<<
>>

§ 2. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице; осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов

Значительную роль в борьбе с нарушениями общественного порядка играет такая мера обеспечения производства, как личный досмотр и досмотр вещей, находящихся при физическом лице. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице (ст.

27.7 КоАП РФ), т. е. обследование вещей, проводимое без нарушения их конструктивной целостности, осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения. Данная обеспечительная мера существенно затрагивает честь и достоинство гражданина, а также оказывает сильное психическое воздействие на правонарушителя[213]. Нельзя не отметить, что применение этой меры, помимо своих непосредственных целей, способствует обеспечению личной безопасности сотрудников полиции, осуществляющих доставление, административное задержание или другие действия с нарушителем, а также общественной безопасности.

В действовавшем ранее КоАП РСФСР упомянутая мера была сформулирована в ст. 243 и называлась «личный досмотр и досмотр вещей и товаров», вместе с тем ни определения досмотра, ни пределов допустимости указанной меры не содержалось. В настоящее время понятие личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, дано в ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ, из которого следует, что ключевым моментом осуществления анализируемой меры является сохранение конструктивной целостности вещей, а ее нарушение неприемлемо. Однако не совсем ясно, что понимается под термином «конструктивная целостность». Законодатель определения не формулирует, а правоприменитель в ходе реализации этой меры вынужден руководствоваться собственным пониманием данной дефиниции. Считаем необходимым дать четкое определение «конструктивной целостности» и разъяснить, какие именно действия будут нарушать такую целостность, а какие нет.

Термин «конструктивная целостность» состоит из совокупности слов «конструктивный» и «целостность».

Обратимся к значению данных слов. В словаре русского языка слово «конструктивный» толкуется как «относящийся к конструкции»[214]. В свою очередь, под конструкцией понимается строение, устройство, взаимное расположение частей[215] [216]. Целостность — это неповрежденное состояние, полная сохранность кого-, чего-либо, а целостный означает «обладающий внутренним единством, воспринимающийся как единое целое; цельный, единый» . Анализ приведенных толкований позволяет сформулировать понятие конструктивной целостности как взаимного расположения частей, образующих полную сохранность и единое целое, исключающего повреждение такой конструкции. Под единым целым в данном случае следует понимать возможность возвращения досматриваемой вещи в первоначальное состояние. Отсюда можно заключить, что в ходе применения рассматриваемой меры запрещены действия, наносящие повреждения досматриваемых вещей. Например, недопустимо производить надрезы подкладки одежды в целях обнаружения орудий совершения либо предметов административного правонарушения. Такие действия не только нарушают конструктивную целостность вещи, но еще и наносят материальный ущерб ее владельцу.

Однако на практике возможны неоднозначные ситуации, когда предел допустимости досмотра установить достаточно затруднительно. Так, например, в ходе проведения досмотра вещей, находящихся при физическом лице, совершившем мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ), обнаруживается вшитый в его одежду предмет, который по своим контуру, весу, плотности и иным физическим характеристикам напоминает пакет с наркотическим веществом[217]. Поэтому полагаем, что нарушение конструктивной целостности следует допустить, однако лишь в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований полагать, что при лице находятся орудия совершения или предмет административного правонарушения.

С учетом приведенных соображений считаем необходимым дополнить ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ следующим определением: «Под конструктивной целостностью следует понимать взаимное расположение частей, образующее полную сохранность и единое целое, исключающее повреждение такой конструкции.

Под единым целым следует понимать возможность возвращения досматриваемой вещи в первоначальное состояние с сохранением ее функционального предназначения. Нарушение конструктивной целостности допускается лишь в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований полагать, что при лице находятся орудия совершения или предмет административного правонарушения».

Личный досмотр и досмотр вещей, находящихся при физическом лице, необходимо отличать от уголовно-процессуального личного обыска, проводимого в соответствии со ст. 184 УПК РФ. Некоторые авторы отождествляют эти меры, считая досмотр тем же обыском, только проводимым в административноправовом, а не в уголовно-правовом порядке[218]. Уголовно-правовой обыск и административно-правовой досмотр действительно имеют ряд сходных признаков:

— являются мерами государственно-правового принуждения, ограничивающими конституционные права и свободы человека и гражданина;

— состоят в непосредственном восприятии уполномоченным лицом досматриваемых (обыскиваемых) объектов;

— носят исследовательский характер действий и направлены на обнаружение, фиксацию и изъятие.

Однако, несмотря на наличие определенных общих признаков, имеются и существенные различия. Так, личный обыск, будучи следственным действием, проводится в строгом соответствии с УПК РФ (ч. 2 ст. 12, ст. ст. 93, 164-170, 182, 184), после возбуждения уголовного дела и только лицом, принявшим дело к своему производству, или по его поручению[219]. Согласно ч. 2 ст. 184 УПК РФ решение о производстве личного обыска должно быть процессуально оформлено в форме постановления о производстве личного обыска (за исключением задержания лица или заключения его под стражу, а также при наличии достаточных оснований полагать, что лицо, находящееся в помещении или ином месте, в котором производится обыск, скрывает при себе предметы или документы, которые могут иметь значение для уголовного дела), а процедура применения требует обязательного составления протокола личного обыска.

Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, — это мера обеспечения, применяемая всеми сотрудниками полиции в рамках административной деятельности. Решение о применении данной меры не требует составления специального документа или получения санкции, а результаты проведения личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, могут быть оформлены как путем составления отдельного протокола, так и путем внесения соответствующей записи в протокол о доставлении или в протокол об административном задержании.

Существенным отличием рассматриваемых мер является предел допустимости действия. Так, личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, в отличие от обыска, исключает действия сотрудников полиции, связанные с нарушением конструктивной целостности вещей. Личный обыск, осуществляемый в рамках уголовно-процессуальной деятельности, позволяет нарушать конструктивную целостность вещей, ограничивая, таким образом, права граждан в большей степени, нежели применение личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице. Это обусловлено тем, что уголовно наказуемые деяния (преступления), без сомнений, представляют большую общественную опасность, нежели административные правонарушения, и, соответственно, требуют проведения более тщательного обследования лиц и находящихся при них вещей. Таким образом, вышеизложенные аргументы позволяют сделать вывод о нетождественности уголовно-процессуального обыска и административноправового досмотра.

Весьма удачно, на наш взгляд, в ч. 1 ст. 184 УПК РФ изложены цели осуществления личного обыска: для «.. .обнаружения и изъятия предметов и документов, могущих иметь значение для уголовного дела».

В случае проведения личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, также могут быть обнаружены предметы и документы, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении (например, наличие при себе у правонарушителя листовок, брошюр или иной литературы, пропагандирующих деятельность какого-либо общественного или религиозного объединения, в дальнейшем может иметь значение при привлечении данных лиц к административной ответственности по ст.

20.28 КоАП РФ (Организация деятельности общественного или религиозного объединения, в отношении которого принято решение о приостановлении его деятельности) или по ст. 20.29 КоАП РФ (Производство и распространение экстремистских материалов)). Полагаем, что рассматриваемая мера применяется не только для обнаружения орудий, предметов и документов, но и в целях их закрепления в качестве доказательств по делу об административном правонарушении. Поэтому считаем, что данная формулировка приемлема и для административного законодательства.

В связи с изложенным предлагаем ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ после слов «осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения» дополнить словами «и закрепления в качестве доказательств по делу об административном правонарушении орудий совершения либо предметов и документов, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении».

Весьма интересной представляется позиция Л. В. Смирнова, что значительным пробелом действующего законодательства является отсутствие нормативного закрепления права сотрудников полиции в необходимых случаях осуществлять досмотр одежды и вещей лиц, подозреваемых в совершении наиболее общественно опасных административных правонарушений перед доставлением в орган внутренних дел в целях изъятия предметов, могущих быть использованными для побега, нападения на представителя власти и др.[220]

Свою позицию автор аргументирует тем, что невыполнение данных мер может повлечь тяжкие последствия как для сотрудника полиции, так и для граждан. Таким образом, подчеркивается важность обеспечения общественной безопасности, а также личной безопасности сотрудников полиции.

Соглашаясь с мнением Л. В. Смирнова, считаем целесообразным расширить цели применения личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, и дополнить ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ словами «а также предметов, могущих быть использованными для побега или нападения на представителя власти».

В части 14 ст. 182 УПК РФ говорится, что если в ходе обыска были предприняты попытки уничтожить или спрятать подлежащие изъятию предметы, документы или ценности, то об этом в протоколе делается соответствующая запись и указываются принятые меры.

Обоснованной представляется точка зрения авторов о том, что данная норма вполне применима и к административно- процессуальному личному досмотру и досмотру вещей, находящихся при физическом лице[221]. Например, достаточно распространены случаи, когда лицо, привлекаемое к административной ответственности, пытается (и нередко успешно) избавиться от наркотических средств и психотропных веществ, холодного оружия или иных предметов, запрещенных либо ограниченных в обращении на территории России. Такие попытки, по нашему мнению, должны пресекаться и фиксироваться сотрудниками полиции.

С учетом вышеизложенного считаем необходимым дополнить ст. 27.7 КоАП РФ частью 9, которую изложить в следующей редакции: «9. Если в ходе личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, были предприняты попытки уничтожить или спрятать подлежащие изъятию предметы и документы, то об этом в протоколе делается соответствующая запись и указываются принятые меры».

Следует заметить, что, с одной стороны, порядок применения личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, достаточно полно урегулирован законодательством, с другой — на практике, в ходе реализации данной меры обеспечения производства, возникают определенные затруднения. Так, большинство граждан весьма трепетно относится к личному досмотру и считает недопустимыми и противоправными действия сотрудников полиции, связанные со снятием верхней одежды и проверкой вещей, находящихся под ней, полагая, что подобные действия допустимы только при проведении обыска. Сотрудники полиции, в свою очередь, придерживаются противоположной точки зрения. Это порождает многочисленные конфликты между сотрудниками полиции и гражданами. В определенной степени уменьшению количества случаев необоснованного вторжения в сферу личных прав граждан будет способствовать массовое оснащение сотрудников полиции, осуществляющих досмотр, современными техническими средствами (например, портативными металлоискателями и газоанализаторами), использование которых позволит получать необходимые данные о наличии или отсутствии у правонарушителя оружия, взрывчатых веществ или наркотических средств без соприкосновения с лицом и его вещами и лишь после этого производить тщательный досмотр таких лиц в целях изъятия у них указанных предметов. Однако следует понимать, что вряд ли возможно, чтобы все сотрудники полиции имели при себе такие приборы. Кроме того, орудие совершения или предмет административного правонарушения не всегда могут быть обнаружены с помощью приборов. Хотя применение таких технических средств, безусловно, способствует личной безопасности сотрудников полиции.

Положительным нововведением, на наш взгляд, является возможность производства личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, без присутствия понятых (ч. 4 ст. 27.7 КоАП РФ). Несмотря на то что при осуществлении досмотра без понятых значительно затрагиваются личные права и свободы лица, совершившего административное правонарушение, производство такого досмотра представляется вполне обоснованным и необходимым, так как допустимо лишь в исключительных случаях и при наличии достаточных оснований полагать, что при физическом лице находятся оружие или иные предметы, используемые в качестве оружия. При этом достаточность таких оснований сотрудник полиции должен аргументировать, отразив их в протоколе досмотра или в служебных документах (например, в рапорте).

Следует заметить, что подобное положение было высказано довольно продолжительное время назад Ю. П. Соловьем, предлагавшим предоставить милиции право «подвергать задерживаемых лиц в любом удобном для этого месте личному досмотру, досматривать находящиеся при них вещи, документы и транспортные средства и изымать те из них, которые могут быть использованы для посягательства на жизнь или здоровье, облегчить побег или явиться вещественными доказательствами по делу о правонарушении.. .»\

Кроме того, на необходимость введения этого основания указывают и статистические данные, наглядно свидетельствующие о стабильном росте количества фактов неповиновения законным распоряжениям или требованиям сотрудников полиции. Так, в Российской Федерации в 2012 г. было пресечено 62 381 административное правонарушение, предусмотренное ст. 19.3 КоАП РФ, в 2013 г. — 56 936, в 2014 г. — 64 933, в 2015 г. — 77 013, за январь-сентябрь 2016 г. — 62 897. При этом наибольшее количество рассматриваемых административных правонарушений пресекается участковыми уполномоченными полиции (в 2012 г. — 19 489 (31%), в 2013 г. — 15 869 (28%), в 2014 г. — 16 654 (26%), в 2015 г. — 18 175 (24%), за январь-сентябрь 2016 г. — 14 057 (22%)); сотрудниками патрульно-постовой службы полиции (в 2012 г. — 24 424 (39%), в 2013 г. — 20 488 (36%), в 2014 г. — 23 635 (36%), в 2015 г. — 25 913 (34%), за период с января по сентябрь 2016 г. — 21 843 (35%)); а также сотрудниками Государственной инспекции безопасности дорожного движения (в 2012 г. — 6 712 (11%), в 2013 г. — [222] 6 446 (11%), в 2014 г. — 8 685 (13%), в 2015 г. — 15 367 (20%), за январь- сентябрь 2016 г. — 12 034 (19%))1.

Следует заметить, что основными функциями указанных подразделений (за исключением Государственной инспекции безопасности дорожного движения) являются охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности. Именно их сотрудниками пресекается большинство административных правонарушений, объектом которых выступают общественный порядок и общественная безопасность.

Приведенные данные наглядно свидетельствуют о стабильном росте количества фактов неповиновения сотрудникам полиции. Такое состояние дел не может не вызывать опасений представителей сотрудников полиции, исполняющих служебные обязанности по обеспечению общественного порядка и безопасности, за свою жизнь и здоровье. Поэтому считаем, что предложенное дополнение является актуальным и необходимым, будет способствовать достижению целей обеспечения охраны общественного порядка и общественной безопасности, безопасности самого сотрудника полиции, а также своевременному раскрытию преступлений и выявлению административных правонарушений.

Резюмируя вышеизложенные аргументы, считаем возможным сделать следующие умозаключения и внести соответствующие изменения в КоАП РФ.

1. Личный досмотр и досмотр вещей, находящихся при физическом лице, имеют общие и отличительные черты с личным обыском, и, несмотря на то что их сущность едина и состоит в непосредственном восприятии обстановки, следов, предметов и документов и их изучении, они значительно разнятся по субъектам, основаниям и условиям применения, процессуальной форме и наступившим последствиям. [223]

2. Часть 1 ст. 27.7 КоАП РФ после слов «осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения» дополнить словами «и закрепления в качестве доказательств по делу об административном правонарушении орудий совершения либо предметов и документов, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении».

3. Дополнить ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ словами «а также предметов, могущих быть использованными для побега или нападения на представителя власти».

4. Дополнить ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ следующим определением: «Под конструктивной целостностью следует понимать взаимное расположение частей, образующее полную сохранность и единое целое, исключающее повреждение такой конструкции. Под единым целым следует понимать возможность возвращения досматриваемой вещи в первоначальное состояние с сохранением ее функционального предназначения. Нарушение конструктивной целостности допускается лишь в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований полагать, что при лице находятся орудия совершения или предмет административного правонарушения».

5. Часть 1 ст. 27.7 предлагаем изложить в следующей редакции: «1. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице, то есть принудительное обследование лица и вещей, проводимое без нарушения конструктивной целостности вещей, осуществляются в случае необходимости в целях обнаружения и закрепления в качестве доказательств по делу об административном правонарушении орудий совершения либо предметов и документов, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении, а также предметов, могущих быть использованными для побега или нападения на представителя власти. Под конструктивной целостностью следует понимать взаимное расположение частей, образующее полную сохранность и единое целое, исключающее повреждение такой конструкции. Под единым целым следует понимать возможность возвращения досматриваемой вещи в первоначальное состояние с сохранением ее функционального предназначения. Нарушение конструктивной целостности допускается лишь в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований полагать, что при лице находятся орудия совершения или предмет административного правонарушения».

6. Дополнить ст. 27.7 КоАП РФ частью 9, которую изложить в следующей редакции: «Если в ходе личного досмотра и досмотра вещей, находящихся при физическом лице, были предприняты попытки уничтожить или спрятать подлежащие изъятию предметы и документы, то об этом в протоколе делается соответствующая запись и указываются принятые меры».

Наряду с личным досмотром и досмотром вещей, находящихся при физическом лице, в отношении юридических лиц применяется такая мера обеспечения, как осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов (далее — административный осмотр).

В рамках изучаемой категории административных правонарушений, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность, сотрудники полиции могут применять данную меру по следующим административным правонарушениям (в соответствии со ст. 28.3 КоАП РФ): нарушение требований режима чрезвычайного положения (ст. 20.5 КоАП РФ); невыполнение требований норм и правил по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций (ст. 20.6 КоАП РФ); нарушение правил производства, приобретения, продажи, передачи, хранения, перевозки, ношения, коллекционирования, экспонирования, уничтожения или учета оружия и патронов к нему, а также нарушение правил производства, продажи, хранения, уничтожения или учета взрывчатых веществ и взрывных устройств, пиротехнических изделий, порядка выдачи свидетельства о прохождении подготовки и проверки знания правил безопасного обращения с оружием и наличия навыков безопасного обращения с оружием или медицинских заключений об отсутствии противопоказаний к владению оружием (чч. 2, 6 ст. 20.8 КоАП РФ); продажа механических распылителей, аэрозольных и других устройств, снаряженных слезоточивыми или раздражающими веществами, электрошоковыми устройствами либо искровыми разрядниками, без соответствующей лицензии (ст. 20.15 КоАП РФ); нарушение правил производства, хранения, про-

дажи и приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (ч. 2 ст. 20.23 КоАП РФ); незаконное использование специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, в частной детективной или охранной деятельности (ст. 20.24 КоАП РФ); организация деятельности общественного или религиозного объединения, в отношении которого принято решение о приостановлении его деятельности (ст. 20.28 КоАП РФ); производство и распространение экстремистских материалов (ст. 20.29 КоАП РФ); нарушение правил обеспечения безопасности при проведении официальных спортивных соревнований (ст. 20.32 КоАП РФ).

Несмотря на серьезные различия в составах указанных административных правонарушений, осуществление административного осмотра представляется допустимым и целесообразным, так как в ходе применения данной меры возможно будут обнаружены орудия совершения либо предметы и документы, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении.

Следует заметить, что ранее ни в Основах законодательства Союза ССР и союзных республик об административных правонарушениях, ни в КоАП РСФСР такой меры не содержалось. Данная мера впервые введена действующим административным законодательством. В части 1 ст. 27.8 КоАП РФ указанная мера определяется как осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю используемых для осуществления предпринимательской деятельности помещений, территорий и находящихся там вещей и документов, производящийся уполномоченными должностными лицами. Анализируя упомянутую статью, следует заметить, что законодатель не сформулировал четкого определения административного осмотра и не привел основания и цели применения рассматриваемой меры. В статье 27.8 КоАП РФ указан лишь порядок проведения данного осмотра, по своей сущности полностью аналогичный порядку проведения личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице, и досмотра транспортного средства. Таким образом, не учитываются особенности применения изучаемой меры. Не совсем понятно, в чем состоит суть административ- ного осмотра и какие именно действия осуществляются в ходе применения данной меры.

Показателен опыт законодателя, более четко изложившего определение и порядок уголовно-процессуального осмотра. Так, в УПК РФ четко изложены цели производства осмотра — обнаружение следов преступления, а также выяснение других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Кроме того, достаточно полно установлен порядок производства осмотра (ст. ст. 176, 177 УПК РФ).

Отметим, что административный осмотр имеет сходство с уголовнопроцессуальным, однако наблюдается и ряд существенных отличий. По нашему мнению, следует более полно сформулировать определение данной меры обеспечения с учетом ее специфики, частично заимствовав отдельные аспекты, отраженные в уголовно-процессуальном законодательстве.

Рядом авторов предлагалось определение указанной меры. Так, Е. В. Додин понимал осмотр в административно-процессуальной деятельности как действие, совершаемое уполномоченным лицом в целях, во-первых, обнаружения вещественных и иных доказательств, во-вторых, их восприятия, изучения и оценки, в-третьих, выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела[224].

По мнению Л. С. Сафоновой, «осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов — это визуальное обследование должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, помещений, территорий и находящихся там вещей и документов при наличии данных о влекущем уголовную или административную ответственность нарушении законодательства, регулирующего финансовую, хозяйственную, предпринимательскую и торговую деятельность, в целях проверки этих данных по мотивированному постановлению начальника органа внутренних дел (его заместителя) или иного уполномоченного органа, без нарушения конструктивной целостности вещей, с использованием технических средств фиксации вещественных доказательств или без таковых»[225]. Заметим, что автор позиционирует административный осмотр как мероприятие по контролю за осуществлением юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем предпринимательской деятельности.

Действительно, в Федеральном законе от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля»[226], наряду с плановыми проверками, закреплено проведение выездных внеплановых проверок. В статье 10 данного Федерального закона указаны предмет и основания проведения этих проверок. Так, предметом внеплановой проверки выступает соблюдение юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем требований, обязательных для исполнения, а в качестве одного из оснований проведения внеплановой проверки служит заявление гражданина.

Сравнивая внеплановую выездную проверку с административным осмотром, заметим, что в ст. 27.8 КоАП РФ ни о каких специфических основаниях и целях проведения административного осмотра речи не идет. По-видимому, в ходе применения этого осмотра следует руководствоваться положениями ст. 27.1 КоАП РФ, т. е. использовать общие для всех мер обеспечения цели: пресечение административного правонарушения; установление личности нарушителя; составление протокола об административном правонарушении; обеспечение своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления.

Таким образом, данные меры, несмотря на наличие определенных сходных черт, не являются тождественными и отличаются, прежде всего, целями их применения.

При этом следует заметить, что проведение выездных внеплановых проверок должно осуществляться в соответствии с КоАП РФ. Судебная практика свидетельствует о том, что доказательства, полученные с соблюдением Федерального закона от 25 декабря 2008 г. № 294-ФЗ, однако не отвечающие гарантиям, содержащимся в КоАП РФ, и предусмотренным при получении доказательств, признаются недопустимыми. Так, недопустимыми являются доказательства, полученные без участия понятых[227]. В качестве другого примера можно привести составление протокола об административном правонарушении в отсутствие представителя организации, надлежащим образом не извещенного о месте и времени его составления[228] [229].

Представляется, что административный осмотр необходимо рассматривать несколько шире, выходя за рамки таких мероприятий, как административнопроцессуальную меру, применяемую по различным категориям дел об административных правонарушениях. Кроме того, как было указано ранее, мы считаем, что применение данной меры целесообразно и в отношении лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью, однако не являющихся индивидуальными предпринимателями.

А. В. Зубач с позиции административной деятельности органов внутренних дел под административным осмотром понимает «действия уполномоченных должностных лиц по визуальному обследованию принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю участков местности, зданий и сооружений, производственных, складских, торговых и иных служебных помещений, транспортных средств, других, находящихся там вещей, документов и объектов, в целях обнаружения признаков противоправных действий, правонарушений, в том числе административных, их последующего пресечения, а также обеспече-

3

ния привлечения к ответственности виновных лиц» .

Ж. М. Хатова считает, что административный осмотр — это «административно-процессуальное действие, в ходе которого должностным лицом или несколькими должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, зрительно и с применением технических средств производится обследование объектов осмотра (помещений, территорий, документов) без нарушения их конструктивной целостности. Осмотр проводится с целью обеспечения нормального и законного хода производства по делу об административном правонарушении (пресечения, доказывания его состава, привлечения виновного к административной ответственности), путем выявления и фиксации следов правонарушения, вещественных доказательств, их оценки, а также установления иных обстоятельств, значимых для производства по делу об административном правонарушении, которые фиксируются в протоколе в предусмотренной законодательством форме»[230].

Авторы Комментария к КоАП РФ определяют, что административный осмотр «представляет собой непосредственное изучение лицом, осуществляющим производство по делу об административном правонарушении, при участии понятых участков местности, помещений, отдельных предметов и иных объектов в целях пресечения правонарушения, обнаружения предметов и орудий совершения правонарушения, установления иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Непосредственное изучение в ходе осмотра обстановки позволяет лицу, осуществляющему производство, составить наиболее точное и полное представление о характере правонарушения и на этой основе сделать заключение о наличии или отсутствии признаков правонарушения»[231].

Несмотря на наличие доктринальных точек зрения на определение изучаемой меры, следует констатировать, что до настоящего времени оно не получило законодательного закрепления.

Анализируя представленные определения, отметим, что авторы рассматривают административный осмотр как визуальное или непосредственное обследова- ние. По нашему мнению, использование термина «непосредственное» более предпочтительно, так как он не ограничивает правоприменителя только зрительным восприятием обстановки, а позволяет производить иные действия (например, перекладывание предметов, открывание дверей и т. д.).

Заметим, что авторы не единодушны в целях применения данной меры, выделяя в качестве таковых следующие:

— пресечение административного правонарушения;

— обнаружение предметов и орудий совершения административного правонарушения;

— установление обстоятельств, имеющих значение для дела об административном правонарушении;

— составление наиболее точного и полного представления о характере правонарушения для заключения о наличии или отсутствии признаков административного правонарушения;

— обнаружение признаков противоправных действий, правонарушений, в том числе административных, их последующего пресечения;

— привлечение виновного к административной ответственности;

— обеспечение нормального и законного хода производства по делу об административном правонарушении (доказывания его состава, привлечения виновного к административной ответственности).

С нашей точки зрения, в законодательном уточнении нуждается название указанной меры. Так, в п. 3 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ предусмотрен «осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов». В то же время в соответствии со ст. 27.7 КоАП РФ административный осмотр может применяться и в отношении принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов. Таким образом, в исчерпывающем перечне мер обеспечения (ст. 27.1 КоАП РФ) не содержится нормы, закрепляющей применение административного осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов. При этом в ч. 2 данной статьи имеется указание на возмещение вреда, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства. Полагаем, что подобное разночтение может привести к обжалованию в судебном порядке законности произведенного административного осмотра принадлежащих индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов.

Кроме того, считаем, что совершенно права М. Н. Ситкина, указывая на недостаточную правовую регламентацию применения административного осмотра помещений и территорий, принадлежащих физическому лицу, и жилища гражданина при поступлении информации о совершающемся в нем административном правонарушении[232]. Действительно, при поступлении информации о совершенном (совершающемся) административном правонарушении у сотрудников полиции нет права осуществлять административно-процессуальный осмотр помещений территорий и находящихся там вещей и документов физических лиц, хотя такой осмотр способствовал бы всестороннему и полному рассмотрению дела об административном правонарушении.

Возможным путем совершенствования законодательства в данном направлении может служить включение в перечень мер обеспечения производства такой меры, как осмотр места совершения административного правонарушения. Данная процессуальная мера успешно применяется в соответствии со ст. 28.1.1 КоАП РФ, в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.24 или ч. 2 ст. 12.30 КоАП РФ. В настоящее время на рассмотрении в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации находятся два законопроекта Кодекса РФ об административных правонарушениях, подготовленные в 2015 г. Примечательно, что в обеих редакциях авторами среди мер обеспечения производства предлагается закрепить осмотр места совершения административного правонарушения.

Так, в проекте, внесенном депутатом Государственной Думы А. А. Агеевым, содержится такая мера, как осмотр места совершения административного правонарушения, иных территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, находящихся на них (в них) вещей и документов[233]. При этом осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий, находящихся там вещей и документов не упоминается. По-видимому, данная мера, по мнению авторов, поглощается осмотром места совершения административного правонарушения, иных территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, находящихся на них (в них) вещей и документов.

В проекте, внесенном депутатами Государственной Думы В. А. Васильевым, В. Н. Плигиным, С. А. Поповым, Д. Ф. Вяткиным и В. А. Поневежским, среди мер обеспечения находятся как осмотр места совершения административного правонарушения, так и осмотр принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий, находящихся там вещей и документов[234].

Редакция последнего законопроекта представляется более приемлемой, поскольку в соответствии с ним жилые и иные помещения, земельные участки и территории граждан могут подвергаться изучению в рамках применения осмотра места совершения административного правонарушения. Таким образом считаем, что при обнаружении признаков административного правонарушения, совершенного в жилых и иных помещениях, в общественных местах следует использовать такую меру обеспечения, как осмотр места совершения административного правонарушения. Цель применения данной меры состоит в обнаружении и документальной фиксации доказательств по делу об административном правонарушении. При этом осмотр жилого помещения возможен только с согласия проживающих в нем лиц либо на основании судебного решения.

В отношении же юридических лиц и индивидуальных предпринимателей следует использовать специальную меру — осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий, находящихся там вещей и документов.

С учетом изложенных аргументов предлагаем дополнить ч. 1 ст. 27.1. КоАП РФ мерой обеспечения производства «осмотр места совершения административного правонарушения», п. 3 ч. 1 ст. 27.1 и название ст. 27.7 КоАП РФ привести в единое русло: «Осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий, находящихся там вещей и документов». Изложить определение данной меры в следующей редакции: «Осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов представляет собой непосредственное обследование уполномоченным лицом указанных помещений, территорий и находящихся там вещей и документов, осуществляемое в случае необходимости без нарушения их конструктивной целостности в целях обнаружения и изъятия орудий совершения административного правонарушения либо предметов и документов, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении, а также установления иных обстоятельств, имеющих значение для дела об административном правонарушении».

Кроме того, считаем необходимым определить понятия «конструктивная целостность» и «единое целое» аналогично понятиям, предложенным нами выше в настоящем параграфе (в ч. 1 ст. 27.7 КоАП РФ): «Под конструктивной целостностью следует понимать взаимное расположение частей, образующее полную сохранность и единое целое, исключающее повреждение такой конструкции, а под единым целым следует понимать возможность возвращения досматриваемой вещи в первоначальное состояние. Нарушение конструктивной целостности допускается лишь в исключительных случаях, при наличии достаточных оснований полагать, что при лице находятся орудия совершения или предмет административного правонарушения».

Анализируя ч. 2 ст. 27.7 КоАП РФ, следует заметить, что законодатель указывает на необходимость присутствия при административном осмотре представителя юридического лица, индивидуального предпринимателя или его представителя. Однако в соответствии со ст. 25.4 КоАП РФ защиту прав и законных интересов юридического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, или юридического лица, являющегося потерпевшим, осуществляют его законные представители. В соответствии со ст. 25.5 КоАП РФ под представителем понимается лицо, допущенное к участию в производстве по делу об административном правонарушении для оказания юридической помощи потерпевшему.

Полагаем, что решение неоднозначности понимания данных понятий верно указал Б. В. Россинский, предложив использовать понятие «законный представитель юридического лица», а при его отсутствии производить административный осмотр в присутствии иного сотрудника, назначенного старшим. В случае с административным осмотром помещений индивидуального предпринимателя такой осмотр должен производиться в присутствии индивидуального предпринимателя, а при его отсутствии — работника, назначенного старшим[235].

Подводя итог, предлагаем внести следующие изменения в действующее административное законодательство:

1. Дополнить ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ такой мерой обеспечения производства, как осмотр места совершения административного правонарушения.

2. Изложить п. 3 ч. 1 ст. 27.1 КоАП РФ и название ст. 27.7 КоАП РФ в следующей редакции: «Осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий, находящихся там вещей и документов».

3. Сформулировать определение рассматриваемой меры и изложить ч. 1 ст. 27.8 КоАП РФ в следующей редакции: «Осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находя- щихся там вещей и документов — непосредственное изучение уполномоченным лицом указанных помещений, территорий и находящихся там вещей и документов, осуществляющееся в случае необходимости без нарушения их конструктивной целостности в целях пресечения административного правонарушения, обнаружения и изъятия орудий совершения административного правонарушения либо предметов и документов, которые могут иметь значение для дела об административном правонарушении, а также установления иных обстоятельств, имеющих значение для дела об административном правонарушении».

4. Часть 2 ст. 27.8 КоАП РФ изложить в следующей редакции: «Осмотр принадлежащих юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов осуществляется в присутствии законного представителя юридического лица (при его отсутствии — в присутствии иного сотрудника, назначенного старшим), индивидуального предпринимателя (при его отсутствии — работника, назначенного старшим), а также в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи».

<< | >>
Источник: Пивоваров Данила Владимирович. МЕРЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛАМ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ, ПОСЯГАЮЩИХ НА ОБЩЕСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК И ОБЩЕСТВЕННУЮ БЕЗОПАСНОСТЬ, ПРИМЕНЯЕМЫЕ СОТРУДНИКАМИ ПОЛИЦИИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Омск 2017. 2017

Еще по теме § 2. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице; осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов:

  1. Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении
  2. 3. Правовое положение несовершеннолетних в сфере уголовно‑исполнительных отношений
  3. § 1. Современное состояние реализации принципа уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина в оперативнорозыскной практике
  4. 1.2. Теоретические проблемы обеспечения законности в административной деятельности полиции
  5. § 4. Меры административного принуждения, применяемы полицией в механизме обеспечения транспортной безопасности
  6. Приложения
  7. § 2. Общеотраслевые презумпции в административной деятельности милиции
  8. ОГЛАВЛЕНИЕ
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. § 1. Система мер административного принуждения, применяемых сотрудниками полиции
  11. § 2. Общая характеристика мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность
  12. § 3. Предназначение мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, посягающих на общественный порядок и общественную безопасность, и гарантии прав граждан в ходе их применения сотрудниками полиции
  13. § 2. Личный досмотр, досмотр вещей, находящихся при физическом лице; осмотр принадлежащих юридическому лицу помещений, территорий, находящихся там вещей и документов
  14. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  15. Приложение
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -