<<
>>

Правовой режим ноу-хау в Соединенных Штатах Америки

В Соединенных Штатах Америки (США) ноу-хау (именуется как “trade secret”) признаются интеллектуальной собственностью наряду с объектами патентного, авторского права, товарными знаками.

В отличие от трех упомянутых объектов интеллектуального права, правовые режимы которых, как правило, регулируются законодательством федерального уровня, правовой режим ноу-хау регулируется законодательством штатов.

Законодательство штатов в достаточной мере унифицировано благодаря тому, что оно базируется на модельном нормативном акте - Единообразном законе [162, с. 94]. В 1979 году Единообразный закон был одобрен Национальной конференцией уполномоченных по унификации законодательства штатов и рекомендован для введения в действие на территории всех штатов. Следует пояснить, что Единообразный закон не имеет юридической силы в том или ином штате до момента его принятия в качестве закона штата. Почти все штаты, а также федеральный округ Колумбия, Пуэрто-Рико и Американские Виргинские острова имплементировали Единообразный закон в свое законодательство. По состоянию на июнь 2017 года [188] только штаты Нью-Йорк и Массачусетс не ввели в действие Единообразный закон на своих территориях.

На федеральном уровне приняты законодательные акты, предусматривающие уголовную ответственность за кражу и незаконное присвоение сведений, составляющих ноу-хау, в том числе за экономический шпионаж. Такими законодательными актами являются Закон о компьютерном мошенничестве и обмане 1986 г. [156] и Закон об экономическом шпионаже 1996 г. [166]

Единообразный закон содержит следующее определение “trade secret” (ноу- хау). В качестве “trade secret” признается «информация (в том числе формулы, рисунки, компиляции, программы, устройства, способы, методики или процессы), которая обладает самостоятельной экономической ценностью, действительной или потенциальной, в силу того, что не является общеизвестной и, благодаря принимаемым мерам, легко доступной для третьих лиц, которые могут получить экономическую выгоду из раскрытия или использования такой информации, и является объектом принятия необходимых мер, которые являются разумными при данных обстоятельствах для обеспечения ее конфиденциальности» [207].

При этом, как указывается в комментарии к данному закону, указание слов «способы, методики» (англ. methods, techniques) направлено на включение в данное понятие концепции «ноу-хау». Следовательно, термин “trade secret” шире термина “knowhow” и не является его синонимом (в отличие от российского законодательства) [207].

Идентичное определение термина “trade secret” содержится и в Законе об экономическом шпионаже [166], который в качестве последнего рассматривает «все виды и формы финансовой, коммерческой, научной, технической, экономической или инженерной информации, включая рисунки, планы, компиляции, программные устройства, формулы, изделия, прототипы, методы, методики, процессы, процедуры, программы или коды, вне зависимости от формы выражения и способа хранения такой информации, если владелец принял разумные меры для сохранения данной информации в тайне и информация имеет действительную или потенциальную экономическую ценность в силу того, что она не доступна для ознакомления третьим лицам» [166].

В одном из судебных решений, суд определил ноу-хау как «часть информации (например, список клиентов, технология производства, или секретный рецепт изготовления безалкогольного напитка), обладатель которой пытается сохранить её в тайне путем заключения соглашений о конфиденциальности с работниками и другими лицами, а также изоляции информации от посторонних лиц путем использования заграждающих устройств, сейфов, средств шифрования и других способов сокрытия, в результате чего единственным способом обнаружения секрета является нарушение контракта или гражданское правонарушение (деликт)» [157].

Как отмечает Роджер Милгрим (Roger M. Milgrim), автор широко известного в США многотомного трактата “Milgrim on Trade Secrets” [200], вопрос квалификации информации в качестве ноу-хау - это вопрос факта, который решается судом на основании ряда критериев, в частности:

• степень известности информации за пределами компании;

• степень известности информации работникам и подрядчикам компании;

• объем мер, принимаемых компанией для сохранения информации в

тайне;

• ценность информации для компании и её конкурентов;

• размер усилий и денежных средств, потраченных компанией на создание информации;

• степень сложности, с которой информация может быть надлежащим образом получена или воспроизведена третьими лицами.

Суды в США также отмечают, что ноу-хау должен отвечать минимальным стандартам новизны и изобретательности для того, чтобы избежать расширения ситуации, когда в качестве ноу-хау будет охраняться информация, известная в отрасли экономики, в которой она применяется [183]. В некоторых судебных решениях прямо указывается на то, что факт размещения информации на Интернет-сайте препятствует ее к отнесению категории ноу-хау [149].

Как видно из приводимых определений, для признания той или иной информации ноу-хау необходимо, чтобы ее экономическая ценность прямо была обусловлена тем обстоятельством, что она не известна третьим лицам и что не представляется возможным получить ее из иных источников без значительных временных и иных затрат. Данный вывод подтверждается судебной практикой.

Так, суды США не всегда относят к ноу-хау списки клиентов, хотя указанная информация безусловно представляет коммерческую ценность для компании. Например, при анализе списков клиентов (клиентских баз) на предмет возможности признания последних в качестве ноу-хау суды обращают внимание на то, насколько легко содержание клиентской базы может быть получено из общедоступных источников. Так, в деле Elmer Miller, Inc. vs. Landis [168] клиентская база содержала не только персональные данные клиентов ателье, но и данные о предыдущих заказах и предпочитаемом клиентами стиле, более того, в базе содержались образцы ткани, которая использовалась для пошива одежды по заказу конкретных клиентов. Указанная информация о клиентах собиралась в течение многих лет, хранилась в закрытом ящике, а доступ к ней имели лица, непосредственно работавшие с клиентами. Суд отметил, что для получения такой информации необходимы значительные организационные и финансовые ресурсы, и, кроме того, на создание данной базы потребовалось значительное количество времени. Учитывая изложенное, суд признал информацию, содержащуюся в списках клиентов, в качестве ноу-хау и запретил фирме - конкуренту ее использовать. В другом деле - Curtis 1000, Inc.

vs. Roy H. Suess and American Business Forms, Inc. [161] - суд не признал информацию, содержащуюся в списках клиентов, в качестве ноу-хау, поскольку данную информацию легко получить из общедоступных источников (каталогов, списков отраслевых изданий и т.п.).

Аналогичным образом суды отмечают, что публикация патентной заявки лишает ноу-хау, в ней содержащийся, конфиденциальности, и, как следствие, такая информация теряет статус ноу-хау [150].

Для того чтобы суд признал информацию ноу-хау, необходимо не только наличие коммерческой ценности, действительной или потенциальной, но и принятие ее обладателем разумных и достаточных мер для сохранения этой информации в секрете. Степень достаточности принимаемых мер оценивается судом в каждом конкретном случае в зависимости от обстоятельств дела. Как правило, меры по охране конфиденциальности предусматривают следующие действия: принятие политики охраны конфиденциальной информации;

определение перечня информации, являющейся конфиденциальной; установление режима ограниченного доступа к такой информации и систем безопасности (кодов, замков, сейфов, и т.п.); заключение с работниками и контрагентами соглашений о конфиденциальности, соглашений о неконкуренции. Непринятие достаточных мер обладателем соответствующих сведений может повлечь для него негативные последствия. Так, в одном деле [167] судом отмечено, что хотя информация обладает коммерческой ценностью, истец потерял право на судебную защиту в силу непринятия надлежащих мер по ее охране.

Среди принимаемых мер по охране конфиденциальности необходимо особо выделить урегулирование отношений с работниками и контрагентами на основании соглашений о конфиденциальности (англ. Non-Disclosure Agreement, NDA) и соглашений о неконкуренции (англ. Non-Compete Agreement, NCA).

Соглашения о конфиденциальности заключаются с работниками и контрагентами до момента возникновения основных правоотношений с ними и содержат обязательства сторон не разглашать любую конфиденциальную информацию друг друга, как в период действия соглашения, так и после в течение определенного срока.

Указанные обязательства сторон могут быть зафиксированы в отдельном договоре или же включены, соответственно, в трудовой или гражданско-правовой договор. Следует подчеркнуть, что данные соглашения ограничивают разглашение не только сведений, признаваемых ноу-хау, но и любой другой конфиденциальной информации, передача которой может осуществляться партнерам на основании гражданско-правовых договоров и работникам на основании трудовых договоров, причем в рамках конкретных взаимоотношений сторон никакая конкретная конфиденциальная информация может и не раскрываться.

Соглашение о неконкуренции заключается с работником при приеме на работу и закрепляет его обязанность в течение определенного времени после прекращения трудовых отношений (шесть месяцев, один год, три года) не конкурировать с бывшим работодателем, то есть не работать в компаниях- конкурентах, не заниматься определенными видами деятельности, в частности, не заниматься предпринимательской деятельностью в определенных областях, а также не приглашать на работу работников данного работодателя. Помимо временных ограничений и ограничений на занятие определенными видами деятельности соглашения о неконкуренции содержат также территориальные ограничения, то есть запрет на конкурирование с работодателем на территории определенного города, штата или всей территории США. Как и в соглашении о конфиденциальности, указанные обязательства работника могут быть зафиксированы в отдельном договоре или же включены в трудовой договор.

Следует отметить, что налагаемые на работника ограничения часто носят дискриминационный характер, в частности работник, может быть вынужден переехать в другой город или штат с целью устройства на работу. Поэтому суды, применяя так называемый «разумный подход» (“rule of reason”), могут признать соглашения о неконкуренции недействительными, если их условия не являются разумными с точки зрения объема, продолжительности и территории действия упомянутых ограничений [162, с. 94].

В деле Comprehensive Technologies International, Inc., v.

Software Artisans, Іпс. [155] суд сформулировал критерии правомерности налагаемых на работника ограничений: они должны быть разумными и не должны необоснованным образом ущемлять интересы работников. Как указал суд, обоснованность налагаемых ограничений должна оцениваться путем исследования необходимости их применения с позиции работодателя (с точки зрения защиты интересов компании, сохранения ее конкурентоспособности на рынке данных товаров (услуг), позиции работника (с точки зрения обеспечения «прожиточного минимума», то есть возможности работника содержать себя и свою семью на достойном уровне) и их допустимости с позиции общественных интересов.

Следует отметить, что возможность привлечения работодателя к ответственности за нарушение данных соглашений зависит также от юрисдикции суда, рассматривающего дело. Например, в зависимости от обстоятельств, суды Калифорнии либо в значительной степени ограничивают, либо полностью запрещают применение соглашений о неконкуренции. При вынесении решения суды Калифорнии не применяют упомянутое выше правило «разумного подхода», а требуют представления доказательств того, что заключение соглашения о неконкуренции было абсолютно необходимым для охраны ноу-хау компании [162, c. 94].

Следует отметить, что даже в отсутствие заключенного соглашения о неконкуренции, работодатель может обратиться в суд с иском о вынесении в отношении бывшего работника судебного запрета на работу в компании - конкуренте. Правовую основу для предъявления такого требования составляет так называемая доктрина о неизбежном раскрытии (англ. Inevitable Disclosure Doctrine), наглядным применением которой является дело PepsiCo, Inc v. Redmond [193].

Компании PepsiCo и Quarter Oats были конкурентами на рынке спортивных напитков. Рэдмонд занимал должность руководящего менеджера в компании PepsiCo, в связи с чем, он владел конфиденциальной информацией о плане финансово-хозяйственной деятельности компании PepsiCo на 1995 год, и даже участвовал в его разработке. В дальнейшем Рэдмонд перешел на работу в компанию Quarter Oats на должность Вице-Президента. При приеме на работу он заключил соглашение о конфиденциальности с Quarter Oats, содержащее помимо прочего обязанность не разглашать и не использовать ноу-хау компании PepsiCo. Седьмой окружной апелляционный суд указал, что в деле не было установлено неопровержимых доказательств незаконного разглашения и использования ноу- хау компании PepsiCo. Тем не менее, суд постановил, что Редмонд, владея подробной информацией о маркетинговых планах компании PepsiCo и не имея намерения ее разглашать, не мог не использовать ее при принятии управленческих и организационных решений в должности Вице-Президента компании Quarter Oats. В результате суд удовлетворил требования компании PepsiCo и вынес решение о запрете Рэдмонду осуществлять трудовую деятельность в компании Quarter Oats.

Таким образом, при анализе данного дела можно сформулировать два важных тезиса. Во-первых, даже в отсутствие факта незаконного раскрытия ноу- хау, доктрина о неизбежном раскрытии позволяет наложить запрет на осуществление работником трудовой деятельности в компании-конкуренте. Во- вторых, наличие добросовестности в действиях работника не имеет значения, поскольку информация, составляющая ноу-хау, не может быть удалена из памяти работника, и, следовательно, такая информация неизбежно будет оказывать влияние на процесс исполнения им своих трудовых обязанностей при работе в компании-конкуренте.

Среди иных применяемых гражданско-правовых способов защиты прав на ноу-хау следует выделить судебные запреты, возмещение убытков, возмещение расходов на услуги адвокатов и иных судебных издержек, изъятие или уничтожение материальных носителей, на которых содержатся незаконно используемая информация, составляющая ноу-хау, или произведенные с её использованием [3, с. 51].

Как отмечалось выше, уголовная ответственность предусмотрена законом на федеральном уровне. Так, Закон об экономическом шпионаже предусматривает уголовное наказание за экономический шпионаж и умышленную кражу (незаконное присвоение) сведений, составляющих ноу-хау [3, с. 53]. При этом незаконное присвоение (“misappropriation”) влечет применение мер уголовной ответственности в случае их совершения как в США, так и за их пределами, если обвиняемый является гражданином США или американским юридическим лицом [3, с. 54].

Подведем итоги вышесказанному. Установление содержания правового режима ноу-хау в США, в отличие от объектов патентного права, осуществляется на уровне законодательства штатов (за исключением упомянутых, Закона о компьютерном мошенничестве и обмане и Закона об экономическом шпионаже). Большинство штатов в основу своих законов положили модельный нормативный акт - Единообразный закон. Тем не менее, поскольку американское право является прецедентным, объем правовой охраны ноу-хау различается от штата к штату, что было проиллюстрировано на примере соглашений о неконкуренции. Кроме того, судебная практика, наряду с законодательством, является важнейшим источником системы американского права: судебное решение по делу (в частности, разъяснения и выводы суда) является обязательным для применения судами равной и низшей инстанций. Таким образом, принятое по конкретному делу решение в дальнейшем становится применимым и к аналогичным другим делам. В случае отсутствия четкого законодательного регулирования и судебных прецедентов по аналогичным делам суды восполняют возникший пробел в праве, создавая новый прецедент. Учитывая вышесказанное, при анализе правового режима ноу-хау в США большое внимание было уделено рассмотрению наиболее заметных судебных прецедентов в данной области, прежде всего, применение доктрины о неизбежном раскрытии в деле PepsiCo, Inc vs. Redmond.

2.3.

<< | >>
Источник: Нестерова Надежда Владимировна. ОСОБЕННОСТИ ПРАВОВОГО РЕЖИМА НОУ-ХАУ НА ПРИМЕРЕ РОССИЙСКОГО, ЗАРУБЕЖНОГО И МЕЖДУНАРОДНОГО ОПЫТА. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Еще по теме Правовой режим ноу-хау в Соединенных Штатах Америки:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -