<<
>>

§ 2.2. Правовое положение страхователей и выгодоприобретателей в отношениях по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда

В параграфе 2.1 было кратко затронуто фактическое положение страхователей, так как невозможно рассматривать статус страховщиков и особенности их деятельности без упоминания о страхователях.

Теперь необходимо более подробно рассмотреть данную категорию. Было упомянуто, что законодательство дает определение только понятию «страховщик», не устанавливая толкование понятия «страховая организация». В отношении страхователей в российском законодательстве содержится определение, согласно которому «страхователями признаются юридические лица и дееспособные физические лица, заключившие со страховщиками договоры страхования либо

146

являющиеся страхователями в силу закона» .

Как было показано в работе «Правовое регулирование страхования гражданско-правовой ответственности владельцев лифтов в многоквартирных домах»[143] [144], отражающей основные результаты исследования, Федеральным законом от 04.03.2013 года № 22-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», отдельные законодательные акты Российской Федерации и о признании утратившим силу подпункта 114 пункта 1 статьи 333.33 части второй Налогового кодекса Российской Федерации» к опасным объектам, владельцы которых обязаны осуществлять обязательное страхование своей гражданско-правовой ответственности, были также отнесены лифты, подъемные платформы для

инвалидов и эскалаторы (за исключением эскалаторов в метрополитенах) . В связи с этим возникли некоторые вопросы, связанные с реализацией обязательного страхования деликтной ответственности владельцев таких опасных объектов. В первую очередь, хотелось бы выяснить, кто же может являться страхователем, то есть владельцем вышеназванных опасных объектов. Согласно статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 года № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» владельцем опасного объекта признается «юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, владеющие опасным объектом на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании и осуществляющие эксплуатацию опасного объекта»[145] [146].

Как видно, просто физические лица не могут являться владельцами опасного объекта и, соответственно, страхователями по договору страхования гражданско-правовой ответственности владельцев опасных объектов. Возникает вопрос: кто может признаваться владельцем лифтов в многоквартирном доме? Жилищным кодексом Российской Федерации установлено, что «помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы)»[147] принадлежат собственникам помещений в

многоквартирном доме на праве общей долевой собственности. Таким образом, в данном случае владельцами опасного объекта - лифта - будут являться граждане, которые, как уже было выяснено, в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» не могут быть страхователями в отношениях по страхованию деликтной ответственности владельцев опасных объектов. То есть видна правовая коллизия. Чтобы разобраться в данной ситуации, можно было бы использовать письмо Министерства регионального развития Российской Федерации (далее - Минрегиона РФ) от 04.12.2013 N 22438-11/РД-ОГ «О рассмотрении обращения по вопросу осуществления обязательного страхования владельцами опасных объектов», если бы не содержащиеся в нем противоречия и неясности. А именно, Минрегиона РФ также ссылается на нормы Жилищного кодекса Российской Федерации, при этом сразу же после этого указывает на то, что «из этого следует, что согласно Федеральному закону, владельцем опасного объекта является собственник помещений в многоквартирном доме, который в свою очередь вносит плату за содержание общедомового имущества, в том числе обязательное страхование, указанное в статье 5 Федерального закона, через ответственное за управление этим многоквартирным домом товариществу собственников жилья, жилищному кооперативу или иному специализированному потребительскому кооперативу, управляющей организации»[148].

На самом деле предложенный вариант является довольно неплохим, но тем не менее противоречие заложено и содержится в данном письме, ведь, как уже было сказано, владельцем опасного объекта не может являться гражданин - физическое лицо, а Минрегиона РФ указывает, что - может. При этом надо отметить, что практически в самом начале своего письма министерство ссылается на статью 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ и приводит соответствующую норму. Таким образом,

Минрегиона РФ показывает выходы из сложившейся ситуации, применяя практику использования в качестве страхователей товарищество собственников жилья, управляющую компанию и прочее. Но противоречие, заложенное в законе, так там и остается. Конечно, можно представить управляющую компанию или товарищество собственников жилья[149] в качестве неких представителей граждан, в общей долевой собственности которых находятся лифты, то есть как их (собственников) совокупность в одном лице. И даже в этом случае, так как товарищество собственников жилья или управляющие компании являются юридическими лицами, что казалось бы подпадает под понятие владельца опасного объекта, опять происходит нестыковка с тем, что данные субъекты не владеют опасным объектом на каком-либо законном основании. И на самом деле все же надо следовать букве закона, а именно нормам Жилищного кодекса Российской Федерации, признавая граждан владельцами лифтов, которые в то же время не могут являться страхователями по обязательному страхованию гражданско-правовой ответственности владельцев опасных объектов. В связи с этим обязательное страхование деликтной ответственности владельцев лифтов в многоквартирном доме противоречит нормам Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ в отношении субъектного состава таких отношений, то есть формулировка понятия «владелец опасного объекта» создает препятствие для исполнения установленных данным законом обязанностей по страхованию ответственности владельцев лифтов в многоквартирном доме. Таким образом, существует противоречие не только между Жилищным кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте», но и между нормами внутри последнего.

Следует указать, что все может еще усложниться введением государственного или муниципального элемента, так как часть квартир может находиться соответственно в государственной или муниципальной собственности. Положения Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ в отношении опасных объектов, которые являются государственным или муниципальным имуществом и финансирование эксплуатации которых полностью или частично осуществляется за счет средств соответствующих бюджетов, стали применяться с 1 января 2013 года, как и положения в отношении всех лифтов и эскалаторов в многоквартирных домах. Возникает вопрос, как осуществлять страхование гражданско-правовой ответственности владельцев опасных объектов за причинение вреда в результате аварии на таких объектах, если часть квартир будет находиться в собственности граждан, а часть имущества - в государственной или муниципальной собственности, финансирование эксплуатации которой осуществляется за счет соответствующих бюджетов. Ведь одно дело, когда речь идет об имуществе, которым лицо владеет на праве хозяйственного ведения или оперативного управления (имеются ввиду государственные и муниципальные унитарные предприятия или учреждения и казенные предприятия соответственно), здесь вопросов по поводу того, кто будет являться страхователем, не возникает. Другое дело, когда имущество передано в пользование по договору социального найма физическим лицам. Не вызывает сомнений, что обязанность страховать ответственность за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте лежит на соответствующих органах государственной власти или местного самоуправления, а не на гражданах- нанимателях, хоть последние и обладают правом пользования в отношении соответствующих квартир, а равно и лифтов. Но собственником все же является государство или муниципальное образование, поэтому именно на них должна возлагаться обязанность по страхованию. Проблема лишь в том, что соответствующий орган также не подпадает под понятие «владелец опасного объекта».

И при этих всех перечисленных проблемах возникает еще один вопрос: как сочетать страхование деликтной ответственности граждан, в частной собственности которых находятся квартиры в многоквартирном доме, а соответственно в общей долевой собственности - и лифты, а также государства и муниципалитетов, в собственности которых тоже находится часть помещений, в отношении одного единственного объекта - лифта. Ответы на данные вопросы при нынешнем действующем законодательстве получить невозможно, так как, например, даже Минрегиона РФ, пытаясь хоть как-то урегулировать данную ситуацию, в небольшом письме включает прямо противоположные друг другу положения, о чем уже упоминалось выше. В связи с этим предполагается целесообразным внести изменения в статью 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» с целью привести в соответствие как нормы внутри самого федерального закона, так и между Федеральным законом от 27.07.2010 № 225-ФЗ и Жилищным кодексом Российской Федерации. Предлагается изложить определение понятия «владелец опасного объекта» в следующей редакции: «владелец опасного объекта - юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, владеющие опасным объектом на законном основании и осуществляющие эксплуатацию опасного объекта; в отношении лифтов и эскалаторов, которые находятся в общей долевой собственности собственников помещений в многоквартирных домах, владельцем опасного объекта могут признаваться соответствующие органы государственной власти или местного самоуправления, а также граждане, в собственности которых находятся соответствующие опасные объекты». Таким образом, устраняется рассматриваемая проблема законодательного регулирования отношений по страхованию гражданско-правовой ответственности владельцев таких опасных объектов, как лифты и эскалаторы, которые располагаются в многоквартирных домах.

Следует указать, что введенное законодателем понятие «опасный объект» соотносится с понятием «источник повышенной опасности» как составная часть последнего.

Установлено, что новый термин был введен в силу необходимости урегулировать отношения по страхованию деликтной ответственности владельцев таких объектов, как опасные производственные объекты, подлежащие регистрации в государственном реестре; гидротехнические сооружения, подлежащие внесению в Российский регистр гидротехнических сооружений; автозаправочные станции жидкого моторного топлива; лифты, подъемные платформы для инвалидов, эскалаторы (за исключением эскалаторов в метрополитенах), то есть разновидностей источников повышенной опасности.

Так же как и в отношении страховщиков, в отношении страхователей российское законодательство не содержит единого перечня прав и обязанностей. Можно выделить следующие права страхователя. Так, страхователь вправе:

1) в случае, когда по договору застрахована гражданско-правовая ответственности лица иного, чем страхователь, если иное не предусмотрено договором страхования, заменить в любое время до наступления страхового случая это лицо другим, письменно уведомив об этом страховщика.

2) отказаться от договора страхования в любое время, если к моменту отказа возможность наступления страхового случая не отпала.

Особенно подробно правовое положение страхователя раскрывается в Федеральном законе «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте». Так, «страхователь вправе:

1) требовать от страховщика разъяснения условий обязательного страхования, консультаций по заключению договора обязательного страхования;

2) при значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора обязательного страхования, в том числе при уменьшении вреда, который может быть причинен в результате аварии на опасном объекте, и максимально возможного количества потерпевших, требовать изменения условий договора обязательного страхования, в том числе уменьшения размера страховой премии пропорционально уменьшению страхового риска;

3) знакомиться с документами страховщика, связанными с исполнением им договора обязательного страхования;

4) при аварии на опасном объекте требовать от страховщика представления копии страхового акта;

5) требовать от страховщика возмещения расходов, произведенных в целях уменьшения убытков от страхового случая, если такие расходы были необходимы или были произведены для выполнения указаний страховщика;

6) требовать от страховщика бесплатной выдачи дубликата страхового полиса в случае его повреждения или утраты;

7) досрочно отказаться от договора обязательного страхования.

2. Страхователь обязан:

1) при заключении договора обязательного страхования направить страховщику заявление об обязательном страховании по установленной форме с приложением документов, перечень которых определяется правилами обязательного страхования, в том числе документов, содержащих необходимые для определения размера страховой премии сведения об опасном объекте, уровне его безопасности, о вреде, который может быть причинен в результате аварии на опасном объекте, и максимально возможном количестве потерпевших;

2) уплатить страховую премию (страховые взносы) в размере и в порядке, которые установлены договором обязательного страхования в соответствии с настоящим Федеральным законом;

3) в течение пяти рабочих дней со дня заключения или изменения договора обязательного страхования направить его копию в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий в пределах своей компетенции функции по контролю и надзору в области безопасности соответствующих опасных объектов;

4) содействовать в проведении назначенной страховщиком экспертизы опасного объекта в целях оценки вреда, который может быть причинен в результате аварии на опасном объекте, максимально возможного количества потерпевших и (или) уровня безопасности опасного объекта, в том числе обеспечить доступ специализированных организаций и (или) специалистов на опасный объект, представить необходимую техническую и иную документацию;

5) уведомлять страховщика обо всех изменениях, внесенных в документы, представленные страховщику при заключении договора обязательного страхования, в течение пяти рабочих дней со дня внесения таких изменений;

6) при аварии на опасном объекте:

а) в течение 24 часов с момента аварии на опасном объекте сообщить об аварии страховщику в порядке, установленном правилами обязательного страхования;

б) принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы уменьшить размер возможного вреда;

в) незамедлительно предоставлять потерпевшим сведения о страховщике, в том числе наименование (фирменное наименование) страховщика, место его нахождения, режим работы и номера телефонов, или в случае, если авария привела к возникновению чрезвычайной ситуации, в трехдневный срок со дня аварии опубликовать указанную информацию в печатном органе по месту нахождения опасного объекта;

г) в течение пяти рабочих дней со дня получения акта о причинах и об обстоятельствах аварии, документов о видах и размерах причиненного вреда направить страховщику копии указанных документов;

д) привлечь страховщика к расследованию причин аварии, в том числе в случае, если в соответствии с законодательством Российской Федерации для такого расследования не предусматривается создание комиссии с участием представителя федерального органа исполнительной власти, осуществляющего в пределах своей компетенции функции по контролю и надзору в области безопасности соответствующих опасных объектов, либо его территориального

153

органа» .

Одной из обязанностей, лежащих на страхователе, является обязанность сообщить страховщику при заключении договора известные страхователю обстоятельства, которые имеют существенное значение для определения [150]

вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. При этом «существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе»37. «Если же страховщик упустил включить в бланк объявления какой-либо вопрос, касающийся обстоятельства, могущего иметь для него значение, то умолчание страхователя не может служить поводом к признанию договора

154

недействительным» .

Надо отметить, что данная обязанность страхователя является определенным итогом борьбы двух концепций принципа наивысшей добросовестности: объективной и субъективной. «Согласно объективной доктрине страхователь при заключении договора страхования обязан предоставить страховщику всю известную страхователю информацию о страховом риске, а также информацию, которой он должен был бы обладать как добросовестный владелец страхуемого имущества и как добросовестный участник гражданского оборота. Субъективная теория исходит из того, что страхователь, не будучи профессиональным участником страхового рынка, не может иметь собственного суждения о существенности той или иной информации, относящейся к страхованию»[151] [152].

Стоит сказать, что и современное российское законодательство, и судебная практика ближе к последней концепции.

В соответствии с пунктом 1 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации «страхователь по договору имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ уведомления, оно должно быть сделано в условленный срок и указанным в договоре способом»[153] [154]. Пункт 2 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает последствия несоблюдения этого правила, предоставляя «страховщику право отказать в выплате страхового возмещения, если не будет доказано, что страховщик своевременно узнал о наступлении страхового случая либо что отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение». Также пункт 1 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет то же правило о необходимости незамедлительного уведомления страховщика, что и для страхователей, - для выгодоприобретателя, которому «известно о заключении договора страхования в его пользу, если он намерен воспользоваться правом на страховое возмещение» . Как уже было указано, выгодоприобретателем по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда является всегда потерпевший. Следует указать, что применительно к страхованию деликтной ответственности статья 961 Гражданского кодекса Российской Федерации может ограничить законное право потерпевшего на получение возмещения от страховой организации и создает абсолютно реальную опасную возможность отказа со стороны страховщика, так как возможно толкование данной нормы таким образом, что неисполнение обязанности страхователем при исполнении обязанности потерпевшим по уведомлению о наступлении страхового случая позволит страховщику отказать в выплате, что в данном случае недопустимо. «То обстоятельство, что страхователь не сообщил в страховую компанию о наступлении страхового случая, не должно влиять на право потерпевшего на возмещение вреда, поскольку реализация данного права не может быть поставлена в зависимость от исполнения иными лицами обязанности, вытекающей из страховых правоотношений»[155]. Таким образом, отказ в выплате страхового возмещения на основании того, что страхователь - виновник аварии - не сообщил о наступлении страхового случая, является незаконным и необоснованным, и нарушает права потерпевших. Ведь страхование гражданскоправовой ответственности за причинение вреда защищает не только интересы страхователя, но и третьих лиц - потерпевших, гарантирует им получение возмещения, так как предполагается, что страховая организация имеет больше возможностей осуществить возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, нежели причинитель вреда. На это указывает и Конституционный Суд Российской Федерации на примере страхования гражданско-правовой ответственности владельцев транспортных средств: «Введение института обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, суть которого состоит в распределении неблагоприятных последствий, связанных с риском наступления гражданской ответственности, на всех законных владельцев транспортных средств, с учетом такого принципа обязательного страхования, как гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (абзац второй статьи 3), направлено на повышение уровня защиты права потерпевших на возмещение вреда. Возлагая на владельцев транспортных средств обязанность страховать риск своей гражданской ответственности в пользу лиц, которым может быть причинен вред, и закрепляя при этом возможность во всех случаях, независимо от материального положения причинителя вреда, обеспечить потерпевшему возмещение вреда в пределах, установленных законом, федеральный законодатель реализует одну из функций Российской Федерации как социального правового государства, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статьи 1 и 7 Конституции Российской Федерации), что было бы в недостаточной степени обеспечено при отсутствии адекватного механизма защиты прав потерпевших, отвечающего современному уровню развития количественных и технических показателей транспортных средств, многократно увеличивающих их общественную опасность»[156].

В связи с вышеизложенным предполагается необходимым внести изменения в статью 961 Гражданского кодекса Российской Федерации, дополнив ее пунктом 4, который следует изложить в следующей редакции: «Неисполнение страхователем по договору страхования ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, не может являться основанием для отказа в выплате страхового возмещения, если выгодоприобретатель исполнил обязанность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи».

Рассматриваемая ситуация в рамках применения нормы статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации нашла отражение в судебной практике. Так, Санкт-Петербургский городской суд в апелляционном определении от 26 ноября 2012 года № 33-16353 оставил решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 30 июля 2012 года без изменения, согласно которому со страховой организации ООО «Росгосстрах» в пользу потерпевшего Х. взыскано страховое возмещение. В апелляционной жалобе страховщик ставил вопрос об отмене решения районного суда, «оспаривая право Х. на взыскание страхового возмещения ввиду того обстоятельства, что ни потерпевшим, ни страхователем не была исполнена обязанность уведомить страховщика о факте наступления страхового случая»[157]. При этом Санкт-Петербургский городской суд, отклонив доводы страховой организации, установил, что «то обстоятельство что Х. не обратился изначально в страховую компанию виновника ДТП, а предъявил иск в суд, не является безусловным основанием для отказа в выплате страхового возмещения, если имеются иные доказательства, позволяющие установить факт наступления страхового случая и определить размер убытков, подлежащих возмещению»[158]. Также было установлено, что неисполнение обязанности страхователя Б. по уведомлению страховщика о наступлении страхового случая не может влиять на право Х. на возмещение ущерба, причиненного его имуществу в результате дорожно-транспортного происшествия. Таким образом, это подтверждает недопустимость возникновения случаев, когда реализация потерпевшим своего права на получение страхового возмещения ставится в зависимость от исполнения страхователем обязанности по надлежащему уведомлению страховщика о наступлении страхового случая.

«Данное апелляционное определение интересно еще и потому, что подтверждает возможность обращения потерпевшего напрямую в суд с исковым заявлением, минуя страховую организацию, что имело место в данном случае. Стоит отметить, что это не единственное решение, когда суд указывал на отсутствие необходимости соблюдать досудебный порядок урегулирования страхового случая»[159]. Например, Московским областным судом в апелляционном определении по делу № 33-18431/2012 от 20.09.2012 года судебная коллегия по гражданском делам, установив, что главой «48 ГК РФ о страховании, положениями Федерального закона от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обязательный претензионный или иной досудебный порядок разрешения спора не предусмотрен»[160], определение Химкинского суда Московской области от 16 апреля 2012 года, оставившего исковые требования гражданина Щеглова Е.В. к ОАО «Русская страховая транспортная компания» о взыскании страхового возмещения, отменила и возвратила дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Продолжая исследовать судебную практику по вопросу отсутствия необходимости соблюдать досудебный порядок разрешения споров по взысканию страхового возмещения по договорам страхования гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, необходимо отметить, что представляет особый интерес апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда по делу № 11-15705 от 30 июля 2012 года, так как исковое заявление подавалось не к страховой компании, а к Российскому союзу автостраховщиков в связи с тем, что у страховщика - ООО СК «Инногарант» - была отозвана лицензия на осуществление страховой деятельности. В данном случае Московский городской суд оставил без изменения решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 25 июля 2011 года, установив, что «доводы апелляционной жалобы о том, что истец не обращался в РСА с заявлением о компенсационной выплате, не имеет правовое значение, поскольку ни федеральным законом, ни договором сторон для данной категории спора досудебный порядок урегулирования спора не предусмотрен»[161]. Важным положением, содержащимся в апелляционном определении, является ссылка на то, что «доводы апелляционной жалобы о незаконности и необоснованности взыскания с РСА судебных расходов являются несостоятельными, поскольку противоречат положениям ст. 19 Закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», указывающим на то, что к отношениям между потерпевшим и профессиональным объединением страховщиков по поводу компенсационных выплат по аналогии применяются правила, установленные законодательством РФ для отношений между выгодоприобретателем и страховщиком по договору обязательного страхования»[162].

Следует указать, что во избежание появления подобных ситуаций Федеральным законом от 21 июля 2014 года № 223-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлена обязанность потерпевшего до подачи искового заявления в суд обратиться с требованием о выплате в страховую компанию.

Как отмечалось в статье «Применение Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по страхованию деликтной ответственности»[163], отражающей результаты данного исследования, одним из самых значимых изменений, которые касаются правового положения основных участников отношений по страхованию гражданскоправовой ответственности за причинение вреда - страховщиков, страхователей и выгодоприобретателей, за последнее время стало принятие 28 июня 2012 года Пленумом Верховного суда Российской Федерации Постановления № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»[164], который распространил действие Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» на указанные отношения. Следует указать, что в настоящее время положение о применении Закона РФ «О защите прав потребителей» к отношениям между потерпевшим и страховщиком содержатся в Федеральном законе «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», а также в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2015 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»[165]. Ключевым моментом стала возможность взыскивать со страховой организации дополнительно штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке при несоблюдении добровольного удовлетворения требований потребителя, а также требовать уплаты неустойки и компенсации морального вреда. Данные новшества должны по идее мотивировать страховщиков более внимательно относиться к требованиям потерпевших, стимулировать желание улучшать обслуживание и внедрять понимание о необходимости тщательной работы со страхователями. Что касается Постановления Пленума Верховного суда РФ № 17 , то необходимо отметить, что уже появилась довольно обширная судебная практика, включающая его применение. Следует указать, что зачастую суды по-разному толковали постановление Пленума Верховного суда РФ № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей». Это касается, в первую очередь, вопроса о том, применять ли положения Закона РФ «О защите прав потребителей» к отношениям между страховщиком и потерпевшим, либо только лишь к отношениям между страховой организацией и страхователем. Для начала приведу пример, когда суд отказывался применять к отношениям между потерпевшим и страховой компанией положения Закона РФ «О защите прав потребителей». Так, например, Ленинградский областной суд в апелляционном определении от 6 декабря 2012 года № 33-5493/2012 установил, что «поскольку правовая конструкция договора имущественного страхования строится на основе договора в пользу третьего лица»[166] [167], то потерпевший, не будучи стороной такого договора, связывающего страхователя и страховщика, приобретает только право требовать исполнения обязательства в свою пользу. Судебная коллегия указала на необоснованность применения к отношениям между страховщиком и потерпевшим норм Закона РФ «О защите прав потребителей». Пытаясь обосновать свою позицию, Ленинградский областной суд, согласившись с мнением суда первой инстанции, указал, что правоотношения, возникшие между потерпевшим и страховщиком «в результате нарушения последним условий об осуществлении страховой выплаты, регулируются специальным законом - ст. 13 федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» . В этой позиции, при условии правильности мнения о том, что к вышеуказанным отношениям действительно применяются нормы Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», кроется серьезная ошибка, которая заключается в том, что отношения между потерпевшим (выгодоприобретателем) и страховой организацией возникли не в результате нарушения последней условий об осуществлении страховой выплаты, а как последствия заключения договора ОСАГО между страхователем (виновником в дорожно-транспортном происшествии) и страховщиком, в течение действия которого произошел страховой случай.

Стоит отметить, что все же большая часть судебной практики содержит применение норм Закона РФ «О защите прав потребителей» к отношениям по страхованию деликтной ответственности между выгодоприобретателем и страховщиком (после введения статьи 16.1 «Особенности рассмотрения споров по договорам обязательного страхования» в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» иной судебной практики уже быть не должно). Так, Муромским городским судом Владимирской области от 08 октября 2012 года взысканы с общества с ограниченной ответственности «Росгосстрах» в пользу потерпевшей Костяшкиной С.А. помимо непосредственно страхового возмещения, расходов по оценке ущерба, расходов по разборке передней части автомобиля также штраф и компенсация морального вреда в соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей». Ответчик, не согласившись с указанным решением, обжаловал его во Владимирском областном суде. Интересным для исследования представляются доводы страховщика, который оспаривал применение к отношениям по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда норм Закона РФ «О защите прав потребителей». Так, он указал, что «Закон о защите прав потребителей и ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» имеют разный предмет правового регулирования» , то есть ООО «Росгосстрах» не является для истца исполнителем в понимании Закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку потребителем страховой услуги является не потерпевший, а страхователь, и между истцом и ответчиком отсутствуют договорные отношения. На самом деле в постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» действительно отсутствует указание на то, к отношениям между какими субъектами в рамках страхования деликтной ответственности может быть применен Закон РФ «О защите прав потребителей». Однако надо понимать, что между потерпевшим (выгодоприобретателем) и страховщиком на самом деле существуют именно договорные отношения, поскольку, как уже указывалось [168] выше, договор страхования гражданско-правовой ответственности за причинение вреда заключается в пользу выгодоприобретателей, то есть потерпевших, соответственно отношения между страховщиком и лицом, жизни, здоровью или имуществу которого причинен вред, возникают из договора, а не из причинения вреда, поскольку фактически страховая компания вред потерпевшему не причиняла. Именно при разрешении данной проблемы так важно понимание правильности подхода по отнесению договора страхования деликтной ответственности к договорам, заключаемым в пользу третьих лиц. Надо отметить, что Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 мая 2005 года № 6-П также указал на то, что «требование потерпевшего- выгодоприобретателя к страховщику владельца транспортного средства о выплате страхового возмещения (об осуществлении страховой выплаты) в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда, по основаниям возникновения соответствующего обязательства, условиям реализации субъективных прав в рамках каждого из них, размеру возмещения, лицу, обязанному осуществить страховую выплату, сроку исковой давности, целевому назначению. Так, в страховом правоотношении обязательство страховщика перед потерпевшим возникает на основании заключенного страховщиком со страхователем договора страхования гражданской ответственности, а не норм главы 59 ГК Российской Федерации; выплату страхового возмещения обязан осуществить непосредственно страховщик, причем наступление страхового случая, влекущее такую обязанность, само по себе не освобождает страхователя от гражданско-правовой ответственности перед потерпевшим за причинение ему вреда» . В связи с вышеизложенным нельзя признать правильной точку зрения ООО «Росгосстрах» в рассматриваемом деле, в соответствии с которой между страховщиком и потерпевшим отсутствуют [169]

договорные отношения.

Владимирский областной суд указал, что «довод апелляционной жалобы о том, что на правоотношения, вытекающие из договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, не распространяются положения Закона РФ «О защите прав потребителей» и поэтому взыскание судом штрафа является неправомерным, не влечет отмену решения суда, поскольку основан на неправильном толковании норм материального права» . Суд, обосновывая правильность распространения на отношения по страхованию деликтной ответственности норм Закона «О защите прав потребителей», установил, что виновник в дорожно-транспортном происшествии - потребитель заказал услугу по страхованию исключительно для личных нужд в ООО «Росгосстрах» (исполнитель) - организации, осуществляющей оказание страховых услуг на возмездной основе. Соответственно выгодоприобретатель (потерпевший) использовала данную услугу в соответствии с ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Также важным для исследования является затронутый косвенно в данном рассматриваемом деле вопрос о том, будет ли применяться 50 % штраф в случае, если страховщик добровольно удовлетворит требования потерпевшего уже после обращения последнего в суд, то есть признает исковые требования. Владимирский областной суд в рассматриваемом апелляционном определении устанавливает, что «судебная коллегия также принимает во внимание то обстоятельство, что требование потребителя страховщиком не было удовлетворено в добровольном порядке и после обращения в суд с настоящим иском, в связи с чем у суда имелись все основания для принятия решения о взыскании штрафа» . Соответственно, считается верным истолковать это положение так, что страховщик освобождается от уплаты штрафа в размере 50 % [170] [171] от суммы страхового возмещения, которую требует истец, в случае признания иска, но только тогда, если потерпевший не обращался с требованием напрямую к страховщику до подачи искового заявления в суд, хотя досудебный порядок, как было установлено, не является обязательным для споров, вытекающих из отношений по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда. Таким образом, можно признать верным, что обращение выгодоприобретателя в страховую компанию с требованием о выплате страхового возмещения до подачи им заявления в суд лишает страховщика права требовать неприменение к нему правила Закона РФ «О защите прав потребителей» о 50 % штрафе, даже если он признал иск.

Следует отметить, что положения Закона РФ «О защите прав потребителей» нельзя применять к отношениям по страхованию деликтной ответственности владельцев транспортных средств между выгодоприобретателем и профессиональным объединением страховщиков, которым в указанных отношениях является Российский союз автостраховщиков, в случаях осуществления последним компенсационных выплат. Статья 18 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» устанавливает случаи, когда осуществляется компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, а именно «если страховая выплата по обязательному страхованию не может быть осуществлена вследствие:

а) введения в отношении страховщика в соответствии с законодательством Российской Федерации процедур, применяемых в деле о банкротстве;

б) отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности;

в) неизвестности лица, ответственного за причиненный потерпевшему вред;

г) отсутствия договора обязательного страхования, по которому застрахована гражданская ответственность причинившего вред лица, из-за неисполнения им установленной настоящим Федеральным законом обязанности

175

по страхованию» .

При этом компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, осуществляется только при наличии одного из первых двух случаев.

Не вызывает сомнений, что к отношениям между РСА и потерпевшим не применимы, в частности, правила о 50 % штрафе в случае отказа в добровольном удовлетворении требований выгодоприобретателя. Данная позиция подтверждается тем, что отношения между профессиональным объединением страховщиков и страхователями, а также и потерпевшими

(выгодоприобретателями) не носят договорной характер и не подпадают под действие Закона РФ «О защите прав потребителей». РСА не оказывает страховую услугу в отличие от самой страховой организации, осуществляет выплаты не страхового возмещения, а компенсационные выплаты. Это же закреплено в судебной практике. Например, Владимирским областным судом в апелляционном определении по делу № 33-428/2013 от 21 февраля 2013 года установлено, что компенсационные выплаты отличаются от страхового возмещения тем, «что направлены на обеспечение потерпевшему дополнительной гарантии возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в случаях, когда страховая выплата не может быть произведена непосредственно страховщиком, вследствие отзыва у него лицензии на осуществление страховой деятельности или его банкротства, вследствие чего на спорные отношения не могут быть распространены требования закона «О защите прав потребителей» о взыскании штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя»[172] [173].

Дополнительным преимуществом для потерпевших после принятия 28 июня 2012 года Пленумом Верховного суда Российской Федерации

Постановления № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», а в настоящее время после внесения изменений в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» стало право подавать исковое заявление по их выбору либо по месту нахождения организации, либо по месту жительства или пребывания истца, либо по месту заключения или исполнения договора; также освобождение от уплаты государственной пошлины.

<< | >>
Источник: Четырус Евгений Игоревич. СТРАХОВАНИЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2015. 2015

Еще по теме § 2.2. Правовое положение страхователей и выгодоприобретателей в отношениях по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда:

  1. 3. Правовое положение несовершеннолетних в сфере трудовых отношений в Российской Федерации
  2. § 1. Предпосылки, причины и условия появления института страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ и особенности его правовой регламентации.
  3. § 2. Соотношение страхования гражданской ответственности за причинение вреда третьим лицам в процессе осуществления страхователем (застрахованным лицом) управленческой деятельности с институтом страхования профессиональной ответственности
  4. § 3.1. правовая природа договора страхования гражданской ответственности единоличных, членов коллегиальных исполнительных органов хозяйственных обществ
  5. § 1. Проблемы уголовно-правового регулирования правомерного причинения вреда при проведении оперативно-разыскных мероприятий
  6. Понятие и основания гражданско- и семейно-правовой ответственности законных представителей за нарушение прав и интересов ребенка
  7. § 2. Меры гражданско-правовой ответственности по договору займа
  8. Четырус Евгений Игоревич. СТРАХОВАНИЕ ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРИЧИНЕНИЕ ВРЕДА. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2015, 2015
  9. Оглавление
  10. Глава 1. Общие положения о страховании гражданско-правовой ответственности за причинение вреда
  11. § 1.1. Общая характеристика страхования гражданско-правовой ответственности
  12. § 1.2. Характеристика договора страхования гражданско-правовой ответственности за причинение вреда
  13. § 1.3. Проблемы, возникающие при исполнении договора страхования гражданско-правовой ответственности за причинение вреда
  14. § 2.1. Правовое положение субъектов страхового дела в отношениях по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда
  15. § 2.2. Правовое положение страхователей и выгодоприобретателей в отношениях по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда
  16. Глава 3. Развитие правового регулирования страхования гражданскоправовой ответственности за причинение вреда
  17. § 3.1. Тенденции развития регулирования отношений по страхованию гражданско-правовой ответственности за причинение вреда в Российской Федерации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -