<<
>>

6.3 Важнейшие аспекты судебной практики по гражданским делам

Судебная практика является традиционным источником правового регулирования, занимающим определяющее место в классических правовых системах, формирующим направления их развития и обеспечивающим постоянную взаимосвязь законодательства с динамикой общественных отношений.

«Судебная практика – это многократное единообразное решение судами одной и той же категории дел» [200, c.35]. Суды Республики Казахстан, составляющие единую судебную систему, в процессе отправления правосудия принимают судебные правоприменительные акты, совокупность которых представляет собой судебную практику. Согласно ст.81 Конституции РК, ВС РК дает разъяснения по вопросам судебной практики, следовательно, нормативные постановления, принимаемые им, формируют судебную практику. При этом преследуется цель обеспечения единства судебной практики, то есть правильного и единообразного применения всеми судами норм Конституции и других законодательных актов на всей территории страны. Нас интересуют, прежде всего, важнейшие аспекты судебной практики по гражданским делам.

Необходимость обеспечения единства судебной практики по гражданским делам детерминирована рядом причин:

во-первых, не до конца сформировавшееся и продолжающее изменяться гражданское законодательство создает значительные сложности в правоприменительной практике;

во-вторых, в связи с расширением компетенции и усилением роли судов возросла и их ответственность за рассмотрение и разрешение принципиально важных категорий гражданских дел, имеющих большое общественное и государственное значение;

в-третьих, наличие многочисленных коллизий между различными актами гражданского законодательства, способных привести к ошибкам в судебной практике;

в-четвертых, укрепляющееся доверие граждан к суду и их стремление к цивилизованным формам разрешения гражданско-правовых споров должны всемерно поддерживаться государством.

Необходимость обеспечения единства гражданско-правовой судебной практики в современных условиях становится важнейшей задачей, решение которой связано с адекватной защитой субъективных прав, свобод и охраняемых законом интересов граждан и юридических лиц, с дальнейшим прогрессивным развитием всей правовой системы. Обеспечение единства практики судов общей юрисдикции по гражданским делам, выражающегося в правильном и единообразном применении всеми судами норм Конституции и законодательства, достигается следующими способами: а) принятием Верховным судом РК нормативных постановлений, содержащих разъяснения по вопросам судебной практики по гражданским делам; б) изучением практики рассмотрения и разрешения судами нижестоящих инстанций гражданских дел с последующим опубликованием обзоров судебной практики; в) использованием результатов рассмотрения ВС РК конкретных гражданских дел по первой инстанции и в порядке надзора.

Исходя из сказанного, к формам выражения судебной практики можно отнести обобщения и обзоры судебной практики, решения по конкретным гражданским делам, текущую переписку судов, материалы работы Научно-консультативного совета ВС РК. Наибольший вклад в создание форм выражения судебной практики вносят высший судебный орган посредством принятия нормативных постановлений, постановлений по конкретным гражданским делам. ВС РК, обобщая судебную практику, в процессе которой выявляются противоречия, пробелы и неточности в законодательстве, обеспечивает его совершенствование и правильное применение.

Государство предпринимает энергичные меры для успешного решения задачи обеспечения правильного и единообразного применения закона всеми судами. Впервые сформулированный Конституцией РК термин «действующее право» и включение в его состав нормативных постановлений ВС РК фактически является признанием в качестве источника права в Казахстане так называемого прецедентного права, основанного на судебной практике. В отличие от классического варианта, когда нижестоящие суды выносят решения, ссылаясь на конкретное аналогичное дело, рассмотренное, как правило, вышестоящим судом, казахстанское действующее право включает в себя «обобщенное», «синтезированное» прецедентное право, т.е.

судебную практику не конкретного дела, а определенной категории дел в масштабах страны, одобренной к применению не отдельным судьей, а высшим органом судебной власти – ВС РК. В этом отношении Конституция Республики Казахстан опередила Конституцию РФ и других стран СНГ [37, с.289]. Это наглядное подтверждение практического претворения в жизнь теории разделения властей с системой сдержек и противовесов, позволяющей ВС РК не только осуществлять судебную власть, но и творить право; аналогично, в силу действия именно этого механизма исполнительные органы вправе принимать нормативные правовые акты.

Наверное, имеет смысл более широко посмотреть на роль суда в правотворческом процессе с целью получения более рельефного представления об особенностях правотворческой функции ВС РК. К числу основных разновидностей судебного правотворчества в различных правовых системах могут быть отнесены: а) нормативные правовые акты судебных органов; б) судебные прецеденты, опубликование судебных решений; в) судебное толкование нормативных правовых актов; г) судебный конституционный контроль; д) законотворческая инициатива, участие в подготовке законопроектов; е) выбор права сторонами в международном коммерческом суде, применение им права разных стран [247, с.183].

В этой связи легко можно заметить, что правотворчество Верховного Суда РК имеет значительную ценность ввиду теснейшей его взаимосвязи с судебной практикой, которая проявляется в двух направлениях. В первом случае принятие нормативных постановлений основывается на анализе обширной правоприменительной практики нижестоящих судебных органов, свидетельствующей о назревшей необходимости изменения законодательства. В другом случае высший орган судебной власти, принимая решения по различным конкретным делам, выражает собственную позицию, воспринимаемую нижестоящими судами, поскольку судьи, естественно, избегают противоречить в принимаемых ими правоприменительных актах позиции судей Верховного Суда, так как это может быть чревато отменой этих актов.

Судья подчиняется авторитету вышестоящей инстанции, а возможная отмена его решений является тем видом принудительной санкции, который обеспечивает единообразное применение права. Таким способом ВС РК, формируя правила профессионального поведения для судей нижестоящих судебных инстанций, которые позднее находят выражение в нормативных постановлениях высшего органа судебной власти и, соответственно, приобретают обязательный характер, обеспечивает единство судебной практики.

Раскрывая значение ВС РК в формировании единообразной судебной практики, приходится отмечать, к сожалению, что некоторые противоречия содержатся в самих конституционных положениях, регламентирующих его компетенцию. Общеизвестно установление ст.81 Конституции РК, гласящей, что ВС РК дает «разъяснения по вопросам судебной практики». Это должно означать, что разъяснения даются, во-первых, по всем формам реализации правовых норм: соблюдения, исполнения, использования и применения; во-вторых, по всем нормативным правовым актам, которыми руководствуется суд при рассмотрении и разрешении дел, т.е. по смыслу конституционных положений ВС РК предоставлены весьма широкие полномочия. Однако Конституционный Закон РК от 25 декабря 2000 г. «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан» неверно интерпретировал вышеуказанную норму, наделив ВС РК полномочием принимать нормативные постановления по вопросам применения в судебной практике законодательства (пп.4 п.1 ст.20). Иначе говоря, указанный Конституционный закон ограничивает рамки нормативного постановления ВС РК разъяснением только вопросов применения и только законодательства, исключив разъяснения по другим формам реализации правовых норм. Такая логика подводит нас к выводу о том, что ВС РК должен обращаться только к судам и только по поводу применения законодательства, хотя высшему органу судебной власти предоставлено право давать разъяснения по вопросам судебной практики.

В Конституции РК указывается, что «судебная власть распространяется на все дела и споры, возникающие на основе Конституции, законов, иных нормативных правовых актов, международных договоров Республики» (п.

2 ст.76). В тексте приведенной статьи не используется понятие «законодательство», потому что оно не отражает содержания конституционного положения и не включает международные договоры, которые не входят в национальное законодательство, а являются самостоятельным источником действующего права. К тому же международные договоры, ратифицированные республикой, имеют бoльшую юридическую силу, чем законы, даже конституционные. Следовательно, Верховный Суд, опираясь на ст.76 Конституции РК, должен давать разъяснения по вопросам реализации нормативных правовых актов, международных договоров, обычаев. Компетенция ВС РК в отношении правоприменительной практики судов по гражданским делам выражается в том, что он наделен Конституцией полномочием разъяснять нормы, идеи, принципы законов и иных нормативных правовых актов, на основе которых рассматриваются гражданские дела и споры, может давать разъяснения по всем формам реализации указанных актов, вправе восполнять пробелы в гражданском праве.

Нормативные постановления высшего органа судебной власти имеют важное значение не только для судебной практики по гражданским делам, но и для правоприменительной деятельности различных государственных органов, лиц, участвующих в деле, потому что в них нередко содержатся нормы, адресованные не только судам, но и другим субъектам. Так, норма, закрепленная ч.1 п.11 нормативного постановления ВС РК от 19 декабря 2003года №10 «О применении судами законодательства об оспаривании решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений, организаций, должностных лиц и государственных служащих» адресована гражданам и юридическим лицам, так как содержит разъяснение их права обратиться с заявлением в суд в течение трех месяцев со дня, когда им стало известно о нарушении их прав, свобод и охраняемых законом интересов. В соответствии с пп.2,3 ст.179 ГК РК, этот срок может быть применен только по заявлению лица, участвующего в деле, до вынесения решения и является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Установленные иными актами сроки для обращения в суд с заявлением, не совпадающие со сроком, предусмотренным ч.1 ст.280 ГПК РК, применению не подлежат. В этом же нормативном постановлении в ч.ч. 3, 4 ст.7 указывается, что прокурор вправе по просьбе граждан обратиться в суд с заявлением о защите их прав и законных интересов. С таким заявлением прокурор вправе обратиться в суд и в отношении организаций (ст.55 ГПК РК). Заявление прокурора о признании правового акта и действия государственного органа или должностного лица незаконными, поданное в суд в связи с отклонением протеста соответствующим государственным органом или должностным лицом, подлежит рассмотрению по правилам главы 29 ГПК РК [267, с.25].

Возьмем другой пример. Нормативное постановление ВС РК № 20 от 13 декабря 2001 года «Об условно-досрочном освобождении от наказания и замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания» содержит норму, адресованную осужденному и его защитнику, разъясняющую права на судебную защиту своих прав и свобод: в случае, если администрация не решит данный вопрос в месячный срок, осужденный, его защитник, согласно ст.278 ГПК РК, вправе обжаловать бездействие администрации непосредственно в суд по месту отбывания наказания [268, с.23]. Данная норма обязывает администрацию исправительного учреждения корректировать свою правоприменительную практику в соответствии с установлениями вышеуказанного нормативного постановления.

Как отмечалось выше, нормативные постановления ВС РК могут содержать разъяснения прав любых субъектов общественных отношений по всем формам реализации правовых норм: соблюдения, исполнения, использования и применения. К примеру, п.13 нормативного постановления ВС РК №16 от 22 декабря 2000 года «О практике применения судами законодательства об охране окружающей среды» определяет территориальные подразделения государственных органов, осуществляющих функции охраны окружающей среды в качестве истцов по делам о возмещении ущерба, причиненного окружающей среде. В отношении общественных объединений и граждан закреплено, что в силу ст.ст.5 и 6 Закона РК «Об охране окружающей среды» они вправе предъявлять в суд требования о прекращении хозяйственной и иной деятельности юридических и физических лиц, оказывающей отрицательное воздействие на окружающую среду и здоровье человека. Другие требования в защиту экологических интересов неопределенного круга лиц общественные объединения предъявлять не вправе, поскольку, согласно ст.8 ГПК РК, право на обращение в суд за защитой интересов неопределенного круга лиц возникает в силу прямого указания в законе [269, с.30].

Еще одним примером могут служить разъяснения в нормативном постановлении ВС РК, связанные с необходимостью использования судами такой формы реализации права, как соблюдение требований правовых норм. При этом высший орган судебной власти не просто указывает, какие нормы следует соблюдать, но и дает им интерпретацию. Так, в нормативном постановлении ВС РК №9 от 20 июня 2000 года «О применении судами некоторых норм гражданского процессуального законодательства» установлено, что «важнейшим условием вынесения судами законных и обоснованных решений является точное и неуклонное соблюдение закрепленных в ст.ст. 15, 65 и 66 ГПК РК принципов диспозитивности, состязательности и равноправия сторон». В нормативном постановлении разъясняются эти принципы, т.е. раскрывается их содержание. Иначе говоря, с одной стороны, ВС РК определяет форму реализации права, а с другой стороны, разъясняет, раскрывает содержание правовых принципов [270, с.24].

Достижению единства судебной практики по гражданским делам способствует не только принятие нормативных постановлений ВС РК, но и использование судами нижестоящих инстанций при применении гражданско-правовых норм результатов рассмотрения им конкретных дел по первой инстанции и в порядке надзора, в которых отражаются правовые позиции высшего органа судебной власти.

Примером может служить дело по иску ТОО «Востокпромкомплект» к АО «Корпорация «Казахмыс» о взыскании суммы долга за поставленное оборудование. Решением специализированного межрайонного экономического суда по Восточно-Казахстанской области от 20 марта 2003 года иск удовлетворен. Постановлением коллегии по гражданским делам Восточно-Казахстанского областного суда от 25 апреля 2003 года решение суда от 20 марта 2003 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика без удовлетворения. Постановлением надзорной коллегии Восточно-Казахстанского областного суда от 14 августа 2003 года решение суда первой инстанции от 20 марта 2003 года и постановление суда апелляционной инстанции от 25 апреля 2003 года оставлены без изменения, а протест прокурора области без удовлетворения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РК рассмотрела это дело в надзорном порядке. В протесте заместитель Генерального прокурора РК просил ВС РК пересмотреть указанные выше судебные акты и вынести новое решение об отказе в иске. В обоснование протеста указывалось, что, вопреки условиям договора от 8 ноября 2000 года и Инструкции «О порядке приемки продукции и товаров по количеству и качеству», от истца товары получены неуполномоченными на это работниками ответчика по распискам. Это свидетельствует о том, что сделка фактически совершена во внедоговорном порядке между истцом и физическими лицами. Исследовав материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РК посчитала необходимым протест оставить без удовлетворения по следующим основаниям. Суд принял во внимание, что фактически филиал «Востокказмедь» АО «Корпорации «Казахмыс» получил от истца товарно-материальные ценности, и часть из указанного оборудования и запасных частей была установлена на механизмы и эксплуатировалась, а другая часть материальных ценностей находилась на складе. В результате конкретизации ст.ст. 272, 439 ГК РК Верховный суд РК пришел к выводу, что покупатель обязан оплатить продавцу стоимость полученного товара, так как ненадлежащее оформление поставки товара и его передачи не может свидетельствовать о том, что поставка товаров не производилась вообще. Данный момент подтверждает, что конкретизация, осуществляемая ВС РК, необходима, так как при применении гражданско-правовых норм судами разных инстанций возможна различная оценка обстоятельств рассматриваемого дела, что влечет различное применение права.

Приведем еще один пример из судебной практики, в котором фигурирует та же корпорация «Казахмыс», но уже в качестве истца. В данном конкретном деле четко отражены правовые позиции высшего органа судебной власти по обоснованию причин отмены определений областных судов, на которые позднее ориентируются нижестоящие суды. Корпорация «Казахмыс», в лице филиала «ВостокКазмедь», обратилась в суд с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения Восточно-Казахстанского областного суда от 25 сентября 2002 года, которым с нее в доход государства за загрязнение окружающей среды взыскано 5663206 тенге ущерба и 92800 тенге пошлины. Определением Восточно-Казахстанского областного суда от 1 марта 2005 года в принятии заявления отказано, поскольку вступившим в законную силу определением областного суда от 16 апреля 2004 года в пересмотре того же решения суда, по тем же основаниям и по тому же предмету, по заявлению того же лица отказано. Филиал «ВостокКазмедь» ранее подавал заявление о пересмотре решения по вновь открывшимся обстоятельствам, ссылаясь на отмену решения маслихата №12/8-11 от 21 декабря 2001 года «О ставках платы за загрязнение окружающей среды на 2002 год» решением специализированного межрайонного экономического суда ВКО от 5 декабря 2003 года. В данном заявлении филиал «ВостокКазмедь» ссылается на иные основания, то есть на утверждение решением 7-ой сессии областного маслихата 3-го созыва №7/93-111 от 28 сентября 2004 года новых ставок на 2002 год. Когда отсутствует совокупное сочетание условий о тождественности сторон, предмета и оснований иска, предполагающееся п.п.2) ч.1 ст.247 ГПК РК, эта норма не может быть применена судом. Постановлением от 21 апреля 2005 года определение Восточно-Казахстанского областного суда от 1 марта 2005 года отменено, заявление направлено для рассмотрения в тот же суд [271, с.51].

Совет директоров ОАО «Защитинский элеватор» обратился в суд с иском к Восточно-Казахстанскому филиалу ЗАО «Банк Туран-Алем» о признании недействительным договора залога недвижимого имущества, заключенного 31 августа 1998 года между ОАО «Защитинский элеватор» и Восточно-Казахстанским филиалом ЗАО «Банк Туран-Алем» и пролонгированного дополнительным договором от 1 марта 1999 года, по тем мотивам, что этот договор был заключен вследствие заблуждения, без указания в нем существа долгового обязательства и его размера. Акционеры ОАО «Защитинский элеватор» вступили в процесс в качестве третьих лиц, предъявив иск к ОАО «Защитинский элеватор» и Восточно-Казахстанскому филиалу ЗАО «Банк Туран-Алем» о признании договора залога недвижимого имущества от 31 августа 1998 года недействительным на том основании, что данная крупная сделка была заключена с нарушением требований закона и интересов акционеров.

Дело неоднократно рассматривалось судами различных инстанций. Решением Усть-Каменогорского городского суда от 20 марта 2000 года договор о залоге недвижимого имущества от 31 августа 1998 года и дополнительное соглашение к нему от 1 марта 1999 года признаны недействительными с приведением ОАО «Защитинский элеватор» и Восточно-Казахстанского филиала ЗАО «Банк Туран-Алем» в первоначальное положение. Судебная коллегия по гражданским делам Восточно-Казахстанского областного суда определением от 15 мая 2000 года отменила это решение и вынесла апелляционное решение, которым в удовлетворении иска ОАО «Защитинский элеватор» отказала. Постановлением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РК от 27 декабря 2000 года отменено определение и апелляционное решение судебной коллегии по гражданским делам Восточно-Казахстанского областного суда от 15 мая 2000 года, а также оставлено без изменения решение Усть-Каменогорского городского суда от 20 марта 2000 года. В протесте Генерального прокурора Республики Казахстан ставился вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Казахстан и оставлении в силе определения и апелляционного решения судебной коллегии по гражданским делам Восточно-Казахстанского областного суда. Выслушав объяснения представителя ЗАО «Банк Туран-Алем», представителей истцов, заключение Генерального прокурора РК, поддержавшего доводы протеста, исследовав материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам ВС РК посчитала, что правовых оснований для удовлетворения протеста не имелось. В соответствии со ст.379 ГПК РК, основаниями к отмене решения в апелляционном порядке являются нарушение или неправильное применение судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, предусмотренных ст.ст. 365, 366 ГПК РК. При разрешении данного дела таких нарушений судом первой инстанции не было допущено, на что правомерно указала судебная коллегия по гражданским делам ВС РК, отменяя определение и апелляционное решение судебной коллегии по гражданским делам областного суда.

При изложении ВС РК правовой позиции по данному делу используется следующая аргументация. Согласно п.1 ст.307 ГК РК, в договоре о залоге должны быть указаны предмет залога и его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Аналогичные требования о необходимости указания существа основного обязательства, его размера, сроков исполнения содержатся и в Указе Президента РК, имеющем силу закона, «Об ипотеке недвижимого имущества» (ст.7). Однако, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, договор о залоге от 31 августа 1998 года не содержит указаний о существе основного обязательства, его размере и сроках исполнения. В силу п.3 ст.307 ГК РК, несоблюдение этих правил влечет недействительность договора о залоге, что правомерно и вызвало удовлетворение иска судом первой инстанции. Ссылка в протесте на то, что согласно п.4.2 договора о залоге данный договор является неотъемлемой частью кредитного договора № 1 от 31 августа 1998 года, в котором содержатся все необходимые условия, несостоятельна, поскольку в силу вышеназванных требований закона существо основного обязательства, его размер и сроки исполнения должны указываться в самом ипотечном договоре, а не носить отсылочный характер на кредитный договор, который залогодатель не подписывал и не являлся его стороной. Сторонами кредитного договора являлись Восточно-Казахстанский филиал ЗАО «Банк ТуранАлем» и ТОО СП «Элита-2000». Несостоятельна и ссылка в протесте на статью 11 Указа Президента РК, имеющего силу закона «Об ипотеке недвижимого имущества», так как ст.7 этого закона дает прямое указание о необходимости содержания в самом ипотечном договоре существа основного обязательства, его размера и сроков исполнения. Кроме того, в ст.11 этого же законодательного акта указывается, что к ипотечному договору могут быть приложены документы, определяющие условия ипотеки, а в договоре залога и в пролонгированном соглашении от 1 марта 1999 года, наоборот, устанавливается, что договор залога является неотъемлемой частью кредитного договора. Также, согласно п.п.15 пункта 1 ст.62 и ст.ст.79 и 80 Закона РК «Об акционерных обществах», решение о заключении крупной сделки относится к исключительной компетенции совета директоров акционерного общества и должно быть утверждено общим собранием акционеров.

Как видно из материалов дела, указанные требования закона также не были соблюдены в полной мере при заключении договора залога. А ссылка в протесте на решение собрания акционеров от 10 апреля 1998 года неубедительна и не может повлечь правовые последствия, так как в нем отсутствует конкретизация основных условий договора, касающаяся существа, размера и срока исполнения обязательства. В частности, в содержании решения, принятого за несколько месяцев до заключения договора залога и кредитного договора, такие условия вовсе отсутствуют. Означенное не исключает, что акционеры действительно находились в заблуждении относительно существа долгового обязательства и его размера, тем более, что регистрация договора залога в нарушение условий договора проводилась не самим истцом, а кредит был перечислен банком за несколько дней до регистрации договора залога. Исходя из изложенного, и руководствуясь ст.398 ГПК РК, Президиум ВС РК постановление судебной коллегии по гражданским делам ВС РК от 27 декабря 2000 года по настоящему делу оставил без изменения, а протест - без удовлетворения. Тем самым ВС РК, излагая свои позиции по рассматриваемым вопросам, способствует формированию единой судебной практики при рассмотрении аналогичных гражданских дел.

Как отмечалось выше, формирование судебной практики по гражданским делам не ограничивается только правотворческой деятельностью ВС РК. Орган высшей судебной власти получает информацию о судебной практике именно от нижестоящих судов, которые рассматривают и разрешают гражданские дела, непосредственно применяя гражданско-правовые нормы. На основе актов судов, отражающих опыт применения закона, данных судебной статистики складывается судебная практика по гражданским делам, обобщение и анализ которой позволяет выявить недостатки, упущения, несовершенство гражданского законодательства, определить возможные пути его дальнейшего развития. Под обобщением судебной практики по гражданским делам понимается исследовательский труд, предметом которого является правоприменительная деятельность, содержащий систематизацию судебных дел, выделение относительно устойчивых различий применения судами гражданского законодательства, выявление причин и условий, способствовавших этому, выработку предложений и рекомендаций по исследуемой проблеме. Цель обобщения – изучение проблем судебной практики, выработка предложений по формированию единообразного применения гражданского законодательства, выявление пробелов, не урегулированных правом, их анализ. Результаты обобщения служат основанием для подготовки и принятия нормативных постановлений ВС РК, выработки рекомендаций по обеспечению единообразия судебной практики. Обобщение помогает выявить новые вопросы, возникающие в судебной практике, изучать и распространять положительный опыт работы отдельных судов и судей. Задачи обобщения судебной практики рассмотрения гражданских дел: а) выработка предложений по формированию единообразного применения гражданского законодательства; б) изучение практики применения гражданско-правовых норм; в) анализ применения гражданских законов в отношении отдельных объектов; г) выявление причин неправильного применения закона; д) выработка соответствующих рекомендаций.

Основанием для проведения обобщения являются, в первую очередь, различия в применении гражданского законодательства судами, влекущие нарушение судебной практики; ошибки, допускаемые судами; статистические данные, свидетельствующие о проблемах применения материального и процессуального права; изменения гражданского законодательства, влияющие на судебную практику; результаты рассмотрения обращений в суд государственных органов и учреждений, а также плановые мероприятия соответствующего суда и т.д. Обобщения судебной практики проводятся как по отдельным категориям гражданских дел, так и по отдельным нормам материального и процессуального закона; кроме того, обобщается апелляционная и надзорная практика. Обобщение может быть проведено в масштабе района, области либо республики [272, с.62-63]. ВС РК, занимаясь изучением практики рассмотрения и разрешения судами нижестоящих инстанций гражданских дел, использует результаты обобщения судебной практики рассмотрения гражданских дел при опубликовании обзоров судебной практики, являющихся важным средством обеспечения единообразной деятельности судов. Выделим основные характерные черты обзоров судебной практики по гражданским делам:

- данные акты носят внутриведомственный характер и адресованы только нижестоящим судам;

- обзоры судебной практики по гражданским делам имеют характер управленческих актов, в которых выражаются отношения власти и подчинения между судами. Данное обстоятельство подтверждается тем, что обычно в заключении подобных обзоров нижестоящим судам вменяется в обязанность или рекомендуется провести конкретные мероприятия, связанные с устранением отмеченных недостатков;

- обзоры судебной практики по гражданским делам, являясь по своей форме обобщениями существующей судебной практики, носят общий характер и содержат примеры неправильно разрешенных дел, анализ типичных ошибок, напоминания о действующем законодательстве, комментирование правовых норм;

- обзоры судебной практики по гражданским делам носят строго подзаконный характер и должны соответствовать действующему законодательству;

- обзоры судебной практики по гражданским делам не являются источниками права.

Исходя из изложенной характеристики, можно сказать, что обзоры судебной практики по гражданским делам, проводимые вышестоящими судами, являются актами руководства деятельностью подчиненных судебных органов. Будучи важным средством обеспечения единообразной деятельности судов нижестоящих инстанций по применению гражданско-правовых норм, по своей юридической силе и значению они занимают промежуточное положение между актами казуального толкования и нормативными постановлениями ВС РК. Также необходимо акцентировать внимание на том, что обзоры судебной практики по гражданским делам, представляющие собой ориентир для нижестоящих судов, источником права не являются, следовательно, при наличии у судьи собственного убеждения, отличного от позиции ВС РК, он должен руководствоваться гражданским законом. Сказанное свидетельствует о подлинной независимости судей при отправлении ими правосудия. Но на практике нижестоящие суды придерживаются предлагаемой Верховным Судом РК позиции при разрешении сходных споров.

В подтверждение возьмем пример из обзора результатов изучения апелляционной и надзорной практики коллегии по гражданским делам ВС РК за первое полугодие 2002 года, в котором приводится постановление коллегии по гражданским делам Верховного суда, которым 12 марта 2002 года отменено определение Восточно-Казахстанского областного суда от 12 ноября 2001 года об отказе в принятии иска налогового комитета по городу Семипалатинску к ОАО «Семипалатинские ТЭЦ» о взыскании суммы задолженности по платежам в бюджет. Отказ в принятии иска суд мотивировал тем, что ст.ст.154-156 Кодекса РК о налогах и других обязательных платежах в бюджет предусмотрен внесудебный порядок взыскания задолженности по налогам и другим финансовым обязательствам налогоплательщика перед государством. ВС РК признал данное решение ошибочным, поскольку указанными статьями кодекса предусмотрен порядок принудительного взимания задолженности по налогам и другим обязательствам налогоплательщика, а также способы обеспечения уплаты таковых, однако применение этих мер является правом налогового органа, а не обязанностью. Кроме того, закон не содержит указания о том, что неиспользование этого права исключает возможность на обращение с иском в суд [273, с.26]. На данное постановление коллегии по гражданским делам ВС РК, опубликованное в обзоре судебной практики по гражданским делам, позднее ориентировались судьи нижестоящих инстанций при рассмотрении и разрешении аналогичных гражданских дел.

Часто при изложении правовой позиции ВС РК дается разъяснение норм права, в частности, в обзорах судебной практики по гражданским делам. Коллегия по гражданским делам ВС РК 6 июня 2002 года отменила постановление суда г. Астаны от 8 апреля 2002 года о возврате апелляционной жалобы ТОО «Нефтяная компания Казахстан Аль-Таджир». Коллегия указала, что вывод суда о возврате жалобы по причине пропуска срока на обжалование является ошибочным, так как апелляционная жалоба на решение суда г. Астаны от 11 марта 2002 года, датированная 26 марта 2002 года, была сдана на почту в тот же день, что подтверждается почтовой квитанцией. Постановление коллегии по гражданским делам Верховного суда РК мотивировано тем, что, согласно п.1 ст.176 ГК РК и ч.2 ст.124, ч.2 ст.125 ГПК РК, процессуальное действие, для совершения которого установлен срок, может быть выполнено до 24 часов последнего дня срока. Если жалобы, документы либо денежные суммы были сданы на почту, телеграф или переданы по другим средствам связи до 24 часов последнего дня срока, то срок не считается пропущенным. В рассмотренном случае течение 15-дневного срока на подачу апелляционной жалобы начиналось с 12 марта 2002 года и заканчивалось 26 марта 2002 года. Заявитель сдал жалобу на почту 26 марта, в последний день срока, то есть своевременно, но она была неправомерно возвращена [273, с.28].

Следует заметить, что, руководствуясь в своей работе указаниями, содержащимися в обзорах судебной практики по гражданским делам, нижестоящие суды, тем не менее, не вправе ссылаться по конкретным делам на подобные акты как на основание для определенного разрешения гражданских дел. Причина ясна: обзоры судебной практики по гражданским делам не являются источниками права. Несмотря на это, обзоры судебной практики, решения по конкретным гражданским делам, текущая переписка судов, материалы работы Научно-консультативного совета ВС РК имеют немаловажное значение для деятельности по применению гражданско-правовых норм судами. Названные формы выражения судебной практики по гражданским делам представляют собой многоступенчатый процесс сбора эмпирического материала о работе судебной системы и его анализа на разных этапах.

Важнейшим итогом процесса сбора материалов по применению гражданско-правовых норм судами являются нормативные постановления ВС РК. При возникновении предположения о необходимости принятия нормативного постановления предварительно запрашивается практика нижестоящих судов по рассмотрению определенной категории гражданских дел. Далее следует огромная работа по анализу и обобщению судебной практики, оценке количественной и качественной сторон судебных решений различных инстанций по гражданским делам, обсуждению вопросов на пленарном заседании. Для принятия нормативного постановления ВС РК необходимы два обязательных условия: анализ обширной судебной практики по гражданским делам в масштабе всей страны и ее разнообразие в смысле принятия различных решений по аналогичным делам.

Немаловажное значение для судебной практики имеет единообразие в понимании различных дефиниций и правовых терминов, используемых в процессе применения гражданско-правовых норм судом. Именно высшему органу судебной власти принадлежит роль установления пределов понимания текста нормативного правового акта при выработке таких дефиниций. Эта особая роль ВС РК детерминирована тем, что гражданское законодательство содержит огромное количество оценочных понятий, неопределенных выражений, содержащих количественные и качественные характеристики (разумный срок, продолжительный период, к выгоде, существенное нарушение, незамедлительно и др.), или терминами, не имеющими точного законодательного определения (гражданский оборот, обычай, мелкая бытовая сделка и др.). Формулирование определений и разъяснение смысла различных категорий гражданского права – весьма сложное, требующее громадных интеллектуальных усилий и широкого доктринального подхода занятие, но оно неизбежно, и, к сожалению, больше критикуется, чем объективно оценивается. В связи с введением в действие новых актов гражданского законодательства, зачастую регулирующих совершенно неизвестные ранее гражданско-правовые отношения, возникает настоятельная необходимость в точном и правильном определении сути правовых явлений посредством формулирования четких понятий и дефиниций.

Так, нормативное постановление ВС РК №10 от 19 декабря 2003 года «О применении судами законодательства об оспаривании решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений, организаций, должностных лиц и государственных служащих» в п.4 дает подробное определение государственных органов, общественных объединений, организаций: «Под государственными органами понимаются государственные учреждения, уполномоченные Конституцией, законами, иными нормативными правовыми актами на осуществление от имени государства функций по: а) изданию актов, определяющих общеобязательные правила поведения; б) управлению и регулированию социально-значимых общественных отношений; в) контролю за соблюдением установленных государством общеобязательных правил поведения (п.2 ст.1 Закона РК «Об административных процедурах»). Общественными объединениями признаются политические партии, профессиональные союзы и другие объединения граждан, созданные на добровольной основе для достижения ими общих целей, не противоречащих законодательству (п.1 ст.106 ГК РК). К организациям относятся юридические лица, действующие в организационно-правовых формах, предусмотренных п.п.2 и 3 ст.34 ГК». Далее, в п.п. 1, 2 п.6 этого же нормативного постановления закреплены развернутые понятия «государственный служащий» и «должностное лицо» [267, с.26].

В связи с введением в действие законодательных актов, предусматривающих новый вид гражданско-правовой ответственности - ответственность за причинение морального вреда, возникла необходимость в определении понятия морального вреда. Пленум ВС РК в нормативном постановлении №10 от 22 декабря 1995 г. «О применении судами законодательства о возмещении морального вреда» дает такое определение: «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания (унижение, раздражение, гнев, стыд, отчаяние, физическая боль, ущербность, дискомфортное состояние и т.п.), испытываемые (претерпеваемые, переживаемые) потерпевшим в результате совершенного против него правонарушения» [274, с.135]. Данное нормативное постановление было отменено в связи с принятием нового нормативного постановления Верховного Суда Республики Казахстан №3 от 21 июня 2001 года «О применении судами законодательства о возмещении морального вреда» (с изменениями, внесенными нормативным постановлением ВС РК от 20.03.03 г. №3), в котором понятие морального вреда было существенно углублено, что создало возможность правильного и единообразного применения в судебной практике законодательства, регулирующего защиту личных неимущественных прав и благ, принадлежащих гражданам, и возмещения причиненного им морального вреда.

Согласно п.3 указанного нормативного постановления ВС РК, «под моральным вредом следует понимать нравственные или физические страдания, испытываемые гражданином в результате противоправного нарушения, умаления или лишения принадлежащих ему личных неимущественных прав и благ». Далее понятие морального вреда конкретизируется следующим образом: «под нравственными страданиями как эмоционально-волевыми переживаниями человека следует понимать испытываемые им чувства унижения, раздражения, подавленности, гнева, стыда, отчаяния, ущербности, состояния дискомфортности и т.д. …Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, испытываемую гражданином в связи с совершенным против него противоправным насилием или причинением вреда здоровью» [275, с.124].

Суды различных уровней при применении гражданско-правовых норм осуществляют конкретизацию законодательства, обогащая тем самым судебную практику. Необходимость, даже неизбежность конкретизации объясняется неопределенностью правовых норм, поскольку формулировки в тексте закона намеренно изложены так, чтобы они охватывали максимально широкий круг ситуаций. В этих случаях суду надлежит решить, подпадает ли то или иное дело под ситуацию, которую имел в виду законодатель, принимая данный закон. К примеру, при рассмотрении гражданского дела по иску прокурора Актюбинской области о признании недействительным ипотечного договора, заключенного между ОАО «Казкоммерцбанк» и частным предпринимателем С.И. Тащановой, судебная коллегия по гражданским делам ВС РК в надзорном порядке установила, что Актюбинский городской суд решением от 11 октября 1999 года и судебная коллегия по гражданским делам Актюбинского областного суда определением от 30 ноября 1999 года неправильно применили нормы гражданского законодательства. Так, судом оставлены без внимания допущенные ответчиками нарушения закона при заключении ипотечного договора, в частности, отсутствие у С.И. Тащановой, не являющейся собственником предмета залога (детского садика № 52 «Белочка» и земельного участка, относящегося к государственному нежилому фонду), согласия органа, уполномоченного представлять интересы государства в отношении республиканской собственности – областного территориального комитета по управлению государственным имуществом и приватизации. Городской суд и коллегия областного суда неправомерно произвели замену стороны залогодателя, возложив на акима города ответственность за неисполнение обязательств частного предпринимателя, неправильно сославшись на постановление Правительства РК № 157 от 5 февраля 1997 года «О перечне объектов коммунальной собственности», постановление Госкомитета РК по управлению госимуществом № 76 от 14 февраля 1997 года «О перечне объектов коммунальной собственности» и решение акима области №80 от 10 апреля 1997 года «О перечне государственных предприятий и объектов коммунальной собственности».

В надзорном порядке было установлено, что указанные акты содержали указания о передаче на утверждение акимам областей и г.Алматы перечня государственных предприятий и объектов коммунальной собственности в целях дальнейшей передачи Госкомитету РК по приватизации и его территориальным органам для продажи. Право же передачи акимами в залог объектов, относящихся к государственному нежилому фонду, они не предусматривали. Следовательно, судом в силу неправильного применения действующего законодательства было нарушено требование п.2 ст.305 ГК РК о том, что залогодателем вещи может быть ее собственник, либо с согласия собственника лицо, имеющее на нее право хозяйственного ведения [276, с.37-39].

Специфика деятельности судебных органов по применению гражданско-правовых норм проявляется в том, что в процессе конкретизации норм гражданского права участвуют как судьи нижестоящих судов, так и Верховного суда. Решения по отдельным гражданским делам обобщаются; в итоге заключительное разъяснение норм законодательства дается ВС РК в обзорах практики и нормативных постановлениях. Конкретизация гражданско-правовых норм, осуществляемая в нормативных постановлениях ВС РК, имеет целью совершенствование законодательства и судебной практики по гражданским делам. Во-первых, в постановлениях более четко определяется сфера действия той или иной нормы. Во-вторых, нормативные постановления уточняют структурные части правовых норм либо всю норму в целом. В-третьих, нормативные постановления часто содержат распространительное и ограничительное толкование норм законодательства. В-четвертых, в нормативных постановлениях нередко уточняются вопросы подведомственности и подсудности.

Важнейшая черта судебной практики по гражданским делам - создание в результате конкретизации закона прецедентов толкования посредством формулирования правоположений, которые способны настолько совершенствовать законодательство, что можно говорить даже о правообразовательном характере судебной практики. Результаты толкования вытекают из закона, являются выводами из действующего законодательства и фиксируются в судебной практике, приобретая в итоге значение «конкретизирующих закон нормативных положений», входящих в состав объективного права. Они могут быть сформулированы высшим судебным органом или нижестоящим судом по конкретному делу. Но решение, вынесенное по отдельному делу, становится правоположением лишь в том случае, если оно воспринято практикой и служит образцом для вынесения решений по однородным делам, своеобразным прецедентом толкования [277, с.352].

Правоположение как результат конкретизации норм права, в свою очередь, основывающейся на толковании норм права, в то же время идёт дальше, привнося новый элемент в правоприменительный процесс, чем и отличается от судебного толкования. Противники данной точки зрения утверждают, что положения данной теории противоречат указаниям закона. Так, А.Т. Боннер замечает, что при этом забывается об обязанности суда разрешать гражданские дела на основании действующего законодательства, а не каких-то «правоположений», хотя бы и выработанных судебной практикой. «Правоположения» не могут создать обязательной нормы, поскольку такой нормой является сам интерпретируемый закон [278, с.197-201].

В юридической литературе широко обсуждалось соотношение «прецедентов толкования» (правоположений) и правовых норм. Ряд ученых, придерживаясь позиции приравнивания «прецедентов толкования» к правовым нормам, говорят о том, что по наиболее сложным делам в мотивировочной части судебного решения необходимо ссылаться не только на нормы закона, но и на акты казуального толкования. Н.Н. Вопленко полагает, что на решения судов по конкретным делам в судебных постановлениях ссылаться можно, а на обзоры судебной практики, подготовленные соответствующими вышестоящими судами, нельзя. «Это объясняется тем обстоятельством, что обзоры судебной практики не являются источником права» [73, с.105]. Мысль, безусловно, верная. Однако такой же вывод с еще большим основанием можно отнести к постановлениям судебных органов по конкретным делам. Необходимо обратить внимание на то, что признание обязательности «правоположений», выработанных в судебной практике, подразумевает придание судебным постановлениям нормативного характера, следовательно, только общепризнанная практика может быть источником права. В юридической литературе в качестве подтверждения обоснованности теории о правоположениях приводится определение права с точки зрения концепции «живого права». В данном контексте право - не то, что записано в законах, а то конкретное имущественное и иное удовлетворение своих претензий, которое получает через суд участник спора. Эта концепция полагает, что именно судебные решения и являются «живым», то есть реально существующим правом. В силу этого решения суда становятся правоположениями в тех случаях, когда приобретают обязательный характер. По этой причине они обеспечиваются авторитетом высшего судебного органа, его возможностями отменить все те решения, которые противоречат эти правоположениям. Примером правоположения, выработанного судебной практикой, может служить следующее: сделка, осуществляемая с использованием ЭВМ, равнозначна письменной сделке, речь о которой идет в ст.ст.151, 152 ГК РК. Данное правоположение позволяет беспрепятственно использовать ЭВМ в имущественном обороте.

Подводя итоги дискуссии о том, являются ли правоположения самостоятельными правовыми нормами либо неотъемлемыми составными частями разъясняемых нормативных актов, Н.Н. Вопленко приходит к выводу, что официальное толкование представляет собой неотъемлемую составную часть самой толкуемой нормы. Это высказывание вызвало ряд возражений у различных авторов. Так, П.Е. Недбайло писал: «Признание толкования частью нормы, от кого бы оно ни исходило, открывает возможность для изменения содержания нормы путем толкования, что может привести к произвольным действиям в процессе их осуществления» [164, с.355].

Самостоятельность правоположений, созданных в результате конретизации гражданско-правовой нормы, подтверждается также характером самих актов официального толкования как реально существующей, качественно обособленной системы правовых актов. Эта мысль находит свое подтверждение также в судебной практике. Вместе с тем необходимо отметить, что самостоятельность правоположений, устанавливаемых официальным толкованием, имеет определенные пределы, то есть акт толкования не может подменять собой правовую норму. Он имеет практическое значение не сам по себе, а только в связи с реализацией разъясняемой нормы. Несмотря на ряд общих моментов, сближающих толкование и правотворчество, нормативные постановления не могут применяться самостоятельно, то есть без разъясняемых ими правовых норм. Они имеют силу и значение только в течение срока действия толкуемых норм и в случае их отмены прекращают свое действие.

Обобщение судебной практики часто способствует обнаружению пробела в законодательстве. В этом случае высший орган судебной власти предлагает судам решать вопрос, исходя из обстоятельств дела. Так, в нормативном постановлении Верховного Суда РК № 16 от 22 декабря 2000 года «О практике применения судами законодательства об охране окружающей среды» указывается, что в случае, если порядок исчисления ущерба не регулируется специальным нормативным правовым актом, его размер определяется по фактическим затратам на восстановление нарушенного состояния окружающей среды с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды. В данном случае речь идет не столько о разъяснении или официальном толковании, сколько о создании новой правовой нормы. Данный пример свидетельствует о важной роли судов в применении гражданско-правовых норм, так как именно судья на основании закона и внутреннего убеждения обязан установить волю законодателя и разрешить гражданское дело, исходя из конкретных обстоятельств.

Верховному Суду РК п.п.4 п.2 ст.20 Конституционного Закона РК от 25 декабря 2000 года «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан» предоставлено право вносить Президенту РК предложения по совершенствованию законодательства. Кроме того, ВС РК принимает участие в обсуждении проектов нормативных актов. Итогом подобной деятельности является нормативное постановление № 11 от 9 июля 1999 года «О проекте Государственной программы правовой реформы в Республике Казахстан (2-й этап)», которым были одобрены предложения и замечания к проекту «Государственной программы правовой реформы в Республике Казахстан (2-й этап)». Пленум ВС РК внес предложение об обсуждении проекта Государственной программы правовой реформы широкой юридической общественностью. Среди ряда обсуждаемых вопросов интересно замечание сравнительного характера в отношении расширения системы судебных органов: «Создание окружных судов, по мнению коллег, не оправдано, поскольку потребует дополнительных финансовых средств. Россия пошла по этому пути в силу своего государственного устройства, поскольку конфликты между региональной властью и Федеральным центром должны были быть разрешены судебным органом, не подпадающим под юрисдикцию какого-либо из этих регионов. Поэтому принцип экстерриториальности напрямую связан с формой административно-территориального устройства государства, что для нас неприемлемо» [278, с.197-201]. Налицо творческий, обдуманный подход к оценке опыта судебно-правовой реформы других стран. Однако, принятие нормативного правового акта еще не является гарантией его безоговорочного исполнения. Именно соответствие законодательства и судебной практики свидетельствует о законности в государстве. Формирование судебной практики по гражданским делам – сложный процесс взаимодействия всех судебных органов (от нижестоящих судов до ВС РК), входящих в судебную систему Республики Казахстан.

Значение судебной практики в гражданском праве трудно переоценить, и заключается оно в следующем:

- судебная практика способствует единообразному толкованию и применению законов;

- судебная практика выявляет недостатки законодательства, в том числе и пробелы, и сигнализирует о необходимости его изменения;

- обобщение судебной практики создает базу для дальнейшего совершенствования законодательства;

- судебная практика представляет собой проверку на опыте жизненности и правильности того или иного законодательного акта;

- судебная практика создает правоположения [14, с.270-278].

Судебная практика не имеет закрепленного Конституцией РК официального статуса источника права, но фактически, как система результатов, итогов судебного применения гражданско-правовых норм, обобщается и закрепляется в нормативных постановлениях ВС РК, опосредованно становясь источником права. Несмотря на имеющиеся недостатки судебной практики рассмотрения гражданских дел, необходимо отметить, что главное заключается в общем направлении ее развития, которое в целом представляется правильным и прогрессивным. Важнейшее значение и социальная ценность судебной практики заключаются в том, что она во взаимодействии с другими структурными элементами правовой системы способна выявлять закономерности ее развития и функционирования, способствовать совершенствованию законодательства и успешному решению задач судебно-правовой реформы в нашем государстве.

<< | >>
Источник: АЛИМБЕКОВ МУСАБЕК ТУРГЫНБЕКОВИЧ. Судебное правотворчество и применение гражданско-правовых норм в механизме правореализации. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Республика Казахстан Алматы, 2010. 2010

Еще по теме 6.3 Важнейшие аспекты судебной практики по гражданским делам:

  1. Параграф 2. Специализированный процесс или процессуальные особенности рассмотрения отдельных категорий гражданских дел?
  2. Судебная защита избирательных прав участников избирательного процесса
  3. 16.4. Судебно-арбитражная практика в сфере портфельных инвестиций на примере законодательства об акционерных обществах
  4. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ, НОРМАТИВНЫХ ПРАВОВЫХ АКТОВ И СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ
  5. Гражданско-правовое обеспечение потребительского интереса гражданина, являющегося должником в договорном обязательстве
  6. Судебная практика в системе правовых источников защиты прав потребителей.
  7. Понятие и особенности гражданско-правовой защиты прав потребителей.
  8. Организация судебного и внесудебного юрисдикционного контроля за антимонопольной администрацией
  9. §2. Организационные и процессуальные аспекты деятельности по разрешению административно-правовых споров в зарубежных странах
  10. ГЛАВА 1. ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ФОРМ ПЕРЕСМОТРА СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ
  11. § 2. Определение круга лиц, участвующих в деле, по рассмотрению корпоративного спора
  12. 5.3 Пути совершенствования судебного применения гражданско-правовых норм
  13. 6.1 Правоприменительные акты судебных органов по гражданским делам и их правоохранительный и правоустанавливающий характер
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -