<<
>>

Заключение

В рамках проведенного исследования разработаны теоретические положения, которые описывают систему международно-правовых норм, определяющих общие закономерности и порядок (механизм) обеспечения выполнения международных договорных обязательств, а также практику применения этих норм.

Кроме того, в процессе исследования выработаны рекомендации по совершенствованию практики применения международно-правовых норм, составляющих сущность обеспечительного механизма.

• В современном международном праве и на практике сложился комплекс юридических средств (международно-правовых норм и институтов), которые при взаимосвязанном (системном) применении позволяют обеспечивать выполнение обязательств, вытекающих из международных договоров. Системное и упорядоченное применение таких юридических средств позволило выявить существование обеспечительного механизма и ввести в научный оборот соответствующее понятие. В качестве основного подхода к анализу сущности названного механизма использовался институционализм, предполагающий включение в названный механизм и изучение как отдельных международно-правовых норм или институтов, так и практику их применения посредством деятельности государств, международных организаций, международных судебных и квазисудебных органов. При таком подходе институциональный механизм обеспечения выполнения обязательств по международным договорам выступает в виде комплексного международно-правового явления, упорядочивающего и обеспечивающего выполнение международных договорных обязательств посредством регулятивного воздействия на стороны договора взаимосвязанных элементов механизма.

С целью концептуализации институционального механизма обеспечения выполнения обязательств по международным договорам к числу его элементов (юридических средств) следует отнести: 1) принцип pacta sunt servanda и формирующийся на его основе институт обязательности выполнения международных

договоров как основные предпосылки формирования институционального обеспечительного механизма; 2) принцип добросовестного выполнения обязательств как концептуальную основу институционального обеспечительного механизма с определенным юридическим содержанием; 3) условия добросовестности поведения сторон договора, гарантирующие от злоупотреблений правами, присущими сторонам в силу договорной правоспособности; 4) институты международных средств обеспечения выполнения обязательств по международным договорам; 5) международно-правовые институты обязательной юрисдикции и консультативных заключений международных судов.

• Обязательность международного договора является не только свойством международно-правовой нормы, содержащейся в договоре, но и характеристикой (признаком) самого международного договора. Несмотря на наличие презумпции действительности и действенности международного договора, в современном международном праве существуют нормы (тесты), позволяющие оценить соответствие международного договора «пределам обязательности». Совокупность международно-правовых норм в этой сфере свидетельствует о формировании международно-правового института обязательности, состоящего из общих и специальных норм, встроенного в институциональный механизм обеспечения выполнения международных договорных обязательств.

• Центральное место в институциональном механизме обеспечения выполнения обязательств по международным договорам занимает принцип добросовестного выполнения обязательств, на основе которого формировались и продолжают развиваться важнейшие международно-правовые нормы и институты. Существующая в праве международных договоров презумпция добросовестного поведения сторон договора не устраняет проблемы злоупотребления правами. В этом контексте юридическое содержание принципа должно включать специальные правила, несоблюдение которых свидетельствует о недобросовестном, более того противоправном поведении участника договора и влечет международноправовую ответственность. Такие правила, обусловливая добросовестное выполнение обязательств по международным договорам, выполняют обеспечительную функцию.

В целом условия добросовестного выполнения обязательств по международным договорам представляют собой детерминированные независимым статусом участников договорных отношений и урегулированные нормами международного права правила выполнения международных договорных обязательств, обеспечивающие добросовестное поведение сторон в договоре и гарантирующие от злоупотреблений правами, принадлежащими этим сторонам в силу договорной правоспособности. В качестве основных условий добросовестного выполнения обязательств по международным договорам выступают: добросовестное толкование положений международного договора; добросовестное формулирование оговорок к международному договору; добросовестный отказ от выполнения обязательств при коренном изменении обстоятельств; добросовестное отступление от выполнения обязательств по правам человека при чрезвычайной ситуации.

Соблюдение названных условий сопряжено с определенными правовыми процедурами, предполагающими добросовестную реализацию участниками международного договора процессуальных прав и обязанностей. Это обстоятельство вызывает к жизни необходимость выделения четких юридических критериев оценки (так называемых тестов) добросовестного пользования правами и исполнения обязанностей, возникающих в процессе выполнения международных договорных обязательств.

• Добросовестное толкование положений международного договора служит цели уяснения содержания договорных положений для единообразного понимания сторонами договора международно-правовых обязательств, вытекающих из него. Договор должен толковаться честно, четко и разумно в соответствии с общим смыслом намерений сторон договора. Основой толкования международных договорных обязательств выступает текстуальный (контекстуальный), а не телеологический подход.

Основными критериями добросовестного толкования положений международного договора являются требования о соответствии обычному значению термина в контексте договора и о соответствии объекту и цели международного договора. Анализ международной судебной практики позволяет существенным образом уточнить общие правила толкования. Во-первых, обычное значение термина должно определяться в контексте договора исходя из лингвистической нормы, действующей на момент толкования (а не заключения) международного договора и учитывающей тенденции развития права. Во-вторых, положения (термины) международного договора должны толковаться не буквально (грамматически), а с учетом действительных намерений сторон договора. Для этого в расчет принимаются объект и цель договора как доказательства этих намерений. В-третьих, интерпретация объекта и цели не должна выходить за рамки выраженных или необходимо предполагаемых положений международного договора, а сами объект и цель необходимо экстрагировать из текста договора, а не из внешних источников.

• Добросовестное формулирование оговорок к договору связано с необходимостью формирования и имплементации механизма оценки материальной действительности оговорок, основанного на специальных юридических критериях правомерности формулирования оговорок.

Субъектами оценки могут выступать участники международного договора, наблюдательные договорные органы, органы по урегулированию споров. Основные правила и способы оценки действительности оговорок на предмет добросовестности поведения сторон договора при их формулировании представлены в разработанном автором исследования Рамочном факультативном протоколе.

• Отказ от выполнения международных обязательств при коренном изменении обстоятельств возможен только на началах добросовестности, т.е. при соблюдении непреложных критериев, а именно при коренном характере и непредвиденности изменений обстоятельств. Основная опасность злоупотреблений в этой сфере состоит в самостоятельности, которую проявляют государства при оценке тех или иных обстоятельств как изменившихся коренным образом. Позитивные нормы международного права не дают участникам международного договора однозначного ответа на вопрос, какие изменения считать коренными и, следовательно, достаточными для отказа от выполнения международных договорных обязательств. Системное толкование международно-правовых норм, а также международная судебная практика позволяют сделать вывод о том, что при определении изменения обстоятельств, составлявших существенное основание согласия участников на обязательность для них договора, следует исходить из намерений сторон договора в момент его заключения. Такие намерения вытекают из объекта и цели международного договора, содержание которых, в свою очередь, доказывается не только мнениями сторон договора, но и при помощи иных средств толкования договорных положений. Коренными могут считаться такие изменения, которые несут угрозу существованию или жизненно важным интересам одной из сторон договора; однако изменения в области права, хотя и значительные, не признаются автоматически коренными. Кроме того, должна быть обоснована причинно-следственная связь между изменившимися обстоятельствами и коренным изменением сферы действия обязательств, все еще подлежащих выполнению по договору.

Право на дерогацию является поиском баланса между защитой индивидуальных прав человека и государственных интересов во время кризиса посредством разумных ограничений чрезвычайных полномочий государства. При этом следует ограничивать указанное право при помощи строгой регламентации международно-правовыми нормами, закрепляющими критерии правомерности использования права на дерогацию (критерии чрезвычайности, соразмерно- сти/пропорциональности, недискриминации, совместимости, избирательности, международного уведомления), которые равнозначны критериям добросовестного отступления от выполнения обязательств. Существующие средства международного контроля за поведением государств и деятельность международных судебных органов, выявляющие случаи уклонения от выполнения обязательств по договорам о правах человека под предлогом чрезвычайной ситуации и осуществляющие прикладную интерпретацию критериев правомерности права на дерогацию, также включаются в институциональный механизм обеспечения выполнения обязательств по международным договорам.

• Позитивные нормы на различных этапах эволюции международного права, включая современный, не содержали определения понятия «средство обеспечения». Полагаем, международные средства обеспечения выполнения договорных обязательств представляют собой предусмотренные по соглашению сторон в тексте основного или дополнительного международного договора специальные меры их должного поведения, способствующие добросовестному (в соответствии с «буквой» и «духом» договора) и эффективному (достигающему цели договора) выполнению договорных обязательств.

• Анализ юридической природы и сущности международного контроля и международных гарантий следует проводить посредством методологии исследования их как специфических международно-правовых отношений. Такая методология укладывается в рамки институционального подхода: правоотношения (реальные взаимодействия) служат доказательством существования международно-правовой нормы и ее эффективности. Контрольное или гарантийное правоотношение имеет необходимые элементы: объект, субъекты и содержание.

Объектом правоотношений является выполнение обязательств по международному договору. Субъектами контрольной деятельности могут выступать международные организации и их органы, специально создаваемые контрольные органы и государства; субъектами международных гарантий являются, как правило, государства, однако следует принимать в расчет и обширную практику МАГАТЭ, выступающего в качестве гаранта в правоотношениях, связанных с обеспечением ядерной безопасности. Содержание правоотношения включает взаимные права и обязанности субъектов при том, что основной и общей обязанностью выступает необходимость соответствовать общепризнанным принципам и нормам международного права.

• Правоотношение международной ответственности, выполняющее обеспечительную функцию, возникает вследствие нарушения обязательства по международному договору и является вторичным (охранительным), не заменяя при этом, а дополняя первичное: исполнение обязательств из правоотношения международной ответственности не отменяет необходимости исполнения обязательств из первичного (договорного) правоотношения. Возникновение правоотношения международной ответственности связано с применением базовых принципов международно-правовой ответственности. Принимая во внимание, что такие базовые принципы сформулированы по остаточному принципу, специфические правоотношения ответственности в рамках самоограниченных договорных режимов существуют на основе принципа lex specialis derogate lex generalis.

• В доктрине международного права не оспаривается влияние деятельности международных организаций на обеспечение выполнения обязательств по международным договорам, что обусловливается международной правосубъектностью организаций и наличием у них предметной и юрисдикционной компетенции. Рекомендательные нормы, содержащиеся в резолюциях международных организаций, играют неоценимую роль в процессе конкретизации, детализации и толкования международных договорных норм. Обязательные решения, принимаемые международными организациями, обусловлены заинтересованностью государств в наделении международной организации правом принимать юридически обязательные решения и в этом смысле презюмируются действия международной организации в интересах обеспечения выполнения международных договорных обязательств. На основе анализа положений резолюций главных органов Организации объединенных наций - Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности - доказывается, что и рекомендательные, и обязательные резолюции обеспечивают выполнение, в частности, общего обязательства по претворению в жизнь принципа верховенства права, являющегося основой для укрепления международного мира и безопасности, прав человека и развития.

• Выявление особенностей функционирования институционального механизма обеспечения выполнения обязательств применительно к международным межведомственным договорам связано с разрозненностью нормативно-правового материала, освещающего вопросы компетенции, в частности, МВД России в сфере заключения и выполнения международных межведомственных договоров. В этой связи предложен проект разъяснений отдельных положений Указа Президента РФ от 1 марта 2011 г. № 248 «Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации», а также проект постановления Правительства РФ о порядке заключения, выполнения и прекращения международных межведомственных договоров.

• Анализ института обязательной юрисдикции Международного суда ООН позволяет сделать заключение о важной роли юрисдикционных полномочий Суда в институциональном механизме обеспечения выполнения обязательств по международным договорам. Решения Международного суда ООН по преобладающему в науке международного права мнению являются res judicata для спорящих сторон, что позволяет им активно влиять на институциональный механизм обеспечения выполнения международных договорных обязательств, а также обеспечивать развитие норм международного права.

• Юрисдикция Международного суда ООН не является юрисдикцией per se, а имеет факультативный характер. Государствам предоставлен широкий спектр возможностей для признания определенного объема обязательной юрисдикции Международного суда ООН без ущерба для государственного суверенитета и национальных интересов. При передаче на рассмотрение суда существующего спора речь идет о добровольной юрисдикции (основанной на специальном ad hoc соглашении, рекомендации Совета Безопасности ООН либо доктрине forum prorogatum). Собственно обязательная юрисдикция возникает в отношении будущих споров определенной категории на основании международного договора либо одностороннего заявления государства. Одностороннее заявление (по ч. 2 ст. 36 Статута Суда) создает обязательство erga omnes, вызывающее так называемый «эффект легкой мишени», который вступает в противоречие с концепцией государственного суверенитета. В этом случае необходимо применять два подхода: во-первых, суду надлежит толковать одностороннее заявление государства в соответствии с общепризнанными правилами толкования для установления объема собственной юрисдикции; во-вторых, государства вправе формулировать на условиях взаимности оговорки к своим заявлениям для ограничения ratione materiae.

• Институт консультативных заключений обеспечивает выполнение международных договорных обязательств посредством толкования и правовой квалификации определенной ситуации. Проведенный в исследовании анализ консультативной практики различных судов позволил признать за консультативными заключениями характер auctoritas rei judicate. Подтверждается это несколькими обстоятельствами. Во-первых, юридическая природа консультативных заключений не препятствует их влиянию на последующие принимаемые судами решения по схожим юридическим вопросам. Во-вторых, при вынесении консультативных заключений, в частности, Международный суд ООН применяет по возможности правила процедуры, используемые по спорным делам. В-третьих, аргументация (правовые основания) консультативных заключений имеет большее значение, чем формализованная иерархия судебных решений. В-четвертых, консультативные заключения имеют безусловную толковательную ценность в связи с необходимостью разрешения вопросов права.

Учитывая значимость консультативной деятельности для обеспечения выполнения международных договорных обязательств и для развития международного права в целом, сделан вывод о том, что консультативные функции Международного суда ООН следует расширить за счет предоставления иным международным судебным органам права допуска к консультативной процедуре суда.

<< | >>
Источник: Симонова Наталья Сергеевна. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ВЫПОЛНЕНИЯ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ ПО МЕЖДУНАРОДНЫМ ДОГОВОРАМ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва - 2016. 2016

Еще по теме Заключение:

  1. Статья 7. Заключение договора потребительского кредита (займа)
  2. Заключение эксперта как доказательство.
  3. Заключение эксперта в гражданском судопроизводстве.
  4. 48.Заключение эксперта.
  5. 35. Заключения экспертов. Процессуальные права и обязанностиэкспертов. Дополнительная и повторная экспертизы. Комиссионная и комплексная экспертизы.
  6. Структура заключения эксперта.
  7. 3. Структура заключения эксперта. Ход и результаты проведенного исследования оформляются в виде заключения эксперта.
  8. § 2. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ЭКСПЕРТА КАК СУДЕБНОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО И ЕГО ОЦЕНКА
  9. § 1. Соотношение заключения и показаний эксперта в континентальном и англо-американском уголовном процессе.
  10. Препятствия к заключению брака
  11. § 4.2. Значение института консультативных заключений Международного суда ООН для обеспечения выполнения международных договорных обязательств
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -