<<
>>

2.2. Гражданско-правовые ограничения субъективного права юридического лица на управление внутренними делами

1. Права собственника имущества унитарного предприятіоі

К числу гражданско-правовых ограничений права юридического лица на управление внутренними делами относятся права собственника имущества унитарного предприятия, перечисленные в п.

1 ст. 20 Закона об унитарных предприятиях. Отношения между собственником имущества унитарного предприятия и созданным собственником предприятием являются гражданско-правовыми отношениями. Как указывают Л.Л. Грось и В.Д. Ким. специфика Российской Федерации, субъекгов РФ и муниципальных образований при их вступлении в гражданское правоотношение нс может привести к нарушению равенства участников этого отношения[291].

Субъективное право унитарного предприятия на управление внутренними делами ограничивается субъективным правом собственника имущества предприятия.

При этом управление внутренними делами унитарного предприятия необходимо отличать от управления государственной или муниципальной собственностью. На наш взгляд, последнее понятие носит комплексный

характер и наполнено не гражданско-правовым, а конституционно- правовым или административно-правовым содержанием.

Как отмечается в литературе, управление государственней собственностью, среди прочего, должно включать в себя: учреждение субъектов прав хозяйственного ведения и оперативного управления, осуществляющих непосредственное владение, пользование и в рамках, оговоренных федеральными законами, распоряжение объектами права государственной собственности; управление имуществом, принадлежащим на праве собственности публично-правовым образованиям, учрежденными ими предприятиями и учреждениями; управление органами публично­правовых образований деятельностью созданных ими юридических лип*.

Еще раз подчеркнем, подобное понимание управления не вносит ясности в учение о системе гражданских прав и правоотношений, не разграничивает управление внутренними и внешними делами юридического лица, поэтому термин «управление собственностью» не следует использовать при характеристике гражданско-правовых отношений.

В соответствии со ст. 21 Закона об унитарных предприятиях руководитель унитарного предприятия назначается собственником имущества унитарного предприятия. Руководитель унитарного предприятия подотчетен собственнику имущества унитарного предприятия. Учитывая то, что руководитель унитарного предприятия действует от имени унитарного предприятия, иными словами, действия руководителя - это действия самого предприятия, следует вести речь об ограничении прав предприятия в интересах собственника его имущества.

Создание унитарного предприятия, а равно осуніествление инь.х правомочий собственником нельзя рассматривать как реализацию вещных правомочий владения, пользования и распоряжения.

Реализация как первых, так и вторых, основана на совершении комплекса фактических и юридических действий, а применительно к правоотношениям следует говорить об одновременной реализации имущественных отношений и неимущественных отношений, связанных с имущественными.

Данные правомочия нельзя толковать расширительно, поскольку опт, будучи установлены законом, а не соглашением сторон, ограничивают субъективное право другого участника гражданских отношении.

Применительно к имущественным отношениям это, в частности, означает, что признание в пп. 10 п. 1 ст. 20 Закона об унитарных предприятиях за собственником нрава дать согласие на распоряжение недвижимым имуществом, не дает собственнику возможность отменить уже полученное унитарным предприятием согласие на распоряжение недвижимостью до регистрации перехода нрава.

Инос толкование создало бы неопределенность при вовлечении в оборот имущества унитарного предприятия под угрозой отмены собственником сделки, стороны которой уже приступили к ее исполнению.

Вместе с тем. это не лишает собственника возможности защитить как свои права, так и права унитарного предприятия в случае их нарушения. Так. если имущество выбыло из владения предприятия помимо воги собственника (например, в результате подделки подписи на документах), на основании п.

4 ст. 20 Закона об унитарных предприятиях и ст. 302 ГК РФ собственник вправе истребовать имущество из чужого незаконного владения.

Положения о том, что собственник определяет цели, предмет, виды деятельности унитарного предприятия, планы (программу) его финансово­хозяйственной деятельности, не наделяют собственника нравом требовать от унитарного предприятия заключения конкретной сделки.

Юридическое лицо учреждается собственником для самостоятельного участия в обороте, если же такая самостоятельность перестает устраивать

собственника, при определенных условиях он вправе ликвидировать предприятие и после этого реализовать свои правомочия собственника в иной форме.

Из ст. 6 Закона об унитарных предприятиях следует, что решение об учреждении коммерческой или участии унитарного предприятия в некоммерческой организации может быть принято только с согласия собственника имущества унитарного предприятия (данное положение дублируется H.I ст. 20 Закона).

Однако закон ничего не говорит о том, требуется ли согласие собственника по вопросам участия предприятия во внутренних делах такого юридического лица, в том числе, если организация является для унитарного предприятия полностью дочерней.

Дочернее общество унитарного предприятия на основании п. 1 ст. 66 ГК РФ является собственником принадлежащего его имущества. Согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и нс нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Если признавать за собственником имущества унитарного предприятия возможность ограничения прав дочернего общества предприятия, то имущественные права такого общества теряют харак тер абсолютности и исключительности, а личные неимущественные правоотношения, в том числе ио управлению внутренними делами общества, не отвечают таким принципам гражданского законодательстза как юридическое равенство и свободное волевое усмотрение участников гражданских правоотношений.

Но этой причине нельзя допускать расширительного толкованья положений ст.

6 Закона об унитарных предприятиях о том, что собственник имущества дает согласие на участие унитарного предприятья в коммерческой или некоммерческой организации.

С момента получения такого согласия унитарное предприятье самостоятельно участвует в управлении делами дочерней организации. Дочерняя организация не связана указаниями собственника имущества унитарного предприятия.

2. Ограничение хозяйственным обществом права дочерней организации на управление внутренними делами

Первое из рассматриваемых нами ограничений - это передача части полномочий на управление внутренними делами дочернего общества основному обществу (товариществу)[292] по договор)1 или по так называемым «иным» основаниям.

Согласно п. 1 ст. 105 ГК РФ хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным .между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.

Хозяйственное общество признается зависимым, если другое (преобладающее, участвующее) общесгво имеет более 25% голосующих акций акционерного общества или двадцати процентов уставного капитала общества с ограниченной ответственностью (п. I ст. 106 ГК РФ).

При этом в литературе отмечается, что по своему лексическому содержанию категория зависимости шире в сравнении с тей функциональной нагрузкой, которой наделил ее наш законодатель, связав ее лишь с обязанностью раскрытия информации о приобретении

хозяйственным обществом 20% голосующих акций АО или уставного капитала ООО, а также определением возможности установления пределов взаимного участия хозяйственных обществ в уставных капиталах друг друга и голосования.

Следует поддержать точку зрения юристов о том, что категория «зависимости» наиболее удачно подходит для характеристики как отношений зависимости с участием хозяйственных обществ, так и отношений между основным и дочерним обществами1.

Определение отношений зависимости на основании количественного критерия (приобретение более 20% уставного капитала хозяйственного общества) и их отграничение от отношений «основное - дочернее общество» препятствует унификации норм о зависимых юридических лицах.

В отечественной и зарубежной, литературе, а также в зарубежном законодательстве использую гея термины «холдинг», «холдинговая компания»; «отношения в холдинге». • ••

В частности, приводится следующее определение холдинга: «холдинги - форма предпринимательского объединения, представляющая собой группу организаций (участников), основанную на отношениях экономической зависимости и контроля, участники которой, сохраняя формальную юридическую самостоятельность, в своей предпринимательской деятельности подчиняются одному из участников группы - холдинговой компании (головной организации), которая, будучи центром холдингового объединения, в силу владения преобладающими долями участия в уставном капитале, договора пли иных обстоятельств прямо или косвенно (через третьих лиц) оказывает определяющее влияние на принятие решений другими участниками іруппьі»[293] [294].

Анализ всех оснований возникновения зависимости не охватывается рамками настоящего исследования. Основываясь на содержании ст. 105 ГК РФ. следует провести анализ «договорных» и «иных» оснований возникновения зависимости, отношений «основное - дочернее общества».

В большинстве случаев договор выступает основанием добровольного ограничения юридическим лицом своего права на управление делами.

И.В. Григораш так характеризует разницу между договорной и имущественно-финансовой формами зависимости: «из первой вытекают обязательства общества, тогда как из второй - обязанности органов общества, однако первая способна создать зависимость в каком- то действии (действиях) добровольно-зависимого лица, а второе создает комплексную зависимость. Причем зависимое лицо не может повлиять ни на установление, ни на осуществление отношений зависимости»[295] [296].

Полагаем, что разі-раниченис обязательств общества и обязанностей органов общества применительно к холдингам неоправданно. Хозяйственное общество действует через свои органы управления, органы управления являются частью юридическою лица. При нарушении членами органов управления своих обязанностей, их действия применительно к самой организации выходят за рамки дейст вий соответствующего органа. /I в этом случае возникает охранительное правоотношение, сторонами которого выпулаюг не юридическое лицо и его орган управления, а юридическое лицо и физическое липо - член соответствующего органа управления.

И.С. Шиткина классифицирует холдинги договорною типа на: I) собственно договорные холдинги, когда холдинговые отношения или отношения экономического контроля возникают из договора, в котором предусматривается право одного хозяйственного общества (товарищества)

в силу определенных обстоятельств контролировать другеє хозяйственное общество; 2) холдинги, причиной формирования которых являются любые гражданско-правовые договоры, исполнение которых приводит к возникновению экономического контроля (договоры доверительного управления имуществом, залога имущества, франчайзинга1). Видимо, к этой группе можно отнести и договоры на сбыт продукции дочерних обществ, на оказание управленческих или

консультационных услуг в определенной сфере, договоры «аренды»

•>

персонала'.

Единое правовое пространство создается в холдинге за счет утверждения внутренних документов холдинговой компании органами управления каждого из входящих в состав холдинга обществ[297] [298] [299]. Холдинг не обладает признаками юридического лица, организации-члены холдинга продолжают оставаться равными участниками гражданских отношений.

К формам управления в холдинге относится исполнение основным обществом или специально созданной для этого управляющей организацией функции единоличного исполнительного органа общества.

К числу договоров, порождающих холдинговые отношения, не относится договор хозяйственного общества с управляющей организацией (управляющим).

В данном случае действуют общие нормы о подотчетности исполнительных органов хозяйственного общества общему собранию и совету директоров (п. 1 ст. 69 ФЗ об АО, п. 4 ст. 32 ФЗ сб ООО), обязанности действовать в интересах общества добросовестно и разумно (и. 3 ст. 53 ГК РФ), отвечать перед акционерным обществом за убытки по искам общества или акционеров - владельцев не менее 1% акций (ст. 71 ФЗ об АО), а перед

обществом с ограниченной ответственностью - независимо от размера долей участников' (п. 5 ст. 44 ФЗ об ООО), о прекращении полномочий управляющей организации (управляющего), если его управленческая деятельность окажется неэффективной (п. 4 ст. 59 ФЗ об АО, подп. 4 п. 2 ст. 33 ФЗ об ООО)[300] [301].

К этим доводам можно добавить еще и то, что управляющая компания реализует не свою волю, а волю хозяйственного общества, исполнительные органы которого она замещает.

Высказывается мнение, что «между юридическим лицом п гражданином либо организацией, выполняющей функции единоличного исполнительного органа... существуют гражданско-правовые корпоративные отношения. Элементом содержания указанных отношений являются права корпоративной власти и обязанности корпоративного подчинения, которые эти самостоятельные и независимые субъекты гражданского права добровольно передают друг другу...»[302].

Мы не склонны расценивать данные отношения в качестве корпоративных отношений. Полагаем, что имеют место личные неимущественные, связанные с имущественными, отношения в сфере управления внутренними делами хозяйственного общества, а также имущественные гражданско-правовые отношения. Управляющая организация наделяется полномочиями по управлению внутренними и иными делами хозяйственного общества.

В.Л. Белов выступает прочив того, чтобы оценивать отношения с управляющей организацией как простое представительство, ведь в таком случае окажется, что у управляемого юридического лица «не будет

постоянно действующего исполнительною органа, но при этом будет представитель! Получается, что такая организация... расписывается в собственной недееспособности»1. Мы поддерживаем В.А. Белова и отрицании за данными отношениями признаков простого представительства.

Многие авторы обоснованно усматривают в договоре с управляющей организацией (управляющим) признаки договора на оказание услуг[303] [304]. На наш взгляд, в целом данный договор следует определить как смешанный договор с признаками договора об оказании услуг[305] [306].

В своей работе В.П. Мозолин и А.П. Юденков полагают, что управляющей организации (управляющему) может быть передана часть полномочий исполнительною органа, что повлечет за собой сосуществование исполнительного органа... и управляющей организации (управляющего)1.

По мнению И.С. Шигхиной, управляющей организации передается весь объем полномочий, который определен действующим законодательством и уставом хозяйственного общества для единоличного исполнительного органа[307] [308], а также что срок такого договора не должен превышать установленного уставом срока полномочий единоличного исполнительного органа0.

Такая точка зрения заслуживает поддержку. Единоличный исполнительный орган потому и ноет название «единоличный», что закон не допускает распределение его компетенции между несколькими лицами. В противном случае можно было бы вести речь о распределении полномочий между несколькими генеральными директорами, а не только между единоличным исполнительным органом и управляющей организацией.

Правилен также вывод о том, чго передача управляющей организации полномочий по управлению делами не делает ее органом юридического лица1.

Немецкие исследователи Дж. Диордорф, Л. Сура, X. Вернер выделяют следующие договоры, порождающие отношения зависимости: договор поставки (когда производитель крайне редкого продукта фактически контролирует исключительного потребителя Данией продукции на рынке); договоры займа (при наличии оговорки о правах кредитора производить мониторинг деятельности должника); договоры на передачу технологий (Lizenzvertrage), эксклюзивные контракты на дистрибуцию, агентские, договоры франчайзинга (коммерческой концессии) И Т.дА

По законодательству Великобритании компания может приобрести статус материнской на основании договора. Среди иных оснований английский законодатель упоминает: 1) положения меморандума иги устава дочернего общества; 2) большинство голосующих прав у основной компании; 3) соглашение основной компании с другими акционерами[309] [310] [311].

Выделение голосующих прав, а не доли в уставном капитале, объясняется тем, что в зарубежном праве принцип «одна голосующая акция - один голос» не является обязательным, в отличие от законодательства России (ст. 59 ФЗ об АО).

К числу иных оснований возникновения холдинга, именуемых организационными, относят: 1) право одного лица образовывать единоличный исполнительный орган, формировать более 50% персонального состава совета директоров, коллегиального исполнительного органа хозяйственного общества; 2) предоставление участнику общества с ограниченной ответственностью дополнительного права, позволяющего ему при отсутствии преобладающей доли в уставном капитале определять решения хозяйственного общества (и. 2 ст. 8 Закона об ООО); 3) наличие косвенного коигроля через систему участия (через третьих лиц), когда основное общество контролирует «внучатое» через обладание властью над дочерним[312].

Первые два основания не могут рассматриваться как ограничение нрава юридического лица на управление, поскольку возникают через внутренние отношения участников дочернего юридического лица, в отличие от договорного холдинга, когда дочерняя организация выражает собственную волю.

Однако в отношениях между участниками эти основания следует рассматривать как шраничения прав одного или нескольких участников на участие в делах юридического лица.

Третье основание может рассматриваться в качестве законного ограничения права «внучатого» юридического лица на управление внутренними делами, когда отношения с дочерней организацией возникают на основании договора.

ISO

Когда решение принимается дочерним обществом во исполнение договора с основным обществом, а также в некоторых «иных» случаях зависимости, не следует говорить о выражении юридическим лицом собственной воли, поскольку такая воля ограничена условиями ранее заключенного договора.

Договор при этом не исключает свободное волевое усмотрение дочерней организации, однако при отказе от его исполнения возможно наступление гражданско-правовой ответственности или иные меры гражданско-правового характера за нарушение или досрочное расторжение договора.

Когда отношения между юридическими лицами возникают на основании доли участия в уставном капитале дочернего общества, воля основной компании получает реализацию в процессе образования воли дочернею общества, подобные решения и действия признаются собственными «волевыми» решениями и действиями последнего.

Полномочия головной организации по ограничению права дочернего общества на управление его внутренними делами дают возможность требовать исполнения обязательных для дочернего общества решений нод риском наступления гражданско-правовой ответственности за их неисполнение (от имущественной ответственности до прекращения соответствующего договора).

3. Ограничение некоммерческой организацией права другою юридического лица на управление своими внутренними делами

Нормы ГК РФ не регулируют отношения «основная - дочерняя организация» применительно ко всем организационно-правовым формам юридических лип (ст. 105 ГК Г’Ф говорит лишь об основном обществе (товариществе) и дочернем обществе).

Однако, несмотря на это, некоммерческие организации также

принимают участие в деятельности других юридических лиц.

Согласно л. 1 ст. 6 Закона о пауке государственные академии наук обладают правом на создание, реорганизацию, ликвидацию, утверждение уставов подведомственных организаций и назначение их руководителей.

Подобная формулировка права государственной академии наук подтверждает, что речь идет о праве самой академии, а не о полномочиях, предоставляемых ей в связи с созданием организации.

В соответствии со ст. 8 Закона об общественных объединениях, общественной организацией является основанное на членстве общественное объединение, созданное на основе совместной деятельности для защиты общих интересов и достижения уставных целей объединившихся граждан.

При этом Закон в качестве структурных подразделений общероссийского и межрегионального объединения наряду с филиалами и представительствами называет организации и отделения (ст. 14). Содержание терминов «организация» и «отделение» в данном законе не раскрывается, однако на практике учредительные документы общественных объединений предусматривают возможность государственной регистрации организаций и отделений для получения прав юридического лица.

Такая возможность, в частности, закреплена в п. 4.2 проекта Устава Общероссийской общественной организации «Российская ассоциация журналистов, пишущих на правовую тематику»[313] (далее - Организация).

При этом в указанном проекте Устава предусмотрено формирование такого органа управления как Совет отделения, который избирается в составе не менее трех человек из числа членов Организация, закрепленных за отделением.

Порядок такого закрепления в проекте Устава не раскрывается, однако указано, что Сопредседатели Организации организуют и осуществляют общее руководство и контроль за деятельностью

структурных подразделений, заслушивают отчеты об их деятельности (подп. «ж» и. 5.9 проекта Устава).

Формирование таких отношений по управлению внутренними делами структурных подразделений - юридических лиц со стороны некоммерческой организации позволяет сделать вывод об установлении гражданско-правовых ограничений субъективных прав таких подразделений.

Выше мы высказали свое мнение о противоречии такой системы отношений между юридическими лицами гражданскому законодательству и о необходимости приведения в соответствие с ним Закона об общественн ых объединениях.

Согласно сг. 8 Закона об общественных объединениях высшим руководящим органом общественной организации является съезд (конференция) или общее собрание. Постоянно действующим руководящим органом общественной организации является выборный коллегиальный орган, подотчетный съезду (конференции) ИЛИ общему собранию.

Можно привести примеры, когда устанавливается внутренняя организационная структура некоммерческой организации, не предусмотренная законом, за счет чего обеспечивается контроль над ней, и ограничивается ее право на управление внутренними делами.

Так, при Государственном Историческом музее (далее - Музей, ГПМ) решением администрации[314] создано Общество Друзей Исторического музея (ОДИМ) как общественная самодеятельная организация, объединяющая людей разных возрастных и социальных групп с целью приобщения к музейной культуре, участия в музейной жизни и

привлечения в Музей новых его почитателей (п. 1.1 Положения об ОДИМ[315]; далее - Положение).

Анализ структуры управления ОДИМ позволяет увидеть, что органы управления и должностные лица Музея принимают самое непосредственное участие в управлении делами объединения.

Согласно и. 1.2 Положения ОДИМ строит свою деятельность на основе самоуправления, творческой инициативы и клубных начал под патронажем ГИМ. Общее руководство работой ОДИМ по организации его участия в жизни Музея осуществляет Общественный Совет ОДИМ. Совет создается из наиболее авторитетных и активных членов ОДИМ и утверждается директором Г'ИМ. Непосредственную текущую организацию работы ОДИМ осуществляет зав. Сектором Музея, назначаемый директором ГИМ, который является исполнительным директором ОДИМ и входит в состав Общественного Совета ОДИМ (п.5.2 Положения). Заседания ОДИМ должны проводиться с приглашением директора ГИМ или его заместителя (п. 5.3 Положения).

Как видно, высшим руководящим органом ОДИМ является не съезд (конференция) или общее собрание, как того требует ч.З ст. 8 Закона об общественных объединениях, а Общественный Совет, создаваемый только из наиболее авторитетных и активных членов. Право определения таких членов предоставлено директору ГИМ. Фактически высший представительный орган общественной организации в случае с ОДИМ не создастся, а его функции берет на себя другая структурная единица, утверждаемая ГИМ.

Помимо Общественного Совета, исполнительного директора в ОДИМ предусмотрена должность президента Общественного Совета ОДИМ, избираемого советом из своего состава сроком на 1 год (и.53. Положения).

Сравнительный анализ полномочий президента Общественного Совета и исполнительного директора ОДИМ позволяет увидеть, что в последнем случае компетенция органа управления является более широкой.

Такое распределение компетенции не позволяет говорить о самостоятельном управлении ОДИМ своими делами. Несмотря на определение его в учредительном документе как общественной организации, фактически оно выступает в правоотношениях не как юридическое лицо, а как структурное подразделение Музея.

Главные органы управления ОДИМ формируются самим Музеем, чю говорит о неправильном подходе к выбору организационно-правовой формы при создании юридического лица.

То, что отношения зависимости могут устанавливаться юридическими лицами различных организационно-правовых форм, не означает, что при этом допускается создание юридических лиц в организационно-правовых формах, нс предусмотренных действующим законодательством.

Организационное единство, предполагающее необходимую структуру органов управления, является одним из основных признаков юридического лица. По этой причине формирование органов управления, не предусмотренных гражданским законодательством, или же с нарушением порядка формирования не допускается.

В литературе приводятся примеры отношений некоммерческих организаций и подконтрольных им хозяйственных общее і з. Отмечается, что «широкое распространение... получило создание в составе холдинговых объединений негосударственных учреждения, обслуживающих социальную сферу». По такому пути пошел ОАО «Магнитогорский металлургический комбинат», который имеет цедьй комплекс учреждений социальной сферы. ОАО «Российские железнье дороги» закрепило принадлежащие ему объекты социальной сферы

на праве оперативного управления за негосударственным учреждением «Дирекция по управлению имуществом ОАО «РЖД», полностью подконтрольным ОАО «РЖД»1.

Представляется, что установление отношений зависимости с участием некоммерческих организаций может осуществляться и на основании договора.

Некоммерческая организация может приобретать контрольные доли в уставном капитале хозяйственных обществ, при этом для установления отношений зависимости осуществляются имущественные права организации, а нс право управления внутренними делами. Такими правами обладают фонды, ассоциации, производственные кооперативы'(сг. 66. и. 2 ст. 118 ГК РФ).

Зависимое хозяйственное общество может вести предпринимательскую деятельность, однако получаемая головной некоммерческой организацией прибыль должна иметь социально- полезную направленность.

4. Участие работников в управлении внутренними делами народных предприятий

Для открытых акционерных обществ работников (народных предприятий) предусмотрен особый механизм управления гх внутренними делами с обязательным участием работников в органах управления общества.

Еще до создания народного предприятия работники коммерческой организации, участники которой приняли решение о его учреждении, дают согласие на создание народного предприятия, тем [316] [317]

самым выражая свою волю (п. 4 ст. 2 Федерального Закона от 19.07.1998 г. Х° 115-ФЗ (ред. от 21.03.2002 г.) «Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)» .

Диспозитивность метода гражданско-правового регулирования проявляет себя в том, что учредителям предоставлено право выбора между созданием народного предприятия или обычного акционерного общества. В первом случае учредители соглашаются на ограничение своих полномочий в сфере управления его внутренними делами в пользу лид. нс являющихся акционерами общества.

В результате такого решения у работников - не акционеров возникает право на участие н делах народного предприятия, которое носит гражданско-правовой характер. Отношения работника - не акционера, участвующего в управлении делами акционерного общества, с самими обществом и членами органов управления являются іражданско- правовыми отношениями. Они носят неимущественный характер и тесно связаны с имущественными отношениями, в которых участвует народное предприятие.

Согласно п. 5 ст. 10 указанного Закона работникам, не являющимся акционерами, предоставлено право участвовать в рабо~е общего собрания с правом совещательного голоса.

При списочной численности работников народного предприятия более одной тысячи человек и при наличии в их составе более 2% работников, не являющихся акционерами, один представитель работников, выбираемый их общим собранием, должен входить в состав наблюдательного совета (п. 7 ст. 12 Закона о народных предприятиях).

Зарубежное законодательство дает примеры обязательных публично- правовых ограничений, связанных с участием работников в управлении делами юридического лица. В Германии Закон об участии со грудников

IS?

корпорации в совете директоров 1976 года предусматривает назначение равною количества представителей в наблюди тельный совет в компаниях с численностью работников более 2000, в компаниях с 500-2000 работников

1/3 совета директоров, в компаниях угольной, добывающей и сталелитейной отраслей с численностью работников более 1000 - полный паритет в совете директоров1.

Справедливо отмечено, что экономическая роль народных предприятий в таких странах как США совершенно незначительна и не может составить конкуренции существующим предпринимательским корпорациям[318] [319].

Особенности зашиты прав работников в акционерных обществах вполне можно предусмотреть в специальных нормах акционерного законодательства. Поэтому в целом необходимо отказаться от выделения народных предприятий в качестве особого вида акционерных обществ и прекратить действие Закона о народных предприятиях, что уже получило отражение в Концепции развития корпоративного законодательства на период до 2008 года, разработанной Министерством экономического развития и торговли[320].

<< | >>
Источник: Косякин Кирилл Сергеевич. СУБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА НА УПРАВЛЕНИЕ ВНУТРЕННИМИ ДЕЛАМИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2008. 2008

Скачать оригинал источника

Еще по теме 2.2. Гражданско-правовые ограничения субъективного права юридического лица на управление внутренними делами:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -