<<
>>

Понятие терроризма в криминологии, его признаки и сущность.

Как явствует из уголовно-правового анализа понятия терроризм, более или менее успешная попытка дать его целостное определение, или, как минимум обозна­чить его характеристики и значимые признаки может быть предпринята в рамках криминологии.

Вопрос о значении термина «терроризм», его научном, юридическом и обще­употребительном понимании остается нерешенным до сего дня. И это связано с дву­мя важными обстоятельствами. Во-первых, в отечественной и зарубежной кримино­логической литературе, а также в нормативных актах, относящихся как к междуна­родному, так и к национальным системам права, существует огромное количество определений данного явления - официальных и неофициальных, научных или пре­тендующих на научность и обыденных, принадлежащих конкретным авторам или организациям. Пожалуй, нельзя даже назвать точную цифру таковых определений, но явно их более ста (некоторые называют цифру 200), и при этом почти каждое из них, будучи не в состоянии охватить собой явление во всей полноте, как правило, акцентирует свое внимание на каком-то одном или двух-трех аспектах терроризма (например, противоправность, насильственность, стремление посеять страх и т.д.). То есть, многообразие определений предопределяется сложностью терроризма как части социального бытия и желанием исследователей как можно точнее его охарак­теризовать, и это вполне естественно, а кроме того, терроризм весьма динамичен и изменчив, он непрерывно приспосабливается к социальной среде и постоянно обре­тает дотоле неведомые формы и черты, связанные с особенностями современной эпохи. Наличие большого числа определений дает более обширный материал для научного исследования, а с другой стороны - разнообразие трактовок осложняет по­следнее. Кроме того, подобная ситуация невольно приводит к мысли о невозможно­сти дать целостное, универсальное определение терроризма, полностью справедли­вое для всех времен и народов.

Таким образом, возникает несколько странная ситуа­ция, когда невзирая на изобилие дефиниций, напрашивается вывод о том, что терро­ризм пока остается без определения, поскольку нет единственного и полного. «Несмотря на обилие литературы по проблемам терроризма, международного терро­ризма, террора, соответствующие понятия пока не имеют, по мнению большинства исследователей, точных и общепринятых определений. К такому выводу приходили западные ученые еще в середине 70-х годов - в начальный период интенсивного изу­чения вопросов терроризма вообще и международного терроризма в частности. Не­многое изменилось во взглядах авторов на этот вопрос и в конце 80- начале 90-х го­дов»[26] - констатация этого факта Е.Г. Ляховым в монографии, изданной несколько лет тому назад, остается актуальной по сей день. Логичной и вполне справедливой реакцией, особенно явно заявившей о себе во второй половине 80-х годов, на такое положение явилась идея о том, что не стоит в принципе искать исчерпывающего оп­ределения терроризма, ученому, политику, юристу не следует беспокоиться о дефи­ниции, если основное значение термина понятно даже при некоторой размытости его границ. Эта позиция была открыто заявлена в декларации семи ведущих промыш­ленных держав (Токио, 1986), касавшейся проблемы международного терроризма, и утверждавшей, что он не нуждается в специальном определении. В научных кругах подобный подход отстаивает, например, британский исследователь А. Робертс[27]. В 1994 г. в ходе заседания «круглого стола» в редакции журнала «Государство и пра­ва» эту же мысль высказал С.А. Эфиров: «Возможно, плодотворнее не искать уни­версальное определение терроризма, а ограничиться некоторыми его признаками»[28]. Именно этот подход представляется наиболее плодотворным.

Во-вторых, нерешенность вопроса о понятии терроризма связано, и это также отмечают многие авторы, с терминологической путаницей, присутствующей в большинстве исследований на эту тему. Так, в научной литературе не вполне ясно прослеживается соотношение этимологически близких терминов «террор» и «терроризм», - чаще всего они употребляются как синонимы, хотя это и не совсем корректно.

Кроме того, терроризм зачастую уподобляется экстремизму, насилию в широком смысле, нечетко вырисовывается грань между ним и иными близкими, но далеко не идентичными понятиями.’Робер Соле еще в 1979 году писал по этому по­воду: «Выдвинут десяток различных дефиниций терроризма, в основном усматривая в нем «умышленное и систематическое использование средств, провоцирующих террор с целью достижения некоторых целей», понимаемое как то, что «террор мо­жет осуществляться только с использованием насильственных средств». Но «насилие» требует, только оно одно, десяти страниц определений»[29]. Такая путаница присутствует даже в современных работах. Поэтому для того, чтобы дать определе­ние терроризму, необходимо в первую очередь четко определить его терминологиче­ские рамки и отграничить его от иных в той или иной мере связанных с ним понятий.

• Так, например, Ю.М. Антонян пишет: «У терроризма в России длинная исто­рия. Она началась не 6 апреля 1866 г. с выстрела психически неполноценного Кара­козова в императора Александра II, а гораздо раньше, когда в устрашение другим убивали бунтующих крестьян или религиозных раскольников, когда свирепствовал Иван Грозный, истреблявший любую оппозицию»[30]. Здесь явно присутствует пре­дельно абстрактное понимание терроризма, отождествляющее его с различными формами широкомасштабного насилия, преступлениями против человечности, гено­цидом, государственным террором, гражданской войной и массовыми убийствами, имевшими место в прошлом и присутствующие в современном мире. Сходной трак­товки терроризма придерживаются М. Одесский и Д. Фельдман в работе «Поэтика террора», которые вообще не разделяют понятий «террор» и «терроризм», считая последний проявлением первого[31]. Собственно, даже термин «терроризм» ими прак­тически не используется, а то, что в криминологическом и социально-политическом смысле принято под этим понимать, они включают в общее понятие «террор». Тер­рор рассматривается как «способ управления социумом посредством превентивного устрашения в условиях массовой истерии.

Соответственно, «террор» - и основопола­гающий государственный принцип, и способ создания «тоталитарного» общества в условиях общества иного типа, «авторитарного» или «демократического»[32]. Террори­стами они считают как преступников, преследующих свои криминальные цели, так и власти, использующие насилие для подавления оппозиционных сил, которые могут меняться местами. Подобные трактовки, видимо, обязаны своим появлением огром­ной роли террора в современной российской истории эпохи социализма. Известный французский политолог Реймон Арон выделял в советской практике три его вида:

так называемый «нормальный», повторяющий опыт Французской революции, отно­сящийся к периоду гражданской войны и направленный против оппозиционных пар­тий и так называемых классовых врагов; террор периода коллективизации и, нако­нец, репрессии, направленные уже не против политических или классовых против­ников, а против несогласных диссидентов внутри самой коммунистической партии, реальных или воображаемых[33]-. Широко толковать понятие терроризм склонны и не­которые зарубежные авторы, например, профессор Сервье, специалист в области уголовного права, который считает, что терроризм «охватывает насилие, совершае­мое одним или несколькими лицами в отношении произвольно выбранных жертв с единственной целью утвердить власть, волю сильного посредством страха, опера­тивного террора, ставшего заразительным»[34] [35], склонен рассматривать как терроризм широкий спектр преступлений, в том числе против мирного населения во время войны, против человечности и гуманизма, злодеяния различных диктаторских режи­мов и т.п., а к субъектам терроризма относить не только конкретных лиц и группы, но и целые государства . То есть в качестве важнейшего, основного признака терро­ризма здесь выступают масштабность насилия, далеко выходящего за национальные рамки, его глобальность. «Терроризм, следовательно, первом смысле - как указывает автор - наступательная система, используемая лицом или группой, более или менее многочисленной, с тем, чтобы навязать свою волю всему народу, не упуская из виду всю цивилизацию, оказать давление на ход исторического процесса»[36].

Такая точка зрения часто встречается в зарубежной криминологии.

. Между понятиями «террор» и «терроризм» существует четкий водораздел, не­смотря на то, что второе производно от первого. Терроризм, прежде всего, оружие слабых, использующих его ввиду невозможности одержать верх над противоборст­вующей стороной путем открытой прямой схватки (иначе это была бы война), тер­рор - орудие тех, в чьих руках находится власть, что придает ему, официальный (институциализированный) характер. Терроризм не санкционирован официально. Справедливой в этом плане представляется точка зрения авторов работы «Терроризм - глобальная проблема современности» В. Замкового и М. Ильчикова: «... Нам пред­ставляется более правомерным и логичным понятие террор относить к политиче­ским силам, находящимся во власти, опирающимся на властные структуры и ре­прессивный аппарат подавления, армию, контрразведку, различные спецслужбы и пр., то есть которые объективно являются более сильной стороной в конфликте и противоборстве; понятие же терроризм относится к оппозиционным силам, высту­пающим против «истеблишмента» и объективно являющимся стороной более слабой. Такого трактовка соотношения понятий террор и терроризм в главном сов­падает с дихотомией репрессивного и субрепрессивного террора...»[37]. В этом же клю­че выдержана мысль С.А. Эфирова: «Терроризм всегда был орудием слабых, оруди­ем незначительного меньшинства, которое в фанатической нетерпимости стремится любой ценой навязать свои концепции огромному большинству»[38].

При этом следует уточнить, что термин «террор» может употребляться и в ином смысле: просто как обозначение метода или орудия, к которому прибегают как террористы, использующие его для осуществления тактики терроризма, так и пред­ставители властей, проводящих политику террора (например, якобинский, болыне- висткий террор). Таким образом, опираясь на сказанное, можно дать первое краткое определение терроризма: терроризм - это неинституциализированный, т. е.

не санк­ционированный властью и направленный против официальных государственных и общественных институтов террор. Необходимо сделать и второе важное, на этот раз смысловое уточнение: терроризм - мотивированное деяние вменяемых лиц (насильственные акты невменяемых, террористические по форме, тем не менее не будут являться актами терроризма), хотя мотивы, порой, могут носить и глубоко скрытый, неявный характер.

Стоит совершить небольшой экскурс в прошлое и проследить историю воз­никновения термина «терроризм», его использование в российских источниках, а также его юридическое толкование и понятий, так или иначе с ним связанных.

Энциклопедические определения терроризма. Если обратиться к отечест­венным источникам, то Владимир Даль в своем словаре дает предельно краткое и в то же время обобщенное определение терроризма, под которым подразумевает «устращивание, устрашение смертными казнями, убийствами и всеми ужасами не­истовства»[39]. Из этого весьма краткого определения вытекает то, что в основе терро­ризма лежит стремление посеять страх и ужас. Не намного большим по объему, но несколько более детализированным, а, следовательно, содержательным является оп­ределение С.И.Ожегова, который трактует терроризм как политику и практику тер­рора, а под последним подразумевает «устрашение своих политических противни­ков, выражающееся в физическом насилии, вплоть до уничтожения»[40]. Он выделяет политический террор и индивидуальный (единичные акты политических убийств)[41]. Кроме того, по Ожегову, понятие террор имеет и иное значение и может употреб­ляться в более широком смысле как жестокое запугивание, насилие, например, тер­рор самодура. Таким образом, и здесь подчеркивается органическая связь террориз­ма с понятием устрашения. В Большом советском энциклопедическом словаре (в трех изданиях) содержится только определения террора и международного терро­ризма, терроризм как таковой не рассматривается - видимо, это было связано с офи­циально провозглашенным тезисом об отсутствии терроризма в СССР[42]. Междуна­родный терроризм определяется через описание его внешних признаков и форм, без анализа целей, мотивов и сущности - это насильственные акты против отдельных граждан или объектов, в т.ч. находящихся под защитой международного права (убийства глав иностранных государств и правительств, их дипломатических пред­ставителей, взрывы помещений посольств и миссий, представительств организаций, штаб-квартир международных организаций), взрывы в общественных местах, на улицах, в аэропортах и вокзалах[43]. На отличительные особенности терроризма от иных общеуголовных преступлений здесь почти нет и намека.

Некоторые отличия в определении терроризма прослеживаются в зарубежных справочных изданиях. Британская карманная энциклопедия The Hutchinson опреде­ляет терроризм как «систематическое проявление жестокости в политических целях, часто небольшими группами боевиков (организация взрывов в общественных мес­тах, захват и угон самолетов, организация крушений поездов и пр.)»[44]. При этом под­черкивается, что «мировое сообщество в последнее время активизировало борьбу с вооруженными террористами, но результаты неутешительны»[45]. По смыслу этого оп­ределения явно вытекает то, что под терроризмом авторы подразумевают во-первых, негосударственное насилие (в отличие от террора), во-вторых, политически мотиви­рованное.

(Кстати, трактовка терроризма как в чистом виде политического преступления представлена в книге немецкого криминолога Г. Шнайдера, который полагает, что «политический терроризм следует понимать как применение насилия или угрозы на­силия против лиц или вещей ради достижения политических целей; он осуществля­ется отдельными лицами или группами лиц, действующими по поручению какого-то правительства»[46]. Политический характер данного вида преступлений, по мнению Шнайдера, связан с тем обстоятельством, что они направлены в первую очередь против так называемых «целевых групп», олицетворяющих власть. «В роли «целевой группы» чаще всего выступает правительство, которое принуждается ми­ровым и общественным мнением страны к тому, чтобы действовать в интересах тер­рористов»[47]). •

Почти аналогичное определение дает французский словарь Larousse, в кото­ром сказано, что терроризм - это «совокупность актов насилия, совершенных груп­пировками революционеров: привлекать общественное мнение посредством терро­ризма»[48]. Сюда же относится «режим насилия, установленного государством»[49]. Прак­тически то же самое определение дается в более раннем, 1964 года, десятитомном издании этого словаря[50]. Итальянский энциклопедический словарь Сансони трактует терроризм как «метод политического действия, основанный на безусловном исполь­зовании насилия...»[51]. Все это наглядно показывает, что даже справочная литература не дает конкретного ответа на вопрос: «Что же такое терроризм?». Согласно одним источникам, это - насилие, другим - совокупность актов насилия, третьих - метод действия, четвертых - систематическое проявление жестокости, пятых - политика и практика террора, и список многочисленных подходов и трактовок можно продол­жать чрезвычайно долго, при этом не касаясь различных нюансов, делающих на пер­вый взгляд идентичные определения совершенно разными.

Некоторые подходы к терроризму в криминологической литературе. Из­вестный правовед, бывший министр внутренних дел Франции, Мишель Понятовски со ссылкой на известного британского «терролога», профессора Вилкинсона исполь­зует определение терроризма, которое трактует это явление как «систематическое использование убийств и разрушений а также угроз прибегнуть к ним, с целью тер­роризировать людей, группы, сообщества или правительства и принудить их к вы­полнению своих требований»[52]. Понятовски также склонен рассматривать терроризм как «войну нищих, взбесившихся от оружия». Его опасность становится еще более значительной когда к нему прибавляются... совершенные виды вооружений, уже приобретенные или которые вот-вот будут приобретены.»[53]. Терроризм, по мнению автора, это прежде всего далеко идущий шантаж маленькой группы экстремистов, опирающихся на вооруженное насилие (это главное достоинство его определения, поскольку оно вычленяет одну из двух ключевых характеристик терроризма как по­нятия). Причем шантаж этот обращен не только к правительству, но и к широким кругам общественности. Понятовский приводит пример деятельности инспирируе­мой Ираном «Организации революционного правосудия», похитившей в 1986 г. в Бейруте оператора студии Антенн 2. и потребовавшей освобождения арестованного члена своей организации. Однако требования вышли далеко за рамки этого, по­скольку террористы помимо прочего потребовали «отказа от империалистической политики». И это автоматически содержит в себе несколько подразумевающихся до­полнительных требований, направленных: «- французскому населению: «ваше пра­вительство бессильно», - французскому правительству: «прекратите поставлять оружие в Ирак», - международному общественному мнению: «мы хозяева положе­ния», - Сирии: «вы не хозяева в регионе», - основной массе арабских стран: «выбирайте своих друзей»[54]. Далее Понятовский указывает на очень важные призна­ки и особенности современного терроризма; в нынешних условиях терроризм уже не только преследует свои традиционные цели (путем шантажа оказать давление на правительство, посеять страх среди населения, реализовать какие-либо политиче­ские цели и т.д.), но превращается в способ ведения боевых действий, когда одно из противоборствующих государств, заблаговременно создав на территории противни­ка подпольную террористическую сеть, в удобный момент задействует ее с целью парализовать, дестабилизировать внутреннюю ситуацию в стране. Понятовский приводит пример деятельности иракских секретных служб «Мухабхаротос», которые после оккупации Кувейта в 1990 году незамедлительно приступили к мобилизации всех своих террористических групп и сетей в ряде государств, которые время от времени работали на них. Эта мысль важна тем, что еще раз подчеркивает особые, до XX века неизвестные признаки и формы терроризма, связанные с его трансфор­мацией, обращением к достижениям научно технического прогресса, принятием на вооружение последних новинок в области вооружения и средств массового уничто­жения. В этом бывший министр внутренних дел не одинок, многие исследователи до него и после обращали внимание на эти совершенно новые признаки терроризма, выходящие за рамки традиционных точек зрения на него. Важнейший среди них - глобализация террористический проявлений, которые утрачивая свой локальный ха­рактер, становятся взаимосвязанными, получают поддержку со стороны различных режимов, а порой обращаются на службу сверхдержав. Американский социолог Брайан Дженкинз указывал на то, что мы движемся к эре «войн без государств»[55], ве­дущихся революционерами или наемниками. Французский криминолог Жак Кауф­ман в 1977 году выпустил книгу, в которой показал многообразные взаимные связи различных террористических группировок и организаций, существующих во многих странах мира, подобно паутине опутавших планету. Помимо этого он также отметил связь терроризма и НТР: «Во все времена нации-враги использовали в борьбе между собой перевороты и саботаж. Но то, что является новым в наши дни, это исключи­тельное поле действия, предоставляемое новым террористам научным прогрессом и развитием нашего общества, все более и более зависимого от своей экономической инфраструктуры. Заводы сегодня, атомные электростанции завтра представляют на­столько уязвимые цели, что их разрушение затронет весь сектор национальной эко­номики»[56]. Г.Деникер, полковник швейцарского генерального штаба, формулируя свое определение терроризма, во многом сходное с вышеперечисленными, приори­тетное значение все же отдает такой его важнейшей черте, как стремление запугать кого-либо во имя реализации определенных целей. По его мнению, терроризм - «это систематическое запугивание правительств, кругов населения и целых народов пу­тем единичного или многократного применения насилия для достижения политиче­ских, идеологических или социально-революционных целей и представлений... это интегрированная политика насилия, которая путем бескомпромиссности и жестоко­сти надеется достичь эффекта, недостижимого другими путями»[57].

• Во всех этих многочисленных и разнообразных определениях, приводимых в справочной литературе, в официальных документах, разрабатываемых различными организациями и исследованиях различных авторов, тем не менее присутствует сущностное, субстанциональное ядро - нечто общее, что их объединяет. Это такие признаки, как насильственность, противоправность, стремление посеять страх как конечная цель или как средство для достижение иной цели, хотя каждый из них в отдельности далеко не исчерпывает содержания понятия. Так, открытое физическое насилие может и не присутствовать в некоторых формах современного терроризма, например, психологического, который связан с оказанием прямого воздействия на сознание и подсознание жертвы (это свойственно деятельности некоторых тотали­тарных псевдорелигиозных сект экстремистской направленности).

Однако во многих определениях упускается вторая, наряду со стремлением посеять страх, важнейшая сущностная черта терроризма, без которой невозможна его объективная характеристика, а именно - своеобразная бивалентность объекта воздействия и цели, смещенность насилия. Под этим подразумевается то обстоя­тельство, что при осуществлении преступной акции непосредственный объект - жертва - (заложник, общественный деятель, пострадавшие вследствие взрыва и т.д.) выступают для террориста лишь в качестве инструмента воздействия на основной объект - местные власти или центральное правительство, население города, области, страны или, учитывая возможности современных коммуникаций, все человечество. Та же двойственность прослеживается при выборе цели, что превращает терроризм в подобие насильственного шантажа.

Природа терроризма в наши дни с точки зрения его сущностных характери­стик, обозначенных выше, остается прежней, однако в современных условиях он приобретает новые, ранее не встречавшиеся, черты, признаки, особенности и свой­ства, связанные с изменением масштабов его угрозы, применением новейших техни­ческих достижений и другими моментами, неизвестными и нехарактерными даже для пятидесятых - шестидесятых годов. Именно они и позволяют говорить о появле­нии новых форм и разновидностей терроризма, несмотря на неизменность сущности самого явления. На них стоит обратить особое внимание.

Важной особенностью современного терроризма, в том числе и российского, становится обращение к средствам массовой информации и превращение их в инст­румент достижения своих преступных целей. При чем не столько само обращение (это делали и террористы в прошлом веке), сколько те огромные возможности, кото­рые современные СМИ, особенно электронные, предоставляют в их распоряжением Жан Сервье писал по этому поводу: «Философия истории осуществляется в наши дни через информацию посредством mass media: радиостанции, телевизионные кана­лы, различные журналы, издательские дома, которые, особенно на первый взгляд бесцветные, ловко прибраны к рукам, передают одну и ту же версию фактов, созда­ют один и тот же образ, предвосхищая и подготавливая тем самым мир 1984 таким, каким его предвидел Джордж Оруэлл. Наиболее извращенная и очень эффективная форма терроризма, не меньше, - интеллектуальный терроризм со своим утверждени­ем, своим благословением философии государства или, за неимением, точки зрения интеллигенции, представляемой как единственный авторитет в обществе, обречен­ном на невежество»[58]. Этот признак терроризма, некогда бывший характерным толь­ко для стран Запада, стал актуальным и в России. Достаточно вспомнить пропаган­дистскую кампанию чеченских экстремистов во время вооруженного конфликта, ог­ромный резонанс акций Басаева и Радуева, достигнутый благодаря максимальному использованию возможностей СМИ.

Вторая важная характеристика современного терроризма заключается в его колоссальном разрушительном потенциале, достигнутом благодаря тем, в букваль­ном смысле безграничным возможностям, которые предоставляют ему технические достижения в различных областях человеческой деятельности. Акты «Аум сенрике» полностью развеивают сомнения на сей счет, а в отечественной практике - угрозы Басаева и Радуева применить средства массового поражения против населения в ря­де городов России.

Третий признак современного терроризма связан с тем обстоятельством, что он неофициально (поэтому его и нельзя рассматривать как террор) взят на вооруже­ние правительствами некоторых стран (например тайная поддержка террористиче­ских групп, или подготовка террористов-одиночек), чего не наблюдалось ранее - все же соблюдался некий джентельменский кодекс.

Четвертая особенность, вытекающая из первых трех, это глобализация самой проблемы терроризма, давно утратившей былую локальность и несущей угрозу уже всему человечеству.

Итак, подводя итог всему сказанному можно сделать следующие выводы по поводу понятия и основных признаков терроризма. Во-первых, нужно отметить те из них, которые следовало бы назвать традиционными: предметность, то есть, терро­ризм - это способ достижения каких-либо целей, связанный со «смещением» по ли­нии объект - цель, насильственность, противоправность, стремление посеять страх, ужас, чаще всего антигосударственная направленность, связь с политической сферой - они представляют собой квинтессенцию терроризма, его неизменную суть. Прак­тически все определения, какими бы разными они ни были, отталкиваются именно от них, они присутствуют практически во всех из них.

Понимая суть терроризма в первую очередь как устрашение, запугивание (этимологически это именно так, согласно определениям толковых словарей) и од­новременно - шантаж (который, однако не всегда может присутствовать, например при осуществлении теракта - ст. 167 УК РФ) , нельзя не признать что прямым и не­посредственным объектом которому несет устрашение угрозу и причиняет несо­мненный вред является общественное спокойствие, входящее в состав понятия об­щественной безопасности. Таким образом, логика рассуждения приводит к выводу, что устрашение как концептуальное ядро терроризма и общественное спокойствие как неотъемлемая часть общественной безопасности в наибольшей степени связаны между собой, корреспондируют друг другу в связке «деяние-объект». Устрашение как главное составляющее терроризма присутствует в целом ряде статей УК, о кото­рых шла речь в предшествующем параграфе, и которые по объективной стороне можно квалифицировать как терроризм или преступления, имеющие явные признаки терроризма. Например, проявлением так называемого криминального терроризма несомненно являются и заказные убийства, во-первых, по манере своего соверше­ния, во-вторых, по своим последствиям/По мнению генерала Ф.П. Бобкова, бывше­го начальника 5-го Управления КГБ, занимавшегося борьбой с терроризмом, гром­кое заказное убийство «по своему влиянию на людей можно назвать актами террора. Они рождают в обществе страх»[59]. На это недвусмысленно указывают данные прове­денного социологического исследования: излюбленным материальным средством совершения преступлений, в совокупности образующих терроризм как социально­правовое явление и криминологическое понятие, являются взрывные устройства и взрывчатые вещества (названы 29 % опрошенных)[60], а наиболее распространенный способ совершения акта терроризма (террористического акта) - взрыв (назван 35 % респондентов)[61]; Их характер, способы совершения и последствия способны, помимо всего прочего, дестабилизировать общественно-политическую ситуацию, вызвать большой общественный резонанс, посеять ужас и панику среди населения. То есть, криминологический подход к анализу терроризма, выходя за узкие рамки чисто уго­ловно-правовой квалификации по ст. 205 УК, позволяет выделить ряд наиболее ха­рактерных признаков данного социально-правового явления, и в конечном итоге по­зволяет говорить о террористической манере совершения преступлений, как особой криминологической характеристике, дающей основание квалифицировать то или иное деяние как терроризм. Как пишет В.С.Овчинский, «суть терроризма - вызвать панику в обществе, разрушить всякие гарантии обеспечения безопасности граждан, показать несостоятельность сил правопорядка и свое «всемогущество». Терроризм - это манера совершения преступлений, отличающаяся исключительной жестокостью, угрозой относительно широкого распространения, многочисленностью жертв и ис­полнителей»[62]. Наведение страха на общество, общественные и государственные ин­ституты, население - этот мотив актов терроризма и террористических актов был на­зван 24 % опрошенных сотрудников ОВД[63]. Таким образом, с позиции способа осу­ществления преступления терроризм представляет собой совокупность разнообраз­ных преступных деяний, предусмотренных различными статьями УК, совершенных в особой террористической форме, и в связи с этим имеющих главный «террористический» признак - использование средств устрашения, а в более широ­ком плане - делающий ставку на большой социальный резонанс (например, убийст­во, совершенное в общественном месте с использованием взрывного устройства или умышленное уничтожение чужого имущества при помощи взрыва в ходе конкурент­ной борьбы). Как писал Р. Арон, акт насилия рассматривается как террористический в том случае, когда его психологический эффект обратно пропорционален его ис­тинным физическим результатам[64]. То есть, проявление терроризма, каким бы оно ни было, по своему содержанию - это уголовное преступление, облеченное в особую террористическую форму.

Все это логически подводит к основному выводу.

1. Итак, в самом общем смысле - терроризм это относительно массовое прояв­ление актов терроризма и террористических актов (приходится пользоваться двой­ной терминологией действующего уголовного законодательства). Введение катего­рии относительно массовое необходимо, поскольку единичный акт не позволяет го­ворить о целом явлении.

2. Более конкретное криминологическое определение терроризма, учитываю­щее его уголовно-правовые характеристики, может выглядеть следующим образом: терроризм это умышленное уничтожение, повреждение, захват какого-либо объекта, включая физических лиц, либо иные насильственные действия в отношении них или угроза совершения таких действий с одновременным выдвижением политических, экономических или других социально значимых требований. Здесь учитываются

практически все основные характеристики рассматриваемого явления как социаль­но-правового феномена.

а) Устрашение - главная, базовая характеристика (если оно выступает как фа­культативное или неумышленное обстоятельство, то деяние можно охарактеризовать как имеющее террористическую окраску).

б) Одновременное выдвижение каких-либо социально значимый целей выра­жает второй важнейший компонент терроризма - опосредованный характер воздей­ствия на объект (насильственный шантаж).

в) Умышленное повреждение, уничтожение, захват либо иные насильствен­ные действия в отношении каких-либо объектов, включая физических лиц. Данная часть определения подчеркивает, во-первых противоправный характер описываемых деяний, а во-вторых, указывает их на угрозу общественной безопасности, нарушение которой может явиться следствием паники, ужаса, страха, массовой истерии и про­чих последствий данных действий.

Таким образом, приведенное криминологическое определение терроризма, ви­димо, в достаточной степени точно выражает объективную сущность данного соци­ально-правового явления, отражает его наиболее значимые признаки и характери­стики, и вполне может использоваться как операциональное понятие.

1.3.

<< | >>
Источник: Назаркин Михаил Владимирович. Криминологическая характеристика и предупреждение терроризма. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 1998. 1998

Еще по теме Понятие терроризма в криминологии, его признаки и сущность.:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -