<<
>>

§ 2.2. Вклад советского государства и советской правовой науки в международно-правовую квалификацию деяний в качестве актов агрессии

В XX веке за двадцатилетний промежуток мир сотрясли две разрушительные мировые войны, принёсшие «человечеству невыразимое горе» (преамбула Устава ООН).

В результате Первой мировой войны распались Австро-Венгерская империя, Османская империя, Г ерманская империя и Российская империя.

На территории последней появилось советское государство с коммунистической идеологией, впоследствии возглавившее так называемый «социалистический лагерь» - один из полюсов биполярного мира.

Начальный период деятельности советского государства в лице РСФСР и затем СССР, а именно с 1917 до середины 30-х гг. XX в., отличился активностью внутреннего нормотворчества и внешней политики относительно проблемы войны и мира. Понятно, что в условиях действия новой марксистско-ленинской идеологии нельзя было ожидать такой же активности правовой науки, хотя следует отметить, что советская правовая наука внесла заметный вклад в разработку важных аспектов в сфере уголовного права, включая квалификацию преступлений против человечества[286].

Советское государство, учитывая военное положение того периода в Европе, приняло прогрессивные акты, имевшие далеко идущие международные последствия. Одним их таких актов советского правительства был Декрет о мире от 28 октября (8 ноября) 1917 г., в котором подчёркивалась необходимость запрещения агрессивной войны в любой форме, объявленной «величайшим преступлением против человечества». В Декрете также была осуждена аннексия (или захват чужих земель), под которой понималось «всякое присоединение к большему или сильному государству малой или слабой народности без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности»[287].

Декрет о мире признал такие принципы международного права, как принцип мирного разрешения споров между государствами, невмешательства во внутренние дела государств и самоопределения народов.

Последний принцип был развит в Декларации прав народов России, принятой советским правительством 15 ноября 1917 г.[288]

Советское государство на основе двусторонних договоров с Персией от 26 февраля 1921 г., с Афганистаном от 28 февраля 1921 г., с Турцией от 16 марта 1921 г. и с Монголией от 5 марта 1921 г. объявило все прежние договоры, приводившие к умалению прав соответствующих народов, отменёнными.

В 1920-1921 гг. правительство РСФСР заключило мирные договоры с Эстонией, Литвой, Латвией и Польшей. Запрещение вооружённой и других форм интервенции было закреплено в договорах о ненападении, невмешательстве и нейтралитете, заключённых Советским Союзом в 1925-1933 гг. с Германией, Турцией, Финляндией, Францией, Италией и другими государствами[289]. В заключённом Советским Союзом и Литвой договоре о ненападении от 28 сентября 1926 г., а также в аналогичном договоре с Ираном от 1 октября 1927 г. содержались обязательства сторон об экономическом ненападении.

В связи с непризнанием советского государства со стороны западных государств Советский Союз не участвовал в разработке и принятии в Париже 27 августа 1928 г. Договора об отказе от войны в качестве орудия национальной политики[290], он присоединился к нему 6 сентября 1928 г. При ратификации Парижского пакта 1928 г. Центральный исполнительный комитет СССР, а затем советское правительство в своей ноте указали на главный недостаток Пакта - неясность ст. 1, допускающей различные толкования. СССР считал, что должна быть запрещена всякая война, включая интервенцию и военную блокаду, а не только война как орудие национальной политики[291]. При этом советским правительством подчёркивалось, что Парижский пакт накладывал на участвующие в нём государства конкретные обязательства[292].

Принятие Парижского пакта 1928 г. способствовало активизации на международном уровне процесса квалификации деяний в качестве актов агрессии и, следовательно, международных преступлений.

В разработке концептуальных элементов определения «агрессора», т.е. нападающей стороны, большой вклад внёс Советский Союз[293].

В начале 1933 г. советское правительство внесло на рассмотрение Генерального комитета Конференции по разоружению, созванной под эгидой Лиги Наций, предложение принять конвенцию об определении агрессии. Оно было поддержано большинством из представителей 17 государств в Генеральном комитете. Согласно советскому предложению, шесть действий квалифицировались в качестве актов агрессии, включая такие, как объявление войны другому государству и вторжение вооружённых сил на территорию другого государства.

Советское правительство также инициировало заключение 3, 4 и 5 июля 1933 г. известных Лондонских конвенций об определении агрессии (с Эстонией, Латвией, Румынией, Турцией, Персией и Афганистаном - 3 июля, а в 1934 к этой конвенции присоединилась Финляндия; с Югославией, Чехословакией, Турцией и Румынией - 4 июля; с Литвой - 5 июля). В преамбулах Лондонских конвенций перечислялись те действия, которые подпадали под акты агрессии. При этом подчёркивалось, что никакие соображения военного, политического, экономического и иного характера не могли служить оправданием агрессии[294].

Согласно Лондонским конвенциям 1933 г., нападающей стороной (агрессором) в международном конфликте признавалось такое государство, которое первым совершит одно из следующих действий:

а) объявит войну другому государству;

б) вооружённые силы которого, хотя бы и без объявления войны, вторгнутся на территорию другого государства;

в) сухопутные, морские или воздушные силы которого бомбардируют территорию другого государства или сознательно атакуют его морские или воздушные суда;

г) сухопутные, морские или воздушные силы которого будут высажены или введены в пределы другого государства без разрешения правительства последнего или нарушат условия такого разрешения, в частности в отношении времени или расширения района их пребывания;

д) установит морскую блокаду берегов или портов другого государства;

е) окажет поддержку вооружённым бандам, которые, будучи образованы на его территории, вторгнутся на территорию другого государства, или откажется, несмотря на требование государства, подвергшегося вторжению, принять на своей собственной территории все зависящие от него меры для лишения названных банд всякой помощи или покровительства.

Данное определение признавало субъектом агрессии только государство, чем исключало возможность объявлять агрессией внутригосударственные вооружённые конфликты.

Важнейшей составной частью советского определения агрессии являлось указание на то, что никакие соображения политического, стратегического или экономического порядка - ни стремление к эксплуатации на территории атакуемого государства естественных богатств или к получению всякого рода иных выгод или привилегий, так же как и ни ссылка на значительные размеры вложенного капитала или на другие особые интересы, могущие быть на этой территории, ни отрицание за ней отличительных признаков государства - не могли служить оправданием агрессии.

Советское определение конкретизировало, что не могло служить оправданием агрессии ссылки на внутреннее положение какого-либо государства (например, отсталость какого-либо народа в политическом, экономическом или культурном отношениях; недостатки, приписываемые его управлению; опасность, могущая грозить жизни и имуществу иностранцев; революционное или контрреволюционное движение, гражданская война, беспорядки или забастовки; установление или сохранение в каком-либо государстве того или иного политического, экономического или социального строя).

Не могли служить оправданием агрессии ссылки на какие-либо действия, законодательство или распоряжение какого-либо государства. В частности, не могли служить оправданием нарушение международных договоров, нарушение прав и интересов в области торговли, концессий или всякой другой экономической деятельности, приобретённых другим государством или его гражданами, разрыв дипломатических или экономических отношений, меры экономического или финансового бойкота, отказ от долгов, воспрещение или ограничение иммиграции или изменение режима иностранцев, нарушение привилегий, признанных за официальными представителями другого государства, отказ в пропуске вооружённых сил, следующих на территорию третьего государства, мероприятия религиозного или антирелигиозного характера, пограничные инциденты.

СССР, стремясь запретить любые виды агрессии, дополнил определение агрессии понятиями «экономической», «идеологической» и «косвенной» агрессии и внёс в 1953 г.

новый проект определения агрессии на рассмотрение Специального комитета Г енераль- ной Ассамблеи ООН, учреждённого для этой цели[295]. Согласно данному проекту, к актам косвенной агрессии относились: поощрение одним государством подрывной деятельности против другого государства (террористические акты, диверсии и т. п.); пособничество разжиганию гражданской войны в другом государстве; пособничество внутреннему перевороту в другом государстве или повороту в политике в угоду агрессору.

К актам экономической агрессии относились следующие действия, совершаемые каким-либо государством первым: меры экономического давления, угрожающие основам экономической жизни другого государства; меры, препятствующие эксплуатации государством собственных естественных богатств или национализации этих богатств; экономическая блокада другого государства.

К актам идеологической агрессии относились: поощрение пропаганды войны, пропаганды применения атомного, водородного, химического, бактериологического и других видов оружия массового уничтожения, пособничество пропаганде фашистсконацистских взглядов, расовой и национальной исключительности, ненависти и пренебрежения к другим народам.

В советском проекте определения агрессии 1953 г. перечислялись наиболее распространённые «мотивы», при помощи которых обычно агрессоры стремятся оправдать преступное нападение на другое государство. Подчёркивалось: «.. .никакое соображение политического, стратегического или экономического порядка, ни стремление к эксплуатации на территории атакуемого государства естественных богатств или к получению всякого рода иных выгод или привилегий так же, как и ни ссылка на ... другие особые интересы, могущие иметься на этой территории, ни отрицание за ней отличительных признаков государства не могут служить оправданием нападения.» или актов экономической, идеологической и косвенной агрессии.

И только в случае мобилизации или сосредоточения каким-либо государством значительных вооружённых сил вблизи своей границы государство, которому такие действия угрожают, могло прибегнуть к дипломатическим или иным способам, позволяю-

щим мирное разрешение международных споров. Оно вправе также принять тем временем ответные меры военного характера, аналогичные указанным выше, но не переходя, однако, границу[296].

Следует подчеркнуть, что в советском предложении агрессия рассматривалась только как акт, совершённый государством. В предложенном определении фиксировался так называемый хронологический критерий, т.е. факт первого применения силы против другого государства[297]. Этот ключевой элемент в советском определении агрессии - критерий первого совершения действий, подпадающих под это определение, - подчёркивали в своих исследованиях советские учёные-правоведы[298].

Советское правительство параллельно предпринимало попытки зафиксировать на уровне двусторонних (с Афганистаном, Литвой, Ираном, Финляндией) и многосторонних соглашений соответствующие положения о запрещении применения экономического насилия в отношениях между государствами и о взаимном неучастии в экономической блокаде. Более того, 18 мая 1931 г. советское правительство внесло на рассмотрение Европейской комиссии Лиги Наций проект Протокола об экономическом ненападении, предусматривающем запрещение любых актов экономической агрессии. В этом проекте осуждались методы экономического давления и применения в рамках государств такого режима, который был бы направлен против интересов другого государства[299].

В 1933 г. на Лондонской экономической конференции советское правительство внесло предложение о запрещении экономической агрессии и представило новую версию проекта Протокола об экономическом ненападении. В нём содержался отказ от всех явных и замаскированных форм экономической агрессии, в частности, от специальных дискриминационных пошлин, железнодорожных тарифов, особых сборов, взимаемых с торговых судов, особых условий допуска на свою территорию хозяйствующих субъектов, всякого бойкота, устанавливаемого правительственными распоряжениями только для одной какой-либо страны[300].

Понятие «экономическая агрессия» содержалось в проекте советского правительства об определении агрессии, представленном в 1953 г. Актом экономической агрессии считалось действие государства, которое первым совершило следующие деяния: предприняло меры экономического давления, нарушающие суверенитет другого государства, его экономическую независимость и угрожающие основам экономической жизни данного государства; предприняло меры в отношении другого государства, препятствующие эксплуатации им собственных национальных богатств; подвергло другое государство экономической блокаде. Однако этот проект не содержал исчерпывающий перечень действий, в связи с чем предлагалось, чтобы в каждом конкретном случае акт экономической агрессии определял Совет Безопасности ООН. В Проекте особо подчёркивалось, что никакие соображения, включая ссылку на значительные размеры вложенного капитала на этой территории, не могли служить оправданием экономической агрессии.

Все попытки советского правительства закрепить на договорной основе запрещение экономического ненападения потерпели неудачи. Неудачными оказались и попытки СССР на международно-правовом уровне запретить использование политической

301

силы .

Однако были и положительные результаты этих усилий. В частности, на Нюрнбергском процессе над главными военными немецкими преступниками советское определение агрессии широко применялось в обвинительных материалах, в том числе главным обвинителем от США[301] [302].

В контексте сказанного следует напомнить, что советское предложение легло в основу Устава и решений Нюрнбергского Международного военного трибунала (МВТ) по признанию агрессивной войны международным преступлением - преступлением против мира. В ст. 6 Устава Нюрнбергского МВТ было зафиксировано: «Следующие действия или любые из них являются преступлениями, подлежащими юрисдикции Трибунала и влекущими за собой индивидуальную ответственность: а) преступления против мира, а именно: планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров, соглашений или заверений, или участие в общем плане или заговоре, направленных к осуществлению любого из вышеизложенных действий»[303].

Генеральная Ассамблея ООН в 1947 г. резолюцией 95 (I) подтвердила принципы международного права, признанные Уставом Нюрнбергского МВТ, п. (а) ст. 6 которого квалифицирует перечисленные в нём действия в качестве преступлений против мира, влекущих за собой как ответственность государств, так и индивидуальную уголовную ответственность физических лиц[304].

Здесь также следует подчеркнуть одно немаловажное обстоятельство: при всех отличительных чертах политики и практики советского государства по вопросу о войне, в основе которых лежало марксистско-ленинское учение, данное учение не отличалось в своей сути от естественно-правовой концепции «справедливой войны». Дело в том, что марксистско-ленинское учение о войнах делило их также на два типа - справедливые и несправедливые:

«а) война справедливая, незахватническая, освободительная, имеющая целью либо защиту народа от внешнего нападения и попыток его порабощения, либо освобождение народа от рабства капитализма, либо, наконец, освобождение колоний и зависимых стран от гнёта империалистов, и

б) война несправедливая, захватническая, имеющая целью захват и порабощение чужих стран, чужих народов»[305].

Понятно, что в этом подходе имелись и элементы пропаганды, ибо всё передовое человечество сочувствовало порабощённым войнами народам и поддерживало их борьбу за свободу и независимость. В советской науке международного права большое внимание обращалось на связь между понятиями «мир» и «справедливость», подчёркивалось, что лишь в условиях мира может быть обеспечена справедливость и что несправедливые решения порождают будущие войны. Поэтому справедливость признавалась необходимым принципом мирового порядка.

В определении агрессии, утверждённом в резолюции Г енеральной Ассамблеи ООН 3314 (XXIX) от 14 декабря 1974 г.[306], нашли отражение все основные элементы советского проекта определения агрессии, предложенного в 1969 г.[307] Основу определения составляет положение о том, что «агрессией является применение вооружённой силы государством против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства». При этом подчёркивается, что применение вооружённой силы первым нарушает Устав ООН и является актом агрессии. В резолюции 3314 (XXIX) приводится примерный перечень действий, которые независимо от объявления войны должны квалифицироваться как акты агрессии. За акт агрессии наступает международная ответственность. Никакие соображения политического, экономического, военного или любого другого характера не могут служить оправданием агрессии.

В связи с этим оправдано ещё раз повторить, что в советском проекте определения агрессии 1953 г. содержалось понятие «политической агрессии»: говорилось, что будет признано совершившим акт косвенной агрессии государство, которое поощряет подрывную деятельность против другого государства, включая террористические акты; способствует разжиганию гражданской войны в другом государстве; способствует внутреннему перевороту в другом государстве. В дальнейшем акты политического вмешательства (агрессии) нашли фиксацию в Проекте кодекса преступлений против мира и безопасности человечества, разработанном Комиссией международного права ООН в 1954 г.[308]

Советский народ сыграл решающую роль в разгроме фашистской Г ермании и её сателлитов, а также милитаристской Японии. Советский Союз внёс большой вклад в формирование послевоенного миропорядка, основой которого стал Устав ООН[309]. СССР поддержал все ключевые положения Устава ООН, образующие систему коллективной безопасности, включая право государств - членов ООН на «индивидуальную и коллективную самооборону», однако осуществление этих положений не должно затрагивать полномочия и ответственность Совета Безопасности ООН в отношении принятия в любое время таких мер, какие он сочтёт необходимыми. В документах советского государства подчёркивалось, что эффективность всех действий ООН по борьбе с агрессией возможно при одном непременном условии: «если великие державы, вынесшие на своих плечах главную тяжесть войны против гитлеровской Германии, будут действовать и впредь в духе единодушия и согласия»[310].

В целом следует отметить огромный вклад советского государства в дело разработки международно-правовых актов, содержащих квалифицирующие элементы деяний, являющихся международными преступлениями, прежде всего агрессии. В этих усилиях отличалось само государство и его внешняя политика, при этом наука международного права особо не выделялась ни публикациями, ни участием в деятельности международных организаций, в рамках которых разрабатывались проекты соответствующих международно-правовых актов. Её роль стала заметной с середины 50-х гг. ХХ века.

С. 47.

130

140

<< | >>
Источник: Дидманидзе Улан Темурович. НАУКА МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА ОБ ОГРАНИЧЕНИИ И ЗАПРЕЩЕНИИ ПРИМЕНЕНИЯ ВООРУЖЁННОЙ СИЛЫ В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва - 2017. 2017

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 2.2. Вклад советского государства и советской правовой науки в международно-правовую квалификацию деяний в качестве актов агрессии:

  1. ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА КАК НАУКА
  2. История отечественного государства и права как наука и учебная дисциплина.
  3. Глава 2. Правовые аспекты борьбы с незаконными актами против судоходства на современном этане
  4. ГЛАВА 2: МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВАНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ ВОД В КАЧЕСТВЕ ИСТОРИЧЕСКИХ
  5. §1. Квалификация деяний в качестве незаконного оборота человеческих органов по международному и национальному праву: сравнительно-правовой анализ
  6. СПИСОК БИБЛИОГРАФИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ
  7. Глава 2. Общая характеристика правовой охраны обозначений в качестве товарных знаков и объектов авторского права по законодательству Российской Федерации
  8. Попередження і усунення колізій між земельно-правовими нормами, вміщеними до актів законодавства різних галузей
  9. ОГЛАВЛЕНИЕ
  10. ВВЕДЕНИЕ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -