<<
>>

§ 2. Коллизионные нормы об уступке прав требования в международных актах

Международные акты, регулирующие уступку прав требования, осложненную иностранным элементом, направлены главным образом на унификацию материально-правовых норм. Коллизионный способ регулирования используется гораздо реже, главным образом лишь для восполнения пробелов в материально-правовом регулировании либо для решения коллизионной проблемы там, где по тем или иным причинам не удалось прийти к соглашению относительно материально-правовой нормы.

Соотношение материально-правовых и коллизионных норм в международных актах, регулирующих уступку требований, различается. Так, Оттавская Конвенция включает практически исключительно материальноправовые нормы по вопросам международного факторинга и содержит лишь генеральную коллизионную норму в ст. 4(2). Согласно этой норме вопросы, касающиеся предмета Конвенции, которые не урегулированы в ней исчерпывающим образом, решаются в соответствии с ее общими принципами, а при отсутствии таковых - в соответствии с законом, применимым на основании норм международного частного права.

Отдельные коллизионные нормы содержит и Кейптаунская Конвенция. В соответствии с п. 2 ст. 5 вопросы, которые относятся к сфере действия Конвенции, но которые в ней не урегулированы непосредственно, должны регулироваться согласно общим принципам, на которых основывается Конвенция, или, при отсутствии таких принципов, согласно применимому праву. Согласно п. 3 ст. 5 Кейптаунской Конвенции, ссылки на применимое право являются ссылками на нормы внутригосударственного права, применимого в силу норм международного частного права, действующих в государстве суда.

Среди международных договоров, посвященных трансграничной уступке прав требования, наибольшее число коллизионных норм в данной области содержит Нью-Йоркская Конвенция. Хотя основную часть данного документа и составляют материально-правовые нормы, значение коллизионных норм Нью-Йоркской конвенции весьма велико, поскольку они затрагивают наиболее важные аспекты цессии и представляют собой ценное обобщение соответствующего международного опыта.

Одной из основных задач, которые ставила перед собой ЮНСИТРАЛ при разработке Нью-Йоркской Конвенции, было урегулирование такого важного и насущного вопроса как приоритет прав конкурирующих заявителей требования. Однако, несмотря на приложенные усилия, Комиссии так и не удалось прийти к консенсусу относительно материально-правовой нормы по этому вопросу . В итоге для его регулирования в Конвенцию была включена коллизионная норма ст. 22, согласно которой приоритет [357]

определяется в соответствии с правом государства местонахождения

358

цедента .

Объем рассматриваемой нормы ст. 22 Конвенции охватывает не только определение того, кто будет иметь преимущественное право на платеж, но и смежные вопросы, например о том, следует ли считать это право имущественным, является ли оно обеспечительным, какие требования должны быть выполнены для придания ему силы. Как отмечалось в докладе рабочей группы по разработке Нью-Йоркской конвенции, аргументами в пользу выбора такой коллизионной привязки как местонахождение цедента послужило то, что его легко установить, а также то, что в этой же стране, как правило, будет открываться и производство о несостоятельности в отношении цедента[358] [359]. В зарубежной юридической литературе приводятся и иные доводы в пользу данного подхода: в частности, такая коллизионная норма позволит подчинить единому праву все уступки дебиторской задолженности, произведенные конкретным цедентом, повышая степень правовой определенности, а также облегчая установление факта произошедшей уступки и учет совершаемых сделок[360].

Однако, высказывались и противоположные мнения. Отмечалось, что применение рассмотренной коллизионной нормы вкупе с нормами Конвенции об установлении местонахождения стороны может вызвать затруднения на практике, поскольку установление местонахождения цедента влияет, во-первых, на применимость Конвенции (при определении международного характера уступки согласно ст. 3) и, во-вторых, на выбор права, согласно которому определяются приоритеты (ст.

22)[361]. Кроме того, выбор права вследствие применения рассматриваемой коллизионной нормы Нью-Йоркской Конвенции в ряде случаев может носить случайный характер и иметь «мало связи» с самой уступкой[362].

Согласно п. 1 ст. 23 Нью-Йоркской Конвенции в применении какого- либо положения права государства, в котором находится цедент, может быть отказано только в случае, если оно явно противоречит публичному порядку государства суда. При этом нормы права, как государства суда, так и любого другого государства, которые являются императивными, независимо от права, применимого на иных основаниях, не могут препятствовать применению каких-либо положений права государства, в котором находится цедент (п. 2 ст. 23).

Таким образом, применение закона страны цедента может быть ограничено лишь в исключительных случаях, при явном противоречии публичному порядку. Простого несоответствия императивным нормам права страны суда или иного применимого права недостаточно. В п. 3 ст. 23 Конвенции предусмотрено следующее исключение из этого правила: в случае производства по делу о несостоятельности, возбужденного в каком- либо ином государстве, чем государство, в котором находится цедент, любому преференциональному праву, которое возникает в силу закона согласно праву государства суда и которому при производстве по делу о несостоятельности в соответствии с правом этого государства отдается приоритет по отношению к правам цессионария, может быть предоставлен такой приоритет независимо от статьи 22.

Кроме того, гл. V Нью-Йоркской Конвенции включает в себя ряд автономных коллизионных норм, призванных дополнить основное регулирование Конвенции (ст. 26 - 32). Согласно п. 4 ст. 1 и ст. 26 Конвенции положения данной главы применяются к уступкам международной дебиторской задолженности и к международным уступкам дебиторской задолженности независимо от общих положений ст. 1 о сфере применения Конвенции . При этом, в силу ст. 39 Конвенции государство в любой момент может заявить о том, что оно не будет связано положениями главы V (при подписании документа такое заявление сделал Люксембург[363] [364]). Это позволяет избежать ситуации, когда государства отказываются от принятия Конвенции лишь на основании того, что автономные коллизионные привязки не отвечают их собственным коллизионным нормам[365]. Заметим, что рассмотренная ранее коллизионная норма ст. 22 Нью-Йоркской Конвенции об определении приоритета конкурирующих требований не входит в число автономных коллизионных норм главы V, в силу чего их применение не может быть исключено заявлением, сделанным согласно ст. 39 Конвенции.

Автономная коллизионная норма ст. 27 Конвенции посвящена форме договора об уступке. Согласно данной статье, такой договор будет действителен в отношениях между цедентом и цессионарием, если он удовлетворяет требованиям применимого к нему права. Если стороны договора находятся в одном и том же государстве, достаточно соответствия праву государства, в котором он заключен, а если стороны находятся в разных государствах - праву одного из этих государств.

При определении взаимных прав и обязательств цедента и цессионария применяется избранное ими право, а при отсутствии такого выбора - право, наиболее тесно связанное с договором (ст. 28). Что касается права,

применимого к правам и обязательствам цессионария и должника, согласно ст. 29, таковым будет право, регулирующее первоначальный договор.

Таким образом, автономные коллизионные нормы Нью-Йоркской Конвенции, регулирующие взаимоотношения между цедентом и цессионарием, а также между цессионарием и должником, отражают общепринятые современные подходы коллизионного регулирования, содержащиеся, в частности, в Римской Конвенции[366].

В силу ст. 31 Нью-Йоркской Конвенции правила вышеуказанных статей (ст. 27 - 29) не ограничивают применения норм права государства суда в ситуации, когда они являются императивными, независимо от права, применимого на иных основаниях. Также ничто в ст. 27 - 29 не ограничивает применения императивных норм права другого государства, с которым вопросы, урегулированные в этих статьях, имеют тесную связь, если - и в той мере, в которой - согласно праву этого другого государства эти нормы должны применяться независимо от права, применимого на иных основаниях.

Автономная коллизионная норма ст. 30 Конвенции воспроизводит правило ст. 22 о приоритетах в отношении уступленной дебиторской задолженности, а также содержит дополнительные коллизионные привязки. Согласно п. 2 ст. 30 нормы права как государства суда, так и любого другого государства, которые являются императивными, независимо от права, применимого на иных основаниях, не могут препятствовать применению каких-либо положений права государства, в котором находится цедент. При этом, независимо от приведенных положений Нью-Йоркской Конвенции, в случае производства по делу о несостоятельности, возбужденного в каком- либо ином государстве, чем государство, в котором находится цедент, любому преференциальному праву, которое возникает в силу закона согласно праву государства суда и которому при производстве по делу о несостоятельности в соответствии с правом этого государства отдается приоритет по отношению к правам цессионария, может быть предоставлен такой приоритет (п. 3 ст. 30).

Применение судами Договаривающихся государств оговорки о публичном порядке регламентировано ст. 32 Конвенции, согласно которой в применении какого-либо положения права, указанного в гл. V, может быть отказано только в том случае, если применение этого положения явно противоречит публичному порядку государства суда.

Тенденция, заключающаяся во включении в международные акты коллизионных норм, наряду с материально-правовыми, проявляется и в актах негосударственной унификации. В Принципах европейского договорного права содержится коллизионная норма об уступке требований, дополняющая их материально-правовое регулирование, направленная на решение вопроса о приоритетах конкурирующих заявителей требования. Согласно п. 4 ст. 11:401 Принципов, в случае банкротства цедента, приоритет права цессионария по отношению к правам конкурсного управляющего и кредиторов цедента будет определяться в соответствии с нормами права, регулирующего банкротство, относящимися к:

a) доведению информации об уступке до третьих лиц {publicity), являющемуся условием, необходимым для получения приоритета;

b) иерархии конкурирующих требований;

c) оспариванию и недействительности сделок в связи с банкротством.

Учитывая, что к процедурам банкротства применяется право

государства местонахождения лица, в отношении которого они применяются, указанную норму можно рассматривать как частный случай определения приоритетов на основе статута местонахождения цедента. Как уже отмечалось ранее, именно эта коллизионная привязка позволяет избежать ситуации, когда правила о приоритете вступают в противоречие с правилами о банкротстве.

<< | >>
Источник: Прокофьев Александр Сергеевич. УСТУПКА ПРАВ ТРЕБОВАНИЯ В МЕЖДУНАРОДНОМ ЧАСТНОМ ПРАВЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2013. 2013

Еще по теме § 2. Коллизионные нормы об уступке прав требования в международных актах:

  1. Верховенство Конституции Российской Федерации и проблемы его обеспечения
  2. §3. Внешнеторговые контракты как договорная основа международного гражданского оборота энергетических ресурсов: понятие, виды, содержание
  3. § 3. Основания использования общепризнанных принципов и норм международного права при регулировании внутригосударственных гражданских отношений
  4. § 3. Модели конституционного государства в проектах Основных законов начала ХХ века
  5. СОДЕРЖАНИЕ
  6. Введение
  7. § 4. Унификация норм об уступке прав требования в актах «мягкого права»
  8. § 2. Коллизионные нормы об уступке прав требования в международных актах
  9. § 3. Коллизионно-правовое регулирование уступки прав требования в российском праве
  10. § 2. Принципы разграничения предметов ведения в российском за конодател ьстве
  11. § 2. Способы преодоления коллизий законодательной компетенции
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -