<<
>>

1. Автономность права Европейского Союза и принцип лояльного сотрудничества в праве Европейского Союза и их влияние на национальную правовую систему Словацкой Республики

В предыдущей части настоящей работы неоднократно обсуждались вопросы взаимоотношения права Европейского Союза и международного публичного права. Однако, так как Суд Европейского Союза старается отличить право Европейского Союза от международного публичного права, все это одновременно напоминает нам, что правопорядок Европейского Союза отличается и от национальных правовых систем стран Европейского Союза.

В связи с этим необходимо снова обратиться к Заключению Суда Европейского Союза № 2/13. Повторим, что Европейский Союз разработал новый вид правопорядка, который по своей природе, основным принципам, конституционным рамкам создан специально и который оснащен определенной организационной структурой, включающей в себя полный набор стандартов для обеспечения своей работы, что вызывает последствия, касающиеся порядка и условий для присоединения к ЕКПЧ[159]. Защита автономности правопорядка приводит к росту значимости имплементации норм права Европейского Союза в национальное законодательство государств-членов в строгом соответствии с требованиями принципа лояльного сотрудничества.

С другой стороны, об автономности правопорядка Европейского Союза можно говорить не только по отношению к международному публичному праву, но и относительно национальных правопорядков государств-членов. Так как является важным (в международном плане, так и в плане отношении с государствами членами) то, что государства-члены ограничили свои суверенные права, хотя и в определенных областях, и создали правопорядок, который связывает своих граждан и государства-члены. Другими словами, можно сказать, что право, вытекающее из учредительных договоров, надо воспринимать в качестве независимого источника права, и оно не может из- за своих особенностей и изначальной природы быть отменено внешними правовыми положениями[160].

Суд Европейского Союза в деле 106/77 Simmenthal напоминает, что признание любой юридической силы законодательных актов, которые регулируют область, входящую в рамки исполнительных полномочий на то время органов Сообщества или актов, которые несовместимы с законодательством Сообщества, будет означать отрицание эффективности обязательств, принятых на себя государствами-членами безоговорочно и бесповоротно учредительными договорами, и, таким образом, были бы поставлены под сомнение сами основы на то время Сообщества[161] (в деле Costa V.

E.N.E.L. находим тоже похожую формулировку «правовая основа самого Сообщества» [162] ). Можно констатировать, что данная ситуация напоминает ограничение действия норм международного права ради сохранения автономности права Европейского Союза, то есть эффективности его действия. В данном параграфе диссертационного исследования мы очертим, а в следующих параграфах раскроем влияние автономности права

Европейского Союза и принципа лояльного сотрудничества в праве Европейского Союза на национальную правовую систему Словацкой Республики.

Тенденция установления границ между правовыми порядками не наблюдается не только на основании инициативы Суда Европейского Союза. Похожие утверждения приходят и из государств-членов. Федеральный конституционный суд Г ермании в свое время также описал правопорядок на то время Сообщества следующим образом: Сообщество не является государством и даже не является федеративным государством. Скорее всего, это сообщество, имеющее особый характер, возникший в процессе более тесного интегрирования в межправительственное учреждение, по смыслу пункта 1 статьи 24 Основного закона[163], которому Федеративная Республика Германия наряду с другими государствами-членами передала некоторые суверенные права. Таким образом, создается новый орган государственной власти, который является автономным и независимым по отношению к государственной власти каждого государства-члена. Следовательно, его действия не требуют подтверждения (ратификации) со стороны государств- членов; его действия не могут быть ими отменены. Учредительные договоры в определенной мере являются Конституцией Европейского Союза. Кроме того, Конституционный суд Германии напоминает, что Европейский Союз формирует свой правопорядок, который не является частью ни международного публичного права, ни национального законодательства государств-членов. Правопорядок (на то время) Сообщества и внутреннее право государств-членов являются двумя правовыми системами, которые различны и отличны друг от друга[164].

С другой стороны, по отношению к государствам-членам в праве Европейского Союза также существует принцип, аналогичный pacta sunt servanda - это принцип лояльного сотрудничества. По сложившейся судебной практике Суда Европейского Союза и национальных судов правопорядок Европейского Союза отличается от других правовых систем. Автономность правопорядка Европейского Союза оказывает влияние на национальные правовые системы государств-членов соблюдением принципа лояльного сотрудничества. Указанный принцип закреплен в п. 3 ст. 4 ДЕС[165]. Согласно принципу лояльного сотрудничества, Европейский Союз и государства-члены проявляют взаимное уважение и содействуют друг другу в выполнении задач, вытекающих из учредительных договоров». Таким образом, принцип лояльного сотрудничества обязывает государства-члены воздерживаться от любых действий, которые могут поставить под угрозу реализацию целей Европейского Союза, оговоренных в договорах. Государства-члены не могут принимать последующие нормы внутреннего права или применять уже существующие нормы внутригосударственного права, которые противоречат нормам права Европейского Союза. Это вызвало бы нарушение принципа лояльного сотрудничества[166].

С имплементацией связана и проблема эффективности толкования норм права Европейского Союза в Словацкой Республике. Важную роль в решении этой проблемы играет Суд Европейского Союза. Принято считать, что Суд Европейского Союза - важнейший институт судебной власти Европейского Союза. Однако если рассматривать сферу его компетенции как судебного учреждения интеграционного сообщества, становится очевидно, что в Европейском Союзе сложно говорить о комплексной исполнительной и судебной власти именно в силу того, что Суд Европейского Союза - это судебный орган интеграционного сообщества, основная функция которого - толкование норм права Европейского Союза. В соответствии с учредительными договорами и сложившейся судебной практикой, в систему судебных органов Европейского Союза входят и суды государств-членов, поскольку национальные суды в сотрудничестве с Судом Европейского Союза выполняют совместно возложенную на них функцию с тем, чтобы обеспечить соблюдение права при толковании и выполнении Договоров[167].

Суд Европейского Союза, как один из основных институтов Европейского Союза, оказал колоссальное влияние на успешность европейского интеграционного процесса и продолжает его оказывать через процедуру преюдициального запроса в соответствии со статьей 267 ДФЕС, которая оказывает значительное влияние на эффективность имплементации норм права Европейского Союза в отношении результата, которого требуется достичь в национальных правовых системах государств-членов Европейского Союза.

Однако на практике в случаях, когда они принимают решения по делу, относящемуся к праву Европейского Союза, часто наблюдается конфликт между нормами права Европейского Союза и национальных правовых систем. Во избежание этой проблемы важно следовать автономному толкованию положений права Европейского Союза. При толковании положений права Европейского Союза важно учитывать не только значение данного положения, но и контекст, в котором оно находится, и цели, вытекающие из правового регулирования, частью которого оно является, а также все правовые нормы Европейского Союза. При этом, согласно принятой прецедентной практике, необходимость единого толкования права Европейского Союза исключает возможность рассматривать данный текст самостоятельно, но в случае сомнений требует, чтобы он был истолкован и применен в свете редакций, составленных на других языках, данное положение в случае различий между его формулировками, должно толковаться согласно общей структуре и цели правового регулирования, частью которого оно является [168].

Требование aвтономного европейского толкования отражается на уровне национальной правовой системы государства-члена требованием толкования в соответствии с правом Европейского Союза. На практике это означает, что в ходе толкования правовой нормы национального происхождения учтено содержание нормы права Европейского Союза, т.е. норме национального происхождения припишется значение, которое соответствует значению нормы права Европейского Союза. Можно сказать, что автономное толкование права Европейского Союза, которое закреплено в судебной практике Суда Европейского Союза, и требование толкования в соответствии с правом Европейского Союза - это две стороны одной монеты, которые должны сохранить целостность правопорядка Европейского Союза.

В таком случае национальные суды и судебная система Европейского Союза должны обеспечить полное применение права Европейского Союза во всех государствах-членах, а также судебную защиту прав, вытекающих для отдельных лиц из права Европейского Союза.

Вопреки этому существуют проблемы, связанные с национальными законодателями и национальными судебными системами государств-членов. Эти проблемы касаются проявления автономности права Европейского Союза в национальных правовых системах, что имеет отношение, в первую очередь, к характеру вторичных и первичных норм европейского права, а также к тому, как национальный законодатель и национальные суды с ними работают. В этой связи, определенные затруднения возникают и тогда, когда национальный законодатель старается всеми средствами помешать тому, чтобы правовые нормы Европейского Союза в национальных правовых системах обладали всеми предполагаемыми в правовой норме Европейского Союза последствиями. Эти проблемы будут рассмотрены в следующих параграфах второй и третьей главы настоящего диссертационного исследования.

На основании анализа, проведенного в первом разделе первой главы настоящего диссертационного исследования, можно прийти к выводу о том, что свойства правовых норм Европейского Союза усложняют работу с ними в среде национальной правовой системы. Основной сложностью, с которой на сегодняшний день сталкивается словацкая законодательная, исполнительная и судебная власть, является существование различных языковых версий официальных документов, актов и судебной практики (в этой среде наблюдается неудовлетворительный уровень владения иностранными языками - официальными языками государств-членов). Как уже упоминалось выше, при работе с нормами права Европейского Союза, необходимо их толковать автономно, что означает не только учитывать значение данного положения, но также контекст, в уотором оно находится, и цели, преследуемые правовым регулированием, частью которого оно является, а также все другие правовые нормы Европейского Союза.

При этом согласно принятой прецендентной практике, необходимость единой интерпретации права Европейского Союза исключает возможность рассматривать данный текст самостоятельно, но в случае сомнений требует, чтобы он был интерпретирован и использован в свете редакций, составленных на других языках. Эта проблема может возникнуть в первую очередь в сфере действия национальной судебной системы, в связи с установлением пункта 1 статьи 19 ДЕС, согласно которой государства-члены должны обеспечить в областях, охватываемых правом Европейского Союза, эффективные средства правовой защиты.

Следующей важной проблемой является минимальная гармонизация, которая подрывает согласованность национальной правовой системы. Этот факт был продемонстрирован в предыдущей главе диссертационного исследования на примере подпитывания правопорядка Европейского Союза нормами международного права институтами Европейского Союза в соответствии с их актуальными потребностями. Это еще подчеркивается тем, что нормы права Европейского Союза являются функционально ориентированными, ориентированными заданными темами, которые бывают урегулированы нормами права Европейского Союза, и иногда законодательная, исполнительная и судебная власть имеет определенные проблемы с автономным толкованием понятий, как будет показано в следующих параграфах нашей диссертации. Подобным образом недавний иск Словакии и Венгрии против решения Совета Европейского Союза в Суд Европейского Союза о распределении беженцев показал, что в государствах- членах существует убеждённость в том, что законодательные процессы в Европейском Союзе, по сути, сходятся с подобными процессами, имеющимися на национальном уровне, что также может оказать неблагоприятное воздействие на имплементацию норм права Европейского Союза, поскольку в некоторых случаях можно допустить даже принятие решения, на основании которого в некоторых случаях можно изменить ключевые положения директивы. Указанное положение дел приводит некоторых национальных законодателей и представителей судебной власти к тому, чтобы они применяли правовые заимствования ради осуществления минимальной гармонизации или, наоборот, оказывали сопротивление некоторым нормам права Европейского Союза. Кроме того, минимальная гармонизация приводит к фрагментации национальной правовой системы, с которой можно бороться путем применения так называемого эффекта spill over, который, с другой стороны, может также иметь свои негативные последствия. Выявленные проблемы будут подтверждены примерами в следующих абзацах настоящего текста.

В соответствии со статьей 288 ДФЕС директивы обладают обязательной силой для каждого государства-члена, кому они адресованы, только в отношении результата, которого требуется достичь, но оставляет в компетенции национальных компетентных органов выбор формы и способов достижения. Этот результат можно обозначить как состояние практики применения, достижения которого требует конкретная правовая норма. Именно поэтому в следующих параграфах внимание будет посвящено действию права Европейского Союза в национальной правовой системе государства-члена на примере Словацкой Республики, который мы будем объяснять через регламенты и первичное право Европейского Союза с точки зрения практических причин и проблем, которые возникают в практике применения. После имплементации нормы права Европейского Союза в национальной правовой системе эти нормы через акт национального права прямо действуют в национальной правовой системе. В правовой системе Словацкой Республики существует конституционное требование, в статье 7 абзац 2 Конституции Словацкой Республики, в котором говориться, что принятие законодательно обязательных актов, которые требуют имплементации, осуществляется законом или постановлением правительства. Кроме этих формально установленных правил национального законодательства в практике применения и практике толкования можно встретить другие неофициальные способы обеспечения действия требований права Европейского Союза (или их предотвращения). Об указанных аспектах действия права Европейского Союза в национальной правовой ситеме на примере Словацкой Республики будет идти речь в следующих параграфах настоящей работы.

В практике применения имплементация не заканчивается принятием закона или постановления правительства. В случае неясности национальный судебный орган должен принимать во внимание все правила национального законодательства и, насколько это возможно, толковать их в свете формулировки и цели настоящей директивы, чтобы достичь результата, соответствующей цели, поставленной настоящей директивой. Национальный суд должен учитывать содержание директивы, когда он толкует и применяет соответствующие правила национального права (т.е. ходе толкования правовой нормы национального происхождения учтено содержание нормы права Европейского Союза, т.е. норме национального происхождения припишется значение, которое соответствует значению нормы права Европейского Союза), которые ограничены общими принципами права и не могут служить основанием для толкования национального права contra legem. Согласно установленному прецедентному праву, директива сама по себе не может накладывать обязательство на отдельные лица.[169] В связи с этим следует напомнить, что принцип конформного толкования требует, чтобы национальные суды сделали все возможное, что входит в их полномочия, учитывая все национальное право и используя известные им методы толкования, для обеспечения полной эффективности

соответствующей директивы и получения результата, который соответствует цели, поставленной директивой [170]. С другой стороны Суд Европейского Союза в своей судебной практике определил условия применения конформного толкования: с целью точного определения, с какого дня национальные суды должны применять принцип конформного толкования, следует подчеркнуть, что эта обязанность, вытекающая из абзаца 3 статьи 4 ДЕС, и статьи 288 третьего подпункта ДФЕС, а также из соответствующей директивы, была возложена, в частности, для случая отсутствия прямого действия положений директивы, если соответствующее положение не достаточно ясное, точное и безоговорочное, чтобы иметь такое действие, или речь идет исключительно о споре между отдельными лицами[171].

Из приведенного выше текста следует, что на практике этот принцип означает, что необходимо сравнить, цели директивы и цели национального законодательного акта, в результате которого текст директивы был имплементирован в национальное законодательство и изучить на сколько они отличаются, и в случае несоответствия национального акта толковать этот акт до contra legem или за contra legem. Это имеет место, если правовая норма, содержащаяся в директиве, не имеет прямого действия. Если на основании вышеизложенных условий можно сделать вывод о том, что директива подлежит прямому применению, то национальные суды ее применяют таким образом, что она обладает прямым действием. Это не будет далекой от истины, если будет указано, что в случае таких требований граница между директивой и регламентом только формальная, поскольку в случае обеспечения в областях, охватываемых правом Европейского Союза, эффективных средств правовой защиты, на практике существует такая же проблема.

В этом контексте важно отметить, что именно при решении внутригосударственных споров (в частности, в потребительских спорах) национальные суды заимствуют правовые решения из немецкой правовой системы при достижении правовых последствий, которых должна достичь директива, однако при этом возникают проблемы с точки зрения недостающего контекста и неправильного представления на решаемую проблему в немецкой правовой системе. Можно сказать, что в таких случаях часто бывает, что национальный судья не достигает желаемого результата, предусмотренного директивой, и даже того, чего достиг немецкий судья.

Из-за сложности проблематики мы не будем рассматривать конкретный пример или подобные примеры (см. сноску[172]), по причине необходимости объяснения обширного и сложного контекста из немецкой и словацкой правовой систем, для которого не достаточно места в настоящем диссертационном исследовании, и по причине избежания непреднамереного отклонения от содержания специальности 12.00.10 - Международное право. Европейское право.

<< | >>
Источник: Ондрейчик Михал. ИМПЛЕМЕНТАЦИЯ НОРМ ПРАВА ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА В НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО СЛОВАЦКОЙ РЕСПУБЛИКИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Еще по теме 1. Автономность права Европейского Союза и принцип лояльного сотрудничества в праве Европейского Союза и их влияние на национальную правовую систему Словацкой Республики:

  1. Оглавление
  2. Введение
  3. 1. Особенности норм права Европейского Союза и их влияние на процесс имплементации норм вторичного права Европейского Союза
  4. 1. Автономность права Европейского Союза и принцип лояльного сотрудничества в праве Европейского Союза и их влияние на национальную правовую систему Словацкой Республики
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -