоративного спора:

  1. § 1. Проблема разграничения лиц, участвующих в деле, от лиц, участвующих в гражданском судопроизводстве
  2. § 1. Первичная легитимация лиц, участвующих в деле. Ненадлежащая сторона
  3. 3. Участие в деле представителя
  4. Параграф 3. Исковое производство и производство по делам, возникающим из публичных правоотношений, с позиций правоприменения
  5. § 2.3. Роль ККУ в разрешении корпоративных конфликтов
  6. 2. Особенности законодательства субъектов Российской Федерации, находящихся в пределах Южного федерального округа, о предвыборной агитации и практика его реализации.
  7. § 2.3. Роль ККУ в разрешении корпоративных конфликтов
  8. Процедура медиации как форма разрешения административного спора
  9. § 2. Природа административно-правового спора
  10. § 2.4. Процессуальные особенности рассмотрения и разрешения арбитражными судами гражданских дел с участием субъектов малого предпринимательства
  11. § 3.1. Участие субъектов малого предпринимательства в арбитражных спорах в качестве миноритарных акционеров
  12. § 3.2. Особенности рассмотрения арбитражными судами споров о долях в хозяйственных обществах
  13. § 1. Квалификация спора как корпоративного
  14. § 2 Актуальные вопросы, связанные с определением судов, компетентных рассматривать и разрешать корпоративные споры
  15. § 1. Причины, обусловливающие процессуальные особенности рассмотрения корпоративных споров. Специальные процессуальные нормы
  16. § 2. Определение круга лиц, участвующих в деле, по рассмотрению корпоративного спора
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -