<<
>>

Общая характеристика гражданско-правовой охраны интереса должника в договорном обязательстве

В юридической литературе феномен правовой охраны, как правило, раскрывается через механизм правового регулирования. При этом само понятие правового регулирования определяется учеными по-разному.

Одни понимают его как процесс наделения участников общественных отношений правомочиями, обязанностями, ответственностью (дозволениями, запретами, управомочиями), реализации этих правомочий, обязанностей, ответственности, превращения упомянутых участников в субъектов правовых отношений[54]. Другие - как установление целесообразных отношений между субъектами, с тем чтобы вызвать нужное поведение[55] [56] [57]. Третьи считают, что сущность правового регулирования выражается в воздействии права на общественные отношения с помощью системы специальных юридических средств . В частности, по мнению С.С. Алексеева, исследовавшего категорию правового регулирования, оно представляет собой специфическое воздействие, осуществляемое правом как особым нормативным институционным регулятором .

Несмотря на некоторые различия, общей чертой названных подходов является ориентированность процесса правового регулирования на достижение конечного результата, т. е. отражение правовых предписаний в фактическом поведении субъектов. Ведь, как справедливо замечает Л.С. Явич, «право ничто, если его положения не находят своей реализации в деятельности людей и их организаций, в общественных отношениях»[58]. В данном аспекте правовое регулирование в широком смысле следует понимать как специфическое воздействие права на субъектов общественных отношений с целью побуждения их к совершению определенных правомерных действий (бездействий).

Указанное воздействие на участников общественных отношений осуществляется посредством дозволений и запретов, путем наделения их субъективными правами и закрепления юридических обязанностей, что, в свою очередь, обеспечивает переход от одного лица к другому благ, необходимых для удовлетворения возникших потребностей, а значит и реализацию интересов субъектов имущественного оборота.

Способы реализации интереса различны, так как блага, обеспечивающие удовлетворение потребности, могут быть получены различными путями. К примеру, носитель интереса может самостоятельно изготовить вещь, в которой нуждается; создать юридическое лицо или заключить соглашение о совместной деятельности для достижения желаемого результата. Однако наиболее распространенным способом перехода имущественных благ является исполнение обязательства, поскольку такое правоотношение обеспечивает закрепление за одним лицом (кредитором) права на действие другого лица (должника)[59].

В зависимости от роли, которую играют любые гражданские правоотношения в механизме правового регулирования, обязательства принято делить на две группы: регулятивные и охранительные. Первые охватывают обязательства, возникающие на основе правомерных действий (договоров, иных сделок) и опосредуют нормальные (правомерные) связи участников гражданского оборота (купля-продажа, оказание услуг, подряд, и др.). Вторые возникают в результате неправомерных действий (правонарушений) и призваны обеспечить защиту пострадавшего лица (деликтные обязательства, кондикционные обязательства)61.

Наличие интереса участников регулятивного обязательства обнаруживается достаточно легко. В таком отношении в силу его договорной (сделочной) основы всегда присутствует субъективное право, опосредующее интерес управомоченного лица (кредитора). Обязанное лицо (должник) также обладает собственным интересом, поскольку является носителем соответствующей объективной потребности. В связи с этим субъективное право кредитора и корреспондирующая ему обязанность должника в определенном смысле способствуют удовлетворению потребностей обоих участников обязательства.

Внедоговорные обязательства, несмотря на то, что возникают они, как правило, вопреки воле их участников, тоже призваны обеспечить реализацию их интересов. Но если интерес кредитора очевиден (например, при причинении вреда имуществу гражданина или личным неимущественным благам возникает потребность в их восстановлении), то утверждение о наличии интереса должника в таком обязательстве, на первый взгляд, представляется сомнительным.

Однако интерес должника можно обнаружить и во внедоговорных обязательствах.

Так, к примеру, ст. 1090 ГК РФ предоставляет суду возможность по требованию причинителя вреда уменьшить размер возмещения, если трудоспособность потерпевшего возросла по сравнению с той, которая была у него к моменту присуждения возмещения вреда, или если имущественное положение причинителя вреда в связи с его инвалидностью либо достижением пенсионного возраста ухудшилось по сравнению с положением на момент присуждения возмещения. В данном случае интерес должника отражает его потребности в поддержании условий нормальной жизнедеятельности и, как

61

См.: Иванчак А.И. Гражданское право Российской Федерации. Общая часть. М., 2014.

С. 29-30.

следствие, выражается в необходимости освободиться от бремени ответственности с наименьшими экономическими потерями.

В юридической науке сложилось представление о том, что процесс реализации интереса обеспечивается исключительно закреплением за его носителем именно субъективного права, поскольку когда управомоченному предоставляется субъективное право, обеспечивающее определенное поведение обязанных лиц и обусловливающее тем самым возможность совершения его действий (а эти определенные действия совершаются для достижения собственных целей), то благодаря этому создаются необходимые правовые предпосылки для удовлетворения известных интересов управомоченного (в результате этих действий осуществляется удовлетворение известных интересов действующего)[60]. В данной связи С.Н. Братусь писал, что интерес - это предпосылка и цель субъективного права, которое выступает в качестве средства достижения цели, направленной на удовлетворение интереса субъекта[61].

Говоря о возможности реализации интереса должника в обязательстве, следует заметить, что гражданское законодательство вне зависимости от регулятивного или охранительного характера обязательственного отношения предоставляет должнику такие возможности, которые в силу сущности правовых связей, возникающих между сторонами обязательства, можно считать субъективными правами должника, поскольку они обеспечены соответствующей корреспондирующей обязанностью кредитора.

По мнению Б.М. Гонгало, их следует именовать «кредиторскими обязанностями»[62]. В частности, к ним относятся: право должника возложить исполнение обязательства на третье лицо (ст. 313 ГК РФ), право на досрочное исполнение обязательства (ст. 315 ГК РФ), право на возмещение дополнительных издержек, связанных с изменением места исполнения обязательства (ст. 316 ГК РФ), информационные права должника и др. При этом важно отметить, что само по себе наличие таких правомочий, обеспеченных встречной обязанностью, не позволяет тем не менее считать их носителя кредитором в соответствующем правоотношении, поскольку в силу своей специфики указанные возможности принадлежат исключительно должнику.

Указанные субъективные права призваны обеспечивать реализацию объективного интереса, придавая ему соответствующее юридическое значение. Данное свойство обнаруживается и в тех ситуациях, когда само субъективное право при его нарушении прекращается, так как не может быть восстановлено в прежнем виде. К примеру, в случае гибели вещи право собственности на нее прекращается (п. 1 ст. 235 ГК РФ). Однако у лица, виновного в гибели вещи, возникает обязанность по предоставлению компенсации, т. е. по обеспечению интереса потерпевшего лица.

Вместе с тем интерес, реализуемый в рамках договорного правоотношения, может обеспечиваться и закреплением юридической обязанности, поскольку, как справедливо отмечают А.В. Малько и В.В. Субочев, она является одним из путей реализации интересов субъектов, фокусирующем в себе сочетание общественных и личных интересов, формой правового опосредования разнообразных интересов и потребностей участников правоотношений, способом их выражения[63].

Установление юридической обязанности, являющейся результатом отражения встречной воли сторон договора, в равной степени обеспечивает реализацию интереса обязанного лица, что объясняется конкретным характером юридической обязанности, не допускающим двусмысленной интерпретации ее содержания. Например, обязанность поставить определенный товар обеспечивает реализацию интереса обязанного лица тем, что конкретизирует характер должного поведения, исключая возможность управомоченного лица требовать передачи более дорогой или редкой вещи.

Помимо предоставления участникам отношений субъективных прав и юридических обязанностей в содержании правовой нормы может отражаться либо сама возможность защиты объективного интереса, либо может упоминаться о наличии так называемых законных интересов или охраняемых законом интересов у определенного лица.

Следует отметить, что в юридической литературе и правоприменительной практике эти термины часто используются как синонимы. Однако их значение отлично от понимания интереса в объективном смысле как отражения потребности его носителя. В первую очередь это объясняется тем, что названные термины, как правило, употребляются вместе со словосочетанием «субъективные права» или со словом «права» с использованием союза «и», т. е. воспринимаются как однопорядковые явления.

В этой связи в литературе получило широкое распространение мнение о том, что между субъективными правами и законными (охраняемыми законом) интересами много общего. Например, по мнению Н.В. Витрука, законный интерес, как и позитивное право, есть возможность личности пользоваться социальными благами, которая выражается в правомочиях носителя законного интереса действовать определенным образом, требовать определенного поведения от обязанных лиц, органов и учреждений, обращаться за защитой к компетентным государственным и общественным организациям[64].

В.В. Груздев считает, что подлежащим защите благом является исключительно юридически значимый интерес, а именно интерес, удовлетворяемый посредством осуществления субъективного права[65]. В том же ключе высказывается А.А. Даньков, указывая, что в случае признания интереса объектом правовой охраны его осуществление становится возможным благодаря гарантиям со стороны государства, которое наделяет лицо правами в целях удовлетворения его интереса[66].

Б.О. Дзгоева определяет законный интерес как гарантированную государством возможность реализации субъективного интереса, закрепленную в

69

норме права или вытекающую из ее смысла .

Д.Н. Горшунов называет их юридической дозволенностью, имеющей, в отличие от субъективного права, характер правового стремления . Юридическим дозволением, направленным на обеспечение блага, пользы, удовлетворение потребности его носителя, называет законный интерес Т.В. Шершень .

О.Н. Брамина отмечает, что если исходить из того, что субъективное право есть мера возможного поведения в тех же пределах закона, которые имеются в правовом пространстве государства, то законный интерес также связан с мерой тех возможностей, которые предоставляет закон (конкретная норма права), сознание и воля в которой детерминированы государственно-правовыми

72

началами .

Однако, несмотря на некоторые общие черты, законные интересы и субъективные права в литературе часто отграничивают друг от друга.

Д.М. Чечот указывал, что если удовлетворение интереса субъекта зависит не от его собственных действий, а от действий лиц, с которыми он не связан правоотношениями, либо если его интерес состоит лишь в создании условий, необходимых для возникновения правоотношения, то интересы подобного рода не могут быть удовлетворены с помощью субъективного права, а требуют иных правовых средств для своего осуществления . Законные интересы, по мнению ученого, являются подобными правовыми средствами.

Ю.Н. Андреев полагает, что интересы существуют параллельно с субъективными правами, существенно дополняя и расширяя спектр воздействия на общественные отношения. Законный интерес находится на стыке таких

69

См.: Дзгоева Б.О. Соотношение частных и публичных интересов в правовом регулировании рекламы : дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. С. 16.

71

См.: Горшунов Д.Н. Интерес в частном праве: вопросы теории. Казань, 2005. С. 77.

См.: Шершень Т.В. Частный и публичный интерес в договорном регулировании семейных отношении' : дис. ... канд. юрид. наук. Пермь, 2002. С. 39.

См.: Бармина О.Н. Злоупотребление правом / отв. ред. В.А. Кодолов. Киров, 2015. С. 83.

72

73

См.: Чечот Д.М. Указ. соч. С. 38.

правовых понятий как субъективное право и юридические обязанности,

74

дозволения и запреты, правоотношения и механизм правового регулирования .

По мнению А.В. Малько и В.В. Субочева, основное отличие заключается в их содержании и сущности. Так, содержание законного интереса, в отличие от субъективного права, состоит не из традиционно четырех, а только из двух возможностей (правомочий): пользоваться определенным социальным благом и обращаться в некоторых случаях за защитой к компетентным органам. Сущностью субъективного права является юридически гарантированная и обеспеченная обязанностями другой стороны возможность. Сущность же законного интереса заключается в простой правовой дозволенности. Поэтому законный интерес - своеобразное «усеченное право», не во всех случаях обеспеченное юридической обязанностью государства и ответной стороной

-75

отношений .

Интересной представляется позиция М.А. Козлова о том, что законодательство способствует развитию и удовлетворению интереса двумя путями: либо путем его регулирования, создавая для достижения интересов правоотношения между участниками общественных отношений, наделяя одних субъектов данных правоотношений субъективными правами, а других - юридическими обязанностями, либо не вмешиваясь в сам процесс достижения целей, охраняя этот процесс от вмешательства третьих лиц. В первом случае мы говорим о субъективных правах, во втором - об охраняемых законом интересах[67] [68] [69].

С указанным выше выводом можно согласиться, если во втором случае речь идет именно о «законных интересах» как правовой форме закрепления интереса, отражающего потребности субъекта.

Например, в п. 3 ст. 307 ГК РФ говорится о необходимости соблюдения сторонами обязательства законных интересов друг друга. При этом законодатель раскрывает ее через общую обязанность участников оказывать друг другу взаимное необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставлять друг другу необходимую информацию.

ГК РФ предоставляет должнику некоторые возможности, связанные с исполнением лежащей на нем обязанности, а именно возможность выбора действий при исполнении альтернативных и факультативных обязательств, предусмотренную ст. 308.1, 308.2; возможность одностороннего отказа от исполнения обязательства в случаях, предусмотренных договором (ст. 310); возможность не исполнять обязательство представителю кредитора до получения подтверждения его полномочий (ст. 312); осуществлять выбор погашаемого обязательства при исполнении однородных обязательств (ст. 319.1); выдвигать против требования кредитора возражения при исполнении солидарных обязательств (ст. 324); приостановить исполнение встречных обязательств при просрочке кредитора (ст. 328) и др.

Общей чертой указанных дозволений, предоставленных обязанной стороне в обязательстве, является то, что они, как правило, не обеспечены встречной обязанностью со стороны кредитора. Закон лишь формулирует общее правило о допустимости такого поведения со стороны должника, тем самым закрепляя общую обязанность всяких лиц, в том числе кредитора, не препятствовать должнику в реализации указанных возможностей.

В этом смысле представляется верным позиция О.О. Юрченко, что «охраняемые законом интересы могут при помощи законодательного оформления приобрести статус субъективных прав либо быть неопосредованными конкретными правовыми нормами, но в силу правовых предпосылок являться объектами правовой охраны и защиты» .

Таким образом, не только субъективное право, но и законный интерес представляются самостоятельными правовыми формами закрепления объективного интереса. В этом смысле категории «интерес» и «законный интерес» соотносятся как цель и средство. В свою очередь, интерес, получивший [70] закрепление путем наделения его носителя субъективными гражданскими правами, юридическими обязанностями или признанием за ним законного интереса, становится объектом гражданско-правовой охраны (охраняемым интересом).

В этой связи представляется справедливым позиция Р.Е. Гукасяна, допускавшего существование правовых по содержанию, но не охраняемых законом интересов, точно так же, как и неправовых по содержанию, но

78

охраняемых законом интересов .

Таким образом, регулятивное воздействие норм гражданского права на участников обязательственных отношений, возникающих в процессе реализации их объективного интереса, обеспечивается закреплением за ними субъективных прав, юридических обязанностей и законных интересов.

Весьма справедливым в данной связи представляется утверждение А.Р. Тиграняна, верно отметившего, что таким образом регулятивная норма, направленная на создание условий для удовлетворения интересов субъектов правоотношения, координирует поведение участников общественных отношений путем создания регулятивных прав и обязанностей[71] [72] [73].

Такое закрепление в нормах права соответствующих возможностей реализации интереса в литературе часто понимается как правовая охрана в ее статическом состоянии. Так, по мнению С. Сабикенова, охрана прав и интересов граждан осуществляется вне конкретных правоотношений, поскольку нормы права до их нарушения находятся в позитивном состоянии, тогда как защита уже нарушенных прав всегда происходит в рамках конкретных правонарушений,

возникновение которых нежелательно с точки зрения интересов как человека, так и

80

государства .

Однако существование тех или иных правил поведения само по себе не ограждает от возможности их нарушения. Соответственно, воздействие норм на поведение участников общественных отношений не может сводиться только к применению регулятивных мер. Непременной составляющей правовой охраны интересов является их предупреждение и защита от нарушений, обеспечиваемая соответствующими мерами принуждения - «охранительными мерами» (мерами защиты, ответственности, самозащиты и мерами оперативного воздействия), реализуемыми в рамках охранительной деятельности.

Как отмечает Н.В. Витрук, в ряде научных публикаций под правовой охраной понимаются осуществляемые компетентными государственными органами и другими субъектами права взаимосвязанные меры, направленные на предупреждение правонарушений, устранение причин, их порождающих, и способствующие, таким образом, созданию условий для беспрепятственного осуществления требований диспозиций правовых норм (правовая охрана в динамическом состоянии)[74] [75].

Частью названной правоохранительной деятельности является деятельность правозащитная, обеспечивающая принудительный (в отношении обязанного субъекта права) способ осуществления диспозиции правовой нормы, применяемый в установленном законом порядке компетентными органами либо самим управомоченным лицом в целях восстановления нарушенного права (правового состояния) .

Следует отметить, что для целей настоящего исследования необходимо разделять предупредительную правоохранительную деятельность и деятельность правозащитную в связи со спецификой правовых средств, применяемых при их осуществлении. Первая отражает деятельность, направленную на предупреждение правонарушений, устранение причин, их порождающих, и способствующую созданию условий для беспрепятственного осуществления требований диспозиций правовых норм . Вторая же представляет собой принудительный механизм реализации интереса посредством пресечения нарушения субъективных прав и законных интересов, устранения препятствий их реализации либо восстановления нарушенного права иными способами. Поэтому правозащитная деятельность, являясь частью правоохранительной деятельности, все же обладает специфическими особенностями, связанными с основаниями ее наступления, субъектным составом, целями осуществления, спецификой порядка осуществления и иными характеристиками, а также спецификой используемых правовых средств. При этом ключевой проблемой для понимания правовой охраны (в динамическом состоянии) интереса должника в обязательстве является проблема его самостоятельной защиты. Дело в том, что в нормах гражданского законодательства, регламентирующих отношения, связанные с гражданскоправовой защитой, говорится в основном не об интересе, а о субъективных правах как об объекте правозащитной деятельности. Это легко обнаружить и в заголовках соответствующих статей ГК РФ: формы защиты гражданских прав (ст. 11), способы защиты гражданских прав (ст. 12) и др. Поэтому часто в науке гражданского права под защитой понимается возможность применения установленной законом системы мер, направленных на борьбу с правонарушениями, опирающихся на силу государственного принуждения, обеспечивающих неприкосновенность права и ликвидацию его нарушения[76] [77].

С представленным подходом сложно согласиться хотя бы потому, что признание защитой самой возможности применения каких-либо мер представляется нам неверным, поскольку присутствие какой-либо возможности не предполагает ее обязательную реализацию. Указанные возможности правильнее рассматривать в аспекте права на защиту.

Следует отметить, что понятие «право на защиту» неоднозначно раскрывается в юридической литературе. Одни авторы обращают внимание на необходимость понимания данного феномена в субъективном и объективном смысле. Так, В.В. Семенова полагает, что в объективном смысле право на защиту может рассматриваться в качестве одного из институтов гражданского права или гражданско-процессуального права, в субъективном смысле - пониматься как право субъекта на осуществление самой защиты .

Другие считают право на защиту содержанием правоспособности лица, выражаемом в конкретном субъективном праве[78] [79] [80].

Третьи относят право на защиту к числу правомочий (элементов) субъективного права в виде особой возможности прибегнуть к мерам принудительного воздействия . При этом, по мнению М.И. Брагинского и В.В. Витрянского, данный элемент субъективного гражданского права проявляет себя лишь в ситуациях, когда кто-либо оспаривает, посягает или нарушает это субъективное право[81] [82].

Встречается и иной подход, представители которого считают право на защиту не элементом субъективного права, а самостоятельным субъективным правом, возникающим у субъекта в момент оспаривания или нарушения регулятивного субъективного гражданского права .

Признание самостоятельности права на защиту от субъективного права представляется наиболее верным. При этом указанное свойство данного явления особенно очевидно обнаруживается именно на примере защиты нарушенного интереса. Так, в частности, нарушение охраняемого интереса, как и субъективного права, является обстоятельством, с которым связано появление у лица определенной возможности по его защите. Однако до момента нарушения охраняемого интереса (в том числе и в тех случаях, когда он существует в форме не субъективного права, а законного интереса) самого права на защиту не существует.

В этом смысле справедливо замечание А.И. Базилевича, что право на защиту, закрепленное Конституцией РФ (ст. 45-48), ГК РФ (ст. 11) и иными федеральными законами и международно-правовыми актами, существует объективно и не зависит от того, нуждается в нем гражданин или нет90.

Соответственно, по мнению автора, после нарушения законного интереса или субъективного права участника регулятивных правоотношений возникает охранительное правоотношение, в рамках которого осуществляется защита нарушенных прав и законных интересов. Именно в охранительном субъективном праве отражаются возможности определенного поведения лица, предоставленные ему охранительными нормами в целях защиты регулятивного субъективного

91

права и охраняемого законом интереса .

Вместе с тем важно понимать, что право на защиту не должно рассматриваться в отрыве от ее объекта, потому как от особенностей объекта защиты зависит и специфика применяемых защитных мер (обязательственных, вещно-правовых, неимущественных и др.). Кроме того, закон зачастую связывает содержание охранительных возможностей с характером допущенных нарушений. Такая связь, по мнению Е.В. Федулиной, обусловлена производностью охранительного правоотношения, которая выражается в том, что право на защиту

90

См.: Базилевич А.И. Формы защиты субъективных гражданских прав юрид. наук. Ульяновск, 2001. С. 26.

дис. ... канд.

91

См.: Там же. С. 22.

возникает на основе относительного или абсолютного регулятивного

92

правоотношения .

Таким образом, в случае нарушения интереса стороны обязательства вне зависимости от правовой формы его закрепления (права, обязанности, законный интерес) носитель интереса становится участником так называемого охранительного правоотношения, содержанием которого являются охранительное право и охранительная обязанность. Лишь в этом аспекте можно говорить, что «нарушенный интерес подлежит защите только в том случае, если потерпевшее лицо обладает охранительным правом»[83] [84].

В данной связи представляется спорной позиция авторов, полагающих, что охраняемыми интересами следует признавать только такие потребности, которые взяты законом под свою охрану не путем наделения носителя интереса материальным субъективным правом, а путем предоставления ему права прибегнуть к судебной или иным правовым формам защиты[85].

Об ошибочности подобного утверждения говорит и то, что даже в том случае, когда реализация интереса обеспечивается закреплением за носителем какого-либо субъективного права, сам интерес не прекращает своего существования, а лишь приобретает иную правовую форму, поскольку при нарушении субъективного права защищается не только само право, но и объективный интерес, лежащий в его основе (что обнаруживается на примере прекращения права при уничтожении имущества).

В случае нарушения интереса должника, являющегося стороной обязательственного отношения, возникшее охранительное право должника и корреспондирующая ему охранительная обязанность кредитора могут быть реализованы в различных формах. В одних случаях охранительные права обеспечиваются силой принуждения лишь на основании акта компетентного органа. В других восстановление нарушенного интереса реализуется действиями самого субъекта защиты без обращения к кому-либо.

В зависимости от этого защита охраняемых интересов должника может осуществляться либо в рамках материального правоотношения, возникающего в момент нарушения субъективных прав и законных интересов стороны обязательства, либо процессуального охранительного правоотношения, как правило, возникающего после обращения субъекта за защитой своего интереса в компетентный орган.

Как справедливо отмечает М.С. Кораблева, защита охраняемых законом интересов и субъективных гражданских прав осуществляется в установленном законом порядке, т. е. путем применения надлежащей формы, способов и средств защиты[86].

Под формой защиты в юридической литературе часто понимается сама деятельность управомоченных органов по защите прав[87] [88] [89] либо установленный порядок защиты законных интересов и прав субъектов . Однако наиболее верным представляется определение формы защиты как комплекса особых процедур, осуществляемых самим управомоченным лицом или правоприменительным

98

органом в рамках правозащитного процесса .

В данном аспекте понятие формы защиты отражает содержание самого комплекса процедур, обеспечивающих восстановление нарушенного интереса, и указывает на конкретного субъекта, осуществляющего защиту, обозначая объем полномочий последнего.

В юридической литературе чаще всего выделяются две формы защиты гражданских прав и интересов: материально-правовая (неюрисдикционная) и процессуально-правовая (юрисдикционная)[90]. Основным различием между указанными формами защиты является то, что, во-первых, юрисдикционная защита интересов осуществляется органами, специально управомоченными государством на осуществление такого вида деятельности, тогда как неюрисдикционная защита, как правило, реализуется действиями самого лица, чьи интересы нарушены; во-вторых, юрисдикционная защита осуществляется с обязательным соблюдением процедуры, определенной процессуальными нормами, а неюрисдикционная - в рамках материального правоотношения.

В рамках юрисдикционной формы защиты уполномоченный орган стоит над сторонами регулятивного отношения, из которого возникло охранительное право. При этом, как отмечает М.С. Кораблева, субъект защиты должен обратиться в суд или другой уполномоченный орган с соблюдением правил о подведомственности спора с требованием о принятии специальных мер, необходимых для пресечения правонарушения и восстановления нарушенных прав и интересов. Такая защита может осуществляться как в общем - судебном, так и в особом - административном порядке[91]. При этом способами защиты интересов должника, реализуемыми преимущественно в судебном порядке, можно назвать признание права; восстановление положения, существовавшего до нарушения; признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий недействительности оспоримой или ничтожной сделки; присуждение к исполнению обязанности в натуре; возмещение убытков; взыскание неустойки; компенсацию морального вреда и др.

Примером защиты интереса должника в обязательстве в юрисдикционной форме также можно назвать внесение должником причитающихся с него ценных бумаг или денег в депозит нотариуса в случае отсутствия или недееспособности кредитора либо при уклонении кредитора от принятия надлежащего исполнения (327 ГК РФ). В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ при внесении должником в срок, предусмотренный обязательством, причитающихся с него денег в депозит нотариуса такое денежное обязательство признается исполненным своевременно и проценты, в том числе установленные в ст. 395 ГК РФ, на сумму задолженности не начисляются[92]. Таким образом, возможность обращения к нотариусу в требуемой форме о внесении соответствующих средств в депозит нотариуса обеспечивает прежде всего защиту интереса должника, но не кредитора.

Защита в неюрисдикционной форме, напротив, осуществляется в рамках материального правоотношения и, как правило, самими его участниками. Для данной формы защиты характерно совершение действий (мер) управомоченным лицом, направленных на пресечение нарушения или восстановление нарушенного интереса, без обращения за защитой к судебным и иным компетентным государственным органам.

Следует отметить, что состав допустимых действий, совершаемых в целях самозащиты охраняемого интереса, законом не установлен. Основным требованием к применению защиты в данной форме в литературе называется адекватность нарушению, когда действия субъекта защиты соразмерны нарушению и не выходят за пределы действий, необходимых для пресечения такого нарушения[93].

В рамках названных форм защиты интересов должника в обязательстве обеспечивается применение мер принуждения, соответствующих допущенному нарушению. В частности, для защиты интереса потерпевшее лицо вправе использовать в обязательственных отношениях возмещение убытков, взыскание

неустойки, процентов по ст. 395 ГК РФ, реституцию, кондикцию, отказ от

103

договора, удержание имущества и др. [94]

<< | >>
Источник: Гаймалеева Айсылу Тагировна. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОХРАНА ИНТЕРЕСА ДОЛЖНИКА В ДОГОВОРНОМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Уфа - 2017. 2017

Скачать оригинал источника

Еще по теме Общая характеристика гражданско-правовой охраны интереса должника в договорном обязательстве:

  1. § 3. Правовое регулирование отдельных инвестиционных договоров и соглашений
  2. §2. Договорные отношения по поводу нспользовання секрета производства и сохранения его конфиденциальности
  3. Принципы правового регулирования неустойки
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. Понятие, правовая природа интереса должника в договорном обязательстве
  6. Общая характеристика гражданско-правовой охраны интереса должника в договорном обязательстве
  7. Понятие и природа гражданско-правовых средств охраны интереса должника в договорном обязательстве
  8. Гражданско-правовое обеспечение потребительского интереса гражданина, являющегося должником в договорном обязательстве
  9. § 2. Структура правового отношения налоговой ответственности
  10. § 4. Гражданско-правовая ответственность коммерческих организаций, входящих (включенных) в холдинги и финансово-промышленные группы
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -