Введение

Актуальность темы исследования. Наследственное правопреемство, опосредующее переход прав на имущество умершего лица к другому лицу (лицам), играет значительную роль в любом государстве, в результате чего ни один современный правопорядок невозможно представить без норм, регулирующих данные отношения.

Современные государства стремятся учитывать последнюю волю своих граждан (подданных) и предоставляют им возможность распорядиться имуществом на случай смерти в соответствии с их представлениями о справедливом наследственном преемстве. В большинстве стран данное распоряжение воплощается в завещании, однако существуют и другие способы оформления последней воли наследодателя. По пути закрепления различных способов распоряжения имуществом на случай смерти идет законодательство Германии, которое предусматривает, в частности, возможность составления совместного завещания и наследственного договора.

Нормативная база, регулирующая вопросы наследования, формировалась в каждом государстве столетиями, основываясь на фундаментальных принципах и традициях конкретного общества, и характеризуется, как правило,

индивидуальностью и стабильностью. В то время как в рамках международного торгового оборота постоянно происходило соприкосновение разных правовых норм о сделках и обязательствах, что повлекло за собой стремление к их унификации, нормы наследственного и семейного права в основной своей массе сохраняют национальные черты.

Применение сравнительно-правового метода позволяет использовать накопленный иностранный опыт разрешения конкретных правовых задач для осмысления и совершенствования отечественной системы законодательства, а также позволяет по-новому взглянуть на уже выработанные теоретические положения. Отечественное право достаточно длительное время развивалось в условиях изоляции, однако в настоящее время назрела необходимость во взаимодействии с иностранными правовыми системами.

Выбор немецкого права для проведения сравнения в рамках данной работы был обусловлен несколькими причинами. Прежде всего, законодательство Федеративной Республики Германия относится к системе континентального права и поэтому достаточно близко к российскому по своей сути. Кроме того, оно содержит, как уже было сказано выше, дополнительные способы распоряжения имуществом на случай смерти помимо завещания, что представляет безусловный компаративистский интерес, а Германское гражданское уложение (далее по тексту ГГУ), которое непосредственно и регулирует вопросы наследования, общепризнанно в качестве одного из самых проработанных нормативных актов.

Цель и задачи работы. Целью данной работы является изучение различных форм и видов распоряжений на случай смерти, существующих в Российской Федерации и Федеративной Республике Германия, анализ их преимуществ и недостатков, а также решение ряда прикладных вопросов, в том числе в рамках международного наследования.

Для достижения указанной цели необходимо решение следующих задач: изучение законодательства Российской Федерации и Федеративной Республики Германия по данному вопросу;

исследование понятия распоряжения на случай смерти по законодательству Российской Федерации и Федеративной Республики Германия;

изучение основных видов распоряжений на случай смерти, допустимых в соответствии с российским и германским правом;

анализ практики применения наследственного законодательства в Российской Федерации и Федеративной Республике Германия.

Методологическая и теоретическая основы исследования. Методологическую основу исследования составляют следующие методы: анализ и синтез, обобщение, аналогия, системный метод, формально-юридический метод, сравнительно-правовой метод и другие научные методы.

Для исследования темы потребовалось обращение к научным работам как отечественных, так и зарубежных авторов. Основой работы стали труды таких российских и советских авторов, как М. М. Агарков, К. Н. Анненков, Л. П. Ануфриева, М. Ю. Барщевский, Ю. М. Барщевский, М. М. Богуславский, М. И. Брагинский, С. Н. Братусь, В. В. Витрянский, Ю. Н. Власов, И. Ю. Воронов, Д. М. Генкин, М. В. Гордон, В. П. Грибанов, С. П. Гришаев, Л. Ю. Грудцына, В. К. Дроников, О. С. Иоффе, Т. И. Зайцева, П. В. Крашенинников,

О. А. Красавчиков, Л. А. Лунц, А. Г. Малинова, И. Г. Медведев, Д. И. Мейер, И. Б. Новицкий, К. П. Победоносцев, А. А. Рубанов, В. А. Рясенцев, В. И. Серебровский, К. И. Скловский, Е. А. Суханов, Ю. К. Толстой и др.

Использовались также труды немецких авторов, как в переводе, так и на немецком языке, в частности Б. Бакхауса, М. Бонефельда, X. Брокса, Х.-А. Вейриха, К. Винклера, П. Винклера фон Моренфельса, Б. Вэгманна, С. Герцога, X. Л. Графа, X. Дарагана, В. Каллваса, Е. Клунцингера, X. Коха, А. Кузицкого, П. Лиммера, Р. Линднера, У. Магнуса, А. Мейер-Краут, Х.-Я. Пютцера, К. Хертеля, В. Шлюттера, Л. Эннекцеруса и др.

Объектом настоящего исследования выступают общественные отношения, связанные с составлением, изменением и исполнением распоряжений на случай смерти.

Предметом настоящего исследования являются нормы гражданского законодательства Российской Федерации и Федеративной Республики Германия, посвященные распоряжениям на случай смерти, а также судебная и нотариальная практика их применения.

Научная новизна диссертационного исследования видится в том, что был проведен обстоятельный и системный сравнительно-правовой анализ распоряжений на случай смерти в законодательстве России и Германии, в ходе которого были сделаны выводы, имеющие теоретическое и практическое значение, а также сформулированы предложения по совершенствованию отечественного законодательства.

Научная новизна выражается в следующих положениях, выносимых на защиту:

1. Предложена классификация распоряжений на случай смерти по характеру опосредуемых отношений, предусматривающая выделение наследственно-правовых распоряжений на случай смерти (регламентируются наследственным правом, например, завещание) и ненаследственных распоряжений на случай смерти (регулируются другими подотраслями и отраслями, например, заявление о назначении опекуна). В силу прямого указания закона некоторые ненаследственные распоряжения могут быть включены в текст завещания (ст. 1266 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту — ГК РФ), п. 2 ст. 1267 ГК РФ).

2. На основе проведенного сравнительно-правового исследования наследственного права Российской Федерации и Федеративной Республики Германия сформулирована юридическая конструкция совместного завещания супругов, приемлемая для российского гражданского права.

Совместное завещание предлагается определять как распоряжение на случай смерти, составленное обоими супругами и содержащее односторонние, но взаимозависимые волеизъявления каждого из них. Наличие взаимозависимости волеизъявлений означает, что распоряжения одного из супругов действительны лишь постольку, поскольку действительны распоряжения второго супруга. Установление взаимозависимости между распоряжениями не порождает возникновения какого-либо обязательства между супругами, но в то же время предоставляет преимущества, которых лишено обычное завещание, в частности обеспечивает уверенность в соблюдении вторым супругом совместно выработанной позиции по вопросу правопреемства.

Взаимозависимость распоряжений предлагается рассматривать как необходимый элемент совместного завещания, при отсутствии которого утрачивается сущность данного вида распоряжения на случай смерти.

Кроме того, применительно к праву Российской Федерации видится допустимым составление указанных завещаний только в нотариальной форме.

3. Проведенный сравнительно-правовой анализ норм наследственного права России и Германии позволил сделать вывод, что конструкция первоначальных и последующих наследников, позволяющая завещателю назначать первоначального наследника с указанием, что после смерти последнего или наступления иного события наследство должно перейти к другому лицу (последующему наследнику), не противоречит основным отечественным доктринальным положениям о праве собственности.

Представляется, что завещатель, распоряжаясь своим имуществом, должен иметь возможность установить соответствующие обременения прав наследников в пользу третьих лиц. При таком регулировании наследственное имущество переходило бы в собственность первоначального наследника с обременением, состоящим в запрете распоряжаться объектами из состава наследства без согласия последующего наследника.

Назначение последующего наследника предлагается ограничить во времени (назначаемые наследники должны быть живы на момент составления завещания) и по объекту (назначение последующего наследника возможно только в отношении имущества, право на которое подлежит регистрации и (или) учету в специальном реестре).

4. Установлено соотношение завещательного распоряжения правами на денежные средства в банке по российскому праву и договора в пользу третьего лица на случай смерти, заключаемого с банком, по немецкому праву. В Германии волеизъявление вкладчика о переходе прав на денежные средства после его смерти к указанным им лицам является элементом двустороннего договора банковского вклада, в результате чего переход указанных денежных средств после смерти вкладчика носит характер исполнения договора, а не наследования.

Выявлено несоответствие применяемой в Германии конструкции договоров в пользу третьего лица на случай смерти нормам современного немецкого наследственного права: наследственная масса перестает рассматриваться как единое целое, а разбивается на две составляющие, переход прав на одну из которых (собственно наследство) происходит в соответствии с общими нормами наследственного права в порядке универсального правопреемства, а в отношении второй части действуют особые правила.

5. В диссертации обосновывается, что в юридической науке (и в действующем отечественном праве) отсутствует четкая граница между завещательным отказом и завещательным возложением, в связи с чем предлагается уточнить понятие завещательного возложения. Ввиду того, что понятие «общеполезная цель» является недостаточно ясным, завещательное возложение представляется необходимым определить как имущественное или неимущественное распоряжение, не имеющее конкретного выгодоприобретателя, поскольку при завещательном возложении может не быть выгодоприобретателя вообще (например, в случае необходимости ухода за домашними животными завещателя), или может быть неопределенный круг выгодоприобретателей (например, при возложении обязанности на наследника предоставлять картины для организации выставок).

6. Изучение германского и российского законодательства о наследовании позволило сделать вывод о различии в одном из фундаментальных принципов, лежащих в основе расчета обязательной доли в России и Германии. В отечественной доктрине наследство рассматривается как величина, застывшая во времени, в то время как германское право при определении размера обязательной доли допускает возможность увеличения обязательной доли в случае совершения наследодателем дарения имущества до момента своей смерти, а также возможность погашения обязательной доли за счет имущества, подаренного «обязательному» наследнику наследодателем.

В работе обосновывается, что германская модель расчета обязательной доли направлена на предотвращение злоупотребления правом со стороны завещателя и лица, имеющего право на обязательную долю, а также на предотвращение возможности «обхода» норм наследственного права об обязательной доле.

7. На основе сравнительно-правового анализа норм об обязательной доле обосновывается необходимость комплексного подхода к определению права на обязательную долю с учетом воли умершего гражданина по распределению его имущества между близкими ему лицами, выражение которой можно обнаружить как в завещании, так и в договоре дарения. Приобретение имущества как на основании договора дарения, так и на основании завещания носит характер благодеяния. Соответственно, предлагается засчитывать в счет погашения обязательной доли имущество, переданное обязательному наследнику завещателем еще при жизни по договору дарения, в котором было сделано специальное указание о погашении права этого наследника на обязательную долю.

8. Доказывается, что при международном наследовании акций, долей (паев) в уставном (складочном) капитале юридических лиц расщепление наследственного статута, влекущее за собой нарушение принципа единства наследственной массы и универсальности наследственного правопреемства, является допустимым, поскольку это способствует избранию правопорядка, наиболее тесно связанного с соответствующим правоотношением. Обосновывается, что наследование прав на акции, доли (паи) в уставном (складочном) капитале должно подчиняться статуту этого юридического лица во избежание коллизий между законодательством, регулирующим переход прав на наследственное имущество, и законодательством страны места учреждения юридического лица.

Теоретическая и практическая значимость результатов исследования.

Теоретическая и практическая значимость настоящей диссертации состоит в том, что проведен сравнительно-правовой анализ правового регулирования распоряжений на случай смерти в Российской Федерации и Федеративной Республике Германия, на основании которого выявлены общие черты и различия, достоинства и недостатки правового регулирования наследования в названных странах. Сделанные выводы могут послужить основой для совершенствования отечественного законодательства и практики, а также будут полезны в случае обращения правоприменителей к иностранному праву, которое все чаще происходит в рамках международного наследования.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре гражданского права Уральского государственного юридического университета, где проведены ее рецензирование и обсуждение. Основные результаты исследований отражены автором в опубликованных научных статьях.

Структура работы обусловлена предметом и целью исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих одиннадцать параграфов, заключения, списка литературы и приложения.