<<
>>

§ 4. Гражданско-правовая ответственность коммерческих организаций, входящих (включенных) в холдинги и финансово-промышленные группы

Прежде чем проанализировать вопрос ответственности объединений коммерческих организаций как частного случая гражданско-правовой ответ­ственности. необходимо выработать методологию данного исследования.

В первую очередь, определить приоритетную концепцию гражданско- правовой ответственности.

В теории цивилистики исторически сложились два направления в по­нимании сущности гражданско-правовой ответственности, возникающей в случае нарушения субъективных прав и обязанностей. Первое связано с именами выдающихся советских теоретиков гражданского права: В. П. Гри­банова, О. С. Иоффе, Б. Б. Черепахина. Эти ученые стали продолжателями публично-правовой традиции советского права, заложенной Д. И. Курским, П. И. Стучкой, Е. Б. Пашуканисом1.

Очевидно, что отрицание частного интереса в угоду интересу общест­венному, гипертрофированная роль государства в регулировании имущест­венных отношений и иные присущие тоталитарному правопорядку черты не могли не отразиться на таких фундаментальных категориях цивилистики как право собственности, обязательства, договорные отношения и ответствен­ность за нарушения субъективных гражданских прав.

Ограниченный объем и четко определенный предмет исследования, к сожалению, не позволяют в полном объеме провести исторический анализ процесса деформации сущности основ гражданского права в советском госу­дарстве, поэтому кратко остановимся только на теории ответственности.

Ученые-цивилисты послевоенного периода начали формирование кон­цепции публично-правового начала в имущественном обороте. 3 рамках данной концепции гражданско-правовая ответственность понималась либо как «одна из форм государственно-правового воздействия на нарушителя»[146] [147] [148] [149], либо как «санкция, которая влечет определенные лишения имущественного или личною характера»5.

В настоящее время многие исследователи-цивилисты не разделяют публично-правовой подход к рассмотрению гражданско-правовой ответст-

вснноспі и аргументируют необходимость восстановления имущественного положения кредитора, существовавшего до правонарушения, и защиту нару­шенных прав сущностью гражданско-правовой ответственности, основной ее направленностью1.

Однако, на наш взгляд, нельзя полностью отказаться и от объективных особенностей гражданско-правовой ответственности, присущих ей, как и лю­бому другому виду юридической ответственности. Они сводятся к следую­щему.

Во-первых, любая юридическая ответственность — это одна из форм государственно-принудительного воздействия на нарушителя норм права. В рамках гражданско-правовой ответственности, вследствие диспозитивно­сти данной отрасли, пострадавшим субъектам правоотношения предоставля­ется возможность самостоятельно выбрать способ защиты нарушенного пра­ва[150] [151]. Кроме того, допускается возможность освобождения виновною в неис­полнении субъективной обязанности лица от обязанности исполнить требуе­мое обязательство по инициативе кредитора[152].

Во-вторых, воздействие осуществляется в виде применения к наруши­телям предусмотренных законом санкций — мер имущественного характера. Таким образом, точное, отражающее сущность гражданско-правовой ответ­ственности определение должно включать все названные особенности данно­го института. Такое определение сформулировано Е. Л. Сухановым.

В соответствии с ним гражданско-правовая ответственность — одна из форм государственного принуждения, состоящая во взыскании с правонару­шителя в польз}' потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление имущественной сферы потерпевшего[153].

Однако, несмотря на изменения в гражданско-правовых концепциях юридической ответственности, ряд свойств, ей присущих, остался неизмен­ным.

Во-первых, это неблагоприятный, негативный характер, выражающийся в оказании воздействия на имущественную, а иногда и неимущественную сферу причинителя вреда. Во-вторых, санкционированность применения ме­ры ответственности законом или соглашением. В-третьих, направленность гражданско-правовой ответственности на восстановление имущественной либо неимущественной сферы потерпевшего. Четвертым свойством иссле­дуемой разновидности юридической ответственности следует признать со­размерность применяемой санкции либо обязанности возместить ущерб ве­личине причиненного вреда. Мы полагаем, что в рамках поддерживаемой нами теории особого (компенсационного) характера гражданско-правовой ответственности, вывод о том, что санкция (хотя в переводе с латинского оз­начает строжайшее постановление) не должна приобретать характер кары, целью которой является уничтожение нарушителя.

Гражданско-правовая ответственность как разновидность ответствен­ности, относящейся к частноправовой сфере, не отличается строгой персо- нифицированностью. Это проявляется в том, что ГК РФ предусматривает возможность ответственности не самим причинителем вреда, а лицами, не­сущими ответственность за его действия. Кроме того, санкции за нарушение субъективных гражданских прав могут применяться при отсутствии такого важнейшего свойства, характеризующего личность, как способность оцени­вать совершаемые им действия, то есть вины.

В теории права сложилось практически единое понятие вины: «... же­лание или допущение возможности наступления применительно противо­правных последствий»1. Подобное единство взглядов вызвано тем. что «ви­на» — понятие не только юридическое, но, в первую очередь, психологиче­ское.

Применительно к таким особым, умозрительным субъектам граждан­ских правоотношений, как юридические лица и их объединения, ввиду от­сутствия у них свойств человеческой личности необходимо внести корректи­вы в традиционную дефиницию вины. В советский период развития науки гражданского права велась активная дискуссия о том, «через психическое от­ношение каких конкретных лиц проявляется вина предприятия, организации, учреждения»[154] [155].

Несмотря на «фиктивный» характер такого образования, как юридическое лицо, его юридически значимые действия, в том числе проти­воправные, являются материальными и влекут осязаемые последствия, по­скольку за ними стоят вполне определенные люди, вынесшие те или иные решения. В связи с этим мы разделяем точку зрения Н. А. Абрамова о прояв­лении вины юридического лица через психическое отношение его органов, работников, членов и представителей[156]. Поэтому виной организаций в нару­шении обязательств признается непринятие всех мер к его предотвращению'1.

Советская доктрина хозяйственного права определяла, что ответствен­ность хозяйственных органов должна наступать только за неблагоприятные последствия своей деятельности, зависящие от них самих, на которые они могут воздействовать. Вместе с тем признавался факт, что не во всех случаях нарушение хозяйственных обязательств происходит вследствие противо­правных действий нарушителя1. В работах цивилистов 80-х годов XX века поддерживалась необходимость ограничения сферы действия принципа ви­ны, поскольку в хозяйственных отношениях совершение контрагентом неви­новных противоправных действий не может служить основанием освобожде­ния его от ответственности[157] [158].

Таким образом, признавалась необходимость установления особой формы вины, учитываемой при правовом регулировании отношений между субъектами хозяйственных правоотношений.

Способом выхода из сложившейся ситуации явилась повышенная от­ветственность предпринимателя по обязательствам, в которых он принимает участие в качестве должника. Характерным признаком повышенной ответст­венности является то, что она наступает при сокращенном элементном соста­ве правонарушения.

Как известно, гражданско-правовым деликтом является противоправ­ное, виновное, общественно опасное деяние, нарушающее нормы граждан­ского законодательства. Деликт — одно из главных оснований применения мер гражданско-правовой ответственности.

Помимо правонарушения осно­ваниями ответственности выступают вина правонарушителя, причиненные убытки, причинная связь между противоправным нарушением и наступив­шими вредными последствиями.

Выше мы отметили, что ранее действовавшая цивилистическая кон­цепция признавала, хотя и с ограничениями, возможность применения санк­ции только при наличии всех элементов правонарушения. Однако в объек­тивной реальности встречаются примеры, подтверждающие относительность данного правила. Так, санкцией за нарушение обязательственного правоот­ношения является неустойка. Одним из специфических свойств неустойки является тс, что применять ее можно при отсутствии вредных последствий.

Достаточно факта нарушения обязательства, как правило, просрочки его ис­полнения.

В предпринимательских отношениях, в связи с особым, рисковым их характером, ответственность применяется и при отсутствии вины предпри­нимателя. В предыдущих разделах мы достаточно подробно исследовали правовые признаки предпринимательской деятельности. Напомним лишь о том, что предприниматель является особым субъектом правоотношений в си­лу предоставленной ему возможности осуществлять деятельность, направ­ленную на получение прибыли.

Вследствие особого статуса предпринимателя, как организации, так и физического лица, закон устанавливает для него несоизмеримо высшую от­ветственность, чем для всех других участников имущественного оборота. Повышение ответственности связано с необходимостью защищать имущест­венное положение контрагентов предпринимателя, в первую очередь, потре­бителей1. Поэтому в целях защиты «слабой стороны» предпринимательского правоотношения законодатель отступил от основного принципа гражданско­го права — принципа равенства субъектов гражданских правоотношений. Следует отмстить, что принцип повышенной ответственности предпринима­теля распространяется не только на отношения между ним и потребителем, но и на внутренние коммерческие отношения, в которых участвуют только предприниматели.

Действующей ГК РФ в ст.

401 устанавливает принцип невиновной от­ветственности предпринимателя за ненадлежащее исполнение или неиспол­нение обязательства. В соответствии с ним лицо, не исполнившее обязатель­ство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответст­венность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозмож­ным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредозвра- тимых при данных условиях обстоятельств.

Непредотвратимыми (форс-мажорными) обстоятельствами являются случаи, переходящие за пределы субъективной вины и доходящие до границ непреодолимой силы1.

По сложившейся со времен римского права и воспринятой современ­ным российским правом традиции vis major (непреодолимая силг) и casus (случай) являются практически безусловными основаниями для освобожде­ния несостоятельного должника от ответственности за неисполнение взятого на себя обязательства. Римское право заложило основы теории непреодоли­мой силы и случая, в которую до настоящего времени было внесено очень мало изменений[159] [160] [161]. Должник не несет ответственности за действия стихии (не­преодолимая сила) и злонамеренные деяния преступников (случай), если он принял все надлежащие меры по предотвращению их пагубных последст­вий[162].

В действующем ГК РФ понятие случая не сформулировано. Его опре­деление можно вывести путем логического толкования текста абзаца второ­го, п. 1 ст. 401 ГК РФ. Под случаем, по нашему мнению, следует понимать виновные действия третьих лиц, воспрепятствовавших надлежащему испол­нению обязательства основным должником, а также непредвиденное стече­ние обстоятельств, негативно отразившееся на процессе исполнения обяза­тельства[163].

Полагаем, что данное определение имеет право на существование, по­скольку устоявшаяся в теории гражданского права точка зрения рассматри­вает случай именно как противоправное деяние, зависящее от воли человека, но не подвластное воле лица, исполняющего обязательство1.

Но общему правилу предприниматель несет ответственность, если не докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от не­го требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, он принял все меры для надлежащего исполнения обязательства[164] [165].

Таким образом, основной характеристикой случая следует признать его непредвиденность, не связанную с действием стихии и приравненных к ней обстоятельств, вызвавшую невозможность надлежащего исполнения субъективных обязанностей.

Что касается непреодолимой силы, то здесь, по нашему мнению, необ­ходимо отметить следующее. Среди обстоятельств, имеющих характер не­преодолимых, главным образом, называют природные катаклизмы: земле­трясения, наводнения, ураганы, пожары, социальные катаклизмы и другие чрезвычайные ситуации. Законодательное определение термина «чрезвычай­ная ситуация» содержится в ст. 1 Закона РФ «О защите населения и террито­рий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера»[166]. По­лагаем, что данная дефиниция применима и к определению свойств непре­одолимой силы.

При анализе ответственности объединений коммерческих организаций следует учитывать несколько обстоятельств. Во-первых, мы установили, что объединения коммерческих организаций являются субъектами предпринима­тельских отношений, поэтому правила о повышенной ответственности пред­принимателей могут быть распространены и на них. Во-вторых, указанные корпорации являются совокупностью юридических лиц, которые могут уча- ствовать в правоотношениях от собственного имени[167]. Следовательно, ответ­ственность в данном случае можно назвать внешней.

В-третьих, определенные формы объединения предпринимательских организаций предполагают утрату самостоятельности и невозможность уча­стия в имущественном обороте от своего имени. В подобного рода корпора­тивных отношениях предусматривается особый, внутриорганизационный ха­рактер ответственности.

Наличие головной компании позволяет объединениям коммерческих организаций самостоятельно участвовать в предпринимательских отношени­ях. Мы установили, что предпринимательские объединения могут коопери­роваться как на постоянной основе, так и для достижения отдельно взятой цели, на определенный период времени. Тем не менее в период существова­ния объединения вопросы применения мер ответственности должны решать­ся соизмеримо с фактом объединения коммерческих организаций и осущест­вления ими совместной деятельности.

Структура объединения — «головная и дочерние компании» — пре­доставляет возможность осуществления как самостоятельной предпринима­тельской инициативы, так и корпоративной, в интересах всего объединения.

Под термином «предпринимательская инициатива» в данном случае понимается совершение юридически значимых действий, в первую очередь, направленных на получение прибыли. Причем, как мы показали ранее, это может быть не только совершение сделок по продаже товаров, но и произ­водственная деятельность, посредническая, инновационная, инвестиционная. Следовательно, возможность самостоятельного волеизъявления каждым из членов предпринимательского объединения, в целях получения личной при­были и волеизъявления корпоративного в экономических интересах коммер­ческого объединения, определяет порядок применения мер имущественной ответственности к исследуемым субъектам правоотношений.

Целесообразно сделать уточнение, касающееся предмета исследования в данном параграфе диссертации. Необходимым следствием юридической ответственности, в том числе гражданско-правовой, является применение имущественных санкций. Применение мер ответственности (имуществен­ных, а иногда и неимущественных санкций) возможно только при наличии необходимых для этого оснований. Условия ответственности, в первую оче­редь вину правонарушителя, мы кратко исследовали, теперь срассмотрим се

основаниям.

Выделяют фактические и юридические основания ответственности. К юридическим относятся нормы, закрепленные в актах позитивного права, устанавливающие определенные правила поведения в предусмотренных за­коном ситуациях. Фактические основания — это деяния, посягающие на за­крепленный объективным правом порядок, существующий в том или ином сегменте общественных отношений.

Нормы, регулирующие порядок осуществления предпринимательской деятельности, содержащиеся в актах гражданского законодательства, в слу­чае их нарушения, по нашему мнению, следует признать юридическими ос­нованиями ответственности. Кроме того, в силу диспозитивности граждан­ских (предпринимательских) отношений юридическим основанием ответст­венности объединений является и заключенный договор иа осуществление того или иного вида предпринимательской деятельности.

Фактическим основанием применения мер гражданско-правовой от­ветственности является совершение противоправного деяния.

Разновидности коммерческой деятельности были рассмотрены нами в первом разделе настоящей главы. Поэтому как нарушение норм закона, регу­лирующего их осуществление, так и неисполнение условий договора, пред­шествующего предпринимательской активности будет фактическим основа­нием ответственности предпринимательских объединений, за которые после­дуют меры имущественной ответственности.

Исследование особенностей применения мер ответственности, в част­ности, порядка распределения обязанностей по возмещению вреда предпри­нимательскими объединениями следует начать с финансово-промышленных групп.

Федеральный закон «О ФПГ» в статье 14 установил солидарную от­ветственность участников финансово-промышленной группы по обязатель­ствам центральной компании финансово-промышленной группы, возникшим в результате участия головной организации в коммерческой деятельности. Буквальное толкование текста нормы позволяет сделать вывод о том, что го­ловная компания осуществляет волеизъявление от имени входящих в состав ФПГ организаций. Следовательно, законодатель косвенно признает финансо­во-промышленную группу в качестве субъекта правоотношений, чго мы обосновали в соответствующем разделе работы. Данный вывод подтвержда­ется также тем, что солидарная ответственность, как правило, применяется в предпринимательской деятельности[168].

Кроме того, договор, на основании которого действует финансово­промышленная группа, если порядок образования ФПГ' предусматривает предварительное соглашение, ио своей правовой природе более всего похож на договор простого товарищества. В соответствии с положениями п. 2 ст. 1047 ГК РФ, если договор простого товарищества связан с осуществлени­ем его участниками предпринимательской деятельности, товарищи отвечают солидарно по всем общим обязательствам независимо от основании их воз­никновения.

В связи с изложенным требует отдельного рассмотрения вопрос о по­рядке применения солидарной ответственности учредителей финансово- промышленной группы.

Известно, что при солидарной ответственности должников кредитор вправе требовать исполнения от всех должников совместно и от каждого в отдельности, притом как полностью, так и в части долга[169]. Таким образом, в ходе применения солидарной ответственности должник приобретает обязан­ность ответить лично за остальных причинителей вреда в полном объеме. Определение объема возмещения зависит от самого кредитора, также, как и выбор должника к которому предъявляется требование.

Очеьидно, что солидарная ответственность, а тем более в случаях, ко­гда речь идет о предпринимательских объединениях, практически полностью нивелирует такую категорию, как вина. Долевая ответственность в соответ­ствии с и. 2 ст. 1081 ГК РФ предусматривает определение доли при возмеще­нии вреда соразмерно степени вины причинителя.

Кроме указанной, есть и еще одна, важная, на наш взгляд, особенность солидарной ответственности предпринимательских объединений.

Мы установили, что существует несколько форм создания финансово- промышленных групп. Общее свойство, тем не менее, у них одно. При обра­зовании ФПГ объединяются несколько организаций, осуществляющих ком­мерческую деятельность в различных сферах экономики. В первую очередь, это банковские организации и субъекты производственной (промышленной) деятельности. Следовательно, способы достижения единой поставленной це­ли у них будут совершенно разными. Значит, отдельные участники ФПГ мо­гут осуществлять деятельность в своем секторе достаточно компетентно, не причиняя ущерб контрагентам.

В связи с этим, на наш взгляд, необходимо дифференцировать степень ответственности участников ФПГ по обязательствам головной компании. Фактически закон определяет головную корпорацию как юридическое лицо. Очевидно, что все признаки, главным образом самостоятельная имуществен­ная ответственность, должны обнаруживаться и у нее.

Мы разделяем мнение Н. И. Михайлова о том, что нужно четко опре­делить круг обязательств, в которых участвует центральная компания, по ко­торым для участников ФПГ возможна солидарная ответственность. Эго свя­зано с тем, что центральная компания как юридическое лицо может осущест­влять деятельность не только в интересах ФПГ и его участников, ной в целях решения своих предпринимательских задач1. В связи с этим становится оче­видным факт необходимости самостоятельной имущественной ответственно­сти головной компании перед кредиторами.

И. И. Михайлов предлагает особое внимание уделять формированию условий договора о создании ФПГ и учредительных документов головной организации. В них следует детально прорабатывать функции и полномочия центральной корпорации при осуществлении сю функций управления финан­сово-промышленной группой, а также при реализации собственной дееспо­собности. Требуют отдельной разработки в тексте договора вопросы заклю­чения сделок с учетом организаций — участников финансово-промышленной группы[170] [171].

В целом мы поддерживаем вывод указанного исследователя, однако полагаем, что необходима более строгая унификация порядка функциониро­вания головной организации в составе финансово-промышленной группы’. Причем провести унификацию, по нашему мнению, следует на законода­тельном уровне, путем внесения соответствующих императивных требова­ний в текст Закона «О ФПГ».

Одним из способов образования финансово-промышленной группы является холдинговая модель, не требующая предварительного договора ме­жду учредителями данного объединения корпораций.

Для такой структуры характерно наличие связей подчинения между основной компанией и зависимыми от нее дочерними. Ответственность го­ловной корпорации, в силу имеющейся у нее возможности определять на­правление хозяйственной деятельности зависимого юридического лица, ус­танавливается с учетом положений Закона «Об акционерных обществах».

В соответствии с абзацем вторым п.а 3, ст. 3 Федерального закона «Об акционерных обществах»' основное общество, имеющее право давать указа­ния дочерней организации, обязательные для исполнения последней, отвеча­ет солидарно с зависимой организацией по сделкам, совершенным во испол­нение данных распоряжении. Однако нужно помнить, что подобного рода ответственность наступает лишь в том случае, если распоряжение, обяза­тельное для исполнения зависимой организацией, повлекло прекращение деятельности организации вследствие банкротства. Таким образом, следует признать справедливым вывод о сознательном создании условий, повлекших банкротство дочернего предприятия.

Следовательно, во внутрикорпоративных отношениях, складываю­щихся между головным и дочерними предприятиями, действуют не только нормы гражданского законодательства, регулирующие правоотношения на основе принципов невиновной ответственности предпринимателей, но и осо­бые правовые положения, учитывающие особенности функционирования предпринимательских объединений.

При банкротстве зависимой организации, также вследствие некомпе­тентных распоряжении головной корпорации абзац первый п. 3 исследуемой статьи устанавливает субсидиарную ответственность головной организации, которая применяется по общим положениям ГК РФ о дополнительной ответ­ственности.

Ввиду' отсутствия норм специального законодательства, регулирующе­го функционирование концернов и консорциумов, но, учитывая, установлен­ную нами принадлежность их к финансово-промышленным группам, полага­ем закономерным распространение рассмотренных правил об ответственно­сти ГК РФ, Закона «О ФПГ» и Закона РФ «Об АО» и на данные предприни­мательские корпорации.

Особого внимания в рамках настоящего исследования заслуживают такие объединения коммерческих организаций, как банковские холдинги.

Норм, устанавливающих ответственность банковских холдингов, в от­личие от Закона «О ФПГ», Федеральный закон «О банках и банковской дея­тельности» не содержит. Поэтому к деятельности объединений кредитных организаций применимы, в первую очередь, положения законодательства об акционерных обществах, а также общие положения ГК РФ об ответственно­сти юридических лиц.

Как следует из положений ст. 4 Федерального закона «О внесении из­менений и дополнений в Федеральный закон «О банках и банковской дея­тельности» банковский холдинг не является юридическим лицом. Структура данного объединения строится по модели — «головное предприятие и зави­симые». Головная организация не является кредитной организацией, кроме того, ей запрещено заниматься страховой, банковской, производственной и торговой деятельностью, то есть не связанной с управлением зависимыми корпорациями.

По своей природе организации, составляющие банковский холдинг, являются хозяйственными, как правило, акционерными обществами. Этот вывод вытекает из определения холдинга, содержащегося в приведенном выше Законе о банковской деятельности. Справедливость вывода подтвер­ждается и тем, что поскольку речь в Законе «О банках и банковской деятель­ности» идет об организации, имеющей возможность оказания существенного влияния на деятельность входящих в холдинг корпораций, а оказываться оно может чаще всего посредством приобретения необходимого числа акций об­щества[172].

Порядок применения мер ответственности, а также се вид, в зависимо­сти от распределения обязанностей между должниками, для организаций, входящих в банковский холдинг, устанавливается ст. 105 и 106 ГК РФ. Так, применительно к объединениям коммерческих организаций, создаваемых в банковской сфере, головная организация банковского холдинга отвечает со­лидарно с дочерними кредитными организациями по сделкам, заключенным во исполнение указаний головной корпорации. Банкротство дочерней орга­низации, вызванное деятельностью головной корпорации, влечет субсидиар­ную ответственность головной компании по долгам зависимой.

Тщательный анализ названных норм делает очевидным тот факт, что головная организация банковского холдинга несет ответственность, в первую очередь, не за предпринимательскую деятельность, а за управленческие ре­шения и указания, обязательные для исполнения зависимой компанией и на­несшие вред контрагентам объединения.

В связи с установленной законом возможностью ответственности го­ловной организации по обязательствам зависимых корпораций мы считаем важным установление минимального размера уставного капитала, наличие которого необходимо у управляющей организации банковского холдинга. Поэтому целесообразно ч. 2 ст.11 Закона «О внесении изменений и дополне­ний в Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» изложить в следующей редакции:

«Банк России устанавливает норматив минимального размера уставно­го капитала вновь регистрируемой кредитной организации, а также головных организаций банковского холдинга, предельные размеры неденежных вкла­дов в уставный капитал кредитной организации или организации, осуществ-

ляющей управление ими, а также перечень видов имущества в неденежной форме, вносимого в оплату уставного капитала. (Далее по тексту статьи)».

Таким образом, налицо очевидное различие между механизмом ответ­ственности у финансово-промышленной группы (как создаваемой по догово­ру, так и путем внедоговорного установления влияния) и банковского хол­динга. У головной организации в финансово-промышленной группе помимо координационных задач имеются и исключительно предпринимательские, поэтому ответственность является солидарной и может применяться к любо­му из участников финансово-промышленной группы. В случае с банковским холдингом и финансово-промышленной группой, построенной по холдинго­вой модели, головная корпорация приобретает распорядительные функции и полномочия. Поэтому ответственность может приобретать характер субсиди­арной, что несвойственно для предпринимательских отношений, в которых участвуют равноправные субъекты.

Поскольку предмет нашего исследования — объединения коммерче­ских организаций, следует уделить внимание и таким корпоративным объе­динениям, как союзы и ассоциации.

В настоящей диссертации акценты смещены на предпринимательские объединения, которые так или иначе являются субъектами коммерческой деятельности. Союзы и ассоциации бесспорно признаны законом в качестве юридических лиц, но некоммерческих организаций. Поэтому предпринима­тельская деятельность нс определяет их статус как субъектов имуществен­ных правоотношений, но все же может ими осуществляться. Значит, гипоте­тически могут возникать обязательства, в том числе деликтные.

Особенность ответственности ассоциаций и союзов состоит н том, что ее участники несут самостоятельную ответственность по своим обязательст­вам.

Причина подобного распределения обязанностей по возмещению при­чиненного зреда лежит, на наш взгляд, в следующем. Закономерно предпо­ложение о том, что участники ассоциации и союза объединились для дости­жения целей, непосредственно не связанных с извлечением прибили, даже без последующего распределения ее между учредителями корпорации1. По­этому справедливо замечание о том, что участие ассоциаций и союзов ком­мерческих организаций в обязательственных правоотношениях, неисполне­ние которых может повлечь имущественную ответственность, представляет­ся маловероятным.

Тем не менее по общему правилу в отношении обязательств самой ас­социации (союза) действует правило о субсидиарной ответственности ее уч­редителей. Размер ответственности определяется учредительными докумен­тами ассоциации (союза)2. Данный вид ответственности, хотя и не является предпринимательским, применяется и в тех отношениях, в которых ассоциа­ция или союз является субъектом коммерческой деятельности.

В заключение сделаем некоторые выводы.

Во-первых, анализ научной литературы показал, что в настоящее вре­мя происходит концептуальный переход от публично-правового пэнимания гражданско-правовой ответственности к частноправовому. Основным его по­следствием является передача инициативы по защите нарушенных прав не только государственным органам, но и потерпевшей стороне.

Во-вторых, в отношении объединений коммерческих организаций предпринимательская ответственность приобретает ряд особенностей. На­пример, в силу особой структуры предпринимательских объединений допус­кается применение не только солидарной ответственности, характерной для

В данном случае мы отграничиваем ассоциации и союзы как полноценные юри­дические лица, обладающие статусом некоммерческих организаций, от корпораций, также существующих в качестве некоммерческих организаций, но в силу цели их создания вы­нужденных участвовать в предпринимательских отношениях. Речь идет, например, о под­разделениях вневедомственной охраны МВД России, у которых деятельность, приносящая доходы, совпадает с исполнением основных задач. См. об этом: Ковязин В. В. Предприни­мательская деятельность некоммерческих организаций системы МВД России (Правовые и организационные аспекты): Автореф. дис.... канд. юрид. наук. М.а, 2000. С. 18.

2 С.м.:О некоммерческих организациях: Федер. закон. Ст. II.

предпринимательских отношений, но и субсидиарной, чаще всего применяе­мой в учрежденных организациях.

В-третьих, также вследствие особенностей организационной структу­ры коммерческих организаций, наличия в ней управляющих и зависимых ор­ганизаций ответственность может наступать как за предпринимательскую деятельность каждого участника объединения, то есть, условно именуемая, внешняя ответственность. Также санкции, но уже внутрикорпоративные, мо­гут применяться и за некомпетентные управленческие решения или в целом некомпетентную руководящую деятельность головной корпорации.

В-чегвертых, требуется унификация норм об ответственности объеди­нений коммерческих организаций на законодательном уровне с.

Мы считаем, разделяя мнение ряда исследователей данной проблемы, что диспозитивное регулирование вопросов ответственности предпринима­тельских объединений не отвечает требованиям правоприменительной прак­тики.

<< | >>
Источник: Вилкова Надежда Алексеевна. ОБЪЕДИНЕНИЯ КОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ, УЧАСТВУЮЩИХ В ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Волгоград - 2007. 2007

Еще по теме § 4. Гражданско-правовая ответственность коммерческих организаций, входящих (включенных) в холдинги и финансово-промышленные группы:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -