Подписание международного договора. Формы и способы

Важнейшим способом выражения согласия государства на обя­зательность для него международного договора является подписа­ние, которое до недавнего времени считалось обязательной стадией его заключения.

Существующая договорная практика обнаруживает растущую тенденцию к тому, что все большее число международных догово­ров, особенно по специальным вопросам, заключается путем подпи­сания, без ратификации. По данным венгерского проф. Д. Харасти, 80% современных договоров не предусматривают их ратификации¹. Поэтому можно считать, отмечает польский юрист М. Франковская, что, в тех случаях (кстати редких)^{[280] [281] когда в договоре нет указаний о том, является ли подписание или ратификация согласием на обяза­тельность договора, следует считать, что таковым является подписа- ние[282]. М. Франковская исследовала 1579 договоров, содержащихся в 100 томах сборников договоров ООН, и обнаружила, что неуказание на способ вступления договора в силу стало довольно редким. Толь­ко 151 из них не содержал об этом условия. В большинстве (116) это были договоры государств с международными организациями. И только 35, то есть 2,2%, из всех исследованных договоров были межгосударственными и не содержали условий о способе их вступ­ления в силу. Франковская приходит к выводу, что в соответствии с практикой государств, «если договор не предусматривает процедуры вступления в силу, он должен становиться обязательным вследствие его подписания». Она ссылается также на известного английского юриста Мак-Нейра, который писал, что британское правительство «не ратифицирует договор, который не содержит такого условия».}

Отстаивая презумпцию в пользу подписания, Франковская в то же время считает недостатком умолчание об этом Венской конвен­ции, которая нуждается в дополнении такой презумпцией. На Вен­ской конференции презумпция ратификации в этом случае была отклонена. Если же договор подлежит ратификации или утвержде­нию, то подписание не закрепляет согласия государства на обяза­тельность для него этого договора. Однако и в этом случае подписа­ние вызывает важные юридические последствия, а именно:

1. Оно дает право подписавшему договор государству совер­шить ратификацию, утверждение и т. д.

2. Оно обязывает государство воздерживаться от действий, ко­торые лишили бы договор его объекта и цели, до тех пор, пока государство не выразит ясно своего намерения не становиться участ­ником этого договора. Еще в 1926 году по делу о Верхней Силезии Постоянная Палата Международного Правосудия признала, что если договор подлежит ратификации, то злоупотребление государством, подписавшим договор, своими правами в течение периода, предше­ствующего ратификации, может означать нарушение своих обяза­тельств по договору¹.

Анализ договорной практики показывает, пишет Дж. Нисо, что «нельзя утверждать а priori, что договор, который еще не ратифици­рован, не обязателен или что выражение «договаривающиеся сторо­ны» неточно по отношению к государствам, которые ограничились его подписанием под условием последующей ратификации. Более того, государство находится в международном плане связанным подписью своего представителя, независимо от того, идет или нет речь об обязательствах, которые, согласно его внутреннему праву, могут быть приняты только посредством одобрения парламентом»^{[283] [284].}

В настоящее время обязанность государств воздерживаться пос­ле подписания договора от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели, нашла подтверждение в Венской конвенции о праве международных договоров (ст. 18) и в договорной практике. В этой связи можно напомнить о резолюции XXI сессии Генеральной Ассамблеи 1966 года «Об отказе государств от действий, затрудняю­щих достижение договоренности о нераспространении ядерного ору­жия», в которой, в частности, говорилось: «Генеральная Ассамблея, принимая во внимание, что в настоящее время ведутся международ­ные переговоры (т.

1. Впредь до заключения договора о нераспространении ядер­ного оружия воздерживаться от всяких действий, которые могли бы затруднить достижение договоренности о нераспространении ядер­ного оружия.

2. Предпринять все необходимые шаги для скорейшего заклю­чения договора о нераспространении ядерного оружия».

Советский Союз голосовал как за эту резолюцию, так и за упомянутую ст. 18 Венской конвенции, выразив тем самым свое положительное отношение к обязанности государств не лишать до­говор его объекта и цели еще до вступления в силу, в частности после подписания. Это полностью отвечает интересам укрепления мира и развития международного сотрудничества.

В тех случаях, когда международный договор не подлежит ра­тификации, утверждению, принятию и т. д., подписание:

1) закрепляет окончательное согласие государства на обяза­тельность для него этого договора;

2) возлагает на государство обязанность воздерживаться от дей­ствий, которые лишили бы договор его объекта и цели (если такое согласие было дано до вступления договора в силу);

3) если же договор уже вступил в силу (или вступает вслед­ствие данного подписания), то с момента его подписания этим госу­дарством для него приобретают полную силу все постановления договора.

Подписание международного договора может быть окончатель­ным, или неокончательным, или условным (ad referendum).

Подписание договора ad referendum делается представителем под условием, что оно нуждается в последующем утверждении пра­вительством, или ратификации, или принятии компетентным орга­ном государства. Однако подписание ad referendum является именно подписанием, хотя и не окончательным, и поэтому его нужно отли­чать от парафирования.

Главные различия между подписанием ad referendum и парафи­рованием заключаются в следующем:

1) в то время как подписание ad referendum является способом выражения согласия государства на обязательность для него догово­ра, парафирование, как общее правило, ограничивается установле­нием аутентичности текста договора и не может быть превращено в окончательное подписание простым подтверждением;

2) подтверждение подписания ad referendum имеет обратную силу, то есть делает государство стороной договора с момента под­писания ad referendum, совершенное после парафирования подписа­ние обратной силы не имеет;

3) различия есть и по форме: ad referendum не совершается постановкой только инициалов, как парафирование, поэтому на под­писание ad referendum также требуются полномочия;

4) подписание ad referendum после его одобрения государством становится окончательным со всеми юридическими последствиями, о которых говорилось выше, в то время как после парафирования необходимо подписание.

Подписание двусторонних международных договоров осуще­ствляется на основе принципа альтерната (чередования). В экземп­ляре двустороннего договора, предназначенного для данного догова­ривающегося государства, наименование этого государства, подписи его уполномоченных, печати, а также текст договора на языке данно­го государства помещаются на первом месте. Для подписей первым местом считается место под текстом с левой стороны (в тексте на арабском языке — с правой) или же, если подписи ставятся одна под другой, — верхнее место. На экземпляре договора, предназначенного для другой стороны, подписи ставятся в обратном порядке.

При подписании многостороннего договора подписи уполномо­ченных ставятся одна под другой в порядке русского, английского или иного алфавита (выбор алфавита делают сами участники). Аль­тернат является своеобразным выражением принципа суверенного равенства государств.

Международный договор может подписываться одновременно в одном месте всеми государствами, которые приняли участие в переговорах, но может быть открыт для подписания до определенно­го срока в разное время и даже в разных местах. Так, например, в соответствии со своей принципиальной линией на уменьшение уг­розы ядерной войны Советский Союз в мае 1978 года подписал дополнительный протокол II к Договору о запрещении ядерного оружия в Латинской Америке. Форма разновременного подписания многосторонних договоров становится преобладающей в современ­ной договорной практике^[285]. Многосторонние договоры все чаще в своих заключительных статьях предусматривают их открытие для подписания в течение определенного срока. Так, в Венской конвен­ции о праве договоров (ст. 81) говорится, что «настоящая конвенция открыта для подписания... до 30 ноября 1969 года в Федеральном министерстве иностранных дел Австрийской Республики, а после этой даты и до 30 апреля 1970 года — в центральных учреждениях Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке».

Если многосторонний договор составлен в нескольких экземп­лярах и каждый имеет своего депозитария, то, как уже отмечалось, для участия в договоре достаточно, чтобы государство подписало любой из этих экземпляров.

Процесс подписания международного договора, даже если он принимался на международной конференции, регулируется не ее правилами процедуры, а изложенными выше принципами междуна­родного права и заключительными статьями самого подписываемого договора. К этому еще нужно прибавить, что подпись считается действительной, если уполномоченный поставил ее в соответствии со своими полномочиями и если эти последние были действитель­ными. В противном случае такое подписание недействительно.

Советский Союз всегда протестует против таких подписей, де­лая соответствующие заявления. Так, в связи с «подписанием» пред­ставителем чанкайшистской клики экземпляра договора о запреще­нии испытаний ядерного оружия Советское правительство в ноте правительству США заявило, что эта клика не имеет права высту­пать от имени Китая и поэтому любые ее международные акции являются незаконными, а подписи под упомянутым экземпляром договора — недействительными.

При подписании Международной конвенции электросвязи 1952 года делегации СССР, УССР и БССР заявили, что «представи­тели баодаевского Вьетнама и Южном Кореи не представляют в действительности Вьетнам и Корею, ввиду чего их участие в работе полномочной конференции и предоставление им права подписания конвенции электросвязи от имени Вьетнама и Кореи является неза­конным...». Аналогичные заявления делали СССР и ряд других со­циалистических государств при подписании Международного согла­шения 1953 года по сахару и протокола 1958 года о его продлении, Международного соглашения 1962 года по кофе, устава, конвенции и соглашения Всемирного почтового союза от 1964 года и др.

9.